Брызги крови на лепестках

*** С раннего утра Ваймс был уже на ногах. В основном он занимался тем, что расставлял патрули вдоль прилегающим к площади улицам. На самой площади должен был быть доблестный полк патриция (Ваймс не был удивлен, когда узнал, что им командовал Ржав), его личная охрана, которая прибудет вместе с ним, ну и конечно сам Ваймс, как командор всей Стражи. Ему разрешили взять с собой десять самых лучших людей, и Сэм взял участников революции, которых точно не смогут потом убить, потому что недавно на глазах у всех была проведена торжественная церемония амнистии. Празднество должно было начаться в десять утра, но народ стал стекаться раньше. Постепенно площадь заполнялась горожанами, многие из них держали в руках маленькие флажки с гербом Анк-Морпорка. Всё началось, когда на площади показалась карета патриция, из которой он снисходительно помахивал горожанам рукой. Как позже подумал Ваймс, скорее всего это было условным сигналом начинать постановку самого нелепого покушения, которое только можно было придумать. Раздались крики «у них оружие!» и толпа всколыхнулась, словно море, растерянно оглядываясь по сторонам, но Сэм со своими ребятами был начеку. Отряды милиции стал прочесывать квадрат за квадратом, как внезапно словно ото всюду полетел град из дымовых шашек. А вот это уже было скверно. Началась давка. Люди кашляли и бежали, не разбирая дороги, пытаясь выбраться побыстрее из удушающего тумана. Кто-то что-то крикнул про арбалеты и ажиотаж усилился. Примечательно было то, что полк патриция не предпринимал никаких действий, они просто окружили его карету и стояли, как истуканы. «Ну конечно он не уедет, пока не насладится зрелищем, псих чертов», - подумал Ваймс, прокладывая себе дорогу щитом. Колон уже успел сообщить ему, что отряды милиции более-менее успешно выводят людей на соседние улицы, так что он решил сосредоточиться на поимке зачинщиков. Он не сомневался, что ними были люди из окружения Капканса, за взятие которых ему бы непременно устроили взбучку, но ему было плевать, даже если бы он и не должен был вернуться в своё время. Увидев мелькнувшую в соседней подворотне тень, он было погнался за ней, обнажая меч, как вдруг мир вокруг него потемнел. От неожиданности Ваймс выронил меч, но он не ударился о землю. Он застыл в нескольких дюймах от его руки и потонул в серых тенях. - Вы готовы, господин Ваймс? – раздался голос Лю-Цзе позади него. Ваймс резко обернулся. Вся улица стала темнее, будто бы бой шел в сумерках перед рассветом. Цвет остался только на рясах и лицах монахов, вывозивших из улочки ручную тачку. На ней стояла пара небольших каменных колонн и тело Джона Киля, завернутое в саван. Ваймс застонал. - Что, прямо сейчас? Но я ещё не поймал чертовых мерзавцев, устроивших всё это! - Думаю, Вы и сами прекрасно понимаете, кто за этим стоит, - спокойно ответил Лю-цзе. – И что на данный момент арестовать его невозможно. А суматоха будет являться хорошим прикрытием для Вашего исчезновения. - Ладно, только... дайте мне минутку. Монахи кивнули и отошли. Ваймс склонился над телом человека, чью роль, как он надеялся, сыграл хорошо. Порой видишь такое, что становится невозможно верить не только в богов, но и в человечество в целом. А порой и своим собственным глазам. Насколько он помнил, Киль считал точно также. Ты просто занимаешься делами. - Карцер заплатит за это, - грубым голосом сказал он. За его спиной Лю-Цзе откашлялся. - Кстати, мы всё устроили так, что он должен оказаться в будущем ненамного раньше Вас. Минут тридцать может или около того. Но из-за квантов вы почти наверняка окажетесь в разных местах. Ваймс кивнул. - Готовы, командор? - Да, - ответил Ваймс, торопливо приводя крохотный цилиндр на браслете в горизонтальное положение и готовясь его прокрутить, как было сказано ему ранее. - Тогда до встречи! «Хорошо, что это случилось не на глазах юного Сэма или