Гримуар

Я развернулся и оказался лицом к лицу с Василием Степановичем. Мой названный дед широко улыбался и протягивал мне руку. Я в лёгком ступоре пожал теплую ладонь. — Василий Степанович, вы…это… что тут делаете? — растерянно спросил я. — Тебя жду, милок. Уже давно тут, а ты всё не идёшь да не идёшь. Даже заволновался я: не потерялся ли где Славик, — добродушно ответил дед. — Зайди сперва к директору. Ядвига Семёновна, — от отчества я кисло улыбнулся, на что дед сощурил глаза, — обитает на третьем этаже. В каком кабинете не скажу, она вечно переезжает. Будь с ней аккуратнее — баба боевая, может и выгнать, если напортачить. — Хорошо. Спасибо, за помощь, — ответил я, сделав заметку, что к словам Василия Степановича нужно прислушиваться. — Я побегу тогда, а то мне ещё нужно найти место для ночлега. — Если не найдешь, где устроиться, я помогу: у лесника Терентия, моего старого друга, остался должок — так что пристроим тебя к нему на проживание. А сейчас беги, я вроде видел Ядвигу в окне — ждёт тебя поди. Всё, до встречи, — он хитро прищурился, — сейчас уходим… — За рассветом всходим, — улыбнулся я, и мы разошлись. Деревянные двери школы встретили меня протяжным «и-и-и». Я прошёл в просторное помещение, из которого расходились в стороны несколько коридоров. У самой входной двери, на вахте сидела обширная женщина и листала журнал с кроссвордами, из-за которого виднелись только рыжие кучерявые волосы. Решив, что не стоит отвлекать человека от важного занятия, я попытался спокойно пройти в глубь школы, но, когда я прошел мимо вахты, женщина опустила журнал и посмотрела на меня своими ярко-голубыми глазами. — Куда пошёл? Кто такой? — голос женщины оказался весьма звонким для ее пропорций, но при этом приятным на слух. — И вам здрасте, — ответил я, чуть испугавшись внезапного обращения. — Мне нужно к Ядвиге Семёновне, вероятно, она ждёт. — А зачем тебе к ней? Ты не местный, я тут всех знаю, — женщина явно начинала наглеть, что меня немного раздражало. — Мне надо, вот и всё, — огрызнулся я. — Да, я не местный, приехал сюда. Мстислав Дмитриевич меня зовут, я Василия Степановича внук. — Ты как разговариваешь? — женщина насупилась, повысила тон. — Я вот сейчас позову Шурика — так он тебя мигом научит, как нужно разговаривать, — она начала быстро перебирать вещи на своём столе, — ух, я тебе покажу… Погоди… Василий Степанович?... — Можно я уже пойду? — зло сказал я. — Конечно, иди… — задумчиво проговорила вахтерша. Не дожидаясь дальнейшей реакции, я быстрыми шагами направился вглубь школы. Планировка школы оказалась непростой, пришлось довольно долго поплутать из коридора в коридор под пытливым взглядом вахтерши. За время блуждания по одному из коридоров к вахтерше пришёл молодой мужчина. Я догадался, что это тот самый Шурик, который должен был научить меня хорошему поведению. Мужчина выглядел спокойным и рассудительным, но я решил не испытывать судьбу, поэтому старался сильно не обращать его внимания на мои похождения. — Лестница в пятом коридоре, дверь номер восемь, — сказала вахтерша, сжалившись надо мной, когда я в очередной раз проходил мимо неё. Я кивнул и направился в нужном направлении. Вахтерша не обманула: лестница нашлась за деревянной дверью с цифрой восемь посередине. Взлетел на третий этаж. Там оказался небольшой зал с тремя коридорами и множеством дверей. Что больше всего разозлило в этих дверях, так это то, что на всех дверях были секции под таблички, а самих табличек не было. А это означало то, что мне придётся самому стучаться по кабинетам в поиске искомой Ядвиги Семёновны. Вздохнув, я стал посреди зала, начал осматриваться. Было решено искать нужное место народным методом: наобум. Выбрал первый понравившийся кабинет, подошёл к двери, немного