Угаснуть под одеялом

      Комнатка дешёвой гостиницы в самом центре крупного города тускло освещалась лампочкой, висящей на одном проводе. Лак на старой мебели давно потрескался и обсыпался кусочками при каждом прикосновении к дверцам. Рэй послушно сидела на худом и жёстком матрасе скрипучей кровати, придерживая рукой задранную штанину, а Зак с некой неловкостью движений обрабатывал её рану. Конечно, это могла сделать девочка сама, но Фостер настаивал, что хочет научиться оказывать медицинскую помощь не хуже Рэйчел.       Оба молчали. Им тяжело далось бегство из дома лесника. От большой кровопотери Гарднер очень долго не приходила в сознание, поэтому пару часов Айзек нёс её на руках. Чертова Джейми вновь очнулась через какое-то время и доложила о случившемся коллегам. Когда преступники уже почти выехали из городка на попутке, полицейские патрули оцепили дороги. И вновь пришлось бежать заросшими тропинками, заброшенными шоссе и потайными подземными ходами. В пути они сменили внешность Рэй, а Зак на постоянной основе начал облачаться в полное обмундирование, оставляя как можно меньше отрытой кожи. И вот спустя месяц бегов они наконец оторвались и затерялись в шуме и суете большого города, в котором имелся международный аэропорт. Преступники были в шаге от победы.       – Мда, мне не нравится этот цвет волос, – решил нарушить молчание Фостер.       – Зато так меня не узнают, – меланхолично проговорила девочка: ей ужасно хотелось спать, – Думаешь, я в восторге накладывать слой косметики на лицо каждое утро?       Парень усмехнулся, не прокомментировав её слова: Заку нравилось, как она выглядела с подведенными глазами и ярко-красными губами. Взрослости девочке это точно прибавляло. Обработав ранки на руках Рэй, Айзек особо аккуратно налепил лейкопластырь на особо крупные. От такой трепетной заботы мелкий ток прошёлся по коже спины Гарднер, заставив её прищуриться от удовольствия. Да, то, каким образом юноша переменился после того, как они… в общем, после того, как он стал её, девочке нравилось. И сама Рэйчел, кажется, не представляла насколько.       – Ну, и чего ты воды в рот набрала? Нужно думать, куда двигаться дальше, – тормошил девочку убийца, берясь раскладывать вещи в полуразвалившийся шкаф.       – Давай я… – пролепетала она, пытаясь подняться на дрожащие ноги.       Руки Зака оказались на её плечах и заставили сесть, а затем и лечь на старую подушку, перья которой давно слежались в плоский кирпич.       – Думай, давай, а не… в общем, я сам, – отрезал парень.       – Всё плохо, Зак, – с мучительным выдохом постановила Рэйчел.       – Чего?! Мы же сегодня узнали, сколько стоят билеты, и ты сказала, что у нас почти вся сумма есть, – возмутился парень, с раздражением закидывая свои носки на полку.       – Поддельные паспорта где мы возьмём, скажи мне, – устало ударила подушку Гарднер.       Айзек молчал. Что говорить, если понятия не имеешь, что предпринять? Нет, не его это – думать о таких сложных вещах. Но… он пытается:       – Ну, я… мог бы украсть денег.       – Это нам в любом случае нужно.       – А-а-а, – издал что-то неопределённое и разочарованное парень, – Потом можем найти продажного полицая! И… и!..       – И? – уткнулась девочка носом в край подушки, который она смогла чуть-чуть размягчить.       Зак обернулся и уставился на спутницу. Каштановые локоны закрыли лицо с косметикой, скорее всего, размазавшейся по наволочке. Нежные и болезненно бледные руки обнимали кирпич подушки, стискивая его так крепко, что он, казалось, всё больше размягчался под таким напором. С первого взгляда, Рэй была не в состоянии размышлять ещё больше, чем Айзек. Так и решил парень, бережно накрывший девочку плохеньким одеялом.       – Мы сходим к тому врачу, – выдала внезапно Гарднер, – Попробуем свести твои шрамы окончательно. Украдём необходимую сумму. А с большими деньгами найти мастера по фальшивым документам будет легко.       – Э? Ты думаешь, обычный врач много зарабатывает? – брови парня сдвинулись к переносице в непонимании.       – Если тебе Дерик показался обычным и бедным доктором, то ты очень невнимателен, Зак, – слабо улыбнулась девочка.       На самом деле Сноу очень заинтересовал Гарднер. Он оставлял впечатление чудака подозрительного, но очень помешенного на работе, и поэтому его словам об инновационной разработке, творящей чудеса, можно было верить. К тому же Рэйчел действительно хотела, когда-нибудь увидеть тело Фостера без коричневых разводов прошлого.       Недовольно цыкнув, юноша согласился с планом и строго сказал своей куколке спать, а сам поторопился на кухню, где, кажется, уже закипела кастрюля с бульоном для будущего супа. Рэй проследила за его исчезающей в проёме спиной, а после зарыла глаза, предовольно шмыгнув носом. Она единственная понимала, как парень изменился. Как он вырос. Как стал более готовым к жизни без убийств… Рэйчел осенила одна простая мысль.       Зак больше не хочет убивать.       Гарднер резко села. А кто же тогда отправит её на тот свет?.. Но от этого вопроса внутри не сжалось сердце, не прекратилось дыхание от нескончаемой боли и отчаянья. Голубые радужки взметнулись к потолку и уставились на поднятые девочкой руки. Что же это такое с ней? Изящные пальцы выглядели на фоне желтоватой побелки как обычно, различие с их прошлым видом было только в многочисленных царапинах. Ладони медленно сжались в кулаки и прижались к груди. Девочка смотрела сквозь предметы в пространство неизвестное никому на свете. Отрицать и обманывать саму себя было бесполезно…       Рэй больше не хочет умирать.