В зеленых изумрудах

Они сами находили меня. На каждом перерыве девушки, имен которых я не спрашивала, а сами они так и не представились, встречали меня в коридоре и, взяв под локти, в оба уха жужжали о прекрасной жизни без Аннабель, о прекращении издевательств, о плане мести. Благодаря им появился и лучик света в моей жизни – Он, из параллельного класса. Мои новые «друзья» познакомили нас во время совместной прогулки. Из всей группы только Его имя я знала и только Он, казалось, относился ко мне с неподдельной искренней теплотой. Я часто ловила Его взгляды, которые Он не сводил с меня. В разговорах Он не забывал обо мне, в коридорах не проходил мимо, не поздоровавшись. Он вечно был в кругу тех парней, с которыми водится Она, и я думала, а не следит ли Он за мной по Ее приказу? Почему Он не скрывает интереса ко мне, являясь удостоенным быть рядом с Аннабель, а значит, будучи Ее человеком? Не боится ли Он встать со мной к стене изгоев, узнай Она о предательстве? Я замечала, как удивленно оглядывались на нас другие ученики, но сладкие речи моих новых «друзей» больше и больше захватывали меня. Я ночи напролет представляла, как нанесу удар в спину своей обидчице, и не могла заснуть, пока в своем воображении не убивала Ее образ снова и снова. - Вы хотите, чтобы я действительно вонзила в Нее нож? – Я едва не сорвалась на крик, удивленная планом сообщниц. Они окружали меня словно стая падальщиков, забавляющихся со своей жертвой перед ее смертью. – Я не хочу за решетку, вы с ума сошли. - Не забывай, мы едины в этом деле, – прошептала одна из девушек. – Мы все продумали, никто не узнает. Ты только ударь Ее и уходи, остальное мы сделаем сами. Разве не достало тебя постоянное издевательство с Ее стороны? Она только тебя так выделяет, у тебя больше всех должно быть ненависти к Ней, разве не так? - Я сомневаюсь. Я не могу убить человека. - Просто доверься своим чувствам. Уверена, как только Она снова начнет тебя унижать, ты поймешь, насколько прекрасно будет без Аннабель. Они умело давят на мое больное место. Сердце подсказывает, что даже после осуществления плана я не засияю от радости к жизни и не полюблю всех и вся. А разум вторит «подругам» – без Нее определенно будет лучше. Намного лучше. - Молодец, я знала, что на тебя можно положиться! – Девушка потрепала меня по плечу. Я сидела, опустив голову и руками упираясь о край скамьи. Остальные девушки в порыве радости даже приобняли меня и засмеялись. Я не видела, как они ушли, оставив меня сидеть в одиночестве. И только когда чернь под ногами осветили фонари, я поднялась, вздохнула полной грудью и направилась в кабинет последнего на сегодня дополнительного занятия, чувствуя, как сквозь ткань рюкзака и легкой куртки в спину мне упирается мой «меч ненависти». Прозвенел звонок с последнего совместного для всех занятия по профподготовке. Ученики покидают аудиторию вслед за учителем, а я делаю вид, что замешкалась, и намеренно остаюсь с Ней в кабинете наедине. Ее хвосты тоже уходят, оборачиваясь у порога и кивая мне в знак начала «операции». Я стою возле своего стола и все пытаюсь вложить учебник в рюкзак. Забавно, что раньше это получалось молниеносно, и я одна из первых убегала из класса. А теперь надо мной возвышается Она и ухмыляется с моих тщетных попыток. Внезапно потухает свет. Фонари во дворе тоже не освещают территорию. Она теряется в удивлении и делает шаг назад, отыскивая руками ближайшую опору в виде парты. Как много раз у себя в голове приводила я в исполнение задуманное; сидя в темноте и, смотря в одну точку, думала о том, каким будет завтрашний день в случае, если я не поборю свой страх. Полным издевательств, конечно. Я улыбнулась своим мыслям. Он тоже, как Он сказал, был на моей стороне. Все «друзья» возлагали на меня надежды, что я избавлю этот мир от Нее. Не будет больше жертв издевательств. Не будет притворной дружбы во избежание нападок. Я двинулась на Аннабель, схватившуюся за ближайшую парту и пытавшуюся привыкнуть к темноте. Как новорожденный котенок, она не понимала, что находится вокруг нее во тьме, и была беззащитна. Отличив Ее фигуру среди столов, я вытащила из рюкзака нож. Лезвие ударилось о железный каркас стула, пока я шагала в сторону своего врага, и Она спросила дрожащим голосом, что это был за звук и не спланировала ли я это специально. Да, это было спланировано. Нет, не мной. Я всего лишь исполняю важную часть в ней - избавляю бедный народ от Зла. Резким движением руки я глубоко ранила Ее в горло. Она упала на колени, хватаясь за рану и что-то кряхтя. Вероятно, Она звала на помощь, как делал бы каждый из нас, окажись он в подобной ситуации. Но не то что крикнуть, произнести слово целиком у Нее не получалось. Я наотмашь ударила ладонью по Ее лицу. Вложила всю боль, полученную от Нее, в удар. Аннабель стукнулась головой о стол рядом и скорчилась на полу. Лужа крови под Ней росла, и я отошла, чтобы не запачкаться. Темная жидкость двигалась ко мне, и во мне впервые расцвели страх и сожаление за содеянное. Что я сотворила? Я лишила Ее жизни. Кем я стала? Хуже Аннабель, я стала убийцей. Я поддалась своей Тени, злость захватила меня, и теперь, исполненная месть опустошила меня. Облегчение, затем апатия возникли в моей душе. Хлюпающие звуки затихли. Наступившая тишина начала давить на уши. Кинув нож обратно в рюкзак, я схватила сумку и выбежала в коридор. Там было темно, людей не наблюдалось. Радуясь этой удаче, я сбежала вниз по лестнице, направляясь в корпус общежития, и заперлась в своей комнате. Сев за стол на кухне, я перевела дыхание. Сердце, бешено колотившееся, медленно успокаивалось. Руки дрожали, и я придавила их бедрами. В голове одновременно сверкал фейерверк и зажигались поминальные свечи. В мою ли честь, или в Ее, я не знала. Сидя в темной комнате я отчаянно нуждалась в поддержке, особенно в Его поддержке, но входная дверь была запрета. Я сама ее заперла.