помялся, постучал. — Да-да, — раздался изнутри приятный женский голос. Я открыл дверь и протиснулся в кабинет. Быстрым взглядом прошёлся по интерьеру: много шкафов с какими-то папками, небольшой сейф на тумбочке, стол с офисным стулом, на котором сидела девушка примерно моего возраста. — Здравствуйте, вы не подскажете, где найти Ядвигу Семёновну? — обратился я к девушке с некоторым смущением. — Приветствую. А зачем вам, молодой человек, к Ядвиге Семёновне? Вы у нас вроде не появлялись никогда, — в отличие от вахтерши, девушка говорила спокойно и мягко, чем располагала разговором. — Я у вас на работу устроиться собираюсь. В направлении указано, что мне к ней нужно, — ответил я, не сводя взгляда с лица девушки, бледного, с синими глубокими глазами и острым маленьким носом. — Очень интересно, — улыбнулась девушка. — Значит, вы наш будущий коллега. Что ж, хорошо. Ядвигу Семёновну можешь подождать у меня, она обещала зайти. Ты присаживайся, рассказывай, кто такой и каким путем у нас оказался, — девушка дождалась, пока я сяду на стул напротив неё, протянула руку. — Меня Инна Вячеславовна по паспорту зовут, для своих Инка. — Мстислав Дмитриевич, — я аккуратно пожал протянутую руку, почувствовал прикосновение холодной кожи. — Приехал к вам из Тулы. — Значит, Слава. Хорошо, я тебя запомню, — девушка глянула на меня. — Замри, — девушка поднялась с места, подошла ко мне, протянула руку к волосам. — Смотри, какой паучок красивый, — она показала, как на её запястье бегал небольшой сенокосец, которого она затем пустила бежать по столу. Затем она вытащила у меня из-под воротника маленький пучок соломы. — Где же ты так ходил, Слава, что весь в мусоре? — Да по пути какие-то сумасшедшие предложили подвезти, а сами поехали в какие-то дебри мимо деревни, вот и пришлось сбегать, — быстро сообразил я легенду: не рассказывать же ей о том, как там по-настоящему было — ещё за психа примет. — А, слышала о таких у нас, — девушка улыбнулась, заправив за ухо прядь чёрных волос. — А браслетик мне твой знаком: дедушки-Василия это браслет. Откуда у тебя он? — Василий Степанович — мой дед, — ответил я, по-сути, не обманув: он же сам сказал, что теперь мой дед. — Дашь посмотреть? — глаза у девушки загорелись, и мне пришлось передать ей браслет. Пока Инка разглядывала и вертела в руках браслет, я осматривал кабинет. Ничего особенного увидеть между тем мне не удалось, поэтому я перевёл взгляд на свою собеседницу, которая тщательно разглядывала каждый элемент узора на браслете. Затем она вернула мне его, слегка откинулась на спинку кресла. — Слава, забыла спросить, а что ты вести из уроков будешь? — Русскую литературу и язык буду преподавать. Сам любил эти уроки в школе, сейчас буду учить любить их детей. Кстати, любишь читать? — Люблю, — девушка явно была довольна тем, что я решил заговорить на отвлеченную тему, — особенно книги о привидениях и различных мистических приключениях. — Таких почти не доводилось читать, разве что небольшие рассказы в интернете. Не распространенный это жанр, — слегка удивлённо ответил я. — Могу потом дать пару книг, конечно, если останешься у нас. — Буду рад прочитать… Инна, а ты кем тут работаешь? — вопросил я в ответ. —А я учитель начальных классов и, кроме того, я здесь, как сам видишь, в бухгалтерии занимаюсь, школа у нас небольшая — хватает времени на всё. Так что мы с тобой коллегами точно будем, если возьмут на работу. Затем началась неловкая пауза. Девушка что-то разглядывала на стене с какими-то таблицами, а я смотрел на неё. Да, Инна однозначно мне понравилась, но насколько — этого я не знал. — Если тебя примут к нам, — девушка посмотрела на меня странным взглядом, — зайди на выходных сюда, чай пить будем. Я только и успел, что открыть рот для ответа, как вдруг распахнулась