Youth

— Всё собрал? — спрашивает Юнги, смотря на то, как Чимин тянет замок на себя, запаковывая свой чемодан, а после, кивая, поджимает губы. — Всё, — Пак, сидящий на полу, поднимает взгляд на Юнги. — Что ж, — Мин тяжело вздыхает, — значит, уже завтра мы отправляемся домой? — Получается, так, — кивает Чимин, — не то чтобы это было секретом. — Ты прав. Это время пришло бы в любом случае.. Рыжеволосый закусывает нижнюю губу и опускает глаза в пол, а в голове у него проносится: «Я знаю, Юнги. Ты хочешь поговорить о том, что будет с нами, но я тоже не имею ни малейшего понятия. » Но, на удивление, Мин этого не говорит. Он тоже молчит. Разглядывает комнату, которая ничем не отличается от его собственной. Даже странно, Юнги пытается замять эту тему, чтобы больше ни о чем не думать. Неловкая тишина повисает в комнате, где каждый размышляет о своём, не замечая её. — Что тебе понравилось больше всего? — вдруг спрашивает Юнги, — Из всех тех двух недель, что мы пробыли здесь. Чимин задумывается ненадолго, а после отвечает: — Я бы прожил эти две недели иначе, если бы мог. Он имеет в виду, что не стал бы тратить время на глупости, а начал бы встречаться с Юнги с самой первой минуты, когда они только приехали сюда. Слишком много времени они потеряли на выяснение отношений. Юнги понимает это совсем иначе. — Значит, ты считаешь ошибкой... Всё это? — спрашивает Мин, играя желваками. — То есть? — хмурится Пак. Что он сказал неправильно? — Наши с тобой отношения. Ты сказал, что если бы у тебя была возможность, ты прожил бы это время иначе. Ты имеешь в виду, не стал бы тратить его на меня? Юнги выглядит растерянным, ещё больше — разочарованным. Чимин смотрит на него, понимая, что у них все снова скатывается в одно место. Слишком сложно им быть вместе, слишком разные они люди, но это нисколько не заставляет разлюбить... — Я имел в виду, что провел бы с тобой каждый миг, если бы у меня была такая возможность, — тихо, почти шёпотом произносит рыжеволосый, — но я потратил много времени на то, чтобы разобраться в себе и решиться, наконец, быть с тобой. Снова тишина. Юнги обдумывает то, что услышал. Он опускает голову. Чимин ничего не говорит. — К сожалению, ничего уже не вернуть, — жмёт плечами Мин, — Ты прав, многое могло быть по-другому. Несмотря ни на что, я ни о чем не жалею. Нам остаётся только это. Пак кивает. Что с ними будет дальше? Они просто возьмут вот так и забудут, начав жить так, как делали до этого? Оставят эти неловкие воспоминания чем-то тёплым в сердце или же, наоборот, предпочтут навсегда стереть это из памяти? Их будет разделять сотня километров, что-то, что даже звучит страшно. Расстояние всегда отдаляет людей. — Юнги, — негромко произносит Чимин, — я рад, что все это случилось с нами. — Взаимно, — кивает Мин. Им очень непросто проявлять свои эмоции, очень сложно взять и сказать, наконец, то, что думают. Удивительно, как они вообще признались друг другу в своей симпатии. Юнги встаёт с кровати, та издаёт скрип. Парень присаживается на пол, Чимин следит глазами за каждым его движением. Мятноволосый берет небольшую ручонку в свою собственную, а Пак задерживает дыхание. Мин подносит её к своим губам, касаясь почти незаметно, и быстро отстраняется, продолжая держать в своих руках. — Я ещё не влюблялся, — Юнги смотрит в пол, — первый блин всегда комом. Чимин кивает. — То есть, я про то, что не могу строить нормальные отношения только из-за того, что мне не хватает опыта. Но я не жалею, что моей первой влюбленностью оказался ты, Чимин... Пак слушает его очень внимательно. — Ты — лучший вариант из всех, в кого я мог бы влюбиться впервые. Рыжеволосый улыбается, краснея немного. В дверь кто-то стучится. Как на рефлексе парни резко отстраняются друг от друга, а в комнату заходят две влюбленные птички: Тэхён и Чонгук. — О, а вы уже вещи собираете? — удивляется Тэхён, проходя внутрь. Чонгук садится на его кровать и тянет его на свои колени, заставляя присесть тоже. — Да, — кивает Чимин, — завтра на это не будет времени. — О, нет, время надо использовать правильно. Чемоданы — это последнее дело, — произносит Чон, а после получает несильный подзатыльник от своего парня за то, что такой ленивый. — Молодец, Чимин-а, — улыбается Ким, — я сейчас тоже начну. Парень встаёт с коленей Чонгука, слыша «Эй, куда?», но не обращая на это никакого внимания. Вместо этого Тэхён вежливо выгоняет гостей из своей комнаты, заставляя тех тоже собираться. Они остаются с Чимином вдвоём. Пак ложится на свою кровать, прикрывая глаза. — Буду скучать по этим дуракам, — с улыбкой произносит Ким, но Пак не улыбается в ответ. Вместо этого он просто молчит, иногда сглатывая, — Что-то не так, Чимин? Рыжеволосый не отвечает. Тэхён подходит к нему, садясь на его кровать. — Чимин, — произносит русоволосый требовательным голосом. Пак медленно открывает глаза. Он закусывает дрожащую нижнюю губу. Его друг всегда знает, словно чувствует, что что-то не так. — Рассказывай, — просит Ким.

