Вспоминай меня, если хочешь

Антон отстранился первым. Сфокусировав свой взгляд на лице брюнета он мягко опустил его руки со своих плеч и сделал несколько шагов назад. - Ну так, - Антон неловко улыбнулся, опустил глаза и запустил руку в волосы, - выходит, я все же немного тебе нравлюсь? Арсений задумчиво коснулся пальцами губ, а затем уверенно посмотрел на танцора: - я никогда и не отрицал этого. - но ты не говорил, что я нравлюсь тебе в этом плане, - последние слова Антон произнёс особенно четко. - ты же все решил за меня, - спокойно объяснил Попов, - «я уверен, что ему не нравится парни». Ты никогда меня не спрашивал. Мне пришлось самому догадываться о твоих чувствах. - не все такие смелые, как ты, - Антон наконец-то поднял на него взгляд, - мы правда обсуждаем это? Наши чувства? У тебя есть чувства ко мне? Арсений рассмеялся и сделал шаг навстречу Шастуну, заключая его в объятия. - Я бы не стал целовать тебя, если бы испытывал к тебе только дружбу, поверь, - и Арсений вновь припал к губам шатена. Он растворялся в этом…

***

… воспоминании. Они были одни в этой гримерке тогда, но Арсению казалось, что они одни во всем мире. Девушки восторженно притихли, сидя на диване напротив. История набирала обороты. - Так мы и начали встречаться. Мне все стало ясно само по себе, после того поцелуя. В Сочи мы провели ещё два дня. Тогда и были сделаны те фото, которые вы видели на зеркале, счастливейшие моменты, - Арсений Сергеевич мечтательно вздохнул, - мы старались быть рядом каждую минуту той поездки. Все считали, что мы в таком восторге от победы на МТА, и мы правда были рады ей, но радость от того, что мы наконец смогли по-настоящему открыться друг другу затмевала все кубки, которые я когда-либо выигрывал. Думаю, Антон был такого же мнения. - и что же было потом? - подала голос Яна. - а потом было лучшее лето в моей жизни.

***

После поездки Арсений не знал, как теперь ему стоит общаться с Антоном. Правда, ведь между ними все осталось неизменно, и одновременно поменялось так много. Чувства Попова остались прежними, однако он осознал наконец, что за ними скрывается симпатия к этому мальчишке. Стоя на вокзале и дожидаясь, пока мама брюнета заедет за ними, Арсений смотрел на Антона и не знал, что же ему сказать. Все уже разошлись. Кто-то уехал на метро, кто-то ждал такси. Мама Арсения, Маргарита Викторовна, предложила сыну отпраздновать победу вместе с его партнером, с которым давно хотела познакомиться. Теперь их встреча казалось Арсению более неловкой и волнительной. Антон нарушил затянувшуюся тишину: - ты уверен, что хочешь, чтобы я ехал с вами сейчас? - да, конечно, - брюнет все ещё не знал, как реагировать, но старался сделать вид, что ничего не тревожит его. Получалось плохо. - Арс, - Шастун встревоженно коснулся его плеча, - в Сочи ты казался мне более уверенным. Что случилось? Ты можешь сказать мне. Я схожу с ума, когда ты вот так… Антон остановился на полуслове. Стараясь собрать все свои мысли в слова, Арсений ответил: - Извини, не знаю, как объяснить, что происходит в моей голове. Столько эмоций за последние пару дней просто взорвали мою жизнь. То, что между нами происходит… я очень рад тому, что это взаимно, и что теперь нам обоим все ясно, но я не понимаю, что с этим делать. - думаю, я понял тебя, - мягко улыбнулся Антон, - эти отношения не похожи на те, которые были у тебя раньше, но всё же это просто отношения. Не должно быть никаких сложностей или отличий в чувствах и поведении. Да, никто не должен знать об этом, но в остальном - мы просто пара встречающихся подростков, - последняя фраза приобрела вопросительную интонацию. Парень выжидающе посмотрел на Арса, а тот кивнул. «Пара», «отношения». Новые слова, относительно его и Антона, но ему определенно нравилось как они звучат.

