Омут разума

18 ноября 2021г. 15:35 Жилище Лойда язык не поворачивался назвать домой. Это больше напоминало приют мелкокалиберной мафии. Эдакое общежитие для дилеров и их охраны. Огромная территория была заполнена одноэтажными строениями, которые как охранные кольца окружали трёхэтажный особняк. На сколько я знаю, в этих маленьких домиках обычно селились семьи тех, кто занимался продажей наркотиков и остального не слишком легального товара. Лойд всегда говорит, что его люди – это не просто работающая на него масса, но и его семья, а о семье надо заботиться. Именно поэтому, он выкупил такой участок и застроил его домами. И хоть конечно я не уверена, но думаю, каждая семья ему платит за возможность жить под охраной. Семья семьей, но этот парень выгоды никогда не упустит. Боюсь, если что-то не приносит пользы или выгоды, то Лойд Фейзел избавляется от этого быстрее чем от скопившегося мусора. Перед воротами стояла охрана, на виду они не держали оружия, но я видела очертания кобуры под их куртками. Сколько же вам платят, чтобы вы стояли тут на холоде? Слегка высунув голову из окна, кивнула мужчинам. Меня, как и мою машину, уже знали все. Ну или хотя бы слышали о странной подружке-полицейской их босса. Даже знать не хочу какие сплетни про нас распускали местные жители. — Привет-привет, великому блюстителю закона! Как много провинившихся задниц теперь греется в городских тюрьмах? — глава дома раскрыл объятья и крепко хлопнул своими руками по спине. — Потешу твоё саркастичное чувство юмора. В нескольких тюрьмах прорвало трубы отопления. И сейчас там холоднее, чем на улице, — я постаралась не заметно хрустнуть спиной. Силу приветствия он так и не научился рассчитывать. — А ещё говорят, что наши способы урегулирования конфликтов – жестоки. При открывшихся фактах, мне стоит подать в суд, за бесчеловечное обращение с заключенными. Слушай, а неплохо звучит. Я приобрету необходимые очки для продвижения, — сказано это было на легкой ноте, но я-то знала, что за этим скрывается. Очередная разборка группировок. Очень многим Лойд и его методы ведения бизнеса стояли поперек горла. Он, как и его люди, считали ниже своего криминального достоинства торговать непроверенным и некачественным товаром. Они продавали чистый и натуральный кайф, конечно за большие деньги. Но, как говорит сам хозяин этого бизнеса: «Истинные ценители готовы заплатить деньги намного больше тех, которые прошу у них я.» И это было правдой. Среди клиентов моего друга были только богатые и влиятельные люди. Которые не хотели рисковать ни своей репутацией, ни здоровьем. Группировка Лойда, и он сам в частности, обещала им сто процентную анонимность. Они в свою очередь обещали ему не прямую защиту. Что для остальных было как недосягаемая красная тряпка для быка. Побежать и ударить хочется, но чревато ещё большими потерями. Хотя даже знания всех этих фактов не помогало унять небольшое беспокойство за него. — М-м-м-м… капучино с ореховым топпингом. Спасибо. Но знаешь, зря ты отказалась от моего предложения. У меня новый повар, его кофе просто бесподобен. А я, между прочим, по доброте душевной, даже купил кокосовый сироп. Специально для твоих визитов. — Мило, но я не хочу рисковать и обосноваться в одной из твоих уборных. Это давняя история. И вспоминаю я её несколько для того, чтобы подколоть Лойда, сколько для того чтобы напомнить самой себе о возможных рисках. Лет пять назад Фейзел заказал очень масштабную доставку товара через океан. Транспортная компания конечно доставила шесть огромных пакгаузов на территорию городских складов. Вот только выгрузили они их не на земле Лойда. И вот тут возникла заминка, по законам криминального мира: всё, что находится на земле босса, принадлежит боссу. И не важно каким путём оно туда попало. Войти же на чужую территорию и забрать, пусть и свой товар, означало нарушить кодекс чести. Но и потерять такой заказ он просто не мог. Однако, Лойд не был бы самым изворотливым предпринимателем, если бы не выкрутился и в сложившейся ситуации. Главой земли, на которую по ошибке доставили груз, была Марго Робинсон. Её всегда описывали как жесткую феминистку и мужененавистницу. Прозвище для местных – амазонка. И этим всё сказано. Она готова была отдать товар, но за баснословную сумму денег. Поэтому, Лойд пригласил Марго в гости. На кофе. Обсудить сложившийся вопрос и договориться о взаимовыгодных условиях. Меня же он попросил сыграть роль его телохранителя-женщины. Надавить на её больное место. Чтобы она видела, что на «такого мужланистого бандюгана» работают не только мужчины. Уговаривать меня долго не пришлось, мне было любопытно посмотреть на переговоры. По началу всё было даже слишком мило. Затянувшиеся расшаркивания со стороны Фейзела и ни слова о делах, наглядно показали мне, что у этого лиса есть свой коварный план. Когда принесли кофе, он самолично подал чашку Марго. Что и стало фатальной ошибкой для неё в этих переговорах. Как только она сделала первый глоток, Лойд быстренько повернул разговор в нужное ему русло. Он мило сказал, что готов заплатить сумму практически в двадцать раз меньше от той, что затребовала Робинсон. Она конечно засмеялась и была настроена отрицательно. Её оппонент пустился же в философские рассуждения о кодексе чести и мире между их группами. И что же может произойти, если двое глав будут в ссоре. Говорил он долго и много. А Марго тем временем всё бледнела и бледнела. Как сейчас помню, как покрывалось потом её красивое лицо. Я не видела и не чувствовала угроз в произносимом монологе, поэтому мне и не верилось, что она так сильно реагирует на его слова. Минут через десять, она стала сжимать руками живот. Было понятно, что ей плохо и она отчаянно нуждается в уединении, однако гордость и собственная выгода не дают ей уйти. Увидев это, Лойд начал торг. Не прошло и получаса, как Марго Робинсон согласилась на уменьшение суммы в тридцать раз от первоначальной. Сказать, что я была в шоке, ни сказать ничего. Однако, продолжала играть отведенную мне роль. Как только подписи были поставлены на бумаге, она слишком быстро удалилась из кабинета, не пожелав даже ни с кем попрощаться. Я хотела пожалеть бедную женщину, которую так не вовремя скрутило. Но начавший биться в конвульсиях от смеха Лойд, стал последним пазликом в картине. Он подсыпал бедной Марго лошадиную дозу слабительного. Когда я рассчитала сколько он ей подлил, то просто поразилась и восхитилась выдержке этой женщины. Когда я поинтересовалась, какова его выгода от сделки? Он ответил, что ноль, если не считать морального удовлетворения. Сумма, которую заплатила Марго Робинсон за пошлину от растаможивания товара, была равна той, что обязался ей выплатить Лойд. В итоге они оба не в убытке. Вот только Фейзел снова при товаре, да ещё и с полным моральным удовлетворением. — Ты оскорбляешь меня! Я с тобой такого никогда не сделал бы. Сколько лет мы уже дружим? — а у самого глаза так и горят. Прям светятся от воображаемой картины моего позора. «Сделал бы. И сделаешь, как только я забудусь. И мы оба это знаем.» Возникшие мысли вызвали у меня улыбку. — Подходит к концу второй десяток. Столько времени уже наблюдаю твоё лицо, что аж страшно становится. Лойд засмеялся, открыто и громко, запрокидывая голову назад. От этого движения пирсинг в его носу отразил несколько солнечных лучей, которые ударили мне в лицо. Прищурив свои глаза, он растрепал ладонью каштановые волосы. — Туше, госпожа законница. Мы немного помолчали с ним, каждый занятый своим кофе. — Я по делу… — Это я по телефонному звонку твоему понял. Пытаясь выбрать правильные слова для истории, я рассказала ему об убийствах, и о том, как во всей этой заварушке оказался викодин. Ниточек у нас немного, поэтому мы должны найти клиента. А на него можно выйти только через дилера. — Ну и задачку ты мне подкидываешь. Викодин – не особо популярен. Это ведь не тот товар, который хотят получить мои покупатели. Кайфа – ноль. Ощущения – всё те же, как в обычной жизни. Единственное отличие, не можешь двигаться, не контролируешь свои мышцы. И то, только если выпьешь определенную