Baby, I just pray

— Ты в порядке? — спросил Хёнджин, практически падая рядом с уже лежащим без сил Феликсом. Минхо приземлился следом. В последние несколько дней они даром что не ночевали в танцевальной студии, бесконечно репетируя связки, которые все трое посчитали максимально удачными для их коллаба. — Не знаю, — честно признался Феликс, не открывая глаз. Хёнджин повернулся к другу, пристально разглядывая изящный профиль. Что-то с Феликсом было не так. Ощущалось как-то иначе. Но вот что — Хёнджин не мог сформулировать. Может?.. — Как у вас дела с Чанбином? — попробовал он наудачу. Феликс приоткрыл один глаз и нечитаемо уставился на него. — А что? — Ты какой-то не такой, как обычно. — Всё, как и было. Искра, буря, безумие, — усмехнулся Феликс, вновь закрывая глаза и отворачиваясь. — Это же хорошо? — голос Хёнджина неуверенно дрогнул. Наверное, — подумал Феликс, рассеянно угукнув, чтобы успокоить друга. То, что он себе навыдумывал, не повод тревожить и без того мнительного Хёнджина. — Чем больше ты себя молча накручиваешь, тем больше варишься в этом, позволяя сводить тебя с ума, — устало пробормотал Минхо, казавшийся практически уснувшим. — Выкладывай. — Не уверен, что это хорошо, — выдавил наконец Феликс, пару минут обдумывая, с чего начать. — Не могу не думать о том, как у нас с ним всё стремительно вышло. — Почему тебя это беспокоит? — мягко спросил Минхо, поворачиваясь к нему. — Не знаю. У вас с Чан-хёном всё началось нормально, постепенно. Симпатия, свидания… У Джинни с Джисоном вообще как сказка, со сдуванием пылинок. А у нас… — Ты об этом жалеешь? — Минхо повернулся набок, лицом к нему. — Не уверен в своих чувствах? Или в его? — Не знаю, — расстроенно повторил Феликс. — Глядя на вас, веришь в «долго и счастливо». Что касается нас — сплошные вопросы. Утихнет буря, пройдёт безумие — и что нас будет ждать в итоге? — Не сравнивай наши отношения, пожалуйста, — Минхо погладил его по волосам. — Это бессмысленно. Мало того, что мы разные, с разными темпераментами и опытом, так и парни наши тоже разные совершенно. Раз между вами так заискрилось, смысл оглядываться на темп отношений других? — Я согласен с хёном. Мне кажется, что пока вас двоих всё устраивает, это главное, — высказался Хёнджин. — А сдувание пылинок, как ты выразился, и свидания можно организовать при желании в любой момент. — Он предложил съехаться, — прошептал Феликс. Обстоятельства, конечно, выбраны были «превосходно», совершенно в их духе — подумалось с небольшой горечью. Музыканты в тот вечер выступали в клубе и, разрази его гром прям на месте, до чего же хорош был Чанбин! Феликс буквально не мог оторвать от него взгляда, чувствуя бесконечные разряды электричества, прошивающие тело насквозь, при каждой его партии. Желание воспламенилось само собой — бурно и без малейшего шанса его проигнорировать. Всё, о чём получалось думать — схватить Чанбина за руку, стащить со сцены и сгореть в чёртовом пожаре без остатка. Спасибо дружбе с директором клуба, с помощью которого удалось уединиться не абы где, а прямо в его кабинете. И как же это было феерично! При одном воспоминании о том головокружительном хаосе, ноги так и подкашивались, а отголоски слабой истомы накрывали с головой до сих пор. И ведь Феликс не был каким-то там маньяком с неуправляемым либидо, вовсе нет. Так на него влиял только Чанбин. Когда после всего случившегося безумия, Феликс едва мог вспомнить, как дышать, а ноги дрожали добрых двадцать минут, Чанбин, прижавшись виском к его виску выдал это. «Давай жить вместе?» — Что думаешь по этому поводу? — серьёзно спросил