Хэвлока», - успел подумать он, прежде чем его поглотила тьма. *** Позже, он думал, что должно было быть что-то большее. Полет сквозь голубые туннели, или вспышки молний, или же солнце, мечущееся по небу. Даже листочки, отрывающиеся от календаря и уносящиеся прочь, были бы хоть как-то к месту. Но была лишь чернота глубочайшего сна, за которой последовала боль, когда он ударился об пол. Ваймс почувствовал, как чьи-то руки подняли его на ноги. Он отмахнулся от них, как только встал прямо, и сфокусировал затуманенный взгляд на лице капитана Моркоу. - Боги, командор, с Вами всё в порядке! Но почему Вы без одежды и что с Вашим глазом... - Где Карцер? – перебив, прорычал Ваймс. - Мы точно не знаем... - Они сказали, что он должен был переместиться на полчаса раньше, чем я! И вообще, сколько я отсутствовал? - Эм, примерно с полчаса, командор. Ваймс ошалело потер ладонью лицо, пытаясь собраться с мыслями. – Всего-то? Ответить ему никто не успел, потому что мелькнула вспышка и рядом с ним материализовалась его старая одежда. По крайней мере, большая её часть. Ваймс был очень рад отсутствию позолоченного герцогского доспеха, без которого его образ напоминал тот, в котором он был ещё несколько минут назад. Пока ещё Джон Киль... Здесь и сейчас. Он быстро оделся. - Карцер всё ещё в городе. Оцепить все улицы, я уверен, что нам хватит людей, если что, привлекайте новобранцев, но с ними должен быть как минимум один сержант. И никаких диалогов с этой мразью, сначала обезвредьте и убедитесь, что он на самом деле обезврежен. Если он окажет сопротивление аресту с применением любого вида оружия, а я почти уверен, что так оно и будет, - разрешаю стрелять на поражение. Как бы Ваймс не хотел лично поймать ублюдка, но рисковать жизнями своих людей он не собирался. - А я быстро схожу за докладом к Ветинари и... присоединюсь к вам... Горло резко сдавило, когда он вспомнил, что в этой Штанине Времени они с Хэвлоком могут не быть вместе. Но, по крайней мере, Моркоу назвал его командором, и никого не смутило, что он собирается докладывать именно Ветинари, значит, в этой вселенной тот тоже был патрицием. Ваймс облегченно выдохнул. - Сэр, с Вами всё в порядке? - Да, да, выполняйте приказы, капитан. Господа, - отдал он честь волшебникам, не уверенный, хочет поблагодарить их или высказать, всё что думает, об их треклятой магии, и выскочил за дверь вслед за своими стражниками. Быстро направляясь во дворец, Ваймс пытался по дороге заметить какие-то внешние изменения в городе, мысленно сравнивая с Анк-Морпорком из своей реальности. Да, монах сказал, чтобы он снял браслет как можно скорее, но он пока что не был готов забыть свою прошлую жизнь. Он утешил себя тем, что признаков того, что он сходит с ума, пока что не наблюдалось, и уже свернул на Медный мост, как вдруг остановился, как вкопанный. Прямо перед ним на постаменте возвышался громадный памятник. Ваймс протер глаза, но монумент никуда не исчез. Семеро людей, с оружием в руках, а один из них – с флагом. А на переднем плане был... он сам, с повязкой на глазу, которую он кстати до сих пор так и не снял, с мечом в каждой руке. Приглядевшись, он даже смог различить миниатюрную корону над сержантскими нашивками. Чёрт возьми, Ветинари поставил им всем гребаный памятник... Или это был памятник событиям двадцать пятого мая, он не знал. Но обязательно выяснит это позже, когда будет время. Бронза тускло отражала свет падающих на неё лучей солнца, когда он торопливо прошагал во дворец. Поднявшись в приёмную патриция, он снова испытал невольное облегчение, увидев на месте секретаря Стукпостука. - Его светлости нет на месте, но он просил передать Вам это, на случай, если Вы зайдёте, - сказал тот, протягивая Ваймсу запечатанный черный конверт. Ваймс кивнул в знак благодарности и, выйдя из приёмной, тут же вскрыл его и быстро вчитался в аккуратные строки. Почерк у Ветинари практически не изменился с тех самых пор, когда Ваймс видел его на записках. «Сэм, появилось срочное неотложное дело. Надо выполнить одно старое обещание. Когда закончу, буду ждать на кладбище Мелких Богов. – Х.