Лев и Пантера

Временным шинигами быть, оказывается, не так уж и легко. Нужно усердно работать, дабы за невыполнение вызова не получить пизды. Так, каждый вечер Ичиго уделял патрулю. Либо бегал по крышам Каракуры, либо сидел на каком-нибудь здании и тихо дрых, пока не почувствует вражескую реацу. Сейчас он уселся на чей-то дом и прислонился к дымоходу плечом. Сладко потянулся и, прижавшись телом к спасительной стене, устало вздохнул и закрыл глаза. — Пока тихо, можно немного поспать, — пробормотал юноша куда-то в воздух и потёрся виском о кирпич, пытаясь найти удобное место. Занпакто лежал на ногах, и если что ладонь была близ рукояти, так что застать его врасплох почти невозможно. Разве что… Куросаки настолько надоело сидеть притиснутым к стене, что он не выдержал и лёг на спину, заводя руки за голову и блаженно укладываясь на более мягкие конечности, нежели стена. И как всегда из подростка реацу хлестало так, что грех не вызвать сейрейтейный водоканал, впрочем арранкару это на руку, не составит большого труда найти его рыжую бестию в целом городе. Гриммджоу, выходя из гарганты хер знает на каком конце города, за какие-то ничтожные мгновения смог найти, зачем пришёл. Поступью он оказался возле валяющегося мальчика, Куросаки и бровью не повёл. Ну, конечно, он его не заметил, Джагерджак опытный боец и умел в нуль сводить свою реацу и казаться буквально неощутимым для других. Он чуть брякнул своими поясами на брюках. "В жопу эти хакама, после того, как я прочувствовал весь сок этих штанов, ни в жизнь не вернусь в эти шаровары", — с такими словами одевался сегодня на встречу, и сел рядом с Ичиго. Парнишка спокойно дышал через приоткрытый рот, немного ворочался на руках, не зная, где ещё не отлежал бедные конечности и вообще не хмурился. Кон всё же пиздел, когда говорил, что тот вечно хмурый, даже когда спит, возможно, это были лишь беспокойные сны или кошмары, но сейчас он выглядит так умиротворённо, что глаз не оторвать. Шинигами чуть дёрнул плечом и повернул голову в сторону Гримма. Пантера тихо наблюдал за своим рыжим комком, отмечая каждое его движение, всё же любопытно вот так смотреть на спящего Ичиго. Парень отдыхал от вечной беготни, героических речей и спасения чьей-то жопы в который раз. Расслаблено нежился на, пусть и твёрдом, но тёплом от недавно зашедшего солнца, покрытии крыши. Гриммджоу долго наблюдал за ним, пока спящий не начал терять бдительность и источать больше реацу вследствие своей расслабленности. Арранкар придвинулся ближе и запустил пальцы в чуть пыльные пряди волос, слегка почухал кожу головы и раскрыл своё присутствие, выпуская совсем немного духовной энергии, затем тут же её пряча. Ичиго резко открыл глаза, поднял торс с пола и схватился за Зангецу, загнано дыша. После юноша повернул голову в сторону гогочущего любовника. — Блять, Гримм, это не смешно, кто так делает вообще с спящими-то людьми, изверг, — Ичиго насупился и недовольно потёр заспанные глаза. Секста лишь сел поудобнее на жопу и положил руки на колени, слегка горбясь. Парнишка повернулся корпусом в сторону арранкара и подполз ближе, сел между его ног спиной к правой ляжке, подсунул ноги под левую, поставленную домиком, и упёрся головой в плечо. — Давно не виделись, львёнок, — улыбаясь, произнёс эспада. Почему "Лев", а не всякие "зайчики" и "птички"? Потому что Секста не считал Ичиго своей добычей или жертвой, поэтому называл хоть и ласково, но весомо, всякими кошачьими из разряда крупных особей. Куросаки явно не был жалким зайцем или слепым цыплёнком, поэтому язык не поворачивался его так неуважительно называть. Это был такой же хищник, как и сам Пантера, но отличало их то, что рыжий был вечно в шкуре овцы и довольно редко вот так запросто показывал клыки своего внутреннего Царя зверей. Это был отличный противник с которым бой мог длится и по паре часов, поэтому Гримм так сильно влюбился в сильнейшего из кошачьих. — Да, давненько, аж как-то грустно осознавать, но сейчас моя Пантера здесь и нет причин для беспокойства. Ичиго хотел ещё что-то дополнить, но