Боец Даркуса

Говорят, что тишина и покой — лучшая среда для анализа данных. Еще до того как команда «Альфа» сформировалась, Андрей выделил нам небольшой зал под наши нужды. Помещение носит гордое название «Штаб-квартира команды Альфа». Пресно и безвкусно, но название выбирал не я. Огромные плазменные панели на стенах, обычно транслировавшие таблицы лидеров международного рейтинга и записи их поединков, сейчас были погашены. В темноте просторного зала горел один маленький экран в самом дальнем углу комнаты. В этом углу обустроился я. Компанию мне составляет мой напарник — бакуган по имени Рыцарь Волк, для друзей просто Волк. Передо мной на полированном столе лежит раскрытый ноутбук. Тусклый синий свет от экрана ложится на лицо резкими тенями. Анализ боя занял пару часов, но результат того стоил. Финал последней битвы Андрея был зафиксирован системой, и теперь стало ясно, как именно наш лучший боец умудрился проиграть. Медленно пошевелив пальцами, я начал прокручивать логи битвы в самый верх, к первому раунду. Затем снова вниз. Перед глазами лежит вся информация: каждая строчка, каждая активация способностей — бой был как на ладони. Для обычного игрока это был отчет о казни. Для меня — шахматная партитура, в которой черные фигуры методично загоняли красных в угол. — Идиот! — громко, без капли сочувствия выдохнул я в пустоту зала. Голос прозвучал сухо, растворившись под высокими потолками. — Обыкновенный, ленивый идиот. Эхо смолкло. Я тяжело опустился в кресло, потирая виски от подступающей головной боли. Злость ушла, оставив после себя лишь глухое разочарование. Посмотрев на молчаливую фигуру товарища, я нарушил затянувшуюся тишину: — Как думаешь, напарник, если бы Андрей использовал карту «Миротворец» вместо «Крепкого Замка», битва могла быть выиграна? — Сложно сказать, как бы все развернулось, — Волк покачал головой. — Противник у него непростой, мог бы подловить его в любой другой момент. — На тот момент карт у Маски оставалось не так много, а Шамаш — та еще заноза, если вовремя его не обезвредить. — Шамаш — мудрый и сильный воин. Возможно, если бы у него был еще один шанс, он бы справился. Но этого мы уже не узнаем, остается только помешать безумцу отправлять новых бакуганов в Измерение Смерти. — Выходит, он проиграл этот бой не потому, что Маска подавил его силой, — подытожил я, закрывая одну из вкладок с логами. — Он проиграл его задолго до того, как бросил на поле своего Шамаша. Романов стал лидером региона, его лицом и главной пробивной силой, но совершил простейшую ошибку — поленился выучить карты способностей каждой стихии. Романов привык, что сила его бакугана и прямолинейные, но невероятно мощные атаки прощают любые тактические просчеты. Против обычных противников этого хватало, но против игрока уровня Маски — уже нет. Хороший Даркус-боец — это штучный товар. Мастеров этой стихии во всем мире можно пересчитать по пальцам одной руки. Чтобы регулярно побеждать, используя бакуганов Даркуса, требуется особый склад ума. Мы играем от чужих ошибок, дезинформации и контроля ресурсов. Романов же посчитал Маску пусть и необычным, но все-таки рядовым противником Понадеялся на силу Шамаша и поплатился за это тем, что его бакугана больше нет в нашем мире. Бойцы темной стихии тем и опасны, что способны обращать силу противника в свое преимущество. Особенно это хорошо работает против Пайруса и Сабтерры. Одна из этих стихий сконцентрирована исключительно на атаке, другая имеет больше возможностей для защиты. Против Даркус-бойца надо играть от позиционирования. Вентус-бойцы в этом плане хороши, даже очень хороши. Хотя тот же Пайрус-боец сможет играть от позиций своего бакугана. Тут дело не в стихии, а в понимании игры и того, что происходит на поле. Если ты не понял, почему твой противник