Минхо. — Не рано ли для подобных предложений? — честно ответил Феликс, разглядывая потолок. — Не пожалеет ли он о своих словах, потому что обстоятельства, мягко говоря, были… Весьма… — Мы поняли, — заверил его краснеющий Хёнджин. — И мне тяжело представить, каково это жить не с вами, — продолжил Феликс. — Вы моя семья. И… Это тяжело, в общем. — Я об этом никогда не думал, — задумался Хёнджин. — О жизни не с вами, в смысле. Почему-то никогда не ставилось под сомнение, что это навсегда. — Не могу поверить в то, что сейчас скажу, но и я не представляю жизни без вас, мелкие, — признался Минхо. — Мне от этого легче должно стать, по вашему? — проворчал Феликс. — Не принимай решений, которые изначально вызывают у тебя сомнения, — посоветовал Минхо, потрепав его макушку. — Подожди момента, когда поймёшь — вот оно, пора. Съехаться ведь никогда не поздно. И не беги впереди паровоза, наслаждайся тем, что имеешь в настоящем, вместо того, чтобы грузиться из-за непредсказуемого будущего. Хёнджин ласково погладил плечо Феликса, безмолвно присоединяясь к словам старшего. — Вы заставили меня расчувствоваться, — пожаловался блондин. — Теперь я хочу уйти в закат, пуская красивые слёзы, а на фоне чтоб море, пляж и какая-нибудь из песен Тейлор Свифт, — он улыбнулся, когда друзья синхронно фыркнули, представив это зрелище. — Спасибо, ребят. Правда, спасибо. — Всё будет хорошо, — Хёнджин улыбнулся ему в ответ. — Доктор Хван, я, как ваш старший коллега, настаиваю на выписывании пациенту Ли целительного количества объятий, — серьёзно заявил Минхо Хёнджину. — Не смею возражать, доктор Ли-старший, — не менее серьёзно ответил тот. И они прижались к хихикающему Феликсу с двух сторон, уткнувшись носами в его шею.

🎙

— Как думаешь, насколько серьёзно Чанбин относится к Ликсу? — осторожно спросил Хёнджин у Джисона, когда тот, переплетя их пальцы, вёл его в своё «тайное место». — В смысле? — удивлённо вскинул брови Джисон, замедлив шаг. — Ну… — разговоры о чужой личной жизни смущали Хёнджина, но беспокойство за друга оказалось сильнее. — Ликс переживает на их счёт. — Странно слышать такое о людях, на которых словно цистерна клея перевернулась, — протянул Джисон задумчиво. — Мне стоит поговорить с Чанбином? — Даже не могу представить этот разговор, — невесело хмыкнул Хёнджин. — Я и тебе-то с трудом задал этот вопрос. Джисон открыл перед ним дверь заведения, именуемого «Сладким королевством», пропуская вперёд. — Почему? — Не люблю вмешиваться в чьи-то отношения, — прилавок с десятками видов мороженого слегка отвлёк внимание Хёнджина. Пробежавшись взглядом по табличкам с описаниями вкусов, он поражённо выдохнул и чуть не пропустил ответ Джисона. — Ты не вмешиваешься, а беспокоишься, — мягко заметил тот. — Разница огромная. Какое хочешь попробовать? — он указал на витрину. — Что-то из твоего любимого, — улыбнулся Хёнджин, благодарно сжав его ладонь. — Займи для нас столик, пожалуйста, — Джисон коснулся его щеки невесомым поцелуем. — А я пока выберу. Интерьер «Сладкого королевства» навевал мысли о нежной воздушности, не переступая при этом грань слащавой перегруженности. Тот, кто продумывал обстановку, явно стремился создать у посетителей ощущения отдыха на красивой полянке какого-нибудь сказочного леса. Хёнджин с любопытством рассматривал витрины с замысловатыми десертами; аккуратные столики и изящные стулья пастельно-голубого оттенка; плитку на полу, что изображала ковёр из травы, тут и там украшенный цветами; стены с изображёнными на них деревьями и кустами; широкие подоконники, заставленные живыми растениями, и занавески