***
- Я что хотел сказать… - мужчина отпивает вино из своего бокала, когда тарелки остаются полупустыми. - Мне предлагают очень выгодную сделку в Петербурге, поэтому мы с тобой сегодня в двенадцать летим туда. Я уже школу нормальную там нашёл. Заодно и ты развеешься. Может, на какую конференцию к нашим партнёрам сходишь. - последняя фраза произнесена с нажимом. - Отец, а может, завтра утром? - Антон не хочет никуда улетать, он не знает как долго они там пробудут. Не хочется быть без Димы. И Ника. - Я же о нашей безопасности беспокоюсь. Ночью папарацци спят, Тош. Подростка прошибает от этого обращения. Так его называла только мама. - Тогда можно мне сейчас с Димой погулять-попрощаться пойти? - он не знает зачем спросил, так как заранее знал ответ. - С этим христарадником? - Ну вот. - Иди ради Бога. - Он же говорил… Погодите, что? Он разрешил? - Правда? - Тебе охрана нужна? - отец пропускает мимо ушей его вопрос. - Или хотя бы машина? - Нет. - Ну смотри, потом сам отбиваться от камер будешь. - Андрей отпивает ещё немного вина из бокала. - Будь дома в десять. В одиннадцать выезжаем. Ты сам вещи собирать будешь? - Не знаю. - Шмотки тогда Виктория соберёт, после того как свои упакует, остальное сам. Стоп. - А она тоже летит? - А ты без Николаса летишь? - снова вопрос на вопрос, но да пофигу! Ник летит с ним. Ну ахуеть. Ну просто ахуеть. - С ним. - Ну вот и всё. Парень, у тебя только два с половиной часа есть. Если опоздаешь - без тебя уеду. - Хорошо, - Антон выходит из-за стола. - Сильно болит? - слышит он в дверях. - Достаточно. Вот хрен его поймёшь. Что за приступ заботы. Поднимаясь по лестнице, он набирает номер друга. - Димазавр? - Шаст? - Гулять идёшь? - Оп, а куда? - Ну давай на каток ВДНХ. - О, давай! А ты один? - Да. - Всё, через час там тогда. - Оке, see ya. - Угу. Парень проходит в свой гардероб - одеваться. Выбор падает на чёрную водолазку с высоким горлом, чтобы можно было натянуть на нос, тёмную балаклаву и чёрные оверсайзные штаны. Он минуту вертится перед зеркалом, вроде как проверяя узнают его или нет, но потом понимает, что с таким-то ростом надеятся на стопроцентную скрытность - не получится. Антон выуживает огромную болоньевую куртку цвета хаки и вроде как уже надевает её, но затем замечает прада-надпись-на-всю-спину и меняет её на такую же только чёрную куртку безо всяких надписей. Подросток кладёт длинные перчатки в карманы, обувает угги и надевая эирподсы выходит из своей комнаты, спускается по лестнице и проходит к выходу из дома, бросая взгляд на экран телефона. Вот блин. Он собирался целых полчаса. Теперь никакой автобус не успеет его домчать. Не хотелось конечно, но: - Отеец, а кто сейчас свободен из водителей?***
На катке царит волшебная атмосфера. Всё увешано новогодними игрушками и флажками, огромная ёлка украшена не менее огромными шарами, а в воздухе витает аромат горячего шоколада и снега. Родители с маленькими детьми катаются на детском катке, а на взрослом тинейджеры прыгают тулупы. - Шааст! - орёт Дима, сбивая друга в огромный сугроб. - Ну Дима, ну ёб твою мать! Ну что за хрень! - смеётся Антон, отряхиваясь от снега. - Ты хочешь горячего шоколада? - Безусловно. Позов помогает ему подняться и они направляются к Старбаксу, входят во внутрь и погружаются в тёплую обстановку. Из маленьких колонок в потолке играет «Last Christmas», какая-то парочка пьёт напиток из одной кружки, борясь за право сделать глоток, а бариста кружится над приготовлением очередного кулинарного шедевра. Друзья подходят к стенду с ассортиментом напитков, на котором Санта Клаус пьёт кофе из стакана с характерной наклейкой и начинают выбирать. - Поз, ты помнишь, что… - На цены не смотрю, помню. Антон улыбается. Подходит их очередь. - Добрый вечер! В наше меню вернулись легендарные Имбирно-Пряничный и Орехово-Ирисный латте, а так же, в качестве новинок, я могу предложить Рождественский белый и тёмный горячий шоколад и… - Вот, пожалуйста один Имбирно-Пряничный латте и … Поз, ты? - Рождественский белый шоколад. - Прекрасный выбор! Для кого подписать? - Дима , - называет Антон имя друга. - И Ан.. - Чёрт, нельзя же. Пускай будет.. - Арс. Антон не мог объяснить причину выбора данного имени. Просто назвал первое попавшееся. Они сели за столик вглубь кафешки и Антон начал столь трудный разговор. - Дим, я чего тебя позвал гулять. Мы с отцом сегодня ночью в Питер летим, по каким-то его делам. - выражение лица Позова меняется. - Да мы ненадолго! Я надеюсь. - Ой, Шаст, не начинай… - Поз, ёпта. - Да понял я. Буду ждать и отправлять тебе письма голубиной почтой. - Имбирно-Пряничный латте для Арса и Рождественский белый шоколад для Димы! - объявляет бариста и Позов бежит за напитками, пока Шаст тормознуто встаёт из-за стола. Латте для Арса. Звучит. Друзья снова выходят на морозную улицу, где снег валит хлопьями и направляются к катку, брать в аренду коньки.***
*** - Поз, ёпта! - в который раз восклицает Шастун, когда они пытаются доехать до выхода с катка, в очередной раз падая. - Ну хули ты, блять, не сказал, что не умеешь кататься, ну? - ржёт он, потому что Дима хватается за него, как утопающий за соломинку. Когда приятели выходят с катка и начинают переобуваться, Шаст говорит: - Чтоб я ещё раз позвал тебя на каток, блять! Дим, ну как так-то. - хохочет он. - И всё-таки твой горячий шоколад был вкуснее. - Ну вот тут не поспоришь. А девочку эту помнишь? Она, главное, рядом стоит и с кем-то по телефону «слушай, это походу Шастун», а ты к ней возьми и подойди - смеётся Дима. - Ну по факту, она бы не решилась, а мне не сложно. Так, который час. Только девять. Мы ещё успеем тебя завезти… - Шаст, ну это нахуй… - Поз, ну-ка прекращай. - Антон тащит его к минивэну, усаживаясь напротив друга и открывая бутылку с водой. Когда они доезжают до дома Позова, тот пожимая руку другу выходит из машины: - Было клёво, Шаст. - А хули ты хотел. - улыбается парень. Водитель закрывает дверь и подросток снова остаётся наедине с собой. И всё-таки почему Арс? Он первый раз имя-то это слышит. В голове, зачем-то, возникает образ незнакомца с голубыми глазами.