Притяжение

Отложив в сторону открытку, Гарри вздохнул: - Нам остается только пойти и убедиться, что Альбус Дамблдор действительно соизволит нам помочь. Они не спеша вышли из квартиры Северуса, присоединяясь к толпе зевак, прогуливающихся по коридору и прислушивающихся к тому, что происходит за дверью… К несчастью для них. Гарри едва поспевал за профессором. Мужчина шел слишком быстро. Парень несколько раз споткнулся, прежде чем у него получилось идти в ногу с зельеваром. На ходу поймал на себе несколько заинтересованных взглядов. В большинстве любопытных и недоверчивых. Но были и другие: насмешливые, откровенно издевающиеся. И в каждых читалась тревога. Споткнувшись в очередной раз, Гарри понял, что так неуловимо ускользало от его понимания: вся школа видела в них родственные души… Будущих любовников. Он мог сколько угодно отрицать это, однако одного он не мог изменить: их скрепленные руки видели все. Смутившись, покраснел под пристальным вниманием сотен посторонних глаз. О нем и так говорили больше, чем хотелось. Но никогда еще ему не было так стыдно, как сейчас… Северус мельком глянул на парня, прежде чем остановиться и во всеуслышание заявить сухим тоном: - Вижу, что большинство из вас не находятся в классах... Между тем, занятия еще никто не отменял, я прав? Если же ваш учебный день подошел к концу, не пришло ли время для выполнения домашних заданий? Намек был более чем прозрачен. Несколько человек поспешили обратно в классы, иные же воспользовались плохой идеей слегка задержаться. Стоит ли говорить, что застенчивый вздох Гарри позволил подлить масло в огонь: вероятно, произошло нечто интересное. Нарастающий шепоток стал вдвойне неприятнее… - Прекрасно! - Северус быстро воспользовался ситуацией. - Я сниму по десять баллов с каждого студента, кто не успеет покинуть пределы коридора до того момента, как я закончу свою речь… Фраза «десять баллов» подействовала на студентов магическим образом: в считанные секунды коридор опустел. Оставалось лишь три студента из Слизерина и два из Гриффиндора, откровенно наслаждавшихся происходящим. - Замечательно. Тридцать баллов со Слизерина и двадцать – с Гриффиндора, - злобно прошептал Снейп. С губ слизеринцев улыбки исчезли. Гриффиндорцы недоверчиво посмотрели в сторону декана серпентария. Студенты поспешили убраться, но не раньше, чем фраза: «Он влюблен!» - слетела с рассерженных уст змеенышей. Оглядывая пустой коридор, Гарри недоверчиво поинтересовался: - Вы не пощадили даже своих студентов? Ни один мускул не дрогнул на лице зельевара. Гарри показалось, что нечто странное мелькнуло в глазах мужчины, но маг поспешно отвернулся от него. Они молча дошли до каменной горгульи, охранявшей потайной вход, ведущий в кабинет Дамблдора… Медленно поднялись по узкой лестнице, стараясь не упасть. Старый директор поднялся со своего места, дружелюбно приветствуя вошедших. - О, наша пара Дня Святого Валентина этого года! – улыбнулся маг. - Мы-не-па-ра! – тут же возразил Северус. В холодном голосе сквозила нервозность. - В любом случае, - добавил Гарри, - это невозможно. - Профессор не имеет права находиться в паре с учеником! – заключил Северус с неким ликованием. - Вы должны разрушить чары. - Ибо это является преступлением по отношению к несовершеннолетнему, - сунулся Гарри. – Следовательно, это незаконно… Альбус снял очки и принялся медленно вытирать стекла-половинки. - Верно, - признал Альбус. – Истинная правда. Это случается крайне редко, чтобы колдовство касалось учителя, однако такое уже бывало… У Северуса появилось плохое, очень плохое предчувствие. - А значит, все не так серьезно, - продолжил директор, водружая очки обратно на нос. – Для этого заклинания в наших законах существует исключение из правил. Произнося эти слова, волшебник улыбнулся особо радостно. - Что, но… Поттер – ученик, невозможно, чтобы… это было разрешено – недоверчиво закончил Северус. - Ну… - Альбус обоих одарил неотразимой улыбкой. – Хочу напомнить, что по нашим магическим законам Гарри признается взрослым человеком. Это изменение было внесено неким Министром Магии, когда его сын, будучи профессором Хогвартса, так же оказался соединенным с одним из своих учеников. Так как Министр не хотел, чтобы