Пешка в чужой игре

***

Под покровом ночи и темных улочек Петербурга ничего не помешало Алине быстро добраться до дома Ишимской, используя свои новые возможности. Стащив с веревки, где сушилось бельё, первую попавшуюся сорочку, чтобы не пачкать своё платье, анархистка, намеренно создавая видимость того, что всё это время находилась в плену, придала одежде изношенный и грязный вид, нанося немного грязи и собственной крови на лицо и волосы. Оставшись довольной результатом, Алина пару раз ударила себя, чтобы от боли на глазах выступили слёзы, и из всех, человеческих, конечно же, сил забарабанила в дверь Александры. Спустя пару утомительных минут, разбуженная стуком женщина вышла на порог. Тусклая лампа в руках осветила сначала голые ступни и неясный силуэт, после чего, выхватив лицо, едва не оказалась у Ишимской под ногами. — Алина… — Изумлённо ахнула женщина. — Саша… — Донёсся из темноты дрожащий голос. — Пожалуйста, помоги… — Для убедительности девушка в страхе обернулась, словно за ней гнался сам дьявол. — Он найдёт меня… — Бросившись в объятия остолбеневшей женщине, анархистка тут же притворно ослабла в её руках. Втащив Алину в дом, Саша усадила её в кресло, приведя в себя парой звонких пощёчин. Придя в себя, она болезненно застонала, не ощутив при этом настоящей боли. Убедившись, что внезапная гостья в сознании, Саша первым делом отправила девушку в ванную, а после, накормив, начала засыпать вопросами. — Петя сказал, что ты мертва, — Женщина всё ещё недоверчиво, с каким-то подсознательным страхом, то и дело посматривала на Алину, обхватившую ладонями кружку с чаем. — Последнее, что я помню, как на нас кто-то напал… — Дрожащим голосом ответила Алина, осторожно подбирая слова. — Какой-то монстр. — Монстр? — Ишимская недоверчиво фыркнула, припомнив, что явившись к ней, Петя тоже бормотал что-то о монстрах. — А что случилось потом? — Осторожно спросила она, заметив, как руки гостьи крепче сжали кружку. — Я очнулась в каком-то доме…. Пыталась сбежать, но… — Алина вздрогнула, старательно изображая страх. — Все попытки бежать были бесполезны…. Он снова ловил меня и… — Сделав глоток, девушка намеренно прервала сбивчивый рассказ, выронив из рук кружку, обливая чаем чистую одежду. — Ну всё-всё… — Проявив сочувствие, Ишимская прекратила пытать девушку расспросами. — Бедная девочка… — Её теплые руки обняли анархистку за плечи, по-матерински прижимая к себе. — Он найдёт меня…. — Невнятно пробормотала Алина. — Руневский… — Никто тебя больше не тронет. — Уверенно возразила Александра, легко поглаживая вздрагивающую девушку по волосам. Успокоилась Алина только после того, как Ишимская, уговорившая её отдохнуть, пообещала, что утром девушка встретиться с горячо любимым Петенькой и убедиться, что с ним всё хорошо.

***

Ещё раз перечитав послание, оставленное Алиной на столе, Юсупов раздражённо смял листок, сам не понимая, откуда взялся этот внезапный, противный, давно забытый, сковывающий тело страх. И почему самовольный поступок девушки его так бесит? Ему ведь это даже на руку. Мало того, что запросто можно будет свалить на Карамору планируемый Всадниками взрыв в доме Столыпина, вздумавшего вылечивать вампиров, так и о дальнейших планах этой ячейки он тоже будет знать. Но почему-то беспокойство за эту непокорную маленькую девочку, полную смелости, чувства справедливости и огня, что так привлекал его, не отпускало. Она хотела отомстить Каразину и сделать это по-своему. Ну что же, пусть развлекается. А он пока не станет вмешиваться, как обычно наблюдая со стороны. Ещё пара секунд на размышление, и трубка телефона оказывается в руке. Голос Щербатова на том конце как всегда покладист, отчего Феликс презрительно морщится. Как же ему надоели все эти безвольные куклы, способные только как псы выполнять команды хозяина. Как же скучно. Неужели только у одной новообращённой девушки, прожившей вампиром пару недель, хватает смелости не только дерзить, но и, не думая своей прелестной головкой об опасности, бросаться в смертельные авантюры? — Мне нужно, чтобы вы проследили за безопасностью Алины, — Жёстко приказал он. — Алина это… — Мямля, озадаченно перебил собеседник. — Обращенная Руневским девушка,— Князь сжал трубку так, что вот-вот её сломает, чувствуя, что находится на грани очередного срыва. — Сейчас она находится по адресу… — Голос Юсупова приобрел опасные нотки, что подсказало Щербатову не перебивать его. — Доставить её к вам? — После короткой паузы, осторожно уточнил мужчина. — Нет, — Феликс прерывисто выдохнул. — Следить за обитателями и немедленно докладывать о любых донесениях. — Отдал очередной приказ Юсупов. — И если с головы девушки упадёт хоть один волос, вы, Щербатов и Дашков, ответите за это жизнями. Бросив трубку на рычаг, Юсупов, нервно постукивая пальцами по столешнице, закурил. Обычно дым, заполняющий лёгкие успокаивал, но не сегодня. Снова затянувшись, он небрежно стряхнул пепел мимо пепельницы, но даже не заметил этого, продолжая задумчиво блуждать взглядом по кабинету.

