Палочка, принадлежащая мне

Первого сентября Рей Ниима вылетела на платформу 9 и ¾, увлекаемая тяжёлой тележкой, и затормозила, проскрипев подошвами старых кед по полу. Она огляделась, а потом налегла на тележку толкая её вперёд. Платформа полнилась народом, тут и там Рей видела знакомые лица. Увидев Ала Поттера, Рей притормозила. Альбус был в маггловских джинсах и футболке, как и сама Рей, а его верный товарищ был облачен в мантию. С леопардовыми отворотами. С леопардовыми, мать его, отворотами! — Малфой, ты в курсе, что выглядишь в этой мантии как сутенер? — поинтересовалась Рей вместо приветствия. — Кстати, привет, Ал! — Ниима, а ты в курсе, что выглядишь как пэйви? — ответил Малфой ей в тон. — Независимо от того, во что ты одета. — Заткнитесь оба, — вставил Ал. — Да, привет, Рей. — Ладно, Малфой, у меня к тебе серьезное дело, — сказала Рей. Скорпиус вопросительно поднял бровь, всем видом показывая, что серьезное дело Рей ему глубоко до летающих свечек в Большом зале. — Как ты зачаровал плеер, чтобы он работал в Хогвартсе? На губах Малфоя расплылась неприятная улыбка. — Нет, правда, — не отставала Рей. — Я переживу отсутствие Нетфликса, тик-тока, твиттера и прочей маггловской чепухи… Но плеер, Малфой! Как? Малфой выдержал паузу и ответил: — Не скажу. Мучайся, Ниима. — Я не прошу тебя заколдовывать мой плеер, просто подскажи! — Нет. — Мал… Лорд Малфой, пожалуйста, — Рей включила режим подлизы. — Бесплатно не работаю, и я еще не лорд. — Я тебе потом скажу, — пообещал Ал. И, покосившись на Малфоя, добавил: — Шепну на ушко. Но прежде, чем Малфой сумел ответить, Рей увидела, как на платформу выехал Финн. — Ловлю на слове, — быстро сказала Рей, с силой развернула тележку и устремилась к Финну. — Финн! — радостно завопила она. — Гони сюда! Их тележки едва не столкнулись, отчего сова Финна возмущенно и испуганно засипела. — Финн! — Рей! Они обнялись. Хотя летом они переписывались постоянно, Рей все равно скучала по другу. И по Роуз. И по школе. И даже по Скорпиусу Малфою, хотя он был тот ещё фрукт, а может быть овощ, а может быть и вовсе кактус, одним словом выбивался из Гриффиндорского цветника. Лето тянулось медленно и уныло. Тёплое, дождливое — и полное работы, потому что Ункар Платт считал, что все сиротки, которых он по доброте душевной приютил, должны эту доброту отрабатывать. Он же их поит, кормит и одевает, мать их так-разэдак! А так как Рей Ниима была одной из детей, когда-то взятых Ункаром под опеку, она работала, как все, и даже больше, потому что была самой старшей. Во всем районе Рей была, наверное, единственным подростком, который с нетерпением ждал начала учебного года. Не только потому, что она уезжала от ненавистного опекуна, но и потому, что впереди маячило долгожданное совершеннолетие — по законам магического мира, конечно, но это значило, что, покинув в августе темный и замусоренный дом Платта, Рей больше не вернётся туда никогда. Очень скоро появилась Роуз Тико присоединилась к ним, а там и Хогвартс-Экспресс наконец подъехал, и на платформе воцарились шум и суета: родители прощались с детьми, дети орали, совы ухали, мяукали коты и кошки в переносках. Рей, Финн и Роуз не без труда отыскали свободное купе и втиснулись в него. Когда поезд тронулся, Финн залез в свой чемодан и достал оттуда три бутылки с колой. — Прощаемся с маггловскими вкусняшками, — сказал он, раздав бутылки девчонкам. — Ну, за наш последний год в Хогвартсе. — Чтобы он был суперским, — добавила Рей. — Десять из десяти. — И за успешную сдачу Ж.А.Б.