***

Вечером вожатые просят собраться у костра. Их последний вечер в лагере должен пройти особенно душевно. Тэхён положил голову Чонгуку на плечо, темноволосый поглаживает его спину и смотрит, как горит огонь. Вокруг пламени стоят деревянные лавочки, на улице уже темно, а рядом слышится, как трескается сгорающая древесина и разговаривают подростки. Чимин тоже смотрит на огонь, внутри него стремительно разрастается опустошение. Завтра они с Юнги попрощаются и разъедутся в разные города. — Чонгук? — шепчет Тэхён, — А когда мы встретимся в следующий раз? Чон облизывается. Перед ними важный год, предпоследний в школе, и надо учиться, чтобы в будущем хорошо сдать экзамены. Пусан и Тэгу находятся далековато друг от друга, каждый день так не поездишь. Остаются только выходные, и то не вариант. — Давай сначала скажем родителям, — предлагает темноволосый. — А если они не поймут? — Ну тогда сбежим как Ромео и Джульетта. — Эй, Джульетта, — смеётся Тэхён, — надо учиться, иначе останемся без образования. Чонгук быстро целует Кима в щеку. Их все равно никто не разглядит в этой кромешной темноте. Вообще Тэхён задумывается, почему его друзья не додумались попробовать отношения на расстоянии. Чимин рассказал Киму, как сильно не хочет расставаться с Юнги и о том, что не знает, как им быть. Светловолосый слушал рассказы друга и так проникся этими страданиями, что ему самому начало казаться, что их ситуация совершенно безвыходная. Сейчас же, трезво глядя на все это и вспоминая, как они с Чоном планируют поступить в этом случае, парень понимает, что выход, на самом деле, есть... Тэхён с Чонгуком возвращаются домой, держась за руки. Они снова хотят ночевать вместе, потому что эта ночь — последняя в лагере. Парни не знают, когда им удастся встретиться снова, а потому они хотят провести это время вместе, пока у них есть такой шанс. Ким ложится на кровать, сзади его обнимает Чон и они разговаривают о том, как обязательно поедут на Чеджу, когда закончат школу. Как там они будут гулять по пляжу, держась за руки, всю ночь напролёт, а ещё как будут покупать кучу еды и завтракать, сидя на скалах. — Ещё у нас будет своя машина, — уже зевая, произносит Чонгук, — и мы купим себе там дом и посадим апельсиновое дерево... — И вишнёвое, — соглашается Тэхён, улыбаясь. — И курочки свои будут ходить по огороду, — Чон снова зевает, прижимаясь ближе, — и ещё мы будем самыми счастливыми в мире. Ким поглаживает руки, что обвивают его талию. Он не может перестать улыбаться, потому что очень хочет, чтобы у них действительно все было так. И пусть их мечты совсем детские, глупые и наивные, они принадлежат только им двоим. Тем более, кто сказал, что это не может стать реальностью? Дыхание Чонгука выравнивается, Тэхён смотрит в окно, на звезды, а про себя думает: как удивительно, что здесь, в лагере, ему удалось встретить этого озорного парнишку. Юнги смотрит на реку. Вокруг темнота и вряд ли что-то можно разглядеть, но эта ночь кажется особенной. Завтра все закончится. Не будет дискотек, совместных посиделок, а ещё им с Чимином придётся расстаться. Кто знает, возможно в следующем году они оба опять приедут в этот лагерь, но только уже более зрелые... Пак подкрадывается незаметно. Он садится рядом на это место в беседке и голову свою кладёт Мину на колени, прикрывая глаза и вдыхая сигаретный дым полную грудь. Так пахнет Юнги, Чимин хочет запомнить. Мятноволосый не пугается тяжести на своих ногах, он знает, кто это, а потому запускает пальцы в рыжие волосы. — Я буду скучать, — шепчет Пак. Юнги перестаёт курить, замирая на мгновение. Они почти не говорят о чувствах, потому что им неловко. Но сейчас можно, только ночь услышит их. — Я тоже, — так же тихо отвечает мятноволосый. Чимин приподнимается. Он почти не видит Юнги, но наощупь ловит его губы своими. Сминает их неумело, но старательно. Скидывает все запреты, потому что этот момент больше никогда не повторится. И Мин ему отвечает, двигаясь ближе и обнимая за талию, поглаживая ладонями очень осторожно и невесомо. Они отстраняются друг от друга, дыша чуть загнанно и опуская глаза. Юнги на ощупь берет его руку в свои и не отпускает. Хосок, караулящий сон детей, не говорит им ни слова.