***

Утро наступило внезапно. Алину разбудил до боли знакомый голос, услышав который, она резко села в постели. — Петя? — Карие глаза недоверчиво широко распахнулись. Каразин и правда застыл в дверях спальни, где девушку разместили на ночь. — Алина? — Он не сводил с неё потрясённого взгляда, не решаясь подойти ближе. — Ты жива? — Недоверчиво спросил мужчина. — Я думал… — На его глазах выступили слёзы, что прежде бы конечно тронули сердце анархистки, но сейчас она лишь настороженно следила за ним, подчиняясь инстинкту самосохранения. Зверь внутри неё чуял исходящую от Караморы опасность. — Я знаю, — Шёпотом ответила она, решившись взглянуть ему в глаза. — Руневский…. — Алина сделала паузу, словно опасаясь произносить его фамилию. — Он похитил меня и пытался убедить, что ты мёртв, но я в это не поверила… — Горячо зашептала девушка, порывисто бросаясь на шею мужчине. В нос ударила смесь запахов: солоноватый пот, слабый аромат свежей выпечки, нот которых почти не различить, зловонья с грязных улиц, но сильнее всего пахло порохом. Алине хотелось отстраниться, выблевав на пол всё содержимое желудка, но она заставила себя прижаться ближе к крепкому телу, что когда-то ей так нравилось. Нужно убедить Петра, что её чувства к нему всё ещё не остыли. Влюблённый мужчина слеп и готов ради любви женщины на всё. Руневский тому подтверждение. Но всё же с Каразиным необходимо быть более осторожной, чем с добросердечным графом. Помедлив, мужчина бережно, словно боясь, что это не реально, сжал девушку в объятиях. — Я так рад, что ты жива… — Обрывисто шептал он на ухо. — Я ради тебя… — Сбивчиво бормотал Петя, сбиваясь с одной мысли на другую. — Это всё для тебя… — Он отстранился, обхватив лицо Алины ладонями. — Как ты… — Каразин, всматриваясь ей в глаза, опустился ниже, взглядом ища травмы, которым могла подвергнуться любимая. Пальцы коснулись нежной шеи: ни шрамов от укусов, ни свежих следов на коже. От мысли, что этот упырь, напавший на их группу, и пальцем не тронул девушку, стало легче. — Мы можем об этом не говорить? — Умоляюще попросила Алина, избегая дальнейшей лжи. — Пожалуйста? — Она уткнулась в шею Петра, всем своим существом ощущая, как по его венам бежит горячая кровь. Ноздри раздулись, а зрачки расширились от желания почувствовать её вкус. Вновь испытать это пьянящее удовольствие, что накрыло её тогда, в борделе, когда в её руках оказалась чужая жизнь. Решать, кому жить, а кому умереть. Власть, от которой не хотелось отказываться. Ласковая тьма, зовущая в свои объятия. — Я боюсь, что он вернётся, — Руки девушки ласково обвили мужскую шею. Как же легко её сломать. Ей ничего не стоило вырвать Каразину глотку. Или позвоночник вместе с ещё бьющимся в ладони сердцем. Эти ужасные мысли совсем не пугали, вызывая приятный трепет предвкушения. — Этот упырь заплатит за всё, что с нами сделал, — Покрывая лицо Алины поцелуями, с безумным блеском в глазах пообещал Карамора. Согласно кивнув, Алина была рада, что прервавшая их Ишимская позвала гостей на завтрак. Выйдя к столу, девушка увидела, что в доме уже собралась вся группа, не было только Ткачёва. Стоило Алине появиться в поле их зрения, как на неё уставились несколько любопытных пар глаз. А когда Каразин сообщил, что девушке удалось сбежать от упыря, ненадолго вспыхнул спор, стоит ли теперь ей доверять. Но тут Петр, проявив свои лидерские качества, убедил недоверчивых, что его возлюбленная стала жертвой монстра. Алина же, молчавшая всё время, встав, резко заявила, что если она кому-то не по нраву, то более не задержится в этом доме. — Никуда ты не пойдёшь! — Вступилась за неё Ишимская. — Мне не следует подвергать вас опасности, — Уверенно возразила Алина. — Мы найдём другое убежище. — Решительно пресёк спор Пётр, заставив девушку сесть обратно за стол. Заставив себя приступить к