Призрак прошлого, или как заставить Се Ляня ревновать.

***

Юному наследного принцу приходится вновь удивляться. На самом деле он уже притомился от этого. Какие еще новости ему преподнесут? Се Лянь боится, что больше он может не выдержать. Оказывается, в будущем он не только супруг-заложник, но и владыка столицы бессмертных! Уму непостижимо! — Разве Император не может сразить тебя? — Все верно, — Хуа Чэн все чаще поглядывал в окно, смотря на кучерявое небо. — Неужели тебя так сложно победить? Юноша, видимо не понимал, почему сам владыка не может избавиться от какого-то демона. Сань Лан помолчал минуту, будто о чем-то раздумывая. — На самом деле победить меня очень легко, Ваше Высочество. Он смущенно улыбнулся, вспоминая как Се Лянь, среди огромных башен накопившихся отчетов, хмурился и неосознанно теребил кольцо, покусывая его, или вовсе полностью погружая в рот. Наследный принц в такие моменты выглядит столь очаровательно, что невозможно удержаться и не утащить его в свои покои исподтишка, как подобает самому настоящему коварному демону. — Я не знаю, поверит ли мне Его Высочество, но в свое время я бросил вызов тридцати трём небожителям, — Хуа Чэн говорил, будто невзначай. — И в каждой битве остался победителем. Демону захотелось прикусить свой длинный холеный язык. Се Лянь слишком сильно его разбаловал, даря похвалу за каждый поступок, поощряя его жадность. Так что регулярное бахвальство стало его новой плохой привычкой. Юный принц, казалось заинтересовался. Он понимал, что заискивающий демон того и добивается, но он, в силу возраста, был до боли любознателен. Естественно, совершенствующийся молодой даос никогда не слышал о столь могущественных демонах, которые могли свергнуть почти половину небесного пантеона! Се Лянь пытался выглядеть гордо и сурово, но глаза так и кричали за него «расскажи!». Хуа Чэн рассмеялся. Он так давно мечтал еще хоть раз прикоснуться или просто взглянуть на это божество всю свою жизнь и посмертие. Искренне любил и не смел надеяться. Но сейчас, спустя много веков одиночества и страданий, он заполучил это незапятнанное чудо, по которому, между прочим, очень сильно соскучился. Где-же его муж? «Гэгэ, ты где?» Се Лянь мгновенно присоединился к сети духовного общения: «О, Сань Лан. Не волнуйся, я сейчас на небесах.» «Гэгэ, я соскучился.» «Совсем скоро вернусь, я почти закончил все дела. Как там принц? » «Великолепно. Он так забавно на все реагирует.» «… Да? Не дразни его, Сань Лан, он может сильно разозлиться.» Се Ляня снова начали одолевать сомнения. На что юный принц мог забавно реагировать? Богу Войны почему-то вспомнился их первый настоящий поцелуй. Едва они тогда отстранились, как ему срочно понадобилось накормить свою шляпу. Это вырвалось совершенно случайно, и у принца даже в мыслях не было убегать от Сань Лана! Но демон так сильно и громко смеялся, что убежать с позором казалось не такой уж плохой идеей. Сделать ему этого не дали, ибо крепкие, а самое главное, осязаемые руки сгребли его в охапку и пообещали не отпускать вечность. Это воспоминание и по сей день греет душу принца. Се Лянь отмахнулся от неприятного наваждения и вновь занялся собой. Он пообещал Сань Лану скоро прийти и вышел из сети, заставляя себя поторопиться. Сейчас принц занимался тем, что залечивал маленькие, но портящий вид рубцы. Он скрупулезно оттирал загар с тела, чтобы хоть чуть-чуть вернуть себе благородно-светлый оттенок кожи. Замочил волосы в рисовой воде, чтобы те стали более послушными и блестящими, после, бережно их расчесал тремя разными нефритовыми гребнями, чего не делал уже больше восьми веков. Обычно волосы расчесывал ему Сань Лан, но принц особо не интересовался, какой гребень тот использует. Принц задумался: если он сейчас так плачевно выглядит, то что же было, когда проклятые канги запечатывали его духовные силы? Не каждый небожитель об этом говорит, но духовная энергия всячески их украшает. Кожа становится шелковистой, а глаза более ясными, она подчеркивает достоинства каждого божества, поэтому на небесах живут одни красавцы и красавицы. Демоницы, захлёбываясь завистью, называют эту способность «шкатулочкой с протухшим жемчугом», ибо красоту-то она наводит, однако душа все равно смердит человеческими грехами. Не демонам судить, но кто им станет запрещать? И думает Се Лянь, как же плохо он должен был выглядеть, если вернувшаяся духовная сила едва ли смогла исправить положение? В любом случае, он обещал себе об этом не думать. Точно так же он раньше обещал себе не думать о еде, когда приходилось голодать месяцами. Делать какую-либо новомодную прическу принц не стал, сделал все как обычно: небольшой пучок сверху, собирающий передние пряди. Все таки, он не хочет привлекать ненужное внимание. Однако, интересно, как отреагирует Сань Лан? Принц решил, что перед спуском в мир смертных, стоит посоветоваться с товарищами.