его сын попал в Азкабан, то добавил данное положение в законодательство. Надеюсь, это успокоит вас, - добавил Дамблдор. – Нет никаких препятствий для проявления ваших истинных чувств! – с энтузиазмом заключил он, вызвав у пары искреннее возмущение. Гарри и Северус не испытывали по этому поводу особой радости: молча наблюдали, надеясь, что весь этот фарс разлетится на тысячи кусочков. - Да, кстати, - добавил директор к их ошеломленному молчанию,- напоминаю, что выбранная пара открывает бал по случаю празднования Дня Святого Валентина. Все те же шокированные лица. С той лишь разницей, что они побледнели еще больше. - Вы хотите… Вы хотите, чтобы я танцевал с Поттером на глазах у всей школы? – наконец, вымолвил Северус. Он обрел дар речи намного быстрее, чем Гарри, разум которого застрял на мысли - «танец со Снейпом»… в общественном месте. Потому что он не может танцевать с Северусом Снейпом. Северус Снейп был жителем Подземелий – его естественной среды обитания. Он выбирался на свет божий только для проведения занятий или приема пищи. Северус Снейп никогда не будет присутствовать на балу. Тем более, открывать его. Так как Северус Снейп в принципе не умел танцевать… Гарри предоставил дальнейшей мысли полный полет фантазии, решив, что даже и речи быть не может о его танце с мужчиной. Тем более, на глазах у всей школы! Еще не хватало, чтобы вездесущие журналисты прознали, что он намертво приклеился к сальноволосому ублюдку… Решительно, этот день был самым худшим в его жизни. - Такова традиция, дорогой Северус, - твердо уточнил Альбус. - Нет, я не собираюсь становиться публичным посмешищем, - в голосе Снейпа сквозил холод. - Извините, Альбус. Даже речи быть не может, что я танцую с Поттером. - И я того же мнения! - вставил Гарри свои пять кнатов, обретя голос. Немного смутившись, Альбус вздохнул: - Вы должны танцевать вдвоем, это традиция. И если вы не… не хотите, чтобы ваше взаимное слияние… длилось намного дольше, чем возможно… Вы идете на большой риск, - попытался объяснить старый маг. - Как это - «приклеиться еще больше»? – Гарри подозрительно покосился на директора. - Последние несколько лет никто не вел себя столь… рискованно. Вероятно, не только ваши руки будут соединены между собой, - предположил Дамблдор, наградив обоих легкой улыбкой. Он откровенно развлекался происходящим перед собой. Это было весьма забавно каждый год наблюдать за «глупцами», слепо верящими каждому его слову… Конечно, обманывать доверчивых простаков было нехорошо, однако он не мог удержаться от соблазна – это было так романтично… Гарри и Северус переглянулись и зельевар, наконец, проворчал: - Ладно, но это будет самый короткий танец за всю историю Магического Мира! Незаметно оба мага поняли друг друга без слов… словно пара, мыслящая в одном направлении. - И в темноте, - неожиданно добавил Гарри, вдохновленный неожиданно возникшей идеей. Превосходной идеей. - Но это же невозможно – в полной темноте… - начал было Альбус. Было ужасно обидно, что кто-то нашел способ обойти столь щекотливое испытание, забавлявшее старого волшебника каждый год. - Если это противоречит вашим идиотским правилам, - прошипел Северус, - то света от зачарованного потолка в Большом зале вполне хватит. - А как я пойму, что танцует именно ваша пара? – запротестовал Дамблдор. - Отметив, что наши руки так и останутся соединенными друг с другом, - пожал плечами Гарри. Альбус едва сдержал недовольную мину, мысленно делая себе пометочку: «На следующий год – только освещенный зал! В противном случае, придется применить чары, отменяющие затемняющее заклинание». - Хорошо, - уступил Альбус. – Только помните – ваше присутствие в Большом зале обязательно. - Мы не обедаем в Большом зале, - тотчас же откликнулся Снейп. - Точно! – одобрил Гарри. Они чувствовали, что мыслят одинаково, особенно после утренней перепалки. Обед был изнурителен, а поход в туалет сродни пытке. И в данную минуту - появление рука об руку на глазах общественности было последней вещью в мире, чего бы они хотели. Но маги согласились на это. - Приятно видеть, что всего за один день вы нашли общие точки соприкосновения, - отметил Альбус, доброжелательно улыбаясь. - Поэтому, надеюсь, за ужином вы порадуете