дозу. Сама понимаешь, изначально – это просто лекарство. — Хочешь сказать, что ты не знаешь, кто торгует им? — я даже испытала некую толику разочарования. — Я этого не говорил. Есть несколько людей, которые толкают его. Но обычно, они продают викодин совместно с чем-то. В общем пока ничего не буду говорить, так как сам не знаю всех аспектов. Дай мне время. *** 19 ноября 2021г. 14:17 Спускаясь в подвал управления, я нервно постукивал костяшками пальцев по ладони другой руки. Это всё нервы. Мне хотелось лишь одного, чтобы Барри нашел хоть секундочку на видео, где отчетливо видно лицо убийцы. — Привет, Джон! Тебе сделать кофе? — Барри сидел в своем кресле, одной рукой он продолжал что-то печатать на клавиатуре, а другой наливать кофе в кружку. — А чай есть? — видеть кофе уже не могу, — Желательно зелёный. — Фи, ну и вкусы у тебя. Посмотри на полке возле чайника. Мне кто-то притащил несколько лет назад, — он снова полностью повернулся к своим мониторам. — Несколько лет? Знаешь, воздержусь. Пусть твоя коллекция и дальше остается нетронутой реликвией. Лучше расскажи мне про сигнализацию и видео. — В начале о сигнализации. Ты конечно вряд ли что-то поймешь, сразу, но после просмотра, осознаешь насколько гениален в своей простоте преступник. Смотри, это – детализация работы сигнализации. Она может включаться и выключаться с панели, расположенной в самом доме и с пульта дистанционного управления. В конце рабочего дня Рассела Рэдклифа, то есть утром восемнадцатого числа, дом был снят с помощью пульта и сразу же поставлен на сигнализацию с панели. Логично, что доктор пришел домой и сразу лег спать, — он посмотрел на меня в ожидании положительной реакции, я расщедрился на кивок, — В 21:47 этого же дня сигнализацию выключили с панели и включили сразу же через семь минут. Интересно, что можно сделать за семь минут? В полдвенадцатого ночи сигнализацию снова выключили, и уже через минуту, с помощью пульта, поставили дом на охрану. — Я понял убийца воспользовался пультом, чтобы выйти из дома, и, заметая следы, он снова поставил дом на охрану. Но как он попал внутрь? — А вот это уже гениально! Даже немного восхитился продуманностью этого парня. Смотри, — Барри щёлкнул мышкой и на экране появилась запись с видеокамеры. Черно-белая, размытая, но лучше, чем ничего. За столбом дерева стоял силуэт человека, единственное, что я мог сказать – сожалею, что доктор Рэдклиф предпочитал каменное покрытие, ботинки не оставили ни одного следа. Нажав на пару клавиш, Барри ускорил видео; час, он стоял и смотрел на дом целый час. Явно терпеливый и выдержанный характер. Спустя это время, он спокойно направился к щитку электропитания. Повозившись там несколько минут, смог обесточить весь дом. По итогу, убийца снял свои ботинки, видимо, чтобы не наследить в доме, и спрятался за колонной, которая держала козырек. Рассел Рэдклиф вышел в одном халате, и конечно же не стал закрывать дом. Даже любезно оставил дверь открытой. Убийца, не оглянувшись, тихо прошел в дом. «Господи, он ведь убивал его спящим. Значит всё это время маньяк находился в доме…» Снова включив перемотку, Барри показал момент, когда убийца спокойно выходит через парадную дверь, включает сигнализацию и выбрасывает пульт в мусорный бак. И всё это с капюшоном на голове… В кадре даже не мелькнуло его лицо. Вот же удачливый сукин сын! Или он знал о камере и заранее не показывает своего лица? И конечно же, даже если мы найдем пульт, отпечатков не будет – перчатки.» — Не могу не спросить, лица не видно? — Нет. Даже если он стоит лицом к камере, голова опущена слишком низко. Единственное, что я смог сделать, узнать рост и приблизительный вес. И то, сам понимаешь, это приблизительные цифры. — Хорошо, но как он узнал пароль? — Компания-установщик во избежание потери пароля или банальной забывчивости со стороны клиента, дублирует пароль на заднюю крышку пульта и панели. А если по правде, они не хотят выезжать на вызовы, где люди забыли пароль. Он либо самый удачливый парень, либо… — … либо он чертовски всё продумывает.