Синдром спящей красавицы

      Весенние утренние лучи пробирались сквозь штору и щекотали лицо, разукрашивая сливочную кожу нежными бликами. Вся спальня превратилась в обиталище солнца, утопая в шустрых солнечных зайчиках, и в них все казалось особенно волшебным. Но все и так было волшебно – стабильность протяженностью в почти два года. Именно столько прошло с того момента, как Чимин проснулся в объятиях любимого человека. Именно столько он ощущал себя совершенно счастливым. Он мало что помнил из своей «призрачной жизни» и уже не мог отличить, что случилось с ним в реальности, а что приснилось. И было ли вообще что-то? - Мы опоздаем, - невесомые касания губами расплывались по оголенной спине, вызывая смущенную улыбку. Так начиналось каждое утро, и каждое утро становилось необыкновенным началом нового необыкновенного дня. Люди, наверное, должны уставать друг от друга? Но Чимину всегда не хватало Чонгука. Если честно говорить, то он до сих пор никак не осознал тот простой факт, что этот возмужавший, уверенный в себе мужчина – любит его, все такого же смешливого, робкого мальчишку. Чон чувствовал, кажется, что-то похожее, - если мы опоздаем, то твоя сестра нас убьет. - Думаю, Тэхен опередит ее, - хрипло отозвался Пак, поворачиваясь на спину, чтобы увидеть сонное, помятое лицо любимого. Его губы тут же оказались вовлечены в ленивый поцелуй. У Чонгука точно имелся нездоровый интерес к губам хена, и он не особенно пытался его скрыть. А еще ему нравились чиминовы ключицы, его шея и предплечья, пухленькие пальцы, плоский живот, рельефные бедра, острый подбородок и румяные щеки. Ему нравился вообще весь Чимин, что он старательно демонстрировал ежедневно, ежечасно. Доказательство симпатии, любви, одержимости – называйте как хотите – и сейчас очень однозначно упиралось в бедро хена, - Гуки, так мы точно опоздаем. - Я люблю тебя, - пробормотал Чонгук, прижимаясь теснее. Он говорил это чаще, чем требовалось, но всегда предельно честно. Да, он хотел Чимина прямо сейчас, но признание в любви скорее объясняло его несдержанность, чем носило характер шантажа, мол: «что ты хочешь от меня, хен, когда я так влюблен в тебя?». Конечно, после такой прямоты, оставалось только сдаться. Чон довольно заулыбался, услышав согласный вздох парня. Тут же глубокий поцелуй обрушился на пухлые, призывно раскрытые губы. - Только быстро – успел пробухтеть юноша, прежде, чем его полувставший член оказался в чужой, шустрой ладони. Черт…             Они не сразу сблизились. Чимин настоял на том, чтобы узнать друг друга лучше и это решение, в целом, оказалось верным. Если прежде их чувства носили неясный, интуитивный характер, то после месяца свиданий они оба воспылали к друг другу огненной любовью. А вот там уже закрутилось. Между первым настоящим поцелуем (не будем брать в расчет то, что делал Чонгук, когда будил своего суженного от «вечного сна») и близостью прошло… полчаса? А уже спустя неделю они решили жить вместе. Быстро, да, но ведь никто об этом не пожалел? Да и на их стороне была сама судьба, так что… они просто не могли друг без друга.             Чонгук прижимался теснее, медленно двигая бедрами и так же медленно целуясь. Его член упирался в возбуждение Чимина, проезжаясь по нему с каждым новым толчком. Приятно, до темноты перед глазами… стоны, шумное дыхание, влажный звук соприкасающихся тел. Кажется, Пак что-то бормотал, что-то бессвязно-ласковое, что-то очень нежное. Он не контролировал свои руки, а они точно гладили Гука, он и тело свое не контролировал, стараясь раскрыться сильнее, чтобы получить больше ласки. Но Чон только рычал, двигаясь все менее ритмично. Сложно представить, каких усилий ему стоило не сорваться сейчас и не овладеть таким горячим хеном по всем правилам, а все потому что им предстояло провести на ногах целый день – зудящее анальное отверстие не впечатлило бы хена. Кончил он первым, размазывая семя своим же кулаком по своей же плоти, продолжая двигать рукой. - Вечером, я оттрахаю тебя, как полагается, - пообещал парень явно обиженному Чимину, прежде, чем довести дело до конца, сосредотачиваясь теперь только на возбуждение распластанного, стонущего возлюбленного.             Чонгук очень (ОЧЕНЬ) удивился, узнав, что его парень в свои двадцать с лишним все еще не имел сексуального опыта – точнее, удивился он не этому, этому он скорее обрадовался – удивил его скрытый потенциал Пака. Он творил какие-то фантастические вещи своим телом (спасибо растяжке), каждый раз погружался в процесс, как в омут, теряя над собой контроль, превращался во что-то до невозможности сексуальное и горячее. Рядом с ним задача сохранять трезвый разум сразу принимала статус невыполнимой, а не возбуждаться каждые полчаса было просто невозможно.       Чимин заскулил, выгибаясь в заботливых руках и излился на свой напряженный живот, моментально трезвея. После таких вот спонтанных акций ему обыкновенно становилось очень неловко (да, даже спустя два года регулярных экспериментов). Чон не знал, какая версия бойфренда ему нравится больше – вот эта дикая и несдержанная, или все-таки розовощекая, смущающаяся даже упоминания слова «член» или «секс». Хотя… он любил любого Чимина, он любил его целиком и полностью. И тот факт, что это взаимно, кружил голову. - В душ, - скомандовал младший, вытаскивая за руку своего ненаглядного хена из постели и поглядывая напряженно на время, - что будет, если свидетель опоздает на свадьбу? - Тебя интересует мое будущее, или будущее молодоженов? О том, что Тэхен и Смузи встречаются стало известно спустя несколько недель после пробуждения Чимина. Вот это оказалась действительно головокружительная новость. Для всех. Проще было представить Чимина-гетеро, чем этих ребят в качестве любовников, но… вот мы здесь. В то, что их свадьба не затянувшийся розыгрыш все еще верилось с трудом, только вот ни Тэ, ни Сонмин не обращали на шутки ровным счетом никакого внимания. Они просто ворковали сутками на пролет, не отлипая друг от друга и постоянно лыбились как придурки. В точности также, как и Чимин с Чонгуком. - Может… нам тоже пожениться? – мыля шелковую кожу Пака, как бы невзначай предложил Гук, - Даже Дэвон помолвлена, а она в отношениях всего полгода… - Мы уже обсуждали это, разве нет? – Чимин свел сурово брови, делая вид, что он предельно серьезен. Очень-очень важный хен… Мыльная пенка стекла ему прямо в приоткрытый рот, заставив того отплевываться. Чонгук хихикнул, ну тут же вспомнил о том, что у него тут вообще-то важное дело. - Ага. Но… по статистике принцы с красавицами разводятся только в пятнадцати случаях из ста! Это мало! Да и потом, никуда ты от меня не денешься, это все какие-то глупости, хен, - не дав парню ответить, Чон налил ему на голову шампунь и начал усиленно взмыливать его, приговаривая что-то о том, как им хорошо будет жить вместе, как мужу и мужу. - Нам придется лететь в Америку, чтобы пожениться? – устало попытался возразить Пак, используя свой последний аргумент. Он не то, чтобы не хотел узаконить свои отношения с парнем-мечтой, скорее, его немного пугала перспектива такого сложного события. Но учитывая то, с какой частотой Чонгук спрашивал его о свадьбе, наверное, избавить себя от таких переживаний возможности не имелось. - А ты бы полетел со мной? Ответа не требовалось, но Чимин все-таки кивнул, утопая в огромном полотенце и утыкаясь лицом в грудь Чонгука. Он был готов к любым приключениям с этим уютным, сильным парнем. Он был готов стать его во всех смыслах. И если для этого требовалось провести обряд и надеть кольца – пусть так.       Только вот он не знал, что и Чонгук был готов к важным решениям. Не знал он и о том, что билеты до Лас-Вегаса уже лежали в рюкзаке Чона вместе с самыми необходимыми вещами и… кольцами. Оставалось только дождаться окончания свадьбы Тэхена и Смузи, а потом… но это уже, кажется, новая страница их истории. Та, где долго и счастливо превращаются в бесконечность.