нас своим присутствием. Северуса охватило жгучее желание, чтобы директор подавился своей улыбкой. А так же двумя-тремя зельями, завалявшимися в кармане мантии алхимика. На этот раз он был уверен, что даже Гарри, - нет, Поттер! – не сможет ему помочь. Это означало, что, скорей всего, придется подчиниться… Интересный поворот событий. - У нас свободно только по одной руке! Как мы будем есть? – продолжал Гарри, пока Северус все глубже погружался в мысли. Они полностью поглощали его… и это безумно раздражало. - Тем более, на публике, - более спокойно добавил Северус. - Такова традиция 14-го февраля, и мы не станем от нее отступать! Вы прекрасно видели это и в прошедшие годы… А на твой день рождения, дорогой Северус, я закажу огромный лимонный торт. Со всеми свечами. Гарри поможет тебе затушить их. При этих словах Северус судорожно сглотнул. - Что вы еще собираетесь предпринять? – мужчина едва сдерживал гнев. – У меня хватит воздуха, чтобы… - Есть идея! – прервал его Гарри. Кажется, он нашел решение, которое наверняка поможет им избавиться от проклятого колдовства. Гениальная идея, которая может выгореть… Вернее, она должна была сработать. - А если нам позаимствовать опыт Драко и Гермионы?! – предложил гриффиндорец. - Если вы полагаете, что я буду обниматься с вами в течение всего дня… - Заткнитесь и выслушайте меня! – Гарри посмотрел профессору прямо в глаза – изумрудные всполохи против непроницаемого оникса, - прежде чем произнести: - Я люблю вас! Теперь ваша очередь. Если, конечно, хотите, - с надеждой добавил парень. Во взгляде Северуса отразилось понимание. - Полагаете, столь упрощенный вариант облегчит нам задачу? Гарри энергично качнул головой: - Я готов попробовать, лишь бы нейтрализовать заклинание. А вы? Столкнувшись с горькой реальностью, Северус замешкался, прежде чем вынужденно прошептал: - Я люблю вас… Голос его был безжизненным, лишенным всяческих эмоций. - Нельзя ли немного поубедительней? – настаивал Гарри. Северус глубоко вздохнул, голос его скрипел от явного принуждения: - Я-вас-люблю! Был момент, еле заметная вспышка, когда Гарри понадеялся на чудо. Что теплая сильная ладонь отпустит его подрагивающую руку. А мягкая улыбка Альбуса исчезнет от изумления. Ничего… Просто совершенно. Мимо. - Эээ-ммм… - единственное, что смог вымолвить Гарри, рассматривая их сцепленные руки. - Конечно, это не могло сработать, - как бы невзначай произнес Альбус. – В ваших словах не было искренности и… - Вы знали об этом? – глаза Гарри подозрительно прищурились. Он ужасно расстроился, что его идея провалилась. - Вот уже тысячу лет никогда и никому не удавалось обойти чары Дня Святого Валентина… Вам просто нужно немного времени… - по-отечески успокаивал Альбус. Словно старый маг ни на минуту не сомневался, что в ближайшие дни у этой пары возникнет безумная взаимная любовь… Они, как Гермиона и Драко, будут постоянно обниматься и целоваться, ускользая от всех, чтобы провести прекрасный вечер вдвоем. Нет, правильней будет: они должны провести ночь вместе… Гарри вдруг почувствовал внезапную тошноту от одной только мысли оказаться в объятиях Северуса. Эта идея, представшая перед его глазами ярко и правдоподобно - Северус, занимающийся с ним любовью, - поразила парня… Лицо Гарри покрыли неровные пятна румянца. Он поспешно запротестовал: - Нет-нет, я не хочу этого! – Прежде чем согласиться, он попытался скрыть панический страх в голосе. – Да, вы правы. Возможно, у нас бы все получилось, если бы мы поцеловались? Да? Парень был готов на все, лишь бы его видение никогда не осуществилось. Конечно, нет. Только потом гриффиндорец подумал, почему он среагировал подобным образом… - Вы больной!