Порвать связи

Эндрю Доу был повсюду. Неважно, куда смотрел Аарон, новость о том, что Эндрю стал профессионалом после пропажи без вести, обсуждалась на всех каналах, связанных со спортом или нет. Вопрос о смене его имени висел в воздухе вокруг каждого пресс-релиза. Эндрю не говорил об этом. Эндрю почти ничего не комментировал прессе, так что, по крайней мере, этот аспект его брата не изменился. Но слухи росли, и все больше людей приходили к выводу, что между Миньярдами произошел серьезный разлад, из-за которого Эндрю навсегда покинул Пальметто. Переход в Про на три года раньше запланированного срока и шокирующее пополнение в лиге Про. Аарон оставил попытки избежать этого, не то чтобы он упускал возможность сказать любопытным студентам «отвалите», когда они приставали к нему, но поскольку пресса не получала ответов в других местах, он решил вместо этого преследовать сайт команды. Прокручивая главную страницу «Атланта Ястребы» и изучая каждую фотографию, которую игроки размещали в Твиттере с момента объявления. В основном Эндрю скрывался на заднем плане, не обращая внимания на камеры, направленные в его сторону. Но чем ближе он присматривался, тем больше понимал, что он не просто притаился. Эндрю разговаривал со своими новыми товарищами по команде. Он был в баре, выпивал с игроками и тренерами. В его квартире были сделаны фотографии игроков и иллюзорного кота «Сэра» (остальное имя отредактировано из-за неприемлемой лексики), которого никому из них не удалось сфотографировать, фотографии, сделанные в его машине, где Эндрю возил своих товарищей по команде. Это было больно. Знать, что у Эндрю есть квартира, которую он никогда не увидит, и кот, которого он никогда не погладит. Это было реальным и вещественным доказательством того, что Эндрю пошел дальше и вычеркнул их из своей жизни навсегда. Плюс фотографии рыжеволосого парня, стоящего спиной к камере, и внимание Эндрю было приковано к нему. Тот самый рыжеволосый, из-за которого Кевин сходил с ума за неделю до этого; тот самый, которого Рене назвала соседом Эндрю. Соседом, с которым он не хотел встречаться. Никогда не поговорит с ним по телефону. Человек, который теперь знал о жизни своего брата больше, чем он сам. На этих селфи было больше свидетельств того, что Эндрю общался со своими товарищами по команде, чем за все годы, что Аарон играл с ним в одной команде, будь то в школе или колледже. Вот что он не мог забыть. Он не мог припомнить, чтобы Эндрю вел себя так до того, как его посадили на лекарства; а когда он был под кайфом, он общался с командой только для того, чтобы разорвать ее на части, дико смеясь, когда единство команды уходило в трубу. Неужели этот Эндрю все это время прятался под лекарствами? Неужели именно их, теперь уже нарушенная, сделка помешала ему завести друзей в средней школе? Да, «никаких друзей» было частью сделки, но Аарон не позволил этому помешать ему сблизиться и работать с их командой так, как это делал Эндрю. Он по-прежнему тусовался с товарищами по команде в перерывах между тренировками и разговаривал с ними в коридорах, где Эндрю пресекал все попытки команды познакомиться с ним поближе, пока не появился Кевин. И Кевину разрешили остаться только после того, как он заключил сделку с Эндрю. Он открыто заявил, что, хотя Кевин был одним из монстров, на самом деле они не были друзьями. Неужели Аарон упустил ту часть своего брата, которая действительно хотела этого? Неужели Эндрю отказался от них только из-за того, что строго придерживался заключенных им сделок? Ваймак и другие Лисы планировали собраться в Лисьей норе в тот вечер, чтобы вместе посмотреть первый матч Эндрю в категории Про. Аарону тоже нужно было увидеть это своими глазами. Ему нужно было увидеть, как Эндрю взаимодействует с товарищами по команде в реальном времени, чтобы оценить свои мысли о том, кем был его брат без него, но он не знал, что сможет увидеть это перед остальными членами команды. Что, если он был прав? Что если история, нарисованная на этих фотографиях, показывала настоящего Эндрю; Эндрю, который играл в экси, потому что ему это нравилось и он подружился с людьми? Что, если Эндрю действительно было лучше без него? Аарон не был уверен, что способен с этим смириться.