А., — закончила Роуз. Бутылки со звоном встретились. Поезд медленно набирал скорость, и, кажется, ничего не могло омрачить сегодняшнего дня и все последующие, ничего кроме… может быть, сдвоенной ЗОТИ со Слизерином?.. *** …Нельзя просто взять и закончить Хогвартс без проблем. Финн так и сказал: в последний год обязательно случится что-нибудь серьезное, нельзя отучиться в Хогвартсе и ни разу не попасть в передрягу — которая, у свою очередь, попадет в газеты. В их последний учебный год в Хогвартсе стали нападать на полукровок. И нет, речь шла не о тех полукровках, у которых мама волшебница, а папа водолаз. А о тех, кто мог похвастаться примесью крови магических существ: вейл, великанов или гоблинов. На седьмом году учёбы Рей вдруг обнаружила, что с кем только люди не скрещивались в процессе своей долгой волшебной истории. И далеко не все такие скрещивания считались приемлимыми. Например, иметь бабку-вейлу было очень даже неплохо (особенно для девушек), несмотря на то, что вейлы были те ещё кровожадные твари. А вот иметь маму-великана, как у старого Хагрида, было довольно позорно — несмотря на то, что великаны были даже менее кровожадны, чем вейлы. Рей не заметила, как эти разговоры набрали силу: казалось ещё вчера с девочкой с Хаффлпафа, у которой был прадед-гоблин, совершенно нормально общались. А сегодня ей смеются в спину, будто в том, что у тебя кривой нос и не самый высокий рост есть что-то смешное. И слова Нетал насчет того, что «таких как эта» хаффлпафка раньше бы на порог Хогвартса не пустили? Если бы Нетал сказала такое про неё, Рей бы вызвала её на дуэль, благо Нетал тоже посещала дуэльный клуб… Хотя нет. Уже бы не вызвала. Что касается проблем самой Рей, то они были никак не связаны с полукровками — скорее лишь опосредованно. Её проблема стояла перед ней, взирая на неё сверху вниз. — Беспалочковая магия, Ниима, — заметила проблема. — Вы ведь курсе что дуэль подразумевает использование палочек. — Да, но Снап выбил мою Экспеллиармусом, — уперлась Рей. — И это значило, что вы проиграли. Если вам так хотелось повалять его по полу, могли бы пойти в в рукопашную, — профессор Соло поднял бровь. — Беспалочковая магия это… неприемлемо. Вам не пять лет. Ага. Неприемлемо, как мама-великанша и дед-гоблин, да, Соло? Да тебя на Слизерин не отправили только по ошибке, черномагическая ты морда! Прицепился к честной гриффиндорке… — Я слышала, что Основатели тоже владели беспалочковой магией, — попыталась выкрутиться Рей. — Бред, — коротко ответил Соло. — Профессор!.. — не выдержала Рей. — Снап не в обиде, я извинилась, он не пострадал, в чем смысл этого всего? — Смысл в том, Ниима, чтобы научить вас следовать правилам. О наказании вас уведомят. Рей подумала, что ненавидит его. Наверняка ненавидит. Возможно год бы закончился нормально, несмотря на все эти… разговоры. Возможно. Но кто-то решил перейти от злых слов к злым действиям, и на ночном обходе хаффлпафку-недогоблиншу нашли в коридоре в луже собственной крови. Выжила она лишь чудом, и её тут же отправили в госпиталь Святого Мунго. Поговаривали, что раны были нанесены черномагическими проклятьями. «А я говорил — не к добру, — ворчал Филч. — Все ваши нововведения. Нет в них ничего хорошего». Филч был ретроградом, а теперь, когда министром магии стала заморская штучка Лея Органа, изменения поперли как из рога изобилия, в том числе и в сфере образования. Ученики перешептывались. История, передававшаяся из уст в уста, обрастала кровавыми подробностями. Под конец дня услышавшие её, уже были уверены, что несчастную полукровку почти расчленили а на стене написали «Слава чистой крови!» У Рей Ниимы и без этого было полно проблем. Профессор Соло, растудыть его, оставил её на отработку! И когда — перед самым матчем. Только теперь, конечно, никакого матча наверняка не будет. Старосты теперь сопровождали младшие классы, и даже старшеклассникам было велено ходить большими группами. Кто-то распустил слух, что это опять проснулся Наследник Слизерина, и собирается очищать школу от грязной и порченой крови, а нелюдей вернуть туда, где им полагается быть — в услужении магам. И несчастную хаффлпафку жаль, хоть и характер у неё был не по-хаффлпафски сварливый… В общем, и так все плохо, да еще этот Соло! — Он всегда ко мне придирается, — в сердцах заметила Рей за ужином. — Может наказание отложат из-за… Ну вы поняли, — предположила Роуз. — Чтобы Соло и что-то отменил? — Финн покачал головой. — И кому же нужно было нападать на эту несчастную? По ней и гоблина было нельзя узнать, только рост выдавал, ну и нос