***

Маргарита Викторовна безумолку расхваливала номер танцоров, в третий раз пересматривая видео. Втроём они пили на маленькой кухне чай и ели праздничный торт, испечённый заботливой хозяйкой. Антон сидел рядом с Арсением на диванчике и нервно постукивал ногой под столом. В конечном итоге Арс незаметно переплел их пальцы и успокаивающе сжал ладонь, получив одобрительный взгляд в ответ. Маргарита спрашивала Антона об учебе, танцах, переезде, планах на будущее. Тот, на удивление, старался отвечать развёрнуто, говорил вежливо и тепло улыбался. Арсений смотрел на него и не мог не заметить, как сильно этот обычно замкнутый и молчаливый мальчишка пытается понравиться его маме. - А что твои родители, Антон, - мама Арсения улыбнулась, но тот почувствовал, как напрягалась рука Шастуна, - Сеня вроде говорил, что они тоже были танцорами раньше? - да, - неохотно ответил парень, - но сейчас у них свой бизнес в нашем старом городе. Переезд сюда для них - шанс расшириться и найти новых клиентов. Основным аргументом, конечно, был «Орион». Потрясающая команда, по сравнению с той, где я танцевал раньше. Арсений почувствовал, что Антон старается сменить тему и, пока мама не задала ещё какой-нибудь неловкий вопрос, решил предупредить ее от дальнейших расспросов: - мама, спасибо, все было очень вкусно, но мы сильно устали с дороги. Мы пойдём ко мне в комнату, посидим немного, а потом я провожу Антона, - парни дружно встали и, кивнув напоследок Маргарите Викторовне, скрылись в коридоре. Закрыв дверь в комнату брюнета, Шастун уперся в неё лбом и облегченно выдохнул: - Спасибо, я уже и не знал, сколько ещё продержится мое дружелюбие. Твоя мама - очень приятная женщина, но она задаёт так много вопросов. Я не привык так много говорить с незнакомыми людьми. - Ты выдержал ее опрос на 5 с плюсом, - ободряюще похлопал его по плечу Арсений, - знаешь, она просто пытается лучше понять меня, общаясь с моими друзьями. Я не так часто знакомлю ее с кем-то, так что она постаралась выжать из этой встречи всё. Зато теперь она будет спокойнее относиться к тому, что я провожу время с тобой. Ты произвёл отличное впечатление, наверняка она будет ещё неделю мне тебя нахваливать. - Что ж, я рад, что понравился ей, - Антон улыбнулся и потянул Арса за край футболки, - как ты думаешь, ее устроит такая партия для ее сына? Арсений напряжённо усмехнулся. Антон шутил, но в этой шутке читался достаточно серьёзный вопрос: отреагирует ли его мама так же, как родители Шастуна, если узнаёт о них. - я не уверен, что она скажет на это, но наверняка она не будет насильно нас разлучать, - Попов постарался, чтобы его голос звучал уверенно, - я думаю, что и твои родители рано или поздно смирятся с твоей ориентацией. - ты их не знаешь, - возразил Антон. - познакомишь нас как-нибудь? - Арсений вопросительно приподнял брови. Шастун явно не хотел развивать эту тему, так что он просто потянул на себя руку брюнета и нежно поцеловал в губы. Сейчас оба были слишком уставшие, чтобы обсуждать серьезные вопросы.

***

Позже, спустя неделю, лёжа на кровати у Арсения дома, два парня обсуждали планы на лето. До окончания тренировок оставалось пару недель, тогда же Антон сдаст последние экзамены и они смогут вдоволь насладиться заслуженным отдыхом. В планах были десятки фильмов, длинные прогулки, поездки на природу, карьер и, возможно, неделя на даче у Арсения в конце августа, если родители Антона позволят.

***

- мы проводили вместе почти каждый свободный день июня. Там ещё были тренировки, я ездил в деревню с мамой, чтобы помогать ей с огородом, но мы находили достаточно времени, чтобы осуществлять наши грандиозные планы. Помню, в один из дней мы объехали весь город, чтобы найти Антону синюю панамку с облаками, о которой он давно мечтал, - Арсений Сергеевич улыбнулся, погружаясь в приятные воспоминания, - или как мы искупались в фонтанах на главной площади. Тогда на нас накричала какая-то нервная женщина, но мы так сильно смеялись, что почти не слышали ее. - Ваши родители не знали? - уточнила Юля. - никто не знал. Это лето было только наше, тогда мы отгородили эти отношения от всего мира и ни один человек не знал о нас, - брюнет вновь ушёл в себя, казалось, он выпадал из реальности, из настоящего, забывал о девочках и проживал все события заново, - в июле Антон уехал во Францию с родителями. Там они занимались своим бизнесом, кажется это было что-то, связанное с духами или косметикой, а Шаст проходил культурную программу: посещал музеи, изучал французский и, конечно, занимался танцами. В этот месяц мы не могли много общаться, но я регулярно задавал ему вечерние вопросы, а он рассказывал, чем занимался целый день. Как-то раз я спросил у него, какую фразу он чаше всего слышит о себе от окружающих, и он написал в ответ: «ты можешь лучше». Тогда я пообещал себе, что никогда не употреблю ее по отношению к нему и постараюсь заменить ее на что-то положительное. Он приехал в конце июля, а его родители собирались уезжать в командировку в Англию, и вот тогда мы ушли в отрыв. Август был наш, без неусыпного контроля родственников Антона, без тренировок с командой, отношения с которой остались весьма натянуты с прошлой весны. Мы были предоставлены сами себе и целыми днями были вместе. На самом деле, то, что мы были парой, не слишком влияло на наши отношения. Мы словно были очень близкими друзьями, которые могут доверить друг другу любые тайны и не бояться делиться друг с другом хорошим, плохим, странным. Физический контакт в виде поцелуев и объятий лишь укреплял нашу духовную связь. В конечном итоге я знал Антона, как себя самого. Словно на каком-то уровне я сам становился им, а он мной. Или, возможно, это только казалось мне. Всё-таки некоторые его стороны и мотивы поступков до сих пор остаются загадкой для меня. - А есть ли какое-то событие того лета, которые вы помните особенно отчетливо? - аккуратно вставила Юля, воспользовавшись затянувшейся паузой. - о да, есть одно событие, которое я помню во всех деталях, - Арсений Сергеевич прикрыл глаза, и будто взаправду почувствовал легкий летний ветер, развивающий волосы, запах сосен и снова увидел вдали озеро, а перед ним верхушки деревьев и кучерявую макушку человека, смотрящего вдаль и ёжащегося от вечерней прохлады.