Покер ♣️

      «Он здесь».       Перед Хёнджином распахнули двери. Глава мафии снял чёрное пальто, и кто-то тут же забрал его. Все, кто встречался в коридоре, низко кланялись, эхо из «добрый вечер, господин Хван», «рады Вас видеть, босс» таяло за спиной. В игорном зале пахло сигаретным дымом, дорогими парфюмами и азартом. Сновали официанты с подносами спиртного. Царил полумрак, только над столами горели одиночные светильники. Блэкджек, рулетка, маджонг…       Но они оба любили покер.       Он ждал его. В леопардовой шубе а-ля «владелец караоке», расстёгнутой рубашке и рваных джинсах. Из-под ворота выглядывали кольца бус, цепочек и эзотерической фигни. Феликс крутил в пальцах старший аркан таро, Иерофанта. Отрешённое лицо казалось по-детски невинным. И не скажешь, что перед тобой – лучший шулер по эту сторону океана.       Последний свободный стул услужливо отодвинули перед Хёнджином, и он занял своё место за карточным столом. Из тёмных углов бросали любопытные взгляды: нечасто хозяин садился играть. Феликс улыбнулся уголком губ и спрятал Иерофанта во внутренний карман.       – Твои шаловливые ручки меня не обманут, – предупредил Хёнджин.       Феликс улыбнулся так, словно Хван рассказал невероятно смешную шутку. Шулер пересчитал пальцами сердоликовые бусины, двигаясь от шеи к расстёгнутому вороту. Хёнджин сглотнул вязкую слюну.       – Вы ещё не знаете, на что способны мои «шаловливые ручки», господин Хван.       Игроки сделали блайнды, дилер раздал по две карты.       Ещё до выкладки флопа Хёнджин поднял ставку, но никто не сбросил. Три карты заняли своё место в белых рамках. Какой-то трусишка вышел из игры, оставив бубновую десятку и пиковую пятёрку.       Хёнджин любил не адреналин в крови и не сладость победы, и уж тем более не деньги. В покере ему нравилось ощущение холодного расчёта, ума, не замутнённого ничем другим, кроме просчитывания всех вариантов за секунды. Для главы мафиозного клана это была тренировка жизни, полной риска.       За столом они остались только вдвоём. Феликс подвинул к себе фишку дилера и выложил ривер, пятую карту. Ставки повысили в последний раз. «Он так уверен в победе?» – Хёнджин ухмыльнулся, глядя на ровный ряд крести.       Хван кинул на стол свои карты и отклонился на спинку. Король и туз. Крестовый флеш-рояль. Феликс остолбенел, но лишь на миг. Крестовые девятка и восьмёрка почти выпали из его рук. «Стрит-флеш. Ты был близко», – он хмыкнул.       Помощники господина Хвана сгребали банк.       Феликс смотрел на него и озорно улыбался, явно сдерживая этой улыбкой «ах ты ж сука!», рвущееся наружу. Он заменил ривер. А Хёнджин всё равно выиграл. И это не могло не вызывать интерес… На это Хван и рассчитывал. Ли Феликс встал, кивнул победителю в знак уважения и направился в сторону бара. Хёнджин вышел из-за стола, они поравнялись плечами.       – Извини, но на своей территории я не мог проиграть.       Феликс замер, поднял голову.       – Жаль. Ведь я заставлю Вас это сделать.       Спину ошпарило холодом. Хёнджин моргнул пару раз, возвращая самообладание. Он ожидал чего угодно, но не вызова. Хван засунул руки в карманы деловых брюк.       – Я буду на балконе, приходи, если хочешь, – бросил он в леопардовую спину, затем остановил официанта: – Уважаемый, десять бутылок «Дом Периньон» в мою ложу.       Феликс обернулся, взметнув полы шубы.       – Десять бутылок? Да Вы не выпьете столько.       – Статус не позволяет заказать меньше, – Хёнджин пожал плечами.       – Тогда поделитесь.       Первой мыслью было «Ты обалдел?!», второй – «Не указывай мне», а третью Хёнджин озвучил:       – Наливать будешь сам.