—

Шестичасовая поездка на автобусе стала для ястребов событием целого дня. По сравнению с этим Эндрю почти завидовал полуторачасовому перелету Нила. Почти. К счастью, ястребов поселили на ночь в хорошем отеле в Мемфисе, прежде чем им предстояло повторить путь домой. В отличие от Нила, который после игры возвращался в аэропорт, чтобы в воскресенье вернуться в Нью-Йорк и проследить за деловыми сделками своего дяди. Путешествия в дни игр не были для него чем-то новым, но вот дресс-код — да. Будучи профессиональным спортсменом, Эндрю сделал первые покупки на свой подписной бонус в виде ряда дорогих черных костюмов и нескольких цветных галстуков для торжественных случаев. Появление на любом стадионе в день игры означало, что нужно быть на высоте в плане одежды, и ему сообщили, что джинсы и ботинки, какими бы модными они ни были, не будут приемлемой одеждой. Это были слаксы, парадная обувь, парадные рубашки и галстуки. Пиджаки были необязательны и поощрялись, он воспринял это как приглашение добавить потайные карманы, куда можно было бы спрятать конфеты или оружие в зависимости от настроения. Если Эндрю собирались заставить одеваться каждый игровой день, то он собирался сделать так, чтобы это выглядело хорошо. И если то, как Нил застыл, глядя на него, когда он вышел из ванной в то утро, было хоть каким-то свидетельством, то он справился с этой задачей. — Ты нервничаешь? — спросил Нил после того, как он поднял челюсть с земли, тяжело опираясь на стойку, чтобы наблюдать за ним. — Шансы на то, что я действительно буду играть сегодня, невелики, — уклонился от ответа Эндрю, намеренно не думая ни о бандане Лисов, которую он положил в свой багаж, ни о разговоре, который Майер отвел его в сторону накануне. В общем, если он получит хоть какое-то игровое время, ему придется встретиться с прессой и дать реальные ответы на их вопросы. — Ты уверен, что хочешь потратить деньги на то, чтобы увидеть меня сидящим на скамейке запасных? — Да, — снисходительно улыбнулся Нил. Его мнение о шансах Эндрю получить игровое время значительно отличалось, он гораздо больше верил в то, что его тренеры думают о его способностях, чем Эндрю. — Я бы ни за что не пропустил. У меня есть билеты в первый ряд на вашу домашнюю игру на следующей неделе. — Это войдет у тебя в привычку? — обвинил он полусерьезно, больше всего довольный тем, что Нил хочет присутствовать на его играх. — Потому что я мог бы достать тебе пропуск для друзей и родственников в ложу, чтобы тебе не пришлось смотреть в толпе, если хочешь? Лицо Нила сделало что-то сложное, когда его улыбка смягчилась. — Ты хочешь, чтобы я сидел в ложе рядом с семьями твоих товарищей по команде? Эндрю мог подумать о последствиях этого. Он мог бы отвернуться и сказать что-нибудь язвительное о том, что больше некому раздавать пропуска, но Нил приходил смотреть его игры, потому что хотел этого, потому что он освобождал место для Эндрю в своей жизни и показывал ему, как сильно он хочет быть там; Эндрю не мог отмахнуться от важности дать Нилу понять, как сильно он хочет этого тоже. — Да, — медленно признался он, удерживая взгляд Нила, чтобы тот увидел в нем правду. — Я бы хотел, чтобы ты был там. Я поговорю об этом с Майером, когда мы вернемся. — Хорошо, — сказал Нил, и его лицо засветилось от восторга. — Мне пожелать тебе удачи на сегодняшний вечер? — Думаешь, она мне нужна? — ответил он, приподняв бровь. — Нет, — легкомысленно усмехнулся он. — Ты слишком компетентен, чтобы нуждаться в чем-то столь непостоянном, как удача. Эндрю мысленно хмыкнул, в его груди зародилось удовлетворение. — У меня есть кое-что для тебя, — сказал он, жестом приказав Нилу оставаться на месте, а сам нырнул в свою комнату, чтобы взять совершенно новую, в пластиковой упаковке, футболку. PR-команда Ястребов провела несколько хитрых манипуляций, чтобы его майки продавались только на их играх, в ограниченном количестве, а его домашние майки вообще не продавались за пределами домашнего стадиона Ястребов. Это позволило привлечь внимание СМИ к выходу Эндрю в профессиональную лигу и привлечь больше фанатов экси на стадионы, чтобы лично посмотреть игры, а не сидеть дома, смотря ESPN и заказывая товары через интернет. PR-менеджером, стоявшим за этой схемой, была остроумная женщина лет тридцати, Элис Макдональд, которая наблюдала, как