дверь — и в кабинет вошла высокая женщина, сразу хищно посмотрев на меня своими серыми глазами. Мы с Инной, не сговариваясь, поднялись. — Ядвига Семёновна, а мы как раз вас ждали, — всплеснула руками Инна. — К вам тут приехали, — она кивнула на меня, я тут же спохватился. — Здравствуйте, я Рубцов Мстислав Дмитриевич. Мы с вами по телефону разговаривали насчёт работы учителя, — я немного растерялся. — Инна Вячеславовна, мы с вами чуть позже поговорим, — женщина улыбнулась ровными рядами белых, чуть заострённых зубов. — А вас, Рубцов, я попрошу остаться. Я проводил хитро подмигнувшую мне Инну взглядом, сел на стул. Ядвига села на место Инны, посмотрела на меня. Некоторое время она внимательно меня изучала. Я же старался смотреть куда-нибудь в сторону, чтобы не встретиться с ней взглядом. — Что ж, Мстислав (неужели ко мне обратились официально), вы уверены, что хочешь работать у нас? Могу написать письмо в другое место, чтобы вас там устроили, — посмотрела она на меня с вызовом. — Я бы предпочел остаться у вас, — я улыбнулся, предавшись воспоминаниям. — Я уже многое прошёл, чтобы отклоняться от цели. Я готов у вас работать. — Хорошо. Тогда подпишем договор, — она достала из небольшой папки, которую я сразу не заметил. — Вот тут заполняйте, снизу всё указано. Я взял небольшую стопку листов, начал внимательно читать. Затем вписал всю необходимую информацию, поставил даты и подписи. Ещё раз прошёлся по тексту, передал Ядвиге листы обратно. Та некоторое время изучала, что я написал, её лицо, изначально напряжённое, понемногу разглаживалось. — Что ж, поздравляю, коллега, — она протянула мне ладонь, которую я аккуратно пожал. Рука у неё оказалась твёрдой. — Скажи мне: с кем-нибудь из местных общался? Про Василия Степановича я уже знаю: видела вас из окна, да и браслетик у тебя неспроста. А вот с кем-нибудь другим общался? — Встречал парочку… личностей, — я хмыкнул, вспомнив своих попутчиков. — И кто же это был? — серые глаза чуть прищурились, Ядвига сцепила пальцами ладони. — Да встретил двух умалишённых на мотоблоке: предложили подвезти, а в итоге чуть на кладбище не подвезли, — не стал я рассказывать правду — а то мало ли за кого примут. — Я, конечно, слышала о подобных случаях и даже обращалась к нашему участковому, но он ничего не нашёл. Постарайся не обращать на подобных людей внимания — говорят, что они тогда не проявляют особого интереса. Что ж, у меня последний на сегодня вопрос: ты нашел себе место для ночлега? — Ещё не искал — сразу к вам. Сейчас этим буду заниматься. В крайнем случае, воспользуюсь предложением Василия Степановича: он говорил, что может меня заселить у лесника Терентия, — Ядвига сразу заулыбалась, сменила позу. — Вот что, Слава (недолго я радовался официозу), не ищи ничего. Я тебя поселю у своей знакомой, у неё как раз дом большой, а следить за ним одной трудно. Так что будешь иметь крышу над головой взамен на помощь по хозяйству. — Может не надо? — застеснялся я. — Всё же постороннего человека утруждать… — мои отговорки выглядели довольно жалкими, что Ядвигу явно забавляло. — Не волнуйся, Наталья Викторовна будет только рада новому соседу. Скучно ей на старости лет одной жить, а так будешь хоть разбавлять её бытие своим присутствием. Она, старая ведьма, любит, когда вокруг неё что-нибудь происходит. — Тогда буду только рад заселению, это всяко лучше, чем сейчас идти и спрашивать всех встречных: можно ли у них поселиться. Всё же я сомневаюсь, что у вас тут есть гостиницы. Поэтому буду очень признателен, если мы сможем договориться с Натальей… — Викторовной, — подсказала Ядвига. — Вообще, у нас есть гостиница, но я не думаю, что подобное место подойдёт для недавнего студента. А с Наташей я сама договорюсь: сейчас подождёшь, я тебе принесу расписку, где