***

      Хёнджин сел на мягкий полукруглый диван. Перед ним на столик поставили ведро льда с бутылками. По тёмно-зелёному стеклу скатывались капли, даже прозрачная столешница вокруг запотела. Официант принёс два бокала на длинных ножках, штопор и исчез. Хёнджин махнул рукой, и двое в чёрных костюмах вышли из ложи.       – Вы не доверяете даже своей охране?       Феликс смотрел на столик так, будто его собирались отравить напитком за 465 тысяч вон.       – Я сам себе охрана.       Фольга с хрустом сминалась под пальцами, штопор вкручивался в мягкую пробку.       – Тогда зачем те двое?       Первую бутылку откупорили с осторожным хлопком, шампанское зашипело по стенкам бокала.       – По статусу положено.       – А, знаю-знаю, – Феликс закинул руки на мягкую спинку. – Летать только частным джетом, селиться только в четырёх сезонах, обедать только в ресторане с тремя звёздами Мишлен, – он наклонился к Хвану и спросил полушёпотом: – Давно Вы были нормальным человеком?       Хёнджин пригубил шампанское и задумался.       Отец начал пропадать по ночам на странной работе, когда Джинни было десять. Ещё через год он нашёл в родительской спальне пистолет. Джинни был смышлёным мальчиком: раз папа умел палить из пушки, то ему тоже стоило научиться. Так он записался в секцию стрельбы.       – Когда на работе у отца начались проблемы, его люди увезли нас с мамой в другой город. Перед этим я таки выпросил у него настоящий глок. Нас нашли. Двое ворвались в съёмную квартиру, и… – Хёнджин замер. Кровь стучала в висках. Мать зажала рот рукой, чтобы не закричать. По телику в кухне шло музыкальное шоу. Джинни вынул из кармана пульки и вставил в обойму. – В общем, пришлось переклеить обои в прихожей. Так что да, давно… – в грудную клетку будто залили свинец. Пальцы оставили на бокале мокрые следы. – А ты?       Феликс наполнил свой бокал и рассмотрел на просвет. В другой руке мелькнула карта таро.       – Батя был азартным. Мы даже понятия не имели, сколько он проиграл, пока не пришла бумага, что нас выселяют на улицу. А он повесился на люстре. Я начал играть, чтобы прокормить семью. Купил поддельные документы типа я совершеннолетний и играл. Мать была в ужасе, когда узнала, – Феликс ухмыльнулся. – Но, в отличие от него, я выигрывал.       В голове гудела тяжёлая пустота, обрывки мыслей сталкивались и разбегались, как бильярдные шары. Хёнджин выпил весь бокал залпом и тут же налил ещё. Хван наблюдал за Феликсом: тот поставил локти на колени и тупил в одну точку.       – Ты убивал? – спросил Хёнджин.       – Почти. Тогда мать завела нового мужчину, и он казался хорошим, жил с нами, всё было нормально… Пока Оливия мне не пожаловалась. Блять, ей же было тринадцать! – он стиснул бокал в руке. – Попросил кое-кого разобраться, думал, его просто припугнут, а не… – он выдохнул и прикрыл глаза. Выпил уже тёплое от рук шампанское. – Знаешь, в «Гарри Поттере»… Смотрел?       – Читал.       – Помнишь, там от убийства раскалывалась душа.       Да. Так это и ощущалось. Их толкнули на этот путь детьми, и что-то внутри сломалось и не подлежало починке. И другие не могли понять, каково это.       – Ещё шампанского?       Феликс скосил глаза на Хёнджина и кивнул, подставляя свой бокал. Хван поудобнее перехватил бутылку и накрыл пальцы Феликса своими. «Такие маленькие… и тонкие». Наклонил бокал, и по стенке, почти не пенясь, влились золотистые 93 тысячи.       – За наши расколотые души.       Они не чокались.