чуть материальнее воздуха. — Взгляни на потолок, — голос вернувшегося Джисона, вырвал из зачарованного погружения в атмосферу. Он аккуратно поставил на стол поднос с несколькими стеклянными креманками. Хёнджин послушно поднял глаза вверх и замер — потолок не был оставлен без внимания заботливого художника, с чьей подачи превратился в подобие ясного неба с плывущими по нему облаками. Ненавязчивые мелодичные переливы фортепиано с вплетением волшебных ноток флейты довершали ощущение нереальности происходящего. — Дыши, солнце, — довольно улыбавшийся Джисон коснулся его пальцев своими в нежном поглаживании. — Я рад поделиться особенным местом с особенным человеком. — Он, аккуратно перегнувшись через стол, оставил лёгкий поцелуй на губах потрясённого Хёнджина. — Мне высказывал за магию вне Хогвартса, а сам-то какими секретами владеешь, — выдохнул наконец тот. — Каким образом вышло так, что я не знал о существовании подобного чуда? И почему здесь нет толпы восторженного народа? — Что тут можно сказать, — пожал плечами сияющий удовольствием Джисон. — Люди бывают поразительно невнимательны, не замечая много удивительного вокруг себя. — Глупые маглы, — не удержался Хёнджин, окончательно вернув внимание своему парню. — Ты невероятен, Сони. Тот глянул на него, смущённо улыбаясь. — Ты бы ел мороженое, пока его не пришлось пить. — Точно! — спохватился Хёнджин, опустив взгляд на креманки. — Какие вкусы ты принёс? — Как и просил, мои любимые, кроме кукурузного, потому что оно подаётся не так, а в вафлях в форме початка, — пояснил Джисон. — И ещё прихватил со вкусом розы, лавандовое и со вкусом кока-колы. — С ума сойти. — Ты говорил, что Феликс переживает по поводу Чанбина, — напомнил Джисон тему их разговора. — Что именно его беспокоит? — О, — Хёнджин растерянно моргнул, вспоминая всё, о чём это место заставило его забыть. — Темп развития их отношений. Он боится того, что случится, когда запал утихнет. — Не похоже, что это случится скоро, — смущённая улыбка осветила лицо Джисона. — Они же, реально, как приклеенные друг к другу. — Это не отменяет его страхов, — Хёнджин аккуратно зачерпнул первый вид мороженого. — Ммм… Вкусно! — По Чанбину не скажешь, что для него это всё несерьёзно, — задумался Джисон. — Мне вообще кажется, что он думает только о Феликсе. Когда тот рядом, он не замечает никого вокруг, словно Феликс — центр мироздания. А когда они не вместе, Чанбин либо болтает о нём без умолку, либо разглядывает его фотографии и видео с вашими танцами. Скоро его придётся бить, чтобы он помнил и о работе, — пошутил Джисон, усмехнувшись. — Думаю, Ликса это может успокоить, — предположил Хёнджин, шустро ознакомившись с содержимым всех креманок. — Мне нравятся твои любимые вкусы! Лавандовое ничего такое, а вот со вкусом розы и колы… — По консистенции как сопли, — закончил за него Джисон, поморщившись, когда попробовал их вслед за Хёнджином. — Ну что ж… не вся еда с забавными вкусами бывает удачной, увы. — Меня, знаешь, что веселит? Сама идея попробовать сделать мороженое со вкусом грибов, — хихикнул Хёнджин. — О, меня тоже! Когда я брал его впервые, в шутку заказал ещё со вкусом активированного угля, — звонко рассмеялся Джисон, пока Хёнджин неосознанно засмотрелся на него. — И как оно? — запоздало поинтересовался тот, оторвавшись от созерцания. — Как видишь, его здесь нет, — Джисон с безмятежной улыбкой наклонился вперёд, облокотившись на стол. Давно он не чувствовал себя настолько счастливым. — С меня ещё кукурузное! Теперь уже Хёнджин перегнулся через стол, оставляя сладкий поцелуй на губах своего парня.