А3-21

Мали

Громко тренькнул сигнал пип-боя, оповещая о том, что пора просыпаться. Девушка с наслаждением потянулась и повернулась на спину. На часах было шесть утра. Нужно было обработать Харкнессу рану и разобрать с Престоном новую поставку лекарств до того, как хлынет основной поток пациентов, начинавшийся примерно с девяти часов. Может, сегодня ей повезет, и людей будет меньше, чем обычно, однако, Престон ясно дал понять, что до весны ожидать послаблений точно не стоит. Мали приподнялась на локтях, сонно пытаясь сообразить, куда опять подевался её пациент. И тут до неё дошло, что она лежит на его месте. Девушку мгновенно прошибло в холодный пот. Она вскочила на ноги и с тревогой осмотрела многострадальную постель, пытаясь понять, как такое могло произойти. Вариантов было два, и они оба ей не нравились. В первом можно было предположить, что шериф положил её к себе под бок, а второй — что не нарушил личного пространства, однако, снова пропал черт пойми куда. Идти в спящие казармы и пытаться отыскать его среди других бойцов — затея не только идиотская, но и опасная, учитывая недавние недвусмысленные намеки Уилла. Мали бегло прикинула, куда еще Харкнесс мог подеваться. Оставались только общая комната и отель Уизерли. Но общага располагалась на ангарной палубе, до нее необходимо было спускаться. Значит, в первую очередь стоило проверить отель. До прихода Престона оставалось не более десяти-пятнадцати минут. Мали быстро умылась и расчесалась. Поправила на себе одежду и, чувствуя, как слегка побаливает голова, вышла в коридор. Снаружи ожидаемо не было никого, кроме уткнувшегося носом в какую-то затрепанную книгу здоровяка-дежурного, которому они с Престоном недавно спасли ногу. Тот молча кивнул девушке и вновь опустил глаза в пожелтевшие от времени страницы. Мали осторожно перешагнула порог отеля и растерянно оглядела холл. Внутри располагалась здоровенная полукруглая администраторская стойка, явно стащенная из ресепшн какого-нибудь бизнес-центра в Вашингтоне. Вокруг было расставлено несколько высоких стульев, мгновенно превращавших её в бар. Вдоль стен стояли несколько слегка поцарапанных столов с заботливо расположенными в центре салфетницами из пластиковых канцелярских коробочек. Салфетки были из ткани и сложены в несколько раз. В противоположной стороне от входа, за администраторской стойкой, виднелись двери в несколько кают, которые и были «номерами» отеля.В холле было пусто, если не считать механически натиравшего стойку робота-помощника. — Добро пожаловать в «отель Уизерли», мэм, — радушно проскрипел он, едва его единственный круглый глаз с чуть уловимым жужжанием уставился на Мали, — Меня зовут мистер Бекингем. Чем могу служить? Девушка слегка растерялась. Нет, она знала, как обращаться с роботами этой серии, однако, в данный момент отчего-то с трудом представляла, как задаст ему свой вопрос. Однако, все прошло проще, чем представлялось. Харкнесс спал, раскинувшись прямо на матрасе. Конечно, кто бы ему тут стелил посреди ночи, хмыкнула про себя девушка, осторожно проходя к постели шерифа. Было даже жалко будить мужчину, который наверняка и толком не сумел выспаться из-за боли. Но деваться было некуда. Старая койка издала негромкий скрип при соприкосновении с тяжестью еще одного тела, однако, для обитателя поверхности этого оказалось достаточно, чтобы резко проснуться. Харкнесс поспешно распахнул заспанные глаза и уставился на присевшую к нему Мали непонимающим взглядом. Спустя пару секунд взгляд стал оторопевшим. Шериф открыл рот, словно собираясь что-то сказать, но кроме болезненного кашля из него так ничего и не вырвалось. — Издеваешься, да? — спокойно поинтересовалась первой Мали, — Ты в курсе, что подъем тяжестей может спровоцировать ухудшение твоего состояния? А я далеко не пять фунтов вешу. Харкнесс в ответ лишь прикрыл ладонью глаза и сонно поинтересовался целью визита. Мали, сдерживая усмешку, кивнула на дверь. — Пора снова в клинику. И на этот раз, пожалуйста, не надо сбегать ради меня. Это было трогательно, но очень глупо. Обратно они возвращались куда медленнее. Мали шагала, то и дело оглядываясь на шерифа и готовая в любой момент поддержать его при необходимости. Тот