Baby, I just pray

— Твою мать! — прошипел Чанбин, в раздражении врезав кулаком по столу. — Почему нихрена не получается? Это было настолько громко и резко, что сидящий за соседним столом Бан Чан вздрогнул, услышав звук даже через наушники, в которых, на секундочку, в полную мощь играла одна из последних их записей. Что уж говорить о Джисоне, писавшем лирику — испугавшись, он чуть не подлетел до потолка, выронив карандаш из рук. — Ты чего?.. — две пары обеспокоенных глаз уставились на Чанбина. Тот, уперевшись в стол локтями, закрыл ладонями лицо и, тяжело выдохнув, потёр покрасневшие глаза. — Ничего. — Шёл бы ты отдыхать, — посоветовал Чан, снимая наушники и поворачиваясь к другу. — Сколько ты уже не спишь? — Не помню, — Чанбин закрыл глаза и откинулся на спинку кресла, покручиваясь в нём из стороны в сторону. — Неважно. Хочу доделать начатое. — Ты же знаешь, что сведение нельзя закончить, можно только остановить, — напомнил Джисон. — Верно, — подхватил Чан. — А если ты тут умрёшь от усталости, лучше не будет никому. — Нормально, — отмахнулся Чанбин, поморщившись. — Бывали деньки и потяжелее. — Всему есть предел, — Чана было не остановить. — Возьми перерыв, проведи время с Феликсом, расслабься. — Вы сейчас часто видитесь со своими парнями? — спросил вдруг Чанбин. — Они же над хореографией работают всё свободное время. — Сильно реже, — первым ответил Джисон. — В основном, на ночёвках, хотя пару раз выбирались на свидания. — Аналогично, — кивнул Чан, задумавшись. — А что? У вас иначе? — Он слишком устаёт, — поджал губы Чанбин. — Потусуйся с ним на тренировках, — предложил Джисон. — Я так прихожу к Джинни, когда могу. К тому же Феликс постоянно был здесь, когда мы занимались своей частью работы над коллабом. Почему бы тебе не ответить тем же? — Работать надо, — буркнул Чанбин. — Не время отвлекаться. — То есть, Феликсу нечем было заниматься, когда он беспрерывно здесь торчал? — спросил Бан Чан, подняв брови. — Что происходит между вами? Чанбин с недовольным видом крутился в кресле. — Я предложил ему жить вместе, — неохотно признался он. — И? — Чан решил отложить на потом разговор о том, что о таких изменениях неплохо было бы предупреждать его, Чана, как непосредственно соседа по квартире, заранее. — Спросил не слишком ли я спешу, — Чанбин резко встал и пошёл к кофемашине, игнорируя взгляды друзей. — Не хочет он жить со мной, в общем. Видимо, для него всё несерьёзно. — Ты слишком загоняешься, — нахмурился Чан. — Накручиваешь себя на пустом месте. Ты сам-то не считаешь, что действуешь несколько поспешно? — Нет, — отрезал Чанбин. — Что плохого в том, что я хочу видеть его чаще? Жить с ним? — При этом отказываясь побыть с ним на тренировках или, ну не знаю, хотя бы проводить его до дома после них? Сводить на свидание? — Чан в недоумении уставился на него. — Вместо этого ты решил, что обидеться — это самое зрелое решение, которое ты мог принять. Чанбин вспыхнул, но продолжил упрямо молчать пока ждал свой кофе. — Феликс боится того, что ваши отношения развиваются слишком быстро, — прикусил губу Джисон, борясь с неловкостью. Всё же он не был уверен, что ему стоит вмешиваться не в своё дело. — Боится того, что случится, когда ваши страсти поутихнут. Вы… вообще проводите время вместе где-нибудь, кроме постели? — конец фразы перешёл в еле слышный писк, так как неловкость победила. Чанбин растерянно заморгал, обернувшись на него. — Но он сам инициатор… — Это не повод развивать отношения только в одной плоскости, — бросив быстрый взгляд на Джисона, подхватил Чан, надеясь, что Чанбин не пошлёт их сейчас куда подальше. — В любом случае, у тебя есть рот, используй его для общения. Словами. И напрямую с ним. Хватит придумывать за другого человека, что он там хочет или имеет ввиду. Возьми и спроси в лоб. — Сегодня они тренируются до восьми, но Феликс в последнее время задерживается, — поделился Джисон. — Ты бы сходил к нему.

