Дальневосточный унион

Почему-то, если говорили про Ринчина, в голове всплывал образ солнышка. Лет до двенадцати в семье парнишку звали наранай*, что очень смущало юношу. С возрастом это прошло, прозвище толком больше не всплывало, но что сестра, что брат, наедине звали бурята наранай-ем, и его это по-прежнему смущало, пусть и не так сильно. Вообще, Улан-Удэ, пусть и самый младший в семье**, очень мудр для своих лет. Частенько, когда все жили в мире и плюс-минус согласии, при малейших ссорах между Соёл и Дугаром он старался их усмерить, успокоить. После "большого раздола" он до сих пор пытается помирить этих двоих, что получается с переменным успехом. Подъехав в назначенный на навигаторе адрес, Лёня наблюдал, как Иркутск общается с каким-то парнем, который был, возможно, чуть-чуть ниже самого Хабаровска. Так или иначе, разговор был прерван появлением Амурского. — Знакомься, Ринчин, это Леонид, мой друг, ака Хабаровск. Лёня, это мой младший брат, Улан‐Удэ. — Дугар пожал руку Амурскому, поздоровавшись. – привет, Дугар, здравствуйте, Ринчин. — напротив стоял парень на пару сантиметров ниже, но от него веяло добром и чуткостью. Бурят в доброжелательном жесте слегка качнул головой вперёд. – приятно познакомиться, Леонид. — рука младшего брата показалось приятной, но мазолистой, что говорило о том, что юноша работал прежде всего руками. На улице было приятно тепло, последнее сеньтябрьское солнце то и дело выглядывало из-за грубых туч. Тёплые, яркие лучи падали на стены и окна панельки, жители которой явно радовались такой перемене настроения погоды. На ребят сверху падала редкая листва, а остатки дождевых капель опускались тому или иному прохожему на голову. – эу, народ, вы, может быть, подыметесь уже, не‽ Аллооо??? – звонкий свист прервал мирную беседу парней, и все, как по команде, подняли голову к источнику звука. Из окна пятиэтажки выглядывала короткоостриженная голова Соёл, которая пыталась высунуться если не в полный рост, то хотя бы наполовину. Низкий рост очень сказывался на обычной жизни девушки. – Щаааас, пять минут, систр – громкий голос высокого Иркутска ответил почти сразу же, а на лице мужчины можно было разглядеть улыбку, В глубине души он был рад встрече и был рад сестре. Он сам, из прошлого, испортил их взаимоотношения, сам желая пошутить не учёл характера сестрёнки, которая всё принимала и принимает слишком близко к сердцу. Это было слишком прискорбно, сейчас она не хотела слушать его от слова совсем. Так или иначе, компания парней завершила свой разговор "ни о чём", и поднялась в квартиру, на четвёртый этаж. Подъезд навевал приятные воспоминания, сам обшарпаный, с местами валяющимся мусором и облезлыми стенами, придавали ему какой-то душевный покой, уют. Словно ты вернулся в детство, для них – в молодость, 90-е. И всё помещение утопало в солнечном свету. Дверь открылась без проблем, войдя в квартиру, Лёня почувствовал себя как дома, словно это то место, где ему рады. Он не знаком с хозяйкой квартиры, только слышал её звонкий, но такой уставший голос и видел короткий вихрь чёрных, как смоль волос. Лица он, увы, разглядеть не смог. Запах забивался в нос, говоря о том, что его он не забудет никогда больше. В квартире пахло домашней выпечкой, благовониями и сигаретами. – литл систр, ты где там? гостей кто встречать будет? Чернышевский*** твой или я? – Дугар с хлопком закрыл дверь, вырывая парня из потока собственных мыслей, переферийным зрением он уловил, что Ринчин уже прошёл в глубь квартиры, а из кухни выплыла хозяйка, если не медной горы, то золотой квартиры, потому что из-за солнечного света всё вокруг наливалось золотом. – чё разорался, пришибленный. здесь я, обжиматься шибко не будем, не хочу интелегенцию подхватить, вдруг эта херня заразная. – низкая, по отношению всех присутствующих в квартире, девушка вышла, размахивая полотенцем. Поравнявшись с Лёней она спросила: — это тот самый друг, про которого ты отмалчивался, как партизан? Ну, проходи, гостем будешь, чё уж. — забайкалка смерила его оценивающим взглядом, в то время как сам юноша осматривал её. "Не похожа она на грубую деву-маргиналку че-то, да и мелкая по росту сильно, точно она старшая? наврал может где?" — а ты типо старшая в семье? мне Дугар говорил что ты низкая, но не настолько – парень сложил руки на груди проходя за хозяйкой вглубь квартиры – тять, а ты не прихуел часом, не? я может и низкая, но чтоб тебе вдарить стул не потребуется. Базар фильтруй в следующий раз, а то и без зубов рискуешь остаться. — белянка на пятках развернулась так резво, что Амурский вздрогнул. В тёмных глазах сверкали молнии, казалось, что ещё один миг и они вырвуться на волю, сметут всё к чёртовой матери, уничтожив остатки тепла. Впервые парню захотелось узнать человека, впервые захотелось подпустить ближе дозволенного, впервые захотелось понять какого это, быть любимым. — воу, давай-ка полегче, я ж не знал, что ты до всего такая агрессивная. — парень выставил перед собой руки в усмеряющем жесте – может лучше чай попьём да познакомимся, а то чето я нагнал, согласен, извини. — ахуеть, ты реально попутал. Ладно, пошли чай пить, кухня там, ванна здесь, руки мыть в ванной, догнал? удачи. — девушка ушла в комнату к братьям, откуда уже послышались крики-визги, а юноша тем временем остался тет-а-тет со своими мыслями. Что-то он сам погарячился, а ведь он даже имени девушки не знает, а уже и нагрубил и в душе поселил, некрасиво. – Соёл, Дугар, ну опять вы за своё! давайте хотя бы сутки без ваших приколов — не суети, братишка, всё под контролем — слегка возмущенный голос Ринчина перекрыл радостный голос девушки, а потом уже и громогласный хохот Иркутска — "значит Соёл...красивое имя"