же, казалось, в помощи вовсе не нуждался, но отчего-то всякий раз, как девушка оборачиваясь, ловила на себе его внимательный взгляд. Вернувшись вместе с пациентом, Мали быстро расставила на рабочем месте все необходимое для процедуры, время от времени искоса поглядывая на покорно лежащего на больничной койке Харкнесса. Тот в ответ молча ловил её взгляды, с интересом рассматривая врачебный инвентарь. — Что собираешься со мной делать? — шутливо поинтересовался он. Мали быстро оглянула разложенное, проверяя, ничего ли она не забыла, и отчего-то избегая пристального рассматривания Харкнессом. Закончив, девушка прошла к сейфу, где Престон обычно держал препараты, с серьёзным выражением лица вытащила оттуда початую бутылку водки и повернулась к шерифу. — В такое время я еще не напивался, — слегка оторопев, вновь попытался было отшутиться Харкнесс. Мали с негромким стуком поставила бутылку на раковину. — Не надейся, это для обработки рук, — усмехнулась она, а затем, сама вдруг развеселившись, подмигнула, — Раздевайся. — Что, прости? — Харкнесс, стараясь не смеяться в ответ, изумленно уставился на неё, — В каком смысле? Мали, давясь рвущимся изнутри смехом, раскрыла сложенную у стены ширму, отгораживая койку от входа, а затем вновь вернулась к раковине и щедро полила ладони. В воздухе разлился острый запах спирта. — В прямом, шеф. Мне надо успеть обработать ранение и вколоть тебе стим до того, как Престон заберет меня с собой на закупки, так что не трать наше время, пожалуйста. Огнестрел намного выше колена, так что просто закатать не выйдет. Харкнесс приподнялся на локтях и уставился на пересевшую к нему на край койки девушку. Внезапно резко стало не до смеха. — Я думал, это будет делать Престон, — пробормотал он, отчего-то смутившись. Мали, тоже прекратив улыбаться, взглянула на него уже серьезнее. — Послушай, если ты решил начать стесняться, то немного опоздал с этим. Серьезно, значит то, что мне пришлось фактически раздеть тебя до трусов в первый день госпитализации, тебя уже не смущает. А дать обработать твою ногу вдруг стало неловко? Харкнесс вздохнул и, решив не спорить, начал стаскивать с себя шорты. В конце концов, чего он так заморочился на самом-то деле, это же не нательное белье. В происходящем шерифа сейчас больше смущало то, что он вряд ли сможет выполнить требование в лежачем положении без посторонней помощи. Однако, даже мысль о том, что Мали будет как-то участвовать в этом процессе странно взвинчивала все внутри. Но в итоге, с собственной одеждой Харкнесс справился сам и тактично отвел взгляд в стену, едва на бедро легли прохладные девичьи руки, легкие прикосновения которых он помнил даже под наркозом. Мали обильно полила каким-то раствором место ранения и быстро разрезала старую повязку. Осторожно сняла влажный бинт, придерживая пальцами кожу в местах, где марля присохла к окровавленным участкам. Затем уже чистой проспиртованной марлей аккуратно обработала края раны. Еще один отрез бинта, сложенный в несколько раз и смоченный первым раствором. Девушка аккуратно, не торопясь, убрала застывшую по краям тонкую корку гноя и присохшие остатки марли, промыла открывшийся раневой канал, а затем вколола рядом первый стимулятор. Харкнесс на мгновение зажмурился от болезненного ощущения регенерирующихся под воздействием укола тканей. Мали подождала, пока шериф даст понять, что можно продолжить, насыпала сверху антибактериальный порошок и наложила чистую сухую повязку. — Не больно? — бегло поинтересовалась девушка, закрепляя узел, — К сожалению, нельзя сразу проколоть нужное количество стимов, не очищая каждый раз рану, иначе под сросшимися тканями может начаться воспаление. Это очень частая ошибка на Пустошах. Харкнесс кивнул, взяв на заметку услышанное. — Раньше… там где меня держали, ко мне через день притаскивали вот так залечившихся в дороге охотников. Приходилось вскрывать наживую, убирать абсцесс и все делать заново. Она замолчала, собирая использованную марлю. Выбросила грязные бинты в ведро под раковиной и быстро вымыла руки. А затем вернулась к столу и взяла стетоскоп. — Тебе придется подняться на ноги. И теперь снимай верх или закатывай как можно выше и держи, — произнесла она, надевая его, — Мне надо прослушать легкие. Девушка, старательно припоминая все, что помнила об аускультации, приложила холодную головку стетоскопа к груди пациента, отчего-то избегая смотреть ему в лицо. Хрипов не было, дыхание было неглубоким, однако, при повреждении ребер вдох полной грудью шериф сможет сделать еще нескоро. Мали обошла державшегося за изголовье Харкнесса и прослушала еще со спины. Сейчас она почти жалела, что в убежище не успела получить достаточного опыта с этой процедурой. В теплом благополучном бункере почти никто не болел, в Парадиз-Фоллс такого прибора вообще не было, а потому сравнивать результат было не с чем. Девушка убрала стетоскоп и скользнула взглядом по слегка напрягшимся от холодных прикосновений мышцам на спине мужчины. В голове промелькнула забавная мысль, что на нем она спокойно могла бы показать большинство из них на промежуточном экзамене по анатомии в убежище. Помнится, в день зачета торжественную роль живого манекена отвели Бучу. Как итог, добрая часть времени была потрачена на пошлые шутки одноклассников и ухмылки «образца». Мистер Бротч, невозмутимо смотревший на происходившее Джеймс и его лаборант Джонас оценили результат Мали, как средний, однако, та отказалась от пересдачи. Как будто на Делории было, что показывать. — Доброе утро, — раздался с порога бодрый голос вошедшего Престона, — Мали, перевязку закончили? — Да, док, — девушка расправила на спине Харкнесса ткань и протянула ему его шорты, — Караван Хоффа уже подошел к городу? — Вроде да, — Престон деликатно подождал, пока его помощница уберет ширму, и приветственно пожал руку шерифу, — Как себя чувствуете? Харкнесс попытался улыбнуться, как ни в чем не бывало. — С ногой порядок благодаря своевременному контролю доктора Харпер, — его взгляд остановился на Мали, — А ребра все еще по-прежнему. Я хотел спросить, нет ли возможности поставить мне чего покрепче, но без дальнейшей зависимости? Престон задумчиво потрепал короткую седую бородку. — Если у Хоффа нам сегодня удастся купить все необходимое, то поставлю вам в обед блокаду. Боль не исчезнет совсем, но значительно притупится, а весь эффект продлится примерно пару недель. Как раз хватит, чтобы пережить наиболее трудный период восстановления. — Спасибо, — облегченно кивнул Харкнесс и вновь перевел взгляд на Мали. Та лишь молча отвела глаза в сторону выхода и застегнула куртку, показывая, что готова выходить. Престон кивнул и достал из шкафа старое уже истрепанное временем пальто. Внешний мир встретил их утренним холодом в ноль градусов и мелко моросящим дождем. Мали шагала, стараясь не показывать, насколько неуютно себя чувствовала от предстоящей встречи с торговцем медикаментами и наркотиками. Караван Хоффа был по-своему уникален тем, что поставлял свои товары всем без исключения, даже самым отъявленным отморозкам, и тем самым обеспечивал себе неприкосновенность от налетов. Мали сама неоднократно закупалась у него в Парадиз-Фоллс, и сейчас боялась того, что мрачный караванщик узнает её в присутствии Престона. Убегать от прошлого оказалось не такой простой задачей, казалось бы, даже в Пустошах. Караван расположился у сходней моста. Престон обменялся рукопожатием с Хоффом, представил ему свою ассистентку. Тот несомненно узнал девушку, однако, не проронил ни слова и сразу перешел к списку необходимого. Престон выкупил у караванщика по две партии антибиотиков, обезболивающих, антирадинов и стимуляторов, а также полную коробку расходных материалов. Мужчины торговались около получаса пока не сошлись на сумме, которая устраивала обе стороны. — Эй, док, — Мали старалась не отставать и не споткнуться, нагруженная, как и Престон, закупленным, — Как считаете, на Пустоши есть кто-нибудь, кто способен провести пластическую операцию? — К чему вопрос? — поинтересовался в ответ врач, сам тоже пытаясь смотреть под ноги из-за груды накупленного. Охранник у КПП открыл им дверь на лестницу. — Просто любопытно, — Мали вслепую нашарила первую ступеньку, отчаянно пытаясь не уронить все, что было в руках, — Услышала тут мельком одну историю об андроиде, который искал себе такого хирурга. — А, это, — Престон едва не споткнулся-таки, но все же сумел удержать равновесие, — Ходила тут давно сплетня, что какой-то беглец из Содружества разыскивал доктора и какого-то компьютерного техника. Помню, многим врачам была разослана запись о нем. Я даже не вникал, если честно, бросил голодиск в стол и забыл. Слишком уж невероятная история, чтобы тратить на неё свое время. — Да, пожалуй, — пробормотала в ответ Мали, с облегчением преодолев последнюю ступеньку. Харкнесс молча смотрел на то, как они разбирали поставку, раскладывая закупленное по местам. Мали вслух пересчитывала количество каждого товара, кожей ощущая на себе изучающий взгляд шерифа и стараясь не оглядываться в ответ. Улучив момент, пока доктор между делом о чем-то спрашивал их пациента, девушка открыла ящик стола. Голодиск лежал под грудой каких-то старых расчеток. Она видела его там и раньше, однако, никогда не задумывалась о том, чтобы прослушать. Мали быстро сунула находку в карман штанов и закрыла ящик. Разумеется, можно было взять запись, не скрываясь, однако, хотелось бы привлечь как можно меньше внимания к этому странному делу. Престон, закончив пересчет, убрал последнюю пачку бинтов в шкаф, а затем с неудовольствием кивнул в сторону сейфа. — Осталось докупить детоксин для тех, кто решится избавляться от зависимостей, — пробурчал он, обращаясь к Мали, — Сходи возьми у Синтии Кантелли на рынке, а я пока подготовлю для шерифа блокаду. Мали кивнула и послушно вышла в коридор. Но вместо лестницы девушка направилась в сторону уборной. Закрывшись изнутри и убавив громкость на пип-бое до минимальной, девушка вставила маленькую кассету в соответствующий разъем и поднесла устройство к уху. «Эй, док, я тебе это рассказываю только потому, что тебе, похоже, можно доверять. Тебе приходилось слышать об искусственных людях, которых делают на севере, в Содружестве? Ну вот, слухи не врут. Их называют андроидами или синтами. Они — совсем как мы, люди, только сделаны из другого вещества. Мне знаком один из этих андроидов. Он ищет доверенного врача, чтобы сделать пластическую операцию. Справишься? Или, может, знаешь кого-то, кто может это сделать? И ещё — не знаешь кого-нибудь, кто был бы настоящим асом в компах?» Запись тихо пикнула, оповещая о конце. Мали нахмурилась и опустила руку с устройством. «Престон что-то не договаривает или же эта запись предназначалась другому врачу, однако, каким-то образом попала к нему», — сосредоточенно подумала она, поспешно шагая в сторону лестницы. В любом случае, спрашивать больше было не у кого, однако, можно было попытаться как-нибудь поинтересоваться этой историей у кого-нибудь из местных технарей. Главным препятствием было то, что единственным разбирающимся хорошо в электронном оборудовании на авианосце был Сигрейв Холмс, который, по словам местных, был одарен прямо-таки даром компьютерного мозга. Однако, он же был и одним из подозреваемых Мали. Около лавки Кантелли отиралась Тринни, явно страдающая от ломки. Мали молча оглядела лицо девушки. Очевидно, зависимость появилась недавно, но от чего-то явно крепкого. Скорее всего, винт, которым промышляли многие рейдеры на Пустошах. Поговаривали, что этот «ингалятор» дарил просто феерические ощущения счастья и придавал физических сил, позволяющих драться до последнего издыхания. Однако, Тринни была лишь местной проституткой, и предположения о том, на черта ей закидываться, заставляли все внутренности неприятно съеживаться от подобных мыслей. — Синтия, пожалуйста, — хныкала девушка, шумно хлюпая забитым носом. Небось еще и простудиться успела, — Всего одна доза в долг. Я отдам крышки завтра. — Пошла на хер отсюда, — спокойно откликнулась Кантелли, даже не отрываясь от чтения какого-то затрепанного до дыр выцветшего журнала, — И держись подальше от моего мужа Поли, поняла? Увижу рядом с ним, пристрелю сразу же. Бледное лицо Тринни приобрело почти землистый оттенок. — Мразь, — выплюнула в ответ девушка и, слегка пошатываясь, отошла от палатки, не сводя глаз с полок с заветным содержимым. Мали приблизилась к Кантелли и попросила детоксин. Черные глаза Синтии изучающе окинули ассистентку Престона, а затем торговка потянулась к одной из полок. Мали рассчиталась с Кантелли и повернулась было в сторону выхода. — Слышь ты, тупая сука, — зло плюнула в её сторону Тринни, с бессильной яростью глядя на упаковку в руках девушки, — Думаешь, ты чем-то лучше меня? Почему она тебе продала, а мне нет? — Это детоксин, — бросила в ответ Мали, стараясь сохранять безопасную дистанцию, — И честно говоря, тебе он будет сейчас актуальнее, чем дурь. Приходи, прокапаю. Горящие от злобы глаза проститутки впились в раздражающе спокойное лицо врача. В этот момент к ним подошел Уилл, в отсутствие Харкнесса дежуривший на рынке. — Тринни, ты чего тут отираешься? — произнес он, — Дозы здесь в долг никто не дает, так что давай, иди к себе. Внимание девушки моментально переключилось с Мали на подошедшего офицера. На накрашенных губах Тринни мгновенно появилась томная улыбка, а взгляд блеснул поволокой. — Эй, офицер, как насчёт выпить вместе после смены? — игриво поинтересовалась она, быстро приблизившись к своей новой цели. Уилл, ухмыльнувшись, покачал головой и быстрым движением указал дулом автомата в сторону выхода. — Иди поищи дураков среди пришлых, Тринни, — хмыкнул он и, подождав, пока обозленная девушка двинется в указанном направлении, повернулся к Мали, — Все в порядке? Та лишь криво усмехнулась в ответ. — Полный порядок, спасибо, офицер. Уилл убрал автомат за плечо и приблизился к ней. — Давай провожу. На будущее не рекомендую покупать здесь что-то на глазах у местных торчков вроде Тринни, Тэда Стрейера или Поли Кантелли. — Я дойду, не стоит так утруждаться, — отказалась в ответ Мали и попыталась было обойти парня, но тот не отставал. — Ты все еще злишься? — вопросительно произнес он, пытаясь идти рядом с девушкой. — Нет, но не вынуждай меня это делать, — ответила Мали и прибавила шаг, быстро лавируя между людьми. Уилл ничего не сказал и вернулся на пост. Девушка, пройдя по коридору между торговыми палатками, наткнулась взглядом на Сигрейва. Жизнерадостный торговец расставлял у себя на полках самый разнообразный товар, от бутылок ядер-колы и хоккейных щитков, которые использовались в качестве элементов самодельной брони, до каких-то и вовсе непонятных деталей. Мали с пару секунд оценивающе смотрела на мужчину, пытаясь понять, как такой с виду простак может быть настоящим компьютерным гением. А затем приблизилась к прилавку. — Заходи, заходи, — приветливо воскликнул Холмс, улыбаясь девушки, — Добро пожаловать в «Припасы Ривет-Сити». Только скажи, что тебя интересует. Или может, надо чего починить? Мали отвела взгляд, смутившись собственных подозрений на фоне такого радушия. Мужчина тем временем наклонился, доставая какую-то коробку из-под полок. — Честно говоря, у меня немного другой вопрос. Говорят, вы лучший мастер на авианосце. — Я польщен, — на лице Сигрейва промелькнула довольная улыбка, — Чем могу вам помочь, мэм? Мали заставила себя тепло улыбнуться и оперлась локтями о прилавок. — Если честно, у меня немного необычный вопрос. К вам случайно не обращались как-то с вопросом о… перепрограммировании робота? Холмс замер и кинул быстрый взгляд на девушку снизу вверх. Затем распрямился и уселся на низенький табурет, не сводя с посетительницы глаз. — Честно говоря, не совсем понимаю, о чем вы, — с явной опаской ответил он. Мали в ответ извлекла из пип-боя голодиск и продемонстрировала его Сигрейву. — Я врач, — пытаясь аккуратно нащупать границу того, о чем стоило говорить, произнесла она, — Ко мне попала одна запись, в которой говорилось, что кто-то ищет хорошего пластического хирурга и грамотного техника. Захотела узнать, получал ли такие послание кто-то еще кроме меня. Например, кто-нибудь из техников. Сигрейв, заметно расслабившись, махнул рукой. — Поздно же вы, однако, получили это, — с усмешкой сказал он, — Этой истории уже лет пять-шесть, если не больше. Помню, какой-то-то чёртов придурок продавал кассеты с записью о беглом андроиде, а я, будучи ещё большим идиотом, купил одну из них, — Холмс вновь наклонился к прилавку и извлек откуда-то из недр ящиков два запыленных голодиска, — Сначала я решил, что это розыгрыш, что эти кассеты послали многим замороченным на технике простакам типа меня. А потом знакомый поделился еще одной записью. И вот тогда я понял, что это были не шутки, но больше никто ничего не