он схватил одну из домашних футболок и засунул ее в сумку, покачав головой от удовольствия, когда он отказался назвать причину кражи. Эндрю бросил пакет Нилу, пока тот не смотрел, стараясь не обращать внимания на жар, ползущий по его шее, зная, что это был жест собственника, желающего, чтобы Нил носил его майку. Нил словил пакет в воздухе невероятно быстро, подняв глаза от телефона только тогда, когда он был надежно закреплен в его руке. Очевидно, работа в спортзале и бизнес его дяди сохранили его рефлексы достаточно острыми, чтобы соответствовать профессиональным спортсменам, что еще больше разожгло любопытство Эндрю. Каждый раз, когда ему казалось, что он понял, кто такой Нил, он находил что-то новое, чтобы зациклиться на этом. — Правда? — усмехнулся Нил, разрывая пластик, чтобы достать майку. Он поднял ее, чтобы полностью рассмотреть каждую сторону. — Это твоя домашняя форма? Эндрю хмыкнул в ответ, прислонившись к прилавку, чтобы посмотреть на него. — Они не поступят в продажу до следующей домашней игры. Выражение лица Нила приобрело озорной блеск. — Я получу ее с автографом? Эндрю сдержал желание закатить глаза. — Зависит от того, насколько хорошо ты разбираешься в подделках, — выстрелил он в ответ для пущей убедительности. — Вообще-то, очень хорошо, — уверенно сказал Нил, слегка нахмурившись, когда изучал майку. — Но дело не в этом. — В чем же тогда? — спросил он, переместившись, чтобы встать перед ним. Нил сдвинулся, бросив майку на столешницу, чтобы сосредоточиться на Эндрю. — Ты подпишешь ее для меня? Эндрю прижал его к столешнице, держа руку по обе стороны от талии, Нил, не думая, наклонился вперед, сокращая расстояние, и Эндрю ощутил прилив желания, которое затопило его организм от близости. — Ты наденешь её для меня? Нил кивнул, слегка коснувшись носами, и его внимание переместилось на губы. — Да.

—

Аарон оказался в Лисьей норе той ночью против своей воли. Ники мог быть удивительно убедительным, когда чего-то хотел. Вся команда, включая новичков, собралась в командной комнате, чтобы посмотреть игру на большом экране в окружении напитков и еды на вынос, которую передавали туда-сюда между игроками. Он взял одно пиво и вышел, чтобы найти Ваймака, который сидел в своем кабинете с телевизором вдали от шума команды. Он не стал спрашивать разрешения и проскользнул в кабинет, отодвинув один из свободных стульев, чтобы сесть рядом с тренером и посмотреть на гораздо меньший экран, на котором начали объявлять игроков, выходящих на площадку для разминки. Ваймак хмыкнул и подвинул свой стул, чтобы освободить дополнительное место. — Ники здесь? — спросил Ваймак, пока комментаторы перечисляли игроков домашней команды «Мемфис, Тигры». — С остальными, — признался Аарон, отхлебнув пива. Ваймак кивнул, не отрывая внимания от экрана. — Как ты узнал об объявлении? Это было то, что беспокоило его после того, как прошел первоначальный шок от того, что увидел брата по телевизору. Ваймак почти никогда не звал их смотреть новости, но в тот день он позвал их всех посмотреть именно эту пресс-конференцию, несмотря на то, что она не имела никакого отношения к лиге NCAA. — Меня предупредил один из их тренеров, — признался Ваймак, откинувшись в кресле и положив ногу на ногу, чтобы отбросить несколько шальных ручек. — Майер был благодарен за то, что я поговорил с их руководством, видимо, это помогло убедить главного тренера дать Эндрю шанс. — Ты говорил с Ястребами об Эндрю? — спросил Аарон, его желудок скрутило при этой мысли по причинам, которые он не мог назвать. — Он попросил тебя помочь подписать с ними контракт? — Когда это Эндрю просил о чем-либо? — Ваймак с вызовом поднял бровь. — Я даже не знал, что он снова ищет экси, когда Майер позвонил мне. Я подумал, что он, возможно, покончил с этим навсегда. — Он всегда говорил, что экси ничего не стоит. — Он задумался, вспоминая бесчисленные споры, которые они все вели. Кевин был особенно расстроен отсутствием интереса со стороны Эндрю, и между ними не раз вспыхивали кулаки, когда Кевин отказывался сдаваться. — Ну, я всегда думал, что он играет не просто так. Я просто не мог быть уверен, что это причина. Они замолчали, когда комментаторы начали объявлять игроков Ястребов, бегущих по туннелю на площадку. Камеры чуть не пропустили Эндрю, когда объявляли его имя, им