немного… — По магглорожденным тоже с виду не скажешь, что они магглорожденные, — ответила Роуз. — Однако и на них нападали раньше. — Что теперь будет? — спросила Рей. — Авроры приедут, — ответил Финн. — А вдруг сам Гарри Поттер приедет расследовать? — Он глава аврората, ему не до этого, — ответила Роуз. — Но авроры точно приедут. И ладно, если только они… Несмотря на заверения директора МакГонагалл, что всем ученикам постараются обеспечить защиту, на этой же неделе школу покинули трое полукровок. *** Рей пришла к кабинету ЗОТИ за пару минут до назначенного времени. Не хотелось опоздать: вредный профессор наверняка добавит ей лишних полчаса за это. Рей казалось, что он невзлюбил её с первого курса, когда они толком и не пересекались. Она часто ловила на себе его мрачный взгляд, а его постоянные придирки начисто отбили ей желание заниматься ЗОТИ, хотя она, как и многие ученики, в свое время очень ждала этих занятий. Сразиться с боггартом! Обезвредить стаю зловредных пикси!.. Как бы не так. Что бы Рей ни делала, как бы она ни старалась, Соло всегда придирался, занижал оценку и нагружал дополнительными эссе. А в этот раз и вовсе слетел с катушек как настоящий псих: во время спарринга у Рей выбили палочку. Казалось, победа была за её оппонентом, но Рей, припомнив, как в детстве её магические всплески опрокидывали вещи, попыталась повторить то же самое со Снапом. И у неё получилось! А Соло вместо этого отчитал её за неспортивное поведение и пригрозил, что заберет палочку, раз она так легко обходится без неё. Да еще отработкой наградил! Вот же злыдень ушастый!.. В этот момент дверь в класс открылась и на пороге возник профессор Соло. — Уж здесь? — спросил он. — Вовремя, Ниима. Проходи. Палочка тебе не понадобится, можешь оставить её на моем столе. — Вам она тоже не понадобится, сэр, — ощетинилась Рей. Любые поползновения в сторону палочки она воспринимала в штыки. Над Рей вдоволь поиздевались слизеринцы на первом курсе, насмехаясь над её не новой палочкой и дешевой мантией не по размеру. Но палочку свою Рей любила и не променяла бы на десяток новых. — Палочку на стол! — скомандовал Соло. — Ведро и тряпки в кладовке. Впрочем, можешь воспользоваться палочкой, чтобы наколдовать воды. Если, конечно, ты не научилась сотворять это заклинание без палочки. — Хорошо, сэр, — сердито пробормотала Рей. Сняв мантию, чтобы она не мешалась, Рей принялась за уборку, отложив палочку. Соло сел за стол и принялся проверять эссе третьекурсников, изредка похмыкивая и делая в них пометки. — Надеюсь, вы проводите меня после отработки, сэр? — спросила Рей, маскируя яд в голосе. — Теперь ученикам не разрешено передвигаться в одиночку. — Конечно, — ответил Соло, не поднимая взгляда от домашних заданий. — А кто потом проводит вас? — спросила Рей. Она оперлась о швабру и уставилась на профессора с плохо скрытой ухмылкой. — Неужели это не опасно — ходить одному? — Я профессор ЗОТИ. Я могу постоять за себя, чего о вас не скажешь, Ниима. Но, если желаешь, — Соло поднял взгляд и пристально посмотрел на Рей. — Можем провожать друг друга до самого утра, пока не станет людно: я тебя до вашей гостиной, ты меня до моей спальни. — Звучит интересно, но я вынуждена отказаться. — Рей вернулась к уборке. — Жаль конечно будет, если на вас нападут, профессор. Я ничего такого не имею в виду, — торопливо добавила она, — но вы же знаете, что эта должность проклята. — Я держусь уже семь лет и еще столько же продержусь, — ответил Соло. — Не отвлекайся от уборки. Я отсюда вижу, что тот ряд ты протерла из рук вон плохо. Когда Рей закончила с уборкой, а Соло с домашней работой, он взмахом палочки открыл перед Рей дверь и сам проследовал за нею. — Ура, теперь я под защитой, — мрачно сказала Рей, когда они вышли в коридор. Рей припозднилась с этой уборкой, а с учётом происшествия, в коридорах было даже тише, чем обычно. Они двинулись к башне Гриффиндора в тишине по пустым коридорам, но Рей не могла долго идти молча. — Как думаете, авроры поймают нападавшего? — спросила Рей. — Это их