ей всё объясню — уверена, она меня услышит. Вернусь через минут десять. Она поднялась со своего места, прошла мимо меня и вышла из кабинета. Через пару мгновений петли двери чуть слышно скрипнули, я оглянулся и увидел просунувшуюся в кабинет Инну, которая, заметив, что я её увидел, отчего-то досадливо цокнула языком и прошла в кабинет. — Ну как всё прошло? — она подошла ко мне и улыбнулась. — Подписал договор. Теперь мы коллеги, — я улыбнулся и получил ответную улыбку. — Работать начну со вторника, а сейчас, если правильно понимаю, мне дали время обустроиться и осмотреться. Ядвига Семёновна даже помогла найти жильё. — Очень рада за тебя, — она всё же села в кресло. — Где тебя поселили? — У какой-то женщины, зовут Наталья Викторовна, Ядвига назвала её своей знакомой. — А, бабушка Наташа, — чему-то обрадовалась Инна. — Знаю я её: бойкая такая старушка, очень добрая: нам, когда я ещё маленькой была, всегда давала водицы или молока, если кто из ребят пить хотел: домой то не зайти, сам должен помнить — загонят. — Знаю, у самого детство было весёлым, — улыбнулся я, предавшись ностальгии, а потом хитро спросил: — Предложение чаепития ещё в силе? — Конечно, заходи, можешь завтра, можешь послезавтра. У меня на этих выходных дежурство — каждый день тут. Поэтому не стесняйся, приходи, — она подмигнула, а я, по своим ощущениям, слегка покраснел. — Возможно, будет ещё кто-нибудь из девочке или ребят — заодно и с коллективом понемногу познакомишься. И ещё: сможешь — возьми с собой чего-нибудь вкусненького к чаю. — Постараюсь что-нибудь да принести, — улыбнулся я. Затем снова некоторое время молча сидели, я украдкой бросал взгляды на Инну, она же вновь перебирала какие-то бумаги на столе. Инна потянулась за ручкой к небольшой стойке на углу стола, благодаря чему я заметил на предплечье девушки браслет, чем-то похожий на мой, но отличающийся как по цвету, так и по форме. Затем девушка достала из той же стойки небольшую бумажку, что-то на ней написала, протянула мне. Я взял протянутый листик, непонимающе уставившись на три ряда цифр. — Здесь номера главной вахты школы и Ядвиги Семёновны, думаю, они тебе пригодятся. А ещё там мой номер — звони, если будет скучно, — Инна хитро улыбнулась, — привлечем тебя к работе. Да и просто поболтать можем, — мне, возможно, показалось, но у девушки чуть зарделись кончики ушей. Я спрятал бумажку в карман, взял другой листик и ручку, записал свой номер и инициалы, передал девушке, которая быстро убрала его в небольшую записную книжку. Вновь тишина…. — Мстислав, — я уже было выпал в астрал, наблюдая за работой Инны, как вдруг рядом оказалась Ядвига Семёновна и протянула мне конверт, — вот это отдашь Наталье Викторовне. Передашь от меня привет. Живёт она на улице Вязовой, дом номер сорок восемь. Номер дома, вероятнее всего ты не найдешь: он, уже давно отвалился… Хотя она могла его прибить обратно, но об этом я ничего не знаю: давно у неё не была, второй месяц как. Поэтому запоминай более постоянные ориентиры: забор красный, металлический, во дворе дома много деревьев, сам дом двухэтажный, жёлтый с шиферной крышей. Там на улице он такой один — не ошибёшься. — Так будет надёжнее, — сказал я и записал адрес вместе с приметами на ещё один листок. — Что ж, тебе пора идти, или не найдешь её дом, а если и найдешь, то попасть к ней не сможешь: она по старой привычке ложится спать в восемь вечера и закрывает дом. А сейчас уже полшестого, — Ядвига посмотрела на наручные часы, — тебе надо ещё дойти до неё. — Раз так говорите, — поднялся со своего места я, — нужно идти. — До вторника, Мстислав, помните, до вторника — Ядвига вышла из кабинета, за дверью послышался цокот каблуков. — Мне тоже сейчас надо будет идти, сам слышал — Ядвига Семёновна хотела разъяснить