пришлось панорамировать вниз, чтобы поймать его, присоединившегося к своей команде, прежде чем его захлестнули более крупные игроки вокруг. Аарон постукивал ногой, покачивая головой в разочаровании. Это точно был Эндрю. На задней стороне его майки было написано ДОУ 03, и он пробежал круг по площадке с игроком по обе стороны от него. Лисы в командной комнате начали кричать и аплодировать достаточно громко, чтобы заглушить звук собственного телевизора. Дэн стучала по стенке офиса, когда не вбежала, чтобы поговорить с ними; Аарон нахмурился от такого вторжения, прежде чем она открыла рот. — Посмотри на его запястье, — усмехнулась она, указывая на экран. — Это Лисья бандана, прямо там! — Что? — потребовал Аарон, вставая, чтобы внимательнее посмотреть на экран. Комментаторы сосредоточили свое внимание на Эндрю, когда закончились объявления, с нетерпением ожидая обсуждения нового шокирующего члена защитной линии Ястребов. Аарон заметил, когда камеры следили за Эндрю за поворотом на внешней площадке, и он все еще не был уверен, что может в это поверить; но вот она, бандана Лиса, повязанная вокруг его руки прямо над вратарскими перчатками. — Что ты на это скажешь? — улыбнулся про себя Ваймак, не ожидая, что кто-то из них отреагирует. — Первые лисьи цвета, которые были надеты в профессиональной игре, — размышляла Дэн в благоговении. — Кто бы мог подумать, что это произойдет от Монстра? Не Аарон, это точно. Дэн снова вышла, когда ни у кого из них не осталось ничего, чтобы добавить к разговору, и с удовольствием вернулась к трансляции и послушала, что говорят комментаторы о шансах каждой команды. Они с удовольствием вспоминали непоследовательное прошлое Эндрю в Лисах и делали ставки на то, окупится ли авантюра Ястребов. Не принимая во внимание Эндрю, можно было легко понять, что они считают Тигров фаворитом, но Эндрю внес разлад в ставки одним своим появлением. — Он будет играть? — тихо спросил Аарон, почти боясь услышать ответ. Ваймак посмотрел на него на мгновение, прежде чем ответить. — Думаю, будет. Если Майер добьется своего, я готов поспорить, что Эндрю поставят после Моррисона, чтобы посмотреть, на что он способен в настоящем матче. — Но будет ли он играть? — уточнил Аарон. Они оба знали, что есть разница между играть и играть, когда речь идет об Эндрю. Ваймак рассеянно кивнул, понимая разницу. — Да. Аарон вздохнул, его сердце опустилось еще ниже в груди. — Ты говорил с ним в последнее время? Ваймак покачал головой, взял бутылку виски и налил немного в чистую кофейную кружку. Он протянул бутылку, и Аарон сделал несколько глотков из нее, не заботясь о том, чтобы найти чашку, прежде чем передать ее обратно. — Единственное, что я получил от него с тех пор, как он уехал, это открытку с сообщением, что он все еще жив, — признался он. — Если бы он хотел поговорить со мной, он бы поговорил. — Да, — согласился Аарон. Он даже не заслужил открытки. Все, что они с Ники получили, — это пустую комнату и ключ, лежащий на кухонном столе без записки с надписью «Пошли вы». Он хотел знать, были ли его отношения с братом настолько плохими, что Эндрю мог так легко от них отказаться. Вычеркнуть Аарона из своей жизни, как ненужного крота. За все то дерьмо, через которое они прошли, за все то, что они сделали друг другу за эти годы, за нарушенные обещания, за мертвую мать, за запертую дверь в ванной, за злость и апатию; в конце концов, он думал, что все это дерьмо безоговорочно свяжет их вместе. Может быть, это и нездорово, но они поддерживали друг друга в самых ужасных ситуациях. Они обеспечивали друг другу алиби и защищали друг друга, даже когда им было невыносимо находиться в одной комнате. Действительно ли Кейтлин стала последней каплей, сломавшей их? Действительно ли сделка была единственной причиной, по которой Эндрю оставался с ними? Что на самом деле получил от этого Эндрю? Он отключился, когда началась игра: Эндрю сидел на скамейке запасных, а Моррисон начал игру в воротах. Он вспоминал все, что знал о своем брате, думал, что знал о нем, пытался понять, чего хотел Эндрю, когда заключал эти сделки. Эндрю никогда не суетился по поводу друзей и подруг, и Аарон никогда не видел, чтобы он действительно смотрел на девушку так, как это делал он. Эндрю был настолько равнодушен и презрителен к людям, с которыми они ходили в школу, что Аарон не был уверен, что у него вообще был какой-либо романтический интерес, и ближе всего к дружбе он был с парнями, которые работали с ними в «Райских сумерках», испытывая несколько дружескую симпатию к тем, кто готов был пронести им алкоголь. Роланд был единственным человеком, которому удалось пробыть в компании Эндрю больше пяти минут, не получив при этом ножевого ранения. Он думал, что Рене могла быть для него чем-то большим, надеялся, что Эндрю проигнорирует его уход с Кейт, если он сможет уйти с Рене, но Рене ясно дала понять, что они ничего не значат друг для друга, несмотря на частые спарринги, после которых они оба приходили домой в синяках. Даже Лисы, наконец, закрыли ставку на них двоих после того, как Эндрю подписал контракт с Ястребами, выиграв у Элисон более двух лет ставок на статус их отношений, никто не мог поверить, что они будут вместе теперь, когда Эндрю устроил жизнь, полностью лишенную всяких Лисов. Никаких подруг. Никаких друзей. Оставался только Аарон. Неужели Эндрю пошел на эти сделки ради того, чтобы удержать брата? Того самого брата, которому он однажды сказал «Отвали» в том первом письме все эти годы назад? Может быть, это действительно была единственная причина, по которой Эндрю так долго оставался в Пальметто? Логически рассуждая, его голова подсказывала ему, что да, Эндрю сделал это ради него. Чтобы удержать его. Чтобы дать Аарону повод остаться с ним. Он помнил тот первый разговор всего через несколько недель после того, как Эндрю переехал к нему и его матери. 'Я остановлю ее', — пообещал Эндрю. 'Я не позволю ей причинить тебе боль, если ты пообещаешь, что мы будем держаться вместе. Только ты и я, больше никого'. Тогда Аарон считал, что это очень важно. Он не задумывался, как Эндрю собирается остановить маму, чтобы она не била его; он был слишком взволнован тем, что Эндрю выбирает его, что кто-то выбирает его в первый раз… Его сердце кричало, что голова ошибалась. Что Эндрю не хотел его. Он убил их мать, не моргнув глазом. Так не поступают с теми, кто тебе дорог. И ты не запираешь их в ванной на неделю, чтобы они очистились. Да, он знал, что его привычка к наркотикам была не очень хорошей, и он боролся с ней, но были и другие способы справиться с этим. Реабилитационные программы. Консультации. То, что не предполагало запирания в маленькой комнате, где нужно было пить воду из-под крана и есть бобы из банки. Он потерял счет тому, сколько часов провел, умоляя Эндрю выпустить его, прежде чем дверь наконец открылась. Эта неделя осталась в его памяти как худшая в его жизни. Ваймак щелкнул пальцами перед его лицом, чтобы вернуть внимание к экрану. Было 25 минут первого тайма, и Эндрю выходил на площадку, чтобы заменить Моррисона. Толпа на стадионе в равной степени ликовала и освистывала, и Аарон не знал, на чьей стороне был бы он сам, если бы был там. Лисы в командной комнате громко аплодировали, и он мог слышать голос Ники, возвышающийся над остальными. Камеры пронеслись по стадиону, показывая полное столпотворение в толпе, а затем навели камеру на рыжеволосого парня со шрамом, который часто появлялся на фотографиях Эндрю с тех пор, как он покинул Пальметто. Нил, сосед по квартире, о котором им рассказывала Рене, был одет в футболку Ястребов с надписью 03 спереди, но в цветах, противоположных тому, в котором Эндрю играл на корте. Он стоял на своем месте в центре трибун, хлопал и выкрикивал ободряющие слова в адрес площадки, демонстрируя свою поддержку брату Аарона. — Приятно видеть, что у него есть друг, который следит за ним, — облегченно прокомментировал Ваймак, наблюдая, как Эндрю увидел Нила на экране над табло и закрутил ракетку, заняв свое место в воротах. — Ребенок бандитов, — надулся Аарон. — Ты так говоришь, как будто Кевин не принадлежал мафии всего два года назад. — Он пожал плечами. — И не похоже, что этот парень отделался лучше, чем Кевин. — Какого черта ему нравится раздавать свою защиту детям мафии? — задался он вопросом, ковыряясь в этикетке своего пива, пока Тигры подавали мяч. — Какого черта он передал свою защиту тебе? — спросил Ваймак, глядя на него краем глаза. — Это другое дело, — хмыкнул Аарон, раздраженно пнув ножку стола. — Я его брат. — Эндрю — приемный ребенок, — сказал Ваймак, хлопнув рукой по колену, когда Эндрю отклонил мяч в сторону от ворот, отправив его вниз к нападающим на другом конце площадки. — Я сомневаюсь, что кровь значит для него то же самое, что и для тебя. — Эндрю — социопат, — возразил он, вспомнив все разглагольствования Эндрю о том, что кровь не делает их семьей. — Я сомневаюсь, что он способен заботиться о ком-то, кроме себя. — Тогда почему он бросался под автобус каждый раз, когда вам что-то угрожало? Я никогда не был уверен, была ли это защита или удобный способ покончить с собой. Аарон сделал паузу, услышав это. Он вспомнил, как Эндрю разрывал на части четырех мужчин на тротуаре у клуба после того, как обнаружил, что они напали на Ники. Полутраметровый школьник никак не мог оттащить от себя четырех взрослых мужчин, не говоря уже о том, чтобы избить их до потери сознания без посторонней помощи. Аарон знал, что Эндрю опасен после того, как он убил их мать, но он не боялся его по-настоящему, пока не увидел слепую ярость на лице Эндрю той ночью. Потребовалось три вышибалы, чтобы сдержать его, прежде чем Аарон смог увидеть степень повреждения этих четырех мужчин, он подумал, что по крайней мере один из них мертв, судя по количеству крови, скопившейся под телом. — Эндрю никогда не был самоубийцей, — решил он, думая, что его брат был больше склонен к убийству, чем к чему-либо еще. — Ему просто было все равно, жить или умереть, — нахмурился Ваймак, и Аарону нечего было сказать в ответ. Ему хотелось бы поспорить с Ваймаком и сказать ему, что он не прав, но он думал об Эндрю, лежащем на больничной койке после аварии. Не было сомнений в том, что Эндрю намеренно разбил машину, но Аарон никогда не задумывался о том, планирует ли он сам уйти от ответственности. Врачи рассказали им, как Эндрю повезло, что он выжил, что в значительной степени позволило свиньям и страховой компании признать аварию случайной, когда они не смогли найти механическую неисправность, на которую можно было бы свалить вину. Тильда была пьяна, но и Лютер, и Мария заверили полицию, что она вполне могла вести машину. Они не задумывались о том, что она села за руль с ребенком в машине, даже заявив, что Аарон не выглядел пригодным для вождения со своим опухшим синяком под глазом. За несколько коротких часов Эндрю раскрыл, как мать била его, и убил ее в наказание за это, не заботясь о том, выживет он или умрет в процессе. Аарон не думал об этом тогда, слишком злой, что Эндрю заставил его защищать его, убедив всех, что в машине был Аарон. Он даже не мог подумать о том, чтобы сказать копам правду, потому что Эндрю сделал его соучастником, убедив поменяться местами в тот день. Но Эндрю рисковал собственной жизнью, чтобы Тильда перестала его бить, как он и обещал. Действительно ли Эндрю был готов зайти так далеко, чтобы сохранить его как брата? Аарон никогда не видел этого.

—

— Первая профессиональная игра, — усмехнулась Сэм, когда они разминались в командной комнате, восстанавливая силы перед вторым таймом. — Как ты себя чувствуешь? — Как будто Саммерсу нужно втянуть голову, — сказал ей Эндрю, разворачивая плечи. — Ему нужно сосредоточиться на выполнении своей работы, а не пытаться доказать, что он лучше всех. Хлоя надулась рядом с ними. — Удачи с этим. Но ты неплохо справляешься для своей первой игры, пропустив всего один гол. Ты удивителен. Эндрю немного расслабился, когда стало ясно, что он вряд ли вернется в игру. Харрис еще не играла, и он сомневался, что тренеры будут держать Моррисона в стороне от второго тайма. — Некоторые из команды не были уверены, что ты справишься с давлением профессиональной игры, — призналась Хлоя с самодовольной ухмылкой, очевидно, она была уверена в обратном. — Я сказал, что буду играть, — напомнил им Эндрю, когда Дастин и Джей Джей подошли к ним. — Я видел Нила на большом экране, — сказал им Джей Джей, подмигивая Эндрю. — Я удивлен, что он приехал сюда на твою первую игру. Должно быть, он был очень рад увидеть, как ты играешь? Сэм хмыкнула в знак согласия. — Да еще и в твоей домашней футболке. Держу пари, что он не может дождаться, когда ты вернешься домой. — Он пойдет с нами после игры? — радостно спросила Хлоя, уже приняв Нила как неотъемлемую часть жизни Эндрю. — Он не может, — признался Эндрю, немного огорченный тем, что не может взять Нила с собой на послематчевое празднование/объединение, он с нетерпением ждал возможности взять его с собой на другие выезды команды. Нил и его товарищи по команде, казалось, наслаждались обществом друг друга, и Эндрю чувствовал себя как дома, когда они были все вместе. — После игры он улетает в Нью-Йорк. Его дядя хочет расширить свой бизнес, и чтобы Нил вел переговоры. — Нил носит твою футболку… — Дастин внимательно посмотрел на него, рука с бутылкой на полпути ко рту замерла. — Нил в футболке… — Ты совсем спятил? — спросила Сэм, когда Дастин не двинулся с места, застыв в раздумьях. Хлоя помахала рукой перед его лицом, пытаясь вернуть его внимание. — Сукин сын! — Дастин ухмыльнулся, подпрыгивая от возбуждения. — Я знаю, где я видел его раньше! — Что, Нила? — спросил Джей Джей, обеспокоенно глядя на своего друга. — Я думал, ты отпустил эту тему? — Я выяснил, — усмехнулся он Эндрю; Эндрю жестом попросил его ввести их в курс дела, надеясь, что он не собирается выдать Нила за его связь с мафией. Дастин оглядел их всех, прежде чем ответить. — Я не могу вам сказать; вы должны увидеть это сами. Вторник. После тренировки мы все пойдем. Я заставлю Майера тоже пойти с нами, я уже несколько месяцев пытаюсь вытащить его туда. — Куда? — спросил Эндрю, совершенно не понимая, куда Дастин клонит. Это был спортзал? Были ли у Нила и его дяди другие места, где они регулярно занимались бизнесом? — Нет! — Дастин самодовольно улыбнулся. — Вы должны увидеть это сами. Эндрю не знал, что на это сказать, но не успел спросить, как тренер призвал их к вниманию, чтобы дать им сводку за перерыв.

—

В командной комнате стало тихо, когда вошел Аарон в поисках еще одного пива. Он не стал обращать внимания на неловкую тишину, устремив взгляд в сторону комнаты, где был накрыт стол с напитками. Все Лисы неоднозначно отнеслись к тому, что Эндрю Доу подписал контракт с профессиональной лигой. Было много гнева по поводу того, что его бросили, и много его было направлено на монстров за то, что они изгнали его, Аарон принял на себя основную часть этого гнева, увидев повсюду надпись «Доу». Была и ревность. Лисы были аутсайдерами в 1 классе экси, и Эндрю променял их на хорошо зарекомендовавшую себя профессиональную команду, которую не таскали по грязи каждую неделю, а стать первым в истории Лисом, попавшим в профессиональную лигу, была соль на ране. Он знал, что Мэтт и Дэн мечтают сделать карьеру в спорте, хотя Дэн не была уверена, хочет ли она стать профессионалом или сразу пойти в тренеры, и их обоих собирались взять на пробу еще до окончания университета. Среди старшекурсников возникло чувство недовольства, будто Эндрю украл у них что-то, что он не заслужил так, как от него ожидали. Так или иначе, все пришли посмотреть, как он выступит в первой игре, делая ставки на то, как он будет играть и получит ли вообще игровое время, наслаждаясь комментариями каждый раз, когда Лисы поднимали вопрос о переводе Эндрю. Потому что любое внимание со стороны профессиональных лиг увеличит их шансы на то, чтобы стать скаутами, независимо от того, как они относятся к Эндрю. — Аарон? — позвал Ники, когда Аарон вместо того, чтобы смотреть на свою команду, сосредоточил свое внимание на сводке перерыва от комментаторов на экране. — Что? — вздохнул Аарон, переключая внимание на комнату и моргая на Кейтлин, сидящую в массе тел рядом с Ники. — Почему ты здесь? — потребовал он, иррационально злясь на то, что видит свою девушку в пространстве, которое он всегда отводил под свою семью. Не имело значения, как долго Эндрю отсутствовал, он не мог смириться с мыслью, что его отношения с Кейтлин занимают место Эндрю в его жизни, а Лисы были пространством Эндрю. — Я…? — колебалась Кейтлин. — Ники пригласил меня. — Тебе не следует быть здесь. — Он покачал головой и посмотрел на экран, пока команды возвращались на корт. Джек и Шина смеялись прикрывавшись руками, пока Ники пытался укорить его за грубость. Старшекурсники наблюдали за происходящим в ошеломленном молчании, вертя головами по сторонам в ожидании развязки драмы. Аарон не мог найти в себе силы переживать. Не тогда, когда Эндрю выходил обратно на площадку, а один из страйкеров похлопывал его по плечу, когда они занимали свои места на второй тайм. — Они возвращают его обратно, — сказал Аарон, кивнув в сторону телевизора, чтобы направить внимание комнаты туда, куда нужно, чувствуя уныние от явного проявления дружбы