еде, Алина снова умолкла, не вмешиваясь в обсуждение того, как группа собирается попасть на приём Столыпина. На все уточняющие вопросы Каразина, касательно того, является ли тот упырём, девушка неуверенно пожала плечами. Акцию назначили на следующий вечер. И пока группа активно готовилась под руководством Саши, обучаясь правильно подносить напитки с добавленным в бокалы серебром, Алина, почувствовав себя здесь чужой, как могла держалась в стороне, объясняя это усталостью. На счастье Алины, на неё почти никто не обращал внимания, поэтому она и смогла незаметно выскользнуть на улицу, подальше от громко бьющихся в ушах сердец. Прохладный, пахнущий только что прошедшим дождём воздух приятно ласкал лицо. Подняв лицо к тяжёлым серым облакам, нависшим над городом, Алина на мгновение прикрыла глаза, чувствуя, как пробуждается жажда. Вынужденная ждать, пока группа разойдётся, а хозяйка дома отправится ко сну, девушка была рада, что сумерки наконец-то начали сгущаться, и совсем скоро ничто не помешает ей утолить голод, отыскав какого-нибудь запоздалого прохожего. Беспокоило только то, что Петя, кажется, не собирался уходить. Это могло стать проблемой, если он, оставшись на ночь, что-то заподозрит. Но ей повезло. Дверь скрипнула, и Петр выглянул на улицу. — Вот ты где, — Беспокойство сошло с его лица, стоило мужчине заметить Алину. — Там слишком душно, — Невинно улыбнувшись, пояснила девушка. Подозрительный взгляд когда-то нежных и любящих глаз теперь заставлял следить за каждым своим словом. — После похищения я редко бывала на улице, — Она отвела взгляд, опустив глаза в землю, словно в чём-то виновата. — Завтра всё закончится, — Холодные пальцы Каразина приподняли подбородок девушки. — Мы вычислим всех упырей и покончим с каждым. — Как? — Алина провела ладонью по руке Караморы, в лживой надежде цепляясь за его запястье. — Одни мы не справимся, нас мало, но Карл и Всадники нам помогут,— Воодушевлённо ответил Пётр. — Карл? — Девушка удивлённо моргнула. — Мы встретимся с ним после акции у Столыпина, — Продолжал делиться информацией мужчина. — Хорошо, — Алина кивнула, заставив себя улыбнуться. — Мне лучше вернуться в дом, а то становится холодно, — Она отстранилась, едва позволив мужчине поцеловать себя на прощание, испытав при этом желание тут же вытереть губы. Взявшись за ручку двери, Алина обернулась, провожая Каразина взглядом. Как только мужчина скрылся из виду, она осмотрела пустеющую улицу в поисках извозчика. Нужно передать послание Юсупову, сообщив о встрече Караморы с Карлом. Если он, конечно, ещё об этом не знает. Но сначала утолить жажду. Просто выбрать, припомнив слова Феликса, решила анархистка, наблюдая за куда-то спешившими прохожими. Внимание привлёк средних лет мужчина, свернувший в тёмную подворотню. Тенью двигаясь за ним, Алина силой воли заставила зверя не спешить. Нельзя охотиться прямо под носом Каразина. Если его обнаружат так близко к дому, то он может что-то заподозрить. Пройдя ещё немного, на перекрёсток между улицами, девушка осмотрелась. Мимо проехала карета. Фонари ещё не зажглись. Безлюдно и тихо. Цель неспешно шла по мостовой, не замечая преследования. Не раздумывая больше не секунды, Алина в мгновение ока оказалась рядом с мужчиной, резко толкнув его в каменную стену. Охнув от неожиданности, он собирался что-то сказать, но чужая ладонь зажала ему рот. Невольно дернувшись, мужчина сдавленно вскрикнул, почувствовав острую боль в шее. Продолжая зажимать мужчине рот, девушка с наслаждением пила глоток за глотком, аккуратно поддерживая начавшее оседать на землю обмякшее тело. Его сердце, пару минут назад готовое выпрыгнуть из грудной клетки от страха, начинало биться тише, но Алина, как и в прошлый раз, не смогла заставить себя отстраниться. — Алина Сергеевна, — Внезапно окликнул чей-то голос. Застыв на