***

Се Лянь позвал двух генералов в беседку, что находилась во дворе дворца Сянь Лэ. Когда-то Сань Лан сотворил здесь сад из персиковых деревьев и нежных белых бутонов, призрачный запах которых разносился по всей небесной столице. Принц совсем не удивился, когда увидел Му Цина с Фэн Синем у порога, которые, видимо, шли вместе всю дорогу. Мужчина старался ничего не высказывать на этот счет, но предательская улыбка все норовила появиться на свежем лице. — Ваше Высочество, ты принарядился. Какое-то торжество намечается? — первым отозвался Фэн Синь. — Ох, нет, совсем нет, — Се Лянь стушевался. — Тогда…? Фэн Синь глупо хлопал глазами, а брови медленно косились к переносице, это означает, что небожитель стал упорно думать и перебирать варианты. Му Цин лишь мученически вздохнул и закатил глаза: — Ваше Высочество, ты выглядишь превосходно. На вас новая и дорогая одежда, а на коже больше нет загара. Что это значит? Му Цин говорил это в своей обычной манере, так что было не особо понятно, оскорбляет он, или делает комплимент. Однако Се Лянь прекрасно знал их обоих, потому даже не стал задумываться. — Понимаете… — снова он чувствует себя ужасно неловко. — Мне хочется впечатлить Сань Лана. Двое генералов застыли. Лица их ничего не выражали. Неожиданно они одновременно поднялись со стола, нависая над сидящим императором небес. — Что этот демон тебе сказал? — едва ли не в один голос прикрикнули южные Боги Войны. — Успокойтесь, — Се Лянь нахмурился. — Сань Лан мне ничего не говорил. Генералы заметили слегка расстроенный вид Его Высочества, поэтому сразу пошли в атаку. — Тогда зачем тебе понадобилось впечатлять его? — А что, мне нельзя этого делать просто так? — казалось, еще чуть-чуть, и он горделиво поставит руки на талию. — Ваше Высочество, хотите верьте, хотите нет, но как со стороны взглянешь, так вы его каждую секунду впечатляете. — Мягко сказано. Он каждый раз будто впервые вас видит, ей-богу. Вылупит свой глаз, и ни разу его не отведет! Боюсь представить, что будет, если заслонить ему обзор… Жуть. — Полно вам, давайте не будем об этом, — Се Лянь смутился. Неужто он не всегда замечает, когда на него смотрит супруг? — Ну, а если просто так… Как я выгляжу? Небожители переглянулись, и видимо, сделав какие-то выводы по личной духовной сети, с полной уверенностью сказали: — Ваше Высочество, Собиратель Цветов не сможет устоять на ногах перед вами.

***

— Они правда такое совершили? — глаза юного принца были похожи на две серебрянные монеты. — Ваше Высочество, у меня нет причин вам лгать. Они сидели в чайной и неспешно разговаривали. Владелец услужливо нашел им место и взял заказ, а постояльцы не обращали на них особого внимания. Се Лянь ненароком подумал, что демон наложил на них заклятие для отвода глаз, но вдруг в них врезалась пара детишек, что не вписались в поворот. — Ой, градоначальник! Дядюшка! Простите! — детишки поспешно убежали к пристыженным родителям, закрывая ладошками рвущееся хихиканье. Взрослые наказали им больше не мешать господину и смирно сидеть за столом. Се Лянь изумился. Как оказалось, все сидящие здесь люди их знали! —… — Уютно, правда? Это место придумал гэгэ, — Хуа Чэн складывал салфетку в причудливую форму. — Люди тебя не боятся? Что это за место? — У нас много почитателей в мире людей. Многие из них стали захаживать в призрачный город, потому было принято решение построить чайную, где люди могли бы отдохнуть. — Но разве демоны не всегда жаждут людской плоти? — для юного адепта это было лишено всякого смысла. — Если это наши последователи, то никто не посмеет их трогать, — демон пожал плечами. — А если нет, то они незванные гости, судьба которых уже полностью зависит от их везения. — Почему ты говоришь «наши»? Это ведь почитатели небесного императора, нет? — Се Лянь искренне не понимал, потому не задумывался над грубостью сказанного. Однако, Хуа Чэн, ничуть не оскорбленный, будто ждал этого вопроса. — Все потому, что вся Поднебесная знает о союзе демона и божества. В их храмах всегда стоят по две статуи, что даруют благословение и удачу. По отдельности они приносят лишь несчастья, поэтому люди и демоны молятся сразу двоим. — Хорошо, это звучит очень романтично, — принц, хоть, и не имел слабости к подобным рассказам, но эта история все же нашла отклик в его душе. Се Лянь признал поражение. Но это не означает, что он проиграл войну.