его заткнули поцелуем. О, его бог, какой же поцелуй Сексты эспады был живым и разгорячённым, напористым и без всяких шансов на выживание. Не давая отступить, Гриммджоу уложил рыжего на спину и навис над ним сверху. Стоило Ичиго лишь мазнуть по ширинке новых брюк Джагерджака, как тот буквально воспламенился своей реацу. Парнишка победно улыбнулся в поцелуй и в удовольствии замычал, от того, как же стало тепло от жара синеватого купола духовных частиц арранкара. Секста сделал то же самое и коснулся меж ног рыжика, слегка сжимая пальцы. Ичиго протестующе замычал. — М-м-м. Гримм я тоже сильно соскучился, но я же на работе. Давай после моего патруля продолжим. — Но сейчас же тихо и никого нет, почему бы нам немного не поиграть. Шинигами, я тебя месяц не видел, и ты обламываешь весь кайф. Секста продолжил целовать шею мальчика, уже расправляя косоде по обе стороны, открывая взору бешено красивую подтянутую грудь. Как же Ичиго не хотел останавливать парня, он незаметно сам льнул беззащитной шеей к голодным челюстям, внизу живота заметно потеплело и Куросаки искренне хотел продолжения, но если что случится, проблематично будет сражаться со стояком. — Знаешь, пустые не сильно тактичные твари, и предупреждать за тридцать минут, что нападут, не будут, давай всё же попозже, м-м-м-м, Секста... Ой-й-й. Куросаки аж заикнулся от сильного укуса в шею и басового рычания. Он совсем забыл, что Гримма лишь горячит и заводит это прозвище из уст шинигами. Только арранкар провёл и надавил на грудь лежащего, тут же остановился. — Она мне надоела, — фыркнул он в лицо парню и встал с Куросаки. "Кто она?.. Здесь же никого н... Что???". Ичиго приподнялся на локтях и заметил девушку-шинигами у соседнего дымохода. Малышка стояла и ждала признаков сопротивления от парня в такой же форме, как и она, она точно собиралась ему помочь, как только почувствовала реацу арранкара, но остановилась на произнесении номера Кидо, когда услышала, что тот незнакомый ей шинигами сказал, что скучал по тому, кого она сейчас считала угрозой. — Т-т-т-т-ты же шестой аррранкар из эспады капитана Аидзена, — девушка положила руку на рукоять, как только увидела маску пустого на лице противника. — Что ты собирался делать с тем шинигами??? Гримм оскалился. — Тебя это не должно касаться, малышка-шинигами, иди патрулируй дальше свои районы, тебе здесь не место. Единственное, что сейчас боялся Ичиго, так это срыва Джагерджака. Потому что ему-то ещё как можно раздавить череп шинигами об асфальт, Сосуке лишь мини-медаль за это вручит, а вот Ичиго прилетит по первое число, за дозволенность распускать руки его арранкару. Конечно, каждый не дурак и знал, почему почти каждый вечер эспада приходит в мир живых, но всё же парни ещё не признавались на прямую, что встречаются. Но рамки дозволенности нужно соблюдать и бить шинигами просто так нельзя. — Послушай, девушка, он мне точно ничего плохого не собирается делать, не беспокойся за меня, — отозвался парень, чтоб хоть как-то спасти ситуацию. — Ты же Куросаки Ичиго? Временный шинигами из мира живых, — переспросила девушка, всматриваясь в силует, лежащий на крыше, и заприметила рыжие волосы и большой резак возле парня. — Ну... Типо да. — Хорошо. Если это так, то ты точно сможешь справиться с ним в одиночку, если потребуется, волноваться не о чем, — она убрала руку с занпакто, поклонилась и ушла прочь. — Опять ты всё портишь. И с ней не дал поиграть немного, малышка явно меня испугалась, потешил бы самолюбие, так ещё и узнала, кажется, в Обществе Душ я на первых местах по популярности, Аидзен-сама можешь хоть немного мною гордиться. — Ты бы от неё живого места не оставил, а мне бы влетело за то, что не усмотрел за тобой. Надо было как-то спасти жопы обоих. — Не меня одного с первых минут узнают, я погляжу, да, Львёнок? Значит, я навещаю знатную шишку из всех шинигами. Менос мой, хотел развлечься, а получил самую сочную ягодку на торте. — Да пошёл ты, Гримм, — Ичиго лёг на спину и отвернулся от него. — Засмущался, хах. Какой же ты всё-таки нежный зверь, Куросаки.