🎙

Чанбин мялся у двери в студию, не решаясь войти. Если верить Джисону, Минхо с Хёнджином ушли уже час назад и Феликс домой ещё не возвращался. «У тебя есть рот, используй его для общения» — эхом отдавались слова Чана и, разозлившись на собственную нерешительность, Чанбин собрался с духом и вошёл. Феликс лежал на полу, прикрыв лицо руками, и не реагировал на звук шагов. Приблизившись, Чанбин увидел причину — уши парня были закрыты наушниками и грохот басов доносился до него несмотря на расстояние. Казалось, что танцор просто отдыхает после тренировки, однако, когда Феликс оторвал руки от лица, быстро вытирая щёку, его покрасневшие глаза испугали Чанбина. А сам он испугал Феликса, заставив вздрогнуть от неожиданности. — Бинни? Что ты здесь делаешь? — спросил блондин, вытаскивая наушники. — Пришёл за тобой. Что случилось? — Чанбин присел на колени рядом с неспешащим встать Феликсом. — Ты в порядке? Почему… плачешь? — Ерунда, — слабо улыбнулся тот. — Кажется мышцу потянул. — Ага, такая ерунда, что аж до слёз? — проворчал Чанбин. — Давно так лежишь? — Не знаю, кажется, вечность. — Почему не позвонил? Феликс махнул рукой в сторону сумки с вещами, лежащей на полу у стены. — Телефон там. — И? — И я не могу встать, — признался Феликс. — Больно. — Твою мать, — выдохнул Чанбин, мысли которого отчаянно заметались. — Мне вызвать скорую? — Нет, — улыбнулся Феликс. — Это не их случай. Дай мне телефон, пожалуйста, я наберу хёна, чтобы он меня забрал. — А я тебя не могу забрать? — насупился Чанбин. — Скажи, что нужно делать. — Обездвижить, приложить холод, принять обезболивающее и зафиксировать ногу, — перечислил Феликс. — Дать ей покой на какое-то время. Поэтому мне нужно набрать хёна, Бинни. Придётся отлежаться дома. — А у меня ты этого сделать не можешь? — Чанбин обиженно смотрел на него. — У тебя есть обезболивающее с собой или мне сбегать до аптеки? — Есть. Внутренний карман сумки проверь, — Феликс проводил его внимательным взглядом. Чанбин нашёл таблетки, прихватив с собой бутылку воды. Затем помог Феликсу сесть, придерживая его спину. — Спасибо. — Ну так что скажешь? — не отступал Чанбин. — Не можешь побыть у меня? Я не буду заставлять тебя жить со мной, если ты так этого не хочешь, но позволь хоть позаботиться о тебе. — Эй, я не говорил, что не хочу жить с тобой, — нахмурился Феликс. — Не надо переворачивать мои слова. — А как мне понимать то, что ты сказал? Как съехаться, так это ещё рано, а как спать вместе чуть ли не с первого дня, так это нормально. Я тебе что, парень на несколько ночей? Для серьёзных отношений не гожусь? — А я для них гожусь? — прошептал тихо Феликс. — Ты серьёзно относишься к парню, который так легкомысленно начал с тобой спать? — Нет, блять, я просто так предлагаю жить вместе! — воскликнул Чанбин. — Мне же больше заняться нечем, да? Я к тебе отношусь более чем серьёзно, Ликси, и, боюсь, гораздо серьёзнее, чем ты ко мне. — Неправда! — вспыхнул Феликс. — Тогда поехали ко мне. — Поехали. Только хёну всё равно надо позвонить.

🎙

— Уверен, что это хорошее решение? — спросил Минхо, фиксируя повязку на ноге Феликса. Тот кивнул. Звонок младшего выбил Минхо из колеи, заставив десять раз пожалеть о том, что они оставили его в зале одного. Следовало выгнать Феликса в конце тренировки и не поддаваться на его меланхоличное желание побыть одному. Грустным размышлениям можно предаваться в более безопасной обстановке. — Значит так, — Минхо развернулся к Чанбину. — Ногу приподнять и не напрягать. Прикладывать холод, но не напрямую, а через полотенце, например. Можно аккуратно массировать. Если станет хуже, немедленно набрать меня. Попробуйте это не сделать и я оторву ваши ноги и засуну их… — Они тебя поняли, — хихикнул Бан Чан, наблюдая за побледневшим другом. Минхо мог выглядеть очень угрожающе. — И я оторву не только ноги, если вы не угомоните вашу неуёмную энергию, ясно? Никаких нагрузок на ногу! В ближайшие дни притворитесь монахами, иначе я помогу вам ими стать. Всё понятно? Чанбин заметно стушевался и покраснел. Феликс с Чаном на пару захихикали. Минхо метнул на них грозный взгляд. — Я выгляжу забавно? — Вовсе нет, — заверил его Чан. — А вот Бин ещё как. Думаю, мы можем их оставить, разберутся дальше сами. Минхо подозрительно осмотрел всех троих и сдался. — Ладно, пошли. Ликси, если что, сразу звони. Чанбин… ну, ты понял. — Прости, — хихикнул Феликс, когда Чанбин, проводивший их «папаш» до выхода, вернулся с алеющими ушами. — Стоило отвезти меня домой. Хён бы не был таким пугающим. — Не согласен, — покачал головой Чанбин. — Возможность побыть с тобой важнее злого кота, тем более, что его можно нейтрализовать Чаном. Он аккуратно поправил ногу Феликса, лежащую на небольшой подушке. Затем сходил за льдом, обернув пакет с ним в полотенце, как велел Минхо. — Где болит? Феликс молча показал, наблюдая, как бережно Чанбин прикладывает холод к нужному месту, рассеянно поглаживая кожу вокруг. — Я хотел бы жить с тобой, проводить вместе больше времени, — сказал он внезапно, заставив Чанбина встрепенуться. — Хотел бы не бояться того момента, когда наш пыл поутихнет. У нас так бурно всё началось… — он вздохнул. — Что же будет дальше, когда темп снизится, Бинни? Если тебе надоест? Наскучит? — А тебе? Что если надоест тебе? — поднял на него взгляд Чанбин. — Не могу этого представить, — покачал головой Феликс. — Вот и я не могу. Почему нельзя просто попробовать и посмотреть, что из этого выйдет? — Мне странно представлять свою жизнь без Минхо и Джинни. Они моя семья. — Значит, придётся жить всем вместе, — улыбнулся Чанбин и, приподнявшись, поцеловал его в кончик носа. — Это было бы идеально, — просиял Феликс. — Только, боюсь, хён либо сдаст нас всех в детдом, либо загремит в психушку. — Справимся как-нибудь. И Минхо тоже, — фыркнул Чанбин, залезая на кровать с другой стороны. Он положил свою голову на плечо Феликса, осторожно приобняв его и поглаживая кожу живота. Феликс довольно выдохнул ему в макушку. — Ты самый невероятный из всех, кого я встречал. — Взаимно.