- воскликнул Северус. Если б у Гарри было время на размышление, он, несомненно, согласился бы с этим. Но поскольку он искал все мыслимые и немыслимые способы избежать близости, казавшейся явно опасной, то… - Нет! По крайней мере, я пытаюсь найти решение! Вы, что, предпочитаете ходить приклеенными друг к другу ближайшие пару месяцев? – гневно спросил он. - Возможно, вы могли бы найти более романтичное место для вашего первого поцелуя? – предложил Альбус. Старик спрятался за толстым фолиантом от разгневанных Северуса и Гарри, выжидая удобного момента. - Нас приклеили друг к другу совершенно не романтичным образом! – бушевал Гарри. – Но поскольку это будет наш единственный поцелуй, тогда… Северус недоверчиво посмотрел в его сторону: - Вы шутите! - Конечно! Я не могу быть приклеенным к вам целый год: я не смогу играть в квиддич, тем более, тренировать команду! Я – капитан, и я хочу, чтобы в мой последний год в Хогвартсе Гриффиндор выиграл Кубок Школы. Ради этого я сделаю все, что угодно. Даже поцелую вас! – искренне заявил Гарри. Это выглядело бы мило, если б не жесткая решительность покончить с этим как можно быстрее. - В ваших устах, Поттер, это звучит отнюдь не как комплимент! - Не важно, просто поцелуйте меня! - Нет! - Вы хотите остаться приклеенным ко мне? – запротестовал Гарри. На долю секунды эта идея показалась Северусу весьма соблазнительной, но он ответил: - Тогда не смотреть! - Ладно… Гарри положил свободную руку на затылок Северуса, притягивая к себе. Мужчина не сопротивлялся: в конце концов, чтобы освободиться, не так ли? Их лица медленно приближались друг к другу. Гарри посетила очередная – нелепая – мысль: хоть профессор был не очень привлекателен, у него были великолепные черные глаза, самые красивые, какие он видел в жизни. А потом, было в этом взгляде что-то такое. Внутреннее свечение, возбуждавшее его… от которого захватывало дух… волнуя и смущая. Парень неосознанно посмотрел на губы, которые собирался поцеловать. Нижняя была более припухлой, чем верхняя. И Гарри вдруг захотелось втянуть ее в себя, слегка прикусить зубами… Их поцелуй был сродни касания крыльев бабочки. Гарри оказался слишком робок, чтобы осмелиться воплотить свою безумную идею. Он попытался отклониться. Но рука, крепко державшая его за шею, не позволила этого. Шепот губ, оказавшихся напротив, прозвучал почти как угроза: - Это был не настоящий поцелуй, Поттер. Просто кратковременный контакт. Настоящий поцелуй выглядит так… Парень почувствовал, как чужие губы накрыли его собственные, не позволяя отвернуться, играя с ними… Гарри подавил вздох удивления, когда почувствовал, как язык мягко пробирается сквозь его сомкнутые губы, приглашая поиграть с ним. Медленно, упрямо, ожидая ответа. Провоцирующе. Игра переходила в интимную ласку. Гарри вздрогнул: его язык ответил на приглашение Северуса с медлительностью и неловкостью первого поцелуя. Это было так трогательно, что невольно взволновало зельевара. Поэтому он решил не продолжать: по сути, Гарри не хотел отдавать ему то, что ему не предназначалось… Северус отодвинулся очень нежно, но задержался, подхватив пошатнувшегося Гарри, ощутившего странное головокружение. Сквозь ткань брюк он почувствовал небольшую выпуклость. И не смог сдержать довольную улыбку. Чуть наклонившись, прошептал на ухо парню, наслаждаясь сладостью мести за сегодняшнее утро: - Вы гей… Гарри едва сфокусировал свои ставшие вдруг ярко-зелеными глаза: он казался потерянным и уязвимым. Невинным. И безумно привлекательным. Только сейчас Северус сообразил, что находится в кабинете старого дурака, целуя мальчишку… весьма сексуального мальчишку. Внезапно ставшего притягательным. Он словно рухнул оземь, когда понял, что предался мечтаниям о … Поттере! - Это не сработало! – вдруг громко заявил Гарри, придя в себя. Их руки были все еще соединены. - И я не гей! - наконец твердо заявил он. - Ну, да, конечно… - усмехнулся Северус. - Это был мой первый поцелуй, который вы у меня украли, между прочим! - О, нет. Именно вы первым предложили поцеловать вас. Так как вы не осмелились идти до конца, мне пришлось это сделать за вас, - решительно отрезал Северус. - Может, вам стоит покинуть мой кабинет? – подал голос Альбус, пытаясь предотвратить нарастающий спор. – Вы могли бы целоваться в другом месте! - И мысли быть не может, чтобы я поцеловал его еще раз! - Однако, не похоже, чтобы вам не понравилось, - заметил Северус. - Слушайте, у меня слишком много работы. Сейчас же выметайтесь отсюда! – повысил голос Альбус, приподнимаясь за столом и громко хлопнув ладонью о его лаковую поверхность Покидая кабинет, Гарри и Северус окинули директора недовольными взглядами, продолжая усиленно спорить. Альбус устало опустился в кресло. А потом хитро улыбнулся, глядя на