работа, — ответил Соло. — А вы не хотели стать аврором? — не отставала Рей. — Раз вы так хорошо разбираетесь в темных искусствах? В это раз сарказм в голосе замаскировать не вышло. Профессор слегка помрачнел. — Я слышала, раньше в школе даже преподавал аврор, — добавила Рей с торжеством. — С настоящим опытом. — Вы не считаете мой опыт, как учителя, достаточно настоящим, мисс Ниима? — мягко спросил Соло. — Нет, просто я не думаю, что у вас было много полевой практики. Сэр, — ответила Рей. Она была уже на седьмом курсе и считала, что может немного подерзить профессору, который был моложе буквально всех преподавателей Хогвартса. — При всем уважении. — Я думаю, я поторопился, назначая наказание, — заметил Соло. — Раз вы так страдаете от отсутствия у меня полевой практики, думаю вы согласитесь сопроводить меня в Запретный лес в субботу вечером. — Но туда же запрещено ходить ученикам, — попробовала возразить Рей. — Без разрешения, мисс Ниима. А вы будете в сопровождении преподавателя. При удачном стечении обстоятельств и вы, и я сможем получить достаточно практики. — Но сэр… — начала Рей, мысленно проклиная себя и свой язык, который до Лондона доведет. — Это не обсуждается, мисс Ниима. Заодно продемонстрирует мне свои впечатляющие навыки… Профессор осекся и остановился. Рей сделала вперёд несколько шагов по инерции, глядя на него, и встала тоже, а потом посмотрела туда, куда смотрел Соло. На стене коридора чем-то красным было написано «За чистую кровь». *** Как оказалось, писали не кровью, а краской, но это не остановило слухи, а лишь подогрело их. Пол-школы было уверено, что во всем виноваты слизеринцы. Еще пол-школы — что все правильно сказал, но калечить-то зачем? Еще несколько полукровок уехали, а в школу прибыли авроры. Среди них особо выделялся бывший гриффиндорец и капитан школьной команды По Дэмерон, теперь служивший под началом самого Гарри Поттера. Пользуясь приятельскими отношениями и природным обаянием, По в приватной обстановке поболтал с бывшими со-домовцами, походя разбив несколько девичьих сердец и одно мальчишечье. Но он ничего не выяснил кроме слухов. Краска, как оказалось, была куплена в Хогсмиде, но продавалась свободно и купить её мог в любой выходной кто угодно. Подозрительных лиц продавец не помнил. Авроры организовали патрулирование коридоров, а в попечительский совет полетели жалобы от родителей. Попечительский совет в свою очередь стал доставать МакГонагалл, и она ходила мрачная и, как гласили слухи, однажды даже зашипела на спросившего что-то в неподходящий момент ученика вместо нормального ответа. Походы в Хогсмид были запрещены, а квиддичные матчи отложены. В школе воцарилась мрачная атмосфера. — Это подражатель, — авторитетно сказал Финн. — Имитатор. Есть такие преступники, которые подражают преступлениям других, более известных, чтобы тоже получить известность. Я видел передачу по телеку. — Где видел? — переспросила Роуз. — Телевизор. Это такой плоский экран, как большая картина… Я тебе покажу! — Дался вам телевизор! — оборвала их Рей. — В школе настоящий маньяк. А что если нас по домам отправят? — Можешь поехать ко мне, — быстро предложила Роуз. — Пейдж не будет против. — Спасибо, Роуз.Уверена, — мрачно заметила Рей, — даже если нас распустят, Соло не отпустит меня, пока я не отработаю. *** Рей в глубине души надеялась, что отработку тоже отменят, но как бы не так. Профессор Соло мог быть очень настойчивым. И субботним вечером, вместо того, чтобы зависать в гостиной и морально настраивать себя на подготовку к пока еще далеким экзаменам, Рей топталась у выхода из замка. Наконец появился Соло, отругал Рей, что она легко одета, и они отправились в лес, прямиком мимо хижины Хагрида. Ударил легкий морозец, и прихваченные им трава и листья хрустели под ногами. — Что будем искать в лесу, сэр? — уныло спросила Рей. — Выследим боггарта, если повезет — поймаем молодняк акромантула, — ответил Соло. — Чудесно, — пробормотала Рей. — В лесу масса всего, что может пригодиться на уроках, — добавил Соло. — Не отставайте, Ниима.