слышал про этого беглеца. Может, уже давно на запчасти разобрали, — мужчина пожал плечами, а затем усмехнулся, — А может, все прошло удачно, и этот парень сейчас ходит где-то среди нас, кто знает. — Кто знает, — согласно повторила Мали, забирая диски, — Спасибо вам. — Было бы за что, мэм, — Сигрейв вновь обезоруживающе улыбнулся, — Если честно, я все же склоняюсь к тому, что это уже давно канувшая в лету история. Слишком много времени прошло. Уж я всю жизнь живу тут и точно знаю, что на корабле происходит. Мали, собравшись было уходить, притормозила и удивленно уставилась на Холмса. Тот в свою очередь тепло поздоровался с подошедшим отцом Клиффордом, священником местной церкви святой Моники. Тот остановился у прилавка и подслеповато щурился, разглядывая товар. — Всю жизнь? — переспросила Мали. Если так, то этого гениального барахольщика можно было смело вычеркивать из списка подозреваемых. — А то. Моя бабушка, Аннет Холмс, была одной из основателей этого поселения и членом городского совета, — почти хвастливо произнес Сигрейв, — Я, правда, не унаследовал её места. Но собираюсь подать свою кандидатуру в городской совет. — Удачи вам, — брякнула Мали, не найдясь, что сказать лучше и, смахнув пыль с голодисков, поспешила обратно в клинику. Престон к её возвращению успел проставить Харкнессу обещанную блокаду и собирался уходить на вызов от дежурного, передавшего, что один из рабочих с нижней палубы получил ожог сваркой. Мали, устало глянув на часы, вспомнила, что их пациент еще ничего не ел. Да и она сама про себя тоже забыла в суете. Черт, а день еще только начался. — Скажи, что и где тебе купить, я принесу, — произнесла девушка, чувствуя неловкость перед тактичным шерифом. — Не нужно, я все заказал уже, — улыбнулся в ответ Харкнесс, отложив в сторону принесенную кем-то из его сослуживцев книгу. — Да? — Мали смущенно опустила глаза на гладкую поверхность стола, — Тогда, если ты не против, я тоже быстро сбегаю к Стейли на завтрак. — Я заказал на двоих. Просто посиди спокойно, пожалуйста, Бекингем через десять минут все принесет, — Харкнесс поймал её взгляд, — Я видел, что ты тоже ничего не ела со вчера. Девушка хотела было возразить, но в этот момент у дверей раздалось тихое жужжание, и деловитый робот-помощник внес в помещение поднос, на котором стояли две тарелки с картофельное пюре и кусочками тушенки и два дымящихся стакана. Помещение клиники заполнил мягкий аромат кофе. Девушка вдруг поняла, что последний раз картофель она ела в убежище. — Я не знал, что ты любишь, взял то же самое, что и себе, — Харкнесс, кряхтя, принял сидячее положение, — Вера готовит намного лучше Гэри, да и куда требовательнее к качеству продуктов. Номера у неё может и дорогие, но еда вполне доступная, цены как везде. Мали опустила глаза в свою тарелку. — Спасибо, — пробормотала девушка, искренне тронутая внимательностью шерифа. Они немного поболтали ни о чем за завтраком. Мали маленькими глотками пила горячий кофе, чувствуя, как её охватывает приятное чувство умиротворения. Харкнесс рассказывал о работе в службе безопасности, поделился парой историй аналогичных налетов на город. Мали в ответ поведала историю своего изгнания и как её облапошили в Мегатонне в первый же день на поверхности. Стаканы давно опустели, тарелки стояли друг на друге, однако, о том, что шел рабочий день девушка вспомнила лишь когда на осмотр пришел кто-то из обитателей авианосца. Мали спохватилась и вскочила на ноги. — Проходите, я сейчас вернусь, — извиняюще пробормотала она и схватила поднос. Девушка поспешно вышла в пустой коридор, торопясь поскорее вернуть посуду Уизерли. Неподалеку от дверей отеля её довольно бесцеремонно остановила молодая афроамериканка. Мали была уверена, что не встречала девушку прежде среди местных жителей. Незнакомка решительно преградила дорогу к отелю и, сложив руки перед собой, с вызовом произнесла: — Ты времени даром не теряешь, я гляжу. Всё время задаёшь вопросы. «Расследуешь». Ты какой-то дознаватель? Наёмный детектив? Или у тебя личные счёты к бедному андроиду, который мечтает только чтобы его оставили в покое? Мали затормозила на ходу, едва не врезавшись в неё подносом. — Ты кто вообще на хрен такая?!