маленький фотоаппарат на своем столе. - Каждый раз одно и то же! – отметил он про себя. – Всегда найдется тот, кто думает, что поцелуй освободит его от заклятия, словно в маггловских сказках. По крайней мере, теперь у меня для них есть свадебный подарок. Уверен, фотографии получились превосходными! Как всегда… Где-то у меня было свободное место… Встав из-за стола, он подошел к старому секретеру, на котором лежала Распределительная Шляпа. Его кожаный чехол от частого использования давно потрескался. Альбус медленно его поднял, чтобы вынуть фотографии, хранившиеся в альбоме. Фотографии пар. С тех пор, как он стал директором, каждый год Альбус пытался любой ценой заснять целующуюся пару, выбранную магией Основателей. Возможно, потому что ему хотелось, чтобы в то время для него кто-нибудь сделал то же самое… Он подавил вздох, заставляя себя не смотреть на некоторые снимки, быстро переворачивая альбомные страницы. Перекинул страницы, где целовались Лили и Джеймс, улыбались Ремус и Сириус, обнимались Драко и Гермиона… Подумал, что даже если это заклинание доставило им массу трудностей, ни один из них в последствии ни о чем не жалел… Или почти. Да… почти. Он вздохнул и внизу на свободном месте аккуратно вывел каллиграфическим почерком: Гарри Поттер и Северус Снейп. Директорская канцелярия. 14 февраля хххх.

***

Возвращаясь в Подземелья, Северус снял еще больше баллов, чем часом ранее. Он был очень расстроен. И весьма зол, найдя Гарри привлекательным. Поддаваясь искушению. Находя прелестным касание его кончиков пальцев тыльной стороны ладони… Он понял, что не сможет ускользнуть от пророчества. Никогда он еще не был так зол на самого себя… - Тем не менее, вам понравился поцелуй! – накинулся он, едва маги переступили порог квартиры. Просто, чтобы вылить свой гнев на кого-то еще. Лучше, чтобы это был кто угодно, только не Поттер. В противном случае он рисковал поцеловать его еще раз, только чтобы проверить некоторые догадки… - Нет, это не правда! Я был удивлен, слышите вы, удивлен тем, что… - Да… - язвительно заметил Снейп. – Именно поэтому вы отреагировали. Я почувствовал, когда вы ткнулись в меня. Гарри покраснел: он надеялся, что Снейп ничего не заметил. - Это просто поцелуй. Обычная физиологическая реакция тела! Правда, глупость какая! - Вы – гей! – настаивал Северус, мстительно улыбаясь. - Я… я не знаю! – наконец махнул рукой Гарри. - Ну, так я вам скажу – вы гей. Или, по крайней мере, би! – добавил он, расплачиваясь с парнем той же монетой. - Вы обнимали меня! Значит, вы тоже гей! – парировал Гарри. - Нет, я знаю, что это были просто объятия, - возразил Снейп. Гарри вдруг почувствовал себя бесконечно усталым, «сражаясь» с Северусом. А еще эти воспоминания… Он присел на диван, и у зельевара не осталось другого выбора, как расположиться рядом. - Кошмарный день, - наконец прошептал Гарри, откинув голову на спинку, прикрывая глаза в попытке отдохнуть. – Как только подумаю, что завтра тренировка… и мне придется временно передать Рону обязанности капитана команды, - вздохнул он. - А я должен был приготовить зелья… - Как обычно! - Не исследовательские, - тихо поправил Снейп. – Я пробую новые составы, которые посылаю в больницу Святого Мунго для их анализа, определения результатов и побочных эффектов. Чтобы знать, как они могут помочь некоторым пациентам. Гарри промолчал. Он сразу подумал о родителях Невилла. - Я провожу в лаборатории большую часть своих вечеров, - продолжал Снейп. – Записываю каждый состав, подготовку и результат каждого испытания. - Я не знал… - Именно поэтому я планирую посвятить себя исследовательской работе, и сократить количество уроков курса Зельеварения. - Вы хотите излечить особенную болезнь? – тихо спросил Гарри. Северус чертыхнулся на проклятую интуицию Поттера. У мальчишки всегда был пытливый ум… - … нет, - ушел от ответа зельевар. – Только помочь людям, чей разум отказывается воспринимать реальность, словно их больше нет среди живых… Гарри молча наблюдал за Северусом, равнодушные слова которого таили в себе немыслимую боль. Тишина, пение птиц, доносившихся из иллюзорного сада, напряжение и конфликты, обрушившиеся на них с самого утра стали причиной того, что они оба уснули на диване.