***

— Ну ты пиши мне почаще, ладно? Звони обязательно... — просит Чонгук, держа Тэхёна за руку. Автобусы уже стоят, а чемоданы давно в багажном отсеке. — Буду звонить каждый день, — улыбается Ким, а Чон вздыхает тяжело. — Мне так сильно будет не хватать тебя, — Чонгук обнимает, носом тычась в шею и больно кусая зачем-то. Тэхён смеётся, ему сейчас все равно на других ребят, которые нагло на них глазеют. — Чонгук-а, — шепчет Ким, — давай я уговорю маму и ты приедешь ко мне в гости? — Давай, — расцветает Чон, быстро кивая, — я буду очень-очень рад. Тэхён хлопает его по носу, а после смеётся, снова обнимая. Чонгук обвивает его и руками, и ногами, словно коала. Юнги смотрит в сторону и выдыхает. Его руки скрещены на груди. Чимин стоит напротив и поджимает губы, смотря на мятноволосого. — Что ж, — тихо произносит Пак. — М-да, — отвечает Юнги так же тихо. Они снова замолкают и не знают, что сказать друг другу. — Давайте, ребята, пора в автобус! — зовут учителя. — Юнги, — едва слышно говорит Чимин. Мин поднимает на него свои глаза, — я был, в общем... Очень рад. Спасибо... За всё. — И тебе спасибо, — кивает Юнги единожды. Он закусывает нижнюю губу, словно хочет сказать что-то ещё, но все же молчит. Парень смотрит на Пака и моргает медленно, — я хотел тебе кое-что отдать. — Что? — интересуется Чимин. Мятноволосый достаёт из кармана своих джинсов оранжевую мандаринку. Он быстро отдаёт её Паку и засовывает руки в карманы. Чимин держит кругляшок на своей ладони и издаёт быстрый смешок, а после мило улыбается. Юнги берет чемодан за ручку и идёт к своему автобусу, рыжеволосый смотрит ему вслед. Мин проходит несколько шагов, а после останавливается вдруг, разворачиваясь и говоря: — Ты знаешь, я вообще-то очень люблю мандарины. Чимин смотрит на Юнги, разглядывает его черты лица и ощущает некое волнение в груди. Мин снова разворачивается и идёт дальше, к автобусу. Пака тоже зовут и он, в последний раз оглядывая территорию лагеря, направляется к автобусу. Внутри его уже ждёт Тэхён с небольшим красным пятном на шее. Чимин ухмыляется, а после кладёт голову другу на плечо. Ким устраивает свою голову сверху рыженькой макушки. Они оба вздыхают. Что-то где-то вибрирует. Пак отстраняются от русоволосого, а Тэхён достаёт телефон, отвечая на звонок. — Да, Чонгук, — улыбается Ким, — и я тебя люблю. Нет, я больше. Нет, я. Ладно-ладно, ты... Чимин закатывает глаза, берет телефон, но ему никто ничего не пишет и не звонит. Автобус трогается. Под боком Тэхён, разговаривающий с Чонгуком, за окном мелькает лагерь, а в мыслях тепло, потому что скоро можно будет увидеться с родителями и братом. Ещё есть другое чувство — грусть. Они с Юнги так и не решили, что с ними будет дальше. Ким кладёт трубку. Он улыбается. Пак заглядывает к нему в телефон и видит совместную фотографию Тэхёна с Чонгуком на заставке. Чимин им немного завидует, потому что у них всё так просто и легко. С Юнги же все иначе, их отношения никогда простыми не были, но это тоже не плохо. — Ох, дружище, — улыбается Тэхён, — почему бы вам тоже не встречаться на расстоянии? — Не думаю, что это что-то для нас, — Чимин жмёт плечами, — мы никогда ничего друг другу не обещали. Что ж, ничего страшного, это просто подростковая влюблённость. Она быстро проходит. — Думаешь? — Уверен. Чимин кусает губы. Ему так легче. Тэхён так не думает, по крайней мере, у них с Чонгуком не так. У них все иначе. У них дом на острове, где курочки бегают по городу и растёт большое апельсиновое дерево. А ещё у них если уж не навсегда, то точно очень надолго. Лет так до ста-ста двадцати.