***

Се Лянь спустился с небес и сразу же направился к монастырю водных каштанов, где уже ждали его супруг и дух прошлого. — Сань Лан, я дома! Хуа Чэн сидел за постаментом и вертел салфетку, что по форме походила на цветок. В то время как юный принц решил предаться медитациям. Едва он услышал за дверью мужа, он развернулся лицом к двери, чтобы встретить того обворожительной улыбкой. Се Лянь зашел с корзиной полной персиков из сада дворца Сянь Лэ. Хуа Чэн в два шага подошел к принцу и забрал его ношу, положив ее куда-то рядом. Он поправил выпавшую прядь и достал оттуда бумажный цветок. Небожитель опешил, откуда у него в волосах бумага? Однако через мгновение, демон на нее подул, после чего искусственный бутон превратился в настоящий, разнося слабый, едва уловимый аромат по храму. Се Лянь с радостью принял его и благодарно поцеловал супруга в щеку. Хуа Чэн же, начал изображать юную редеющую девицу, и спрятал лицо в груди Его Высочества.

***

Время было уже вечернее, потому было принято решение поужинать и лечь спать. Юный Се Лянь вышел из медитации, когда хозяева храма загремели посудой. — Может я смогу чем-то помочь? Се Лянь сделал вид, что ничего не услышал, и наказал Эмину мелко нарезать лук. Сань Лана же, отправил за водой. Юный принц встрепетнулся, когда лента неожиданно белой стрелой вылетела из его рукава. — Что это было? — принц не стал прятать своего возмущения. — Еще раз попытаешься убить моего супруга, то в следующий раз она тебя задушит, — в голосе звучала весьма не милая улыбка. Неужели эта лента — духовное оружие? В таком случае, он бы почувствовал ее присутствие, однако предмет излучал нейтральную энергию, будто темная и светлая Ци соединились в одном месте. — Он же демон. Почему ты его покрываешь? Се Лянь стал лишь громче нарезать морковку. Вскоре Сань Лан принес воду и готовка пошла полным ходом. Пусть Се Лянь и просился приготовить все самому, Хуа Чэн то и дело кружил вокруг него, пока принц не поручит ему какое-нибудь дело. Юный Се Лянь не знал, куда себя деть в этом домашнем хаосе, но демон поспешил на помощь, попросив того отправится к соседям за парой обещанных когда-то ими яиц. Пользуясь случаем, Хуа Чэн подобрался к Се Ляню вплотную и стал целовать шею, что теперь терпко пахла цветочными маслами, перекрывая родной ему запах. — Ты по другому пахнешь, — сказал он, прежде чем широко мазнуть длинным языком по шее. — А что еще? Что-нибудь еще изменилось? Хуа Чэн развернул принца к себе, в поисках чего-то нового. Однако он смотрит перед собой, и видит все тот же светлый лик и горячо любимые губы, которые так и манит поцеловать. Он не смеет отказывать себе в этом, поэтому тянется к принцу. Он уже почти добрался до цели, когда его губы столкнулись с нежной рукой. Хуа Чэн промычал что-то плаксивое и вопросительно посмотрел на супруга. Се Ляню всегда нравились подобные ласки, и сейчас — не исключение. Однако чтобы его план пришел в действие, ему придется отказаться от столь приятного удовольствия. — Нет, Сань Лан. Скажи, что еще изменилось. Князь демонов выпрямился и вновь стал вертеть мужа. — Ах. Ты надел мой подарок! Ты в нем прекрасен, гэгэ, — он уже складывал губы трубочкой, как ему снова не дали осуществить задуманное. — Да, что-нибудь еще? — М-м-м. Демон больше ничего не нашел, но запах масел до сих пор его беспокоил. Он уткнулся в шею и стал часто-часто вдыхать запах, будто зверёк, нашедший что-то любопытное и возможно вкусное. Он закружил вокруг принца и везде щекотал кончиком носа и дыханием. Се Лянь не выдержал и засмеялся в голос, пытаясь отцепить от себя мужа, что вошёл во вкус и теперь обнюхивал его всего. — Ха-ха, Сань Лан, прекрати это! Что ты делаешь? — в уголках глаз уже собиралась влага от щекотки и смеха. — Нет, не выходит. Гэгэ, тебя надо вылизать, — сказал демон из-под раскрытых одеянии на груди небожителя. — З-зачем? — Запах. Обычно ты по другому пахнешь. — А это плохо? — в голосе звучала надежда. Хуа Чэн вновь слегка мазнул языком по ключице. — Нет. Но я не чувствую Его Высочество. Юный принц зашел совсем не вовремя, однако решил остаться безмолвным по поводу увиденного. Пара отстранилась друг от друга и вернулась к готовке. Спустя пару мгновений еда была уже готова. — Приятного аппетита, гэгэ. — Приятного аппетита, Сань Лан. —… Приятного. Юный Се Лянь ткнул палочкой в пузырящуюся темную жидкость, от чего она издала подозрительный звук. Он уже хотел было отказаться, как увидел, с каким энтузиазмом едят его новые друзья. — Гэгэ, в этот раз получилось намного лучше! Очень вкусно, — Хуа Чэн не колеблясь положил себе добавки. — Спасибо, Сань Лан, — Се Лянь тоже не брезгал глотать столь странное месиво. Наконец принц собрался с духом и решительно засунул ложку в рот.