***

Гарри проснулся первым: тело слегка затекло от долгого пребывания на жестком диване в одном положении. Его голова покоилась на удобном диванном подлокотнике. Но что-то было не как обычно. Парень почувствовал странный вес на бедре… Медленно открыл глаза, чтобы узнать, что это могло быть. Северус спал, положив руку под щеку, словно подушку. Его лицо выглядело умиротворенно и моложе. Осторожно свободной рукой Гарри отвел прядь волос, полностью открывая лицо зельевара. Чтобы получше рассмотреть его. Этого простого прикосновения было достаточно, чтобы разбудить спящего человека. Его глаза чуть приоткрылись, и он повернулся на спину – голова оставалась на бедре Гарри, - чтобы лучше видеть. В черных глазах не было ни раздражения, ни насмешки. Взгляд был довольно мягким. Гарри почувствовал, что тонет в них. В них не было осуждения. Только… надежда. Прежде чем мужчина вновь окунулся в реальность. Гарри увидел, как черты лица мужчины отвердели, а взгляд погас. Он поднялся, отодвигаясь на некоторое расстояние: - Приношу свои извинения, что заснул на вас… - Это не важно. С нашими соединенными руками у нас не было другого способа отдохнуть. Но храпите вы изрядно, - не удержался Гарри. - Я не храплю! - Откуда вы знаете? – прищурился Гарри. - Знаю, и все тут! - Да ну! Надеюсь, у вас есть зелье против этой напасти. В противном случае гарантирую, что буду будить вас всякий раз, как только вы разбудите меня, - пообещал парень. Затем он поддался импульсу, который охватил его с момента пробуждения: протянул руку, касаясь лица строгого профессора. Застигнутый врасплох Северус позволил ему это сделать. Любопытно. Гарри прошептал: - Вы считаете, что это дурацкое колдовство право? И мы должны… как бы оба… Он не смог закончить фразу, ошеломленный догадкой. Северус отодвинулся еще дальше, глаза мужчины приобрели непроницаемый черный цвет. - Я не знаю… Повисло невыносимое молчание. - Гермиона должна знать. Может, она могла бы нам помочь, - с надеждой произнес Гарри. - Мы оба прекрасно знаем, что она этого не сделает. Каждый год пара должна сама выпутываться из этого… - Глупые правила. - Полностью согласен… - вздохнул Северус. – Все это глупо. Не знаю, о чем думали Основатели, создавая эти чары… - Интересно, кому в голову могла прийти эта идея? - Не иначе как Хельге Хаффлапафф, – презрительно ответил Северус. – Одно не понимаю, почему остальные трое согласились на эту авантюру… - Не удивлюсь, что именно Салазару пришла идея склеить руки, - предположил Гарри. – Это сродни пытке, достаточной, чтобы доставить ему удовольствие. Северус не знал, что ответить, поскольку предположение молодого человека было верным. - Что бы там ни было, это колдовство позволяет узнать о человеке намного больше. Больше, чем тот хотел бы, - добавил Гарри. И добавил, поддразнивая Снейпа, убежденный, что тот вряд ли хотел услышать: - Знаете, я обнаружил, что вы можете быть весьма миленьким? Когда спите… Северус надеялся, что маленький скачок сердца у него от удивления… - Вы тоже храпите! – бросил он. Почти агрессивно, чтобы у молодого человека не возникло желания продолжить глупый разговор. За то, что заставил его смутиться. Как будто он может быть милым! Или… Гарри улыбнулся, подсев ближе, целуя Северуса в щеку. Последний недоуменно посмотрел на него. - Вы сейчас такой милый, - произнес Гарри на полном серьезе. Содрогаясь от внутреннего смеха, парень внешне оставался совершенно спокойным. Он начал думать, что, возможно, мог бы управлять Северусом Снейпом - в Подземельях не часто звучали комплименты, - если говорить их ежедневно. - Я… вы… почему вы… - Просто так, - веселясь, отозвался Гарри. – А вы пообещайте, что будете принимать