использует именно того бакугана, которого он использует, и чего этим хочет добиться, то считай, что победа зависит больше от удачи, чем от мастерства. Удача, в свою очередь, очень капризна: сегодня она с тобой, а завтра — с другим. Лучше полагаться на стратегию, чем на везение. Вот только стратегию невозможно придумать без знаний своих возможностей и возможностей противника. Андрей прекрасно знаком с возможностями стихии Пайруса, чуть меньше — с Аквасом и Сабтеррой. А вот Хаос, Вентус и особенно Даркус ему знакомы плохо. В нашем регионе мало бойцов этих стихий, а хороших — еще меньше. Мне в свое время пришлось потратить кучу денег, чтобы добыть записи боев лучших бойцов этих стихий. И сейчас, глядя на экран, я понимал, что не прогадал. Я устало потер переносицу и откинулся на спинку кресла, всматриваясь в замершие строчки кода. Ночной штаб снова погрузился в абсолютную, давящую тишину. Впрочем, длилась она недолго. За спиной со скрежетом приоткрылась тяжелая входная дверь. Я не обернулся. По неровным, прерывистым шагам и тяжелому, рваному дыханию и так прекрасно знал, кто решился прийти сюда в такой час. Анастасия, младшая сестра Романова выглядела бледной, почти прозрачной в полумраке комнаты. В тонких пальцах она судорожно, до белых костяшек, сжимала бакупод брата. Девочка не плакала — похоже, все слезы были выплаканы еще вчера. Остался только дикий, застывший ужас ребенка, у которого в один миг отобрали единственную защиту и опору. — Он... он прислал это нам, Алекс, — её голос раздался в полупустой комнате едва слышным шепотом, эхом отразившись от стен. — Сразу после того, как все закончилось. Она сделала несколько неуверенных шагов в мою сторону и положила устройство на стол. На экране бакупода, прямо под системным логом с поражением Андрея, светилось короткое текстовое сообщение от отправителя с пустой аватаркой. Всего несколько слов, написанных с леденящим душу пафосом: «Я жду вашего ответа». Она судорожно сглотнула, её плечи мелко задрожали. — Маска знает состав наших команд. Он знает про нас все. Алекс... этот псих придет за нами. Он заберет всех бакуганов. Что нам делать? Я плавно поднялся со своего места. Может, в чистой силе Волк и не равен Шамашу, но, в отличие от Андрея, я знаю наизусть каждую существующую карту Даркуса или любой другой стихии. Его ошибок я точно не повторю. — Пока неясно, что задумал Маска. Возможно, его целью был только Андрей, а не весь наш состав. — Его сообщение говорит об обратном! — воскликнула Настя. — Не верю, что только мой брат заинтересовал этого психа. — Она права, напарник. Владелец Карты Смерти вряд ли остановится. — раздался прямо у моего уха тихий, рокочущий голос Волка. Он слегка сместился на плече, переведя взгляд с экрана ноутбука на замершую у стола Настю. — Он продолжит отправлять бакуганов в Измерение Смерти. — Честно сказать, Волк, я не особо хочу встречаться с этим типом. Неприятно признавать, но его уровень игры превосходит мой. Это лишний риск как для меня, так и для тебя. — Алекс, мы не можем прятаться в тени, пока кто-то безнаказанно обрекает моих братьев на гибель. Мой долг — защитить их. Это долг чести. — Чего стоит твоя честь, если из-за нее ты умрешь? — Лучше умереть с честью, чем жить без нее! — Вот блин, упертый бакуган... Ладно, будет тебе поединок чести, — устало ответил я своему напарнику, понимая, что этого упрямца не переубедить. Честное слово, ему надо было родиться похожим на барана, а не на волка. Большого, опасного и невероятно упертого барана. Я снова повернулся к девочке: — Настя, тебе лучше пока исчезнуть из поля зрения Маски. Твой Раав может стать его очередной целью. — Нет! Если этот негодяй вызовет меня на бой, я приму вызов. Алекс, ты не видел брата... он полностью подавлен. Не ест, не спит и ни с кем не говