Брызги крови на лепестках

*** Время летело быстро. Первые дни Ваймс носился по городу, словно игрушечный заведенный солдатик. Несмотря на то, что он настоял, что штаб Ночной Стражи стал центральным и его кабинет остался на прежнем месте, различные организационные вопросы не оставляли шанса надолго заглянуть в него. Но так как он это уже проходил, то просто делал по памяти всё то, что придумали они с Моркоу после событий с ружием. Обеспечить охрану всех главных ворот... Устроить новый пост на улице Вязов, поближе к Теням и докам... Еще один - прямо посреди Короткой улицы, а третий, чуть поменьше, – на Королевском проезде... Организовать специальный отряд на случай возникновения непредвиденных обстоятельств… - Тогда, - сказал он Моркоу, - все улицы будут под нашим контролем. Это очень важно. У Ваймса немного звенело в голове от недосыпа, да и поесть он не всегда успевал, но в целом он был счастлив, расчищая улицы от преступной грязи, словно огромный огород от сорняков. Постепенно завоёвывая доверие горожан, которые уже не шарахались от стражников, как от чумы, он пытался хоть как-то привести систему в нужное русло. Пускай это и продлится недолго, но люди будут помнить. И однажды захотят возвращения прежнего мира и благополучия в городе. Также он организовал похороны шестерых погибших ангелов, на которые в том числе пришли Рози Лада с Сандрой. Не обращая внимания на удивленные взгляды, он настоял, чтобы гроб Реджа Башмака не закапывали слишком глубоко. Дополнительно вокруг их могил посадили кусты сирени. Он знал, что скоро там появится и седьмая, но к счастью, в ней будет покоиться не он, а настоящий Джон Киль. Свободные вечера (почти всегда перераставшие в ночи) он коротал с Хэвлоком. Вспоминая, чему он сам научился у взрослого Ветинари, Ваймс с большим удовольствием передавал этот чертовски приятный опыт, молясь про себя, чтобы доктор Лоуни достаточно крепко спал по ночам и не слышал поскрипывания кровати или приглушенных стонов. Интересно, задумывался ли Хэвлок, почему Килю удаётся столь хорошо предугадывать реакции его тела?.. Иногда Ветинари брал с собой какие-то учебники и пересказывал вслух те или иные отрывки, потому что у него близились экзамены. Однажды он принес довольно внушительный список магистерских степеней, которые собирался получить. - ...медицина и прикладная патология, алхимия, богословие, музыка и само собой разумеющееся, магистр ассасинов... Но ещё я подумывал поступить в Институт танца и хороших манер...* - А что-то, связанное с политикой там есть? – как можно более непринужденным тоном поинтересовался Ваймс. Хэвлок поднял на него задумчивый взгляд. - Считаешь, это может мне пригодиться? Я планировал занять в будущем пост главы Гильдии, но пожалуй ты прав, быть магистром политологии при этом лишним не будет, - произнес он, делая какую-то пометку в своем списке. Ваймс постарался как можно незаметнее облегченно выдохнуть. Спустя какое-то время Хэвлок оседлал его бедра, воплощая в жизнь свой старый план, и на этот раз Ваймс с радостью подчинился его желанию. В конце концов, из прежней жизни у него останутся лишь воспоминания об этом прошлом, так что если Ветинари из новой реальности не захочет быть с ним, то, по крайней мере, у него будут эти моменты, разделенные на двоих. *** Когда патриций сказал, что хочет организовать празднество в честь своей инаугурации, Мадам это сразу не понравилось. - Но ведь прошло уже почти две недели... - Глупости, - перебил её Капканс. – Пусть народ видит, что несмотря на то, что теперь я патриций, я всё также благоволю к нему. Мадам вздохнула про себя, но удержалась от комментария, что народу было бы куда лучше, если бы это благоволение выражалось в снижении налогов, например. - К тому же это шанс для командора Киля проявить себя и показать, насколько хорошо он организовал Стражу, - как бы между прочим заметил Капканс. Но он не был хорошим игроком в покер, хоть и без сомнения, считал себя таковым. Глядя на то, как он потирает руки, Мадам ответила: - Судя по отчетам Ваших, кхм, наблюдателей, преступников и беспорядков в городе стало меньше, ваша светлость. - Смотря с какой стороны посмотреть на тех, кого он оставляет на свободе, - со злобным блеском в глазах ответил Капканс, но тут же взял себя в руки. – Впрочем, конечно, нельзя не отметить его заслуги как командующего Стражей и всё такое, Вы абсолютно правы... «Итак, этот коварный болван снова что-то задумал», - подумала Мадам, выходя из Продолговатого Кабинета. «Устроить балаган, на который соберется толпа народу... стражникам точно придётся несладко. Ну и отдельное упоминание Киля означает только одно: ему надо быть крайне осторожным». *** - Какое ещё торжество? – прорычал Ваймс. – У нас и без этого дел невпроворот! - Новый патриций хочет подчеркнуть свою лояльность к народу, пустив пыль в глаза, - фыркнул Хэвлок. – Как будто достаточно один раз бесплатно накормить горожан едой, чтобы они были довольны властью. Тем более что еды там будет уж точно не на всех. Он пришел к Ваймсу прямо в участок, снова послав ему стрелу с запиской. Ваймс не был в восторге от такого способа уведомлений, но делать было нечего. Зайдя и заперев за собой дверь, он повернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Ветинари выходит из теней его кабинета. Он понятия не имел, как тот сюда проникает, потому что окно оставалось запертым изнутри, как и люк, ведущий на крышу. «Капканс точно что-то замышляет» - мрачно подумал Ваймс. «И в последний раз, когда он это сделал, погибли люди». Самым худшим было то, что никакого празднества он не помнил. Потому что в его прошлом этого не было. - У нас есть несколько версий относительно его планов, - продолжил Хэвлок. – Семь, если быть точным**. И все они сводятся к одному: Стражу хотят дискредитировать, выставить некомпетентной и неспособной справиться со своими обязанностями. - Ценой чьих-то увечий и чьих-то жизней, - сжал руки в кулаки Ваймс. Неужели монахи были правы и то, что он задержался в прошлом, теперь повлекло за собой ещё худшие последствия?! Он должен, он обязан предотвратить это, он... Стоп, возьми себя в руки. Только не перед Хэвлоком. Ветинари нежно провел кончиками пальцев по линии его челюсти и Ваймс немного расслабился. - Это ещё не всё, - сказал Хэвлок. – Есть серьёзные основания полагать, что на тебя будет совершено покушение. Причем Гильдия Наемных убийц не принимала контрактов, следовательно, это будет кто-то посторонний. Но однозначно можно сказать, что на глазах всех он не посмеет тебя... убрать. - Спасибо за утешение, - пробурчал Ваймс. Хэвлок ничего не ответил и Сэм внимательнее посмотрел на него. Холодные голубые глаза Ветинари были полны печали, и Ваймс чертыхнулся про себя. - Эй, со мной будет всё хорошо, слышишь меня? – торопливо произнес он, хватая молодого убийцу за руки и целуя костяшки пальцев. - Праздник будет на главной площади, повсюду будут люди и... у меня не будет подходящей позиции, чтобы защитить тебя... - Я не умру, - твердо перебил его Ваймс. – Но четырнадцать суток истекают через три дня, а торжество по твоим словам назначено на послезавтра. Люди, которые м-м-м... занимаются организацией моего возвращения, могут посчитать, что это подходящий случай. Я свяжусь с ними в ближайшее время и завтра всё тебе расскажу. Просто помни, что труп, который ты увидишь, - не мой. - Хорошо, - прошептал Хэвлок и наклонился, сокращая расстояние между ними. *** Но на этот раз Ваймсу не потребовалось идти в Глиняный переулок. Через какое-то время после ухода Хэвлока он случайно столкнул со стола кружку с какао и обнаружил, что она зависла в воздухе. Краски окружающих вещей потухли, будто кто-то резко выкрутил насыщенность на минимум, а мир погрузился в оттенки серого. - Здравствуйте, господин Ваймс, - поприветствовал его Лю-Цзи. - О боги, - произнес Ваймс, откидываясь на спинку своего стула с шумным выдохом. – С вами, ребята, и до сердечного приступа недалеко. - Надеюсь, он не застанет Вас в ближайшие несколько дней, - с улыбкой ответил монах. – Потому что я пришел сказать, что мы разработали план кончины Джона Киля. Это произойдет во время фестиваля, который собирается устроить патриций. - Я почему-то так и думал, - кивнул Ваймс. - Чудесно! – хлопнул в ладоши монах. – И хотя, к сожалению, нельзя будет предсказать события с точностью, но когда настанет подходящий момент, мы остановим время и заменим живого Вас покойным Килем. - Но Вы утверждаете, что будущее неопределенно, так откуда Вы можете знать, что этот момент настанет... - Кванты, - многозначительно перебил его монах, подняв вверх указательный палец, как будто это всё объясняло. – А теперь, если простите мне излишнюю театральность... Мир снова стал цветным. Кружка с грохотом покатилась по полу, а остатки какао быстро образовали лужу. - Чёрт, - ругнулся Ваймс себе под нос и огляделся в поисках тряпки. *** На следующий день он пошел в патруль с юным Сэмом. Он делал это достаточно часто ещё до революции, мотивируя это тем, что парнишка самый молодой и неопытный из всех, так что подозрений возникнуть не должно было. - Послушай, я хотел тебе кое-что сказать и чтобы ты передал это остальным, нашим, стражникам. Назревает... кое-что, - проговорил он вполголоса, неспешно шагая по мостовой. - Это касается предстоящего праздника, сэр? - Да, именно его. На котором мы должны будем следить за порядком. Только вот людей будет неизменно больше, чем стражников, потому что увеличить численность последних мне не дали. Сэм кивнул, показывая, что слушает его. - И, скажем так, у меня есть информация, что на нём должно будет случиться... что-то. - Но что, сэр? Ещё одна революция? Но бастовать уже не против кого, хоть патриций и оказался... - Что я тебе говорил про держать язык за зубами, юноша? – прорычал Ваймс. Побледневший Сэм захлопнул рот и шепотом ответил: – Так точно, командор. - Ты должен всегда быть начеку! Особенно когда тебе кажется, что можно расслабиться! - Простите, командор. Какое-то время они шли молча. Наконец Ваймс, сделав крутой поворот, который позволил ему убедиться, что за ними никто не следит, также неспешно перешел на соседнюю улицу и продолжил: - Я не знаю, что точно должно произойти, но я хочу, чтобы обычные люди не пострадали, младший констебль. И для этого количество моих людей должно быть увеличено. - Но сэр, Вы же сказали, что Вам запретили набирать больше стражников... - Именно поэтому мы создадим отряд милиции, - самодовольно ответил Ваймс. Сэм удивленно на него посмотрел. – Милиции, сэр? - Да. Уверен, что у тебя, Фреда и остальных есть друзья и знакомые, которые были бы не против помочь Страже. Вы должны будете приводить их ко мне в течение завтрашнего дня по одному, под видом обычных граждан. Только самых надежных, которым вы верите, как самим себе, и которые знают, с какого конца держаться за оружие. - Но мне кажется, что патриций будет не очень доволен... - Ты знаешь, что такое «Законы и Постановления Городов Анка и Морпорка», младший констебль? - Никогда не слышал о них, командор. Ваймс удовлетворенно кивнул, припоминая, что в своём прошлом говорил похожие слова. - Эта книга что-то вроде сборника законов, юноша. Она очень старая и была написана задолго до того, когда лорд Капканс стал патрицием. - Ухты! А где её можно прочитать? Ваймс постарался не встречаться глазами со своим юным «Я». - Я видел её очень давно, но если она всё ещё там, где... я её видел, то я покажу тебе после фестиваля. - Заметано, сэр! Ваймс на несколько мгновений прикрыл глаза, вспоминая слова Моркоу. ...