В.» Ваймс несколько раз перечитал текст, прежде чем сунуть письмо в карман. Судя по тому, что Ветинари обращался к нему по имени, то между ними были как минимум близкие отношения, пусть и не факт, что романтические. Но он помнил свои слова, сказанные монаху. «Всё, лишь бы он был счастлив». Оказавшись на кладбище, Ваймс огляделся, но никого не увидел. Подойдя к окруженным кустами сирени могилам, которых теперь стало семь, он наконец снял с глаза свою повязку и положил её на надгробие Киля. - Джон? - раздался шепот позади него. Ваймс медленно обернулся. Его правый глаз, который не видел солнца больше двух недель, уже начал слезиться. - Сэм?! Никогда он раньше не видел такого потрясения на лице Ветинари. Он шагнул навстречу, не задумываясь, увидит ли кто, имеет ли он на это право, и крепко обнял худощавое тело. Совсем как тогда, когда Хэвлок пришел к нему после Революции. Ветинари немного отстранился, зачарованно проведя кончиками пальцев по шраму на глазу, более не скрытому под повязкой. – Ты и Киль – один и тот же человек... - Прости, что не сказал тогда, - быстро проговорил он, утыкаясь Ветинари лицом в шею и чувствуя, как рука мягко легла ему на затылок. - Я не мог, иначе это могло бы слишком сильно повлиять на будущее. Хэвлок ничего ему не ответил, лишь сильнее привлекая к себе, и какое-то время они просто стояли там молча, вдыхая нежный аромат сирени. Наконец Ваймс набрался смелости, чтобы задать тот самый вопрос, засевший на подкорке ещё когда монах рассказал ему о разных вселенных. - Скажи, а мы с тобой... вместе? Как, ну, пара, - неловко уточнил он. Ветинари удивленно посмотрел на него. - Да, уже почти год, с тех пор, как ты спас меня от отравления мышьяком. А ты... не помнишь? Ваймс почесал затылок. – Понимаешь, - начал он, - сейчас у меня пока ещё мои старые воспоминания. Новые заменят их, когда я сниму браслет, - показал он Ветинари на Ингибитор. - Но почему это должно произойти? Ваймс набрал в грудь побольше воздуха, готовясь к длинной тираде. - Мне объяснили, что я вернусь не в свою реальность. Оставшись в прошлом дольше, чем это было задумано изначально, я создал что-то типа нового витка истории, со своими изменениями. Мой молодой... «Я», которого я там оставил, вырос под влиянием этих изменений, так что и память у него, то есть меня будет своя. Я лишь попросил, чтобы мне оставили эти две с лишним недели, которые я провел в прошлом. Я не мог..., - запнулся Ваймс, чувствуя, как резко пересохло в горле, - не мог забыть тебя. Вместо ответа Ветинари горячо поцеловал его. Пока что это был лучший ответ, на который мог надеяться Ваймс, так что он с радостью позволил отвлечь себя от реальности на те несколько минут, пока они позволили эмоциям взять над собой верх. Отстранившись, Ветинари прижался лбом к его лбу, тяжело дыша. - Я тоже не мог забыть тебя, - прошептал он. Ваймс усмехнулся. – Да уж, я уже понял. Чёртов памятник, ты серьёзно? - Я сделал это в память о Джоне Киле, - ответил Ветинари, пристально глядя ему в глаза. - Человеке, который за несколько коротких дней изменил жизни многих и, возможно, сохранил часть здравомыслия в обезумевшем мире. Ваймс кивнул. Он не мог винить Хэвлока за то, что сам дал ему и многим остальным надежду на лучшее будущее. Но люди должны помнить, какую цену пришлось заплатить за это и не допускать повторения старых времен. - Могу ли я предложить тебе направиться в наш дом? – спросил его Ветинари, когда они вышли за ворота кладбища. – Мы живем вместе недалеко от моего дворца. - Я бы с радостью, только боюсь, что не смогу, пока Карцер разгуливает по улицам. Я должен пойти проверить патрули, которые организовал Моркоу, разработать более детальный план