зелья против храпа! Северус отказался от попытки оставить за собой последнее слово. Парень был чересчур воодушевлен… - Значит, это хорошо, что Добби подготовил парадные мантии для торжества? – раздался тоненький голосок. Гарри и Северус подскочили на месте. Перед ними стоял домовой эльф в одной из своих жутких шляп. - Добби! – воскликнул Гарри. – Как долго ты здесь находишься? - Добби ожидал вашего пробуждения. Добби приготовил парадные мантии. - Ты видел нас, когда мы спали? - Да. Добби должен признаться, что Гарри Поттер тоже храпит. Тяжелое молчание разрушило весьма едкое замечание: - Похоже, я не один, кому требуется зелье от храпа! - Какие парадные мантии? – переспросил Гарри. - Для бала, который состоится сегодня вечером. Добби знает, что Гарри Поттер и профессор Снейп должны открыть бал. Добби подумал, что нужно приготовить две мантии. Их по такому случаю заказал профессор Дамблдор. Эльф показал две великолепные мантии. Совершенно одинаковые из белой искрящейся ткани с серебряными вставками – несколько нейтральных узоров. Но ничто не могло выявить принадлежность к определенному факультету. Скромные арабески, пронизанные золотой нитью, украшали воротник, рукава и подол каждого одеяния. - Когда Альбус заказал эту одежду? – вмешался Северус. - Добби не знает. Профессор Дамблдор каждый год заказывает платья для пары ко Дню Святого Валентина. Гарри и Северус поднялись с дивана, чтобы посмотреть поближе. Гарри внимательно рассмотрел одну из мантий, чтобы понять, они все равно никогда не смогли бы надеть их. - Как же мы их наденем? – растерянно спросил он. - Рукава пропустят ваши руки, - объяснил Добби. - Попробуйте: это магические мантии. Северус кончиками пальцев коснулся мягкой ткани. - Что? – удивился Гарри. Но Добби уже не было. - Он прав, - хмыкнул Северус. – Я не первый раз вижу подобную одежду. Говорят, что она была создана специально вследствие колдовства Валентинова дня. Чтобы его жертвы могли, по крайней мере, одеться… Одеться… Гарри ни разу не подумал об этой проблеме. Определенно, здесь была какая-то уловка, поскольку в прошлом году Гермиона продолжала носить свою одежду. Нужно будет обязательно спросить у нее об этом… Северус раздражался все больше: Альбус вынуждал их напялить столь вычурную одежду… И с ненавистью шипел: - Я не хочу идти на бал. Улыбнувшись, Гарри, не скрывая иронии в голосе, хмыкнул: - Ну, вы же не Золушка… - Неужели вы думаете, что сейчас самое время для шуток, Поттер? Напоминаю, мы будем обязаны танцевать вместе. Гарри подавил дрожь. - Слушайте, мы же будем танцевать в темноте. - Знаю. Но, уверен, Альбус найдет способ напакостить нам. - Во время танца? – сомневался Гарри, надеясь на здравый смысл. - Предчувствую, у него есть скрытый мотив. Вы ничего о нем не знаете, Поттер. Как он бывает опасен, когда срываются его планы. Мы будем танцевать в полной темноте – этого он не мог предусмотреть… - Нет, Дамблдор все равно увидит, - возразил Гарри. Он доверял директорским причудам. - А потом, в прошлом году он пригласил группу. Без сомнения, так будет и в этот раз. Не стоит беспокоиться, - пожал плечами Гарри. Говоря это, он надел мантию. И с удивлением отметил, что Добби был прав. Она была волшебной: рука спокойно прошла сквозь ткань. Действительно, странно… - В любом случае, нам нужно идти. Скоро время ужина, - вздохнул Северус. – Но сначала я хочу попросить вас о помощи… - Может, вам сегодня не есть? – предложил Гарри. - Тогда и вам тоже, - ответил Северус, пожимая плечами. Гарри последовал за ним в ванную комнату: - Я не собираюсь затягивать с этим надолго, - процедил он сквозь сжатые зубы. - Я тоже, - последовал ответ. - Но, полагаю, у нас нет выбора…