между Эндрю и его товарищами по команде. Все, что, как он думал, он знал о своем брате, оказалось неверным, и это никогда не было так очевидно, как сейчас, когда Эндрю стоял один, с новым именем, новыми друзьями и новой жизнью, полностью лишенной его самого. Эндрю никогда не говорил о приемной семье или колонии для несовершеннолетних, и Аарон по глупости считал, что брат, которого он знал, был единственной доступной версией его самого. Но Эндрю доказывал ему обратное, и он не знал, как справиться с тем, что он недостаточно хорош, чтобы получить эту его часть. Это было несправедливо, что он не мог получить Эндрю без сделки, а Ястребы могли. Что какой-то никому не нужный мафиози может быть приглашен на его игры, в то время как Аарон не может даже позвонить. — Он разговаривает со своими товарищами по команде. — Дэн покачала головой, наполовину в благоговении, наполовину в раздражении. — Он действительно прилагает усилия. Как ты думаешь, что они ему предложили? — С чего ты взяла, что они ему что-то предложили? — невозмутимо спросила Рене, которую не волновали их предположения, но которая всегда была на стороне Эндрю. — Потому что, если они этого не сделали, — огрызнулся на нее Аарон, — это значит, что он не хотел стараться только ради нас. — Уж не себя ли ты имеешь в виду? — забавляющеся усмехнулся Джек. — Он не заботился о тебе. Вот почему он сменил имя, верно? Аарон швырнул в него бутылку, пиво разлетелось по половине комнаты, попав Джеку в плечо и перевернувшись на колени Шины, намочив ее джинсы и заставив ее подпрыгнуть в шоке. — Какого черта?! — вскрикнула Шина. — Пошел ты! — огрызнулся Джек, вытирая жидкость на рубашке. — Это ты и твой тупой брат испортили нам сезон! Аарон не знал, что на это ответить, вместо этого он повернулся на пятках и выбежал из комнаты. Его руки тряслись, и он был в ярости от того, что Джек видел только экси, как будто Аарон не потерял единственного человека, который удерживал его в реальности. Человека, которого он никогда по-настоящему не знал. И что еще хуже… Джек был прав. Эндрю ушел из-за Аарона. Потому что Аарон нарушил их сделку. Потому что никто другой не смог выполнить свои обещания, но теперь было очевидно, что если бы Аарон сказал ему остаться… Эндрю бы не ушел. — Аарон! — позвала его сзади Кейтлин, перебегая парковку, чтобы догнать его. — Аарон, пожалуйста, поговори со мной, — умоляла она. — Почему? — потребовал Аарон, остановившись и проведя руками по волосам, отчаянно желая, чтобы его ударили. — Чего ты хочешь, Кейт? — Я хочу, чтобы ты поговорил со мной, — сказала она, схватившись за его толстовку, чтобы не дать ему отвернуться, блондинистые волосы колыхались на ветру. — Я знаю, что ты сейчас несчастлив, и я хочу помочь, но ты должен впустить меня! — Я не могу! — крикнул он, схватив ее за запястье и пытаясь оттолкнуть ее руки от себя. — Ты не понимаешь. Ты не можешь понять. Я сказал ему уйти! Кейтлин не вздрогнула от крика, но ее глаза слезились, заставляя его все равно чувствовать себя виноватым. — Я сказал ему уйти, — попытался он снова, намеренно замедляя дыхание, чтобы контролировать свои бушующие эмоции. — А он вычеркнул себя из моей жизни. Он даже не позаботился о том, чтобы поругаться со мной из-за этого. — Ты хотел, чтобы он боролся с тобой? — Она уставилась на него в замешательстве. — Я хотел, чтобы ему было не все равно, — поправил он ее, борясь с комком в горле, который прорывался в его слова. — Я хотел быть важным для него. Как он мог просто уйти без боя? Неужели я так мало значу в его жизни? Слезы катились по ее щекам, когда она смотрела на него. — Почему он ушел? Аарон смотрел на нее, обиженный и злой. — Из-за тебя, — сказал он, понимая, как сильно он все испортил. — Потому что я выбрал тебя. И теперь у меня нет брата. Он снова отстранился от нее, и на этот раз она отпустила его. Спотыкаясь, он вышел с парковки, направляясь в туманном направлении общежития, и его не волновало, доберется ли он туда. Он не хотел спать. Он хотел напиться и накуриться и не думать ни о чем другом до конца выходных. В полдень воскресенья он проснулся в незнакомой постели с пронзительной головной болью и обнаженной женщиной рядом, которая определенно не была его девушкой. Черные волосы разметались по подушке, когда он тихо соскользнул с кровати и стал искать свою одежду.