поимки... - Думаю, что в этом нет нужды, командор, - сказал Ветинари, разглаживая невидимую складку на своей мантии. - Но за это время Карцер мог... Хэвлок посмотрел на него в упор и Ваймс осекся. «- Тогда я принимаю заказ. - Что? Какой заказ? - Заказ на его жизнь, конечно же. Тебе это будет стоить один поцелуй». Он замер, ошеломленный. - Ты... ты что... Ветинари приподнял одну бровь. – Да? - Ты убил его?! - Я лишь выполнил свой контракт, заключенный тридцать лет назад с одним сержантом-при-оружии. Ваймс в раздумьях взъерошил свои волосы, продолжая смотреть на патриция, лицо которого оставалось совершенно бесстрастным, но в глазах плескался огонь. - Ну и дела. Так значит, ты сделал это из чувства долга, а? Ветинари протянул руку и снова бережно дотронулся до его шрама. - Не только из этого чувства, Сэмюэль, - ответил он негромко. *** Позже, когда они лежали в обнимку в их постели, вымотанные, но совершенно счастливые, Ветинари вдруг приподнялся, принявшись копаться в ящике прикроватной тумбочки. Ваймс услышал негромкий щелчок, с которым открылось двойное дно. - Я хотел подарить это тебе на нашу первую годовщину, - сказал Хэвлок, всё ещё сидя спиной к нему. – Это самая дорогая вещь, которая у меня есть, и я хотел отдать её человеку, который со временем тоже стал для меня таковым. Ваймс тоже сел, заинтриговано повернувшись. Через несколько секунд в его руки мягко вложили серебряный портсигар. Расширившимися глазами он смотрел на вещь, которая, сделав круг, вновь вернулась к нему. - Я помню, как я сказал, что это тебе на память, - хриплым голосом произнёс Сэм. - Но я не сказал, что в моей вселенной это был подарок от тебя. - Тогда я рад, что он снова будет у тебя, - ответил ему Ветинари, слегка улыбнувшись. – Он был со мной, когда я закончил обучение в Гильдии, и когда пришел к власти, и когда воскресил прежнюю Стражу, и... - Погоди, что значит «воскресил прежнюю Стражу»? - После смерти Киля Городская Стража пришла в полный упадок, не без стараний Капканса, конечно. Особенно плохо пришлось Ночной Страже, Дневная же просто стала очередной бандой. С её подачи и другие банды расплодились вскоре в городе, как сорная трава. Придя к власти, я в первую очередь вернул Страже былое величие, если так можно было охарактеризовать те две недели, пока ею командовал Джон Киль. Ваймс изумленно таращился на него. В его Штанине Времени Ночную Стражу привел в упадок как раз таки сам Ветинари, но он предпочитал не вспоминать об этом, тем более после того как узнал патриция, кхм, поближе. - И я стал командором Стражи, когда... - ...когда капитан Дневной Стражи, Волч Воунз, предал меня, став религиозным фанатиком, периодически вызывавшим в город дракона. Ты блестяще разобрался с ним и поэтому я решил объединить стражи под твоим командованием. А в твоей реальности это было не так? - Не совсем, - пробормотал Ваймс, притягивая Ветинари к себе для поцелуя. – Но в итоге ты тоже сделал меня командором, а ещё – не поверишь! - чертовым герцогом... - Почему не поверю, - улыбнулся Хэвлок в поцелуй. – Это рыцарское звание ты носишь и здесь. Ваймс театрально застонал, впрочем, не выпуская Ветинари из объятий. – И позолоченные доспехи? И эти дурацкие лосины? - Они идут тебе, Сэм, уверяю тебя. - Поверю на слово. И это было последнее, что он произнес, прежде чем патриций втянул его в новый головокружительный поцелуй, а затем снова показал ему, как он рад его возвращению, а Ваймс ему в свою очередь – что он просто рад, что в его жизни есть Хэвлок Ветинари. Уже перед самим рассветом, засыпая, он расстегнул застежку браслета, позволив соскользнуть ему на пол с его запястья, а воспоминаниям из старой жизни – стать более призрачными, а затем и вовсе исчезнуть. В конце концов, главное, что он проснется рядом с любимым человеком. Он уснул прежде, чем первые лучи солнца успели проникнуть в спальню. И мир повернулся навстречу к утру.