в случае выявления особо злостного нарушения закона и порядка жители Анк‑Морпорка по первой просьбе городского служащего с хорошим социальным положением — дальше перечислена куча всего, касающегося имущества и прочего, — обязаны сформировать из себя отряд милиции для защиты города. И они действительно сделали это тогда, чёрт побери. Правда, Ваймс в этом не участвовал, потому что Ветинари тогда отстранил его от дела, а затем прикрываясь его скорым уходом на пенсию, потребовал его значок, но в конце концов, они достигли взаимопонимания. И лучшая его часть заключалась в том, что теперь он мог раздеть Ветинари, прижать его к стене или кровати и... - Сэр, но по-моему у нас всё-таки будут неприятности, когда патрицию доложат об этой затее. Ваймс ухмыльнулся той из арсенала своих улыбок, которая обычно не предвещала его врагам ничего хорошего. - Если успеют доложить, младший констебль. *** Желающих записаться в отряд милиции оказалось больше, чем думал Ваймс. Хорошо, что перед этим он опросил стражников и выяснил число заранее. - Новый план, младший констебль, - сказал Ваймс, вызвав Сэма к себе в кабинет якобы для отчёта по недавней краже. - Делим людей на три отряда, от десяти до пятнадцати человек в каждом. Отрядами будут командовать оставшиеся люди покойного сержанта Диккинса, я уже переговорил с некоторыми, они должны передать информацию остальным. Передайте добровольцам, чтобы за инструктажем направлялись к ним. Пусть следуют за патрулем стражников, который будет в ту смену, только не все сразу. - Так точно, сэр. - И смотрите в оба. Сейчас все шпионы Капканса будут усиленно пытаться что-то разнюхать. Поздно вечером Ваймс наконец добрался до своей комнаты. Хэвлок уже ждал его. Они не тратили время на разговоры. Оба помнили, что это их последняя встреча («Точнее, - виновато подумал Ваймс, пытаясь снять хоть часть одежды, не разрывая поцелуя, - так думал Хэвлок») и не хотели лишних напоминаний об этом. Ветинари в этот раз словно стремился оставить как можно больше следов на нём, покрывая поцелуями-укусами шею, царапая спину, до синяков цепляясь за плечи и сжимая острыми коленями его бока. «Ты мой», - читалось в каждом его действии, и Ваймс мог только отдаться ему в ответ целиком, без остатка, как он уже сделал это патрицию Ветинари. Без слов присягнув на вечную верность, он стал единственным, кому доверял патриций и перед кем он был настоящим. За пару часов до рассвета Хэвлок собрался уходить. Он уже полностью оделся, как Ваймсу пришла в голову одна идея. Возможно, она была не самой блестящей, но ему было уже довольно сложно сдерживать свои эмоции. Чувствуя, как сердце стучит о грудную клетку, он порылся в карманах бридж и вытащил серебряный портсигар. - Вот, возьми на память, - севшим голосом проговорил он, протягивая его Хэвлоку. Глаза Ветинари расширились. Не говоря ни слова, он кивнул и спрятал портсигар в складках своего одеяния. Затем, зажмурившись, он резко притянул Ваймса к себе и поцеловал так, словно хотел вложить в поцелуй всю душу и все свои неозвученные чувства. - До встречи, мой сержант, - хрипло произнес он, прежде чем выскользнуть в окно. Не «прощай», а до встречи. Ваймс искренне надеялся, что Хэвлок не посвятит свою жизнь его поискам. И оставалось только гадать, что скажет взрослый Ветинари, обнаружив, что его герой Джон Киль это на самом деле просто обыкновенный Сэм Ваймс. Зажигая подрагивающими руками сигарету и глубоко затягиваясь, Ваймс мог думать только о том, что в момент прощания Хэвлок смотрел на него так, будто стражник был для него целым чёртовым миром.