месте, девушка отпустила жертву и медленно обернулась. Стоявший в нескольких шагах от девушки Дашков неприятно улыбнулся, заметив страх в её глазах. — Граф Дашков, я полагаю? — Осознав, кто перед ней, Алина постаралась взять себя в руки и не обращать внимания на тяжёлый взгляд, сверлящий её череп. — Что вы здесь делаете? — Поинтересовалась она, не заботясь о том, чтобы избавиться от свежей крови, стекающей по подбородку. — Юсупов велел присматривать за тобой. — Недовольно скривившись от отвращения, отозвался мужчина. — И чтобы сообщить об этом, вы прервали мой ужин? — В тон ему спросила Алина, едва посмотрев себе за спину, где возле стены в неловкой позе лежало мёртвое тело. — Прикуси свой острый язычок и пошли, князь не намерен ждать тебя всю ночь,— Огрызнулся в ответ Дашков, угрожающе шагнув к анархистке. — Фу, как грубо, — Засмеялась девушка, не отступив назад. — Где же ваши манеры, граф? — Насмешливо фыркнула она. Раздражённый рык сорвался с губ разноглазого, вызванный наглостью какой-то грязно обращённой девицы. Помня о предупреждении Щербатова, что если с головы этой особы упадёт хоть один волос, их обоих казнят, Дашков не мог позволить себе убить её на месте. Лишь грубо подхватив девушку под локоть, он силой потащил её в следующий переулок, где их дожидался Юсупов. Грубо втолкнув Алину в карету, Дашков сев рядом с активно сопротивляющейся анархисткой, гордо взглянув на сидевшего напротив Феликса. — Отпусти меня, животное! — Выкрикнула девушка, ударив графа кулаком по плечу. Ойкнув, Дашков вызвал у Юсупова, оставшегося пока что незамеченным, тихое хихиканье. Тот недовольно зыркнул на князя, но промолчал, злорадно радуясь, что внимание девицы переключилось на Феликса. — И это мои манеры вас, князь, чем-то не устраивают? — Метнув взглядом в Юсупова молнии, Алина рассеяно потерла локоть, где, будь она ещё человеком, остались бы синяки. — Ну зачем же вы так грубы с девушкой, граф? — Феликс издевательски ухмыльнулся, заметив, как ноздри Дашкова раздулись от ярости. — Это наглое отродье… — Сквозь зубы начал он. — Цыц! — Властно, небрежным жестом прервал Юсупов. — Оставь нас, — Приказал он. Секунду поколебавшись, Дашков, состроив недовольную гримасу, бросил на Алину убийственный взгляд и покинул карету. Проводив графа взглядом, Феликс обернулся к девушке, протянув ей чистый платок. — Спасибо, — Вежливо поблагодарила она, принявшись стирать с лица кровь. — Ты совсем бесстрашная или просто дура? — Внезапно князь оказался так близко, что Алина вжалась в спинку сиденья, сжимая в руке платок с красиво вышитыми инициалами князя. — Мне бы стоило наказать тебя за самоуправство,— Задумчиво произнёс он, невольно вдыхая её запах смешавшийся с ароматом крови и чего-то ещё. От неё пахло другим мужчиной. Не Руневским, его запах был Юсупову знаком и не вызывал такой внутренней неприязни, как этот, чужой, который хотелось стереть с нежной кожи своими руками. Чувство сообщничества играло с князем злую шутку, вызывая в нём неожиданную ревность. — Тогда, наверное, совсем не важно, что на приёме Столыпина Каразин собирается вычислять вампиров с помощью серебра, добавленного в шампанское, — Хмыкнула Алина, сев ровно. — А после собирается встретиться с Карлом, — Она удовлетворённо улыбнулась, видя, как брови Феликса удивлённо взметнулись вверх. — Что? — Едва слышный шипящий шёпот. — Пёс укусил своего хозяина. — Насмешливо заметила девушка. — Когда? — Проигнорировав колкость, спросил Юсупов. — Пока не знаю, — Алина отвернулась к окну, рассматривая в отражение своё, всё ещё местами измазанное в крови, лицо. — Сообщу, как выясню, — Добавила она на прощание. Оставив платок Юсупова на сиденье, девушка выбралась из кареты. Дашков, куривший поблизости, обернулся. Щелчком откинув окурок граф, презрительно фыркнул, проводив взглядом Алину, скрывшуюся в ночи.