что-то, вероятно, по бумагам, — Инна встала, взяла стопку бумаг. — Только обязательно приходи чай пить, или я обижусь, — она приобрела меня, улыбнулась и вышла из кабинета. Я впал в небольшой ступор: прощание с девушкой было слишком неожиданным. Выпасть из ступора полностью не вышло, но через пару минут я уже мог нормально шевелиться. Взяв свой рюкзак, я вышел из кабинета, пройдя в коридор. Достал из кармана телефон, сверился со временем. Интернет здесь работал, поэтому я включил карту, нашёл улицу Вязовую, дома на ней были пронумерованы не все. Удовлетворившись присутствием интернета, я вновь убрал телефон, пошел к лестнице… — Старый бдсмщик Терентий, избушку свою подметает плетью… — напевал я, спускаясь по лестнице. — Про нашего лесника песня видимо, — раздался рядом голос. Я повернул голову: около двери запасного выхода, что находилась под лестницей, стоял тот самый Шурик. — Юрий Никитич, — он протянул мне руку, которую я сразу пожал, — я наблюдал, как ты искал лестницу, а попутно послушал речь нашей вахтерши, Татьяны Викторовны, о тебе, вернее о том, какой ты «хороший». В общем, не серчай на неё, она у нас женщина с тяжёлым характером, но добрая на самом деле. — Мстислав Дмитриевич, — представился я в ответ. — Не злюсь я на вашу вахтершу, привык к таким людям. Ей тоже придется ко мне привыкнуть: я теперь тут работаю и буду часто появляться у неё на глазах. — О, тогда поздравляю с назначением, — мне вновь пожали руку. — Кем работать будешь? — Учитель русского, и языка, и литературы, — улыбнулся я. Юрий оказался приятным в общении, и совершенно не верилось, что данным персонажем недавно мне угрожали. — Круто, а я, получается, охранник местный, — он повернулся ко мне спиной и указал большими пальцами на жёлтую надпись «охрана». — Я тут один за всем слежу, поэтому, если что-нибудь эдакое заметишь, говори мне. — Хорошо. Извини, мне пора, — сумел всё же сказать я. — Не извиняйся, вину на себя за всё брать глупо, — задумчиво сказал Юрий. — Иди уж, Слава. Потом увидимся ещё. Мы пожали руки и разошлись: я в коридор, он по лестнице вверх. Я прошел по коридору, горделиво, с видом барина прошагал мимо вахтерши, что-то пробубнившей недовольно, довольный жизнью вышел на улицу… Ощущалось приближение вечера, солнце уже не пекло. Я резво спустился по лестнице, вновь достал телефон посмотреть на карту. — Вот же ж, — я выругался: интернет опять перестал ловить, телефон показывал карту в том положении, в котором она осталась при выключении. — Ладно, попробуем и с этим справиться. Немного пораскинув мозгами, я выдвинулся на поиски своего будущего «общежития». На улицах деревни почти никого не встречалось, лишь редкие старушки, сидящие кучками на лавках, создавали в деревне присутствие жизни. Иногда я замечал на себе их внимательные взгляды, проводившие меня вдоль всей улицы, которые, если быть честным, меня немного пугали, словно каждая такая сидящая бабка подобна Семёну или Фролу. Улицы и дома в деревне радовали своим внешним видом и разнообразием: каждая улица была уникальна по своей форме и содержанию, каждый дом выделялся своим фасадом. По пути встретил несколько маленьких магазинчиков, почту и детский сад. Остановился свериться с картой: оставалось пересечь пару улочек до Вязовой, на которой нужно было найти дом Натальи Викторовны, которая по просьбе Ядвиги Семёновны, на которую я очень надеялся, должна была принять меня к себе на временное проживание. В животе заурчало, я вспомнил, что давно не ел — а еды у меня с собой не было: всё уехало в сумке на кладбище с Семёном и Фролом. Потому я решил долго не тянуть и побыстрее заканчивать поиски: вдруг добрая (по словам Инны) бабушка Наташа покормит уставшего путника. — Будь как дома путник… — напевал я и шёл вперёд по улице