Как кстати

Новый день, ничего не меняется. Серёжа лежит рядом с Ваней. Спит. Все ещё. Ване думается, что скоро потеряет работу. Так как не выходил уже давно. Может его уже уволили? Просто не сказали? Все может быть, хотя это всего лишь бредовые байки в его голове. Ваня не выспался. Ничего не изменилось. Разговор о веществах с Серёжей? Даже не думает. Он все равно ничего не поймет. Или может и поймет, да не послушает. Пока сам не решит— не бросит. Ване известно, что такое зависимость. И такому раскладу он совсем не рад. Зачем? Почему? А главное, как к такому можно прийти? Серёжа хороший, но ещё ребёнок. Иногда Бессмертных думает, что легче рассказать его родителям. Путь те скорее всего отправят лечится, но зато платно. Хотя хуй их знает. В общем, Ваня уверен, тот перерастёт это. Главное дать ему забыть об этом. Не от хорошей жизни начинают употреблять. Серёжа медленно открывает глаза. Ему плохо. Очень плохо. Он чувствует себя мертвым. Словно все его тело— труп, а мозг ещё жив. Не знает с чем это связано, такого ранее не было. Отвык? Просто хуйлан? И то и другое. Серёжа не хочет даже вставать с кровати. Ему плевать сколько время и то, что он снова проебал школьный день. Странно, но страха быть отчисленным— нет. Отупел. Бессмертных стоит у открытого окна. С прошлого такого раза начал курить. Просто становится спокойней. Курит уже вторую сигарету. За окном рассвет. Сейчас около шести утра. Серёжа ещё успеет в школу если сам захочет, но Ване если честно, не хочется даже подходить к мальчику. В душе таится некая обида. Обида, что не слушают его, что не считаются с его мнением. Советами и подобным. Хоть он и пытается доказать себе, что ему плевать, что это его жизнь, что это не его дело. Все равно. Себя не обмануть. Как бы сильно не хотелось. Ваня выкидывает с окна бычок докуренный до фильтра. Выкидывает и смотрит в сторону сидящего на кровати Пешкова. Диалог начинать не хочется. Оба понимают, что он больше будет напоминать монолог. Хочется назвать подростка бессовестным эгоистом, но язык не повернётся. Поругаются. У Вани синяки под глазами. Тёмные и отчётливые. Глаза расслаблены. Но вид уставший. Без слов можно понять. «Я устал от твоих выходок». И Серёжа понимает, но даже глаза поднять стыдно. Не помнит когда в последний раз такое было. Губы пересохли, а в горле словно ком. Хочется объяснить позже, не сейчас. Все что смог сказать Пешков это тихое но уверенное —Прости.— Раньше старшему показалось бы это абсурдным и смешным, но сейчас хочется рыдать. Это отвратительное чувство. Ты не можешь ничего сделать и никогда не сможешь. Взгляд потемнел. У Вани нет слов. Студент тихо подходит к кровати, садится рядом и смотрит прямо в окно напротив. У Серёжи буквально дисания, но хочется встать. Встать и уйти. Молча. Смысл этих пустых разговоров. —Зачем ты лжёшь? — У Серёжи сбилось дыхание. Сложно сделать элементарный вдох. Ответа на вопрос нет. Только глупые отмазки. —Все лгут.— банально, глупо. Словно в пабликах вк «Малая, я скучаю» —Ты не все. —Мне нечего ответить— слов нет. Хочется вернуть время назад. Чуток назад. Хотя бы на пару часиков. —Плевать. Ты дышишь реже, чем врешь.— Пешкову неприятно. Больно, но понимает, что неправ. —Я не хотел. Так вышло. Прости— больно. Очень. Ваня не может больше терпеть. Старший готов высказать все. —Не хотел? Ты словно издеваешься надо мной. Словно, пользуешься. Почему ты не понимаешь, что мне больно. Почему ты думаешь только о себе? Ты эгоист! Чертов эгоист! Ты жалок. Я не хочу иметь с торчками ничего общего. Выбирай. Либо я, либо вещества. —Ваня уверен, что прав в своих славах, что Серёжа правда такой, ему не объяснишь спокойно. —Прости меня. —Выбирай! Или ты уже не можешь без них?— все ещё зол. Все ещё плохо. Эмоции овладевают. Здравый разум словно не контролирует. —Прости. Ты, конечно блять ты!— слёзы скатываются по щекам. Одни за другими Капли падают на поджатые колени. —Снова врешь? —Нет, пожалуйста, почему ты не веришь мне? —говорить четко-сложно. Губы дрожат и всхлипы слышатся все чаще. —Проебал доверие. — это конец? Конец отношений? Пешков словно впадает в истерику. Всхлипы все чаще и громче. Слова словно на репите «прости-извини-пожалуйста» не связанные между собой. С виду нельзя сказать, что Бессмертных не плевать. Но Ване тоже больно. Безумно. Хочется обнять. Поцеловать, успокоить и поддержать. Да правда в чем? Поддержать в продолжении юзать наркотики? Ни за что. Серёжа пытается быть ближе. Пытается прижаться к словно каменному Ване. Хочется чтобы тот обратил внимание. Чтоб почувствовал, поверил. Серёжа без сил падает головой на колени к Ване. —Прости меня.— тихо. Совсем невесомо. Но в тоже время так громко. Будто только оно было искренним. И Бессмертных верит. Как говорят любовь слепа, глуха да еще и глупа. Но ей верят все. И Ваня. Сильно прижимая к себе обмякшее тело парня и гладя по голове приговаривая тихие признания в любви. —Я больше никогда не обману тебя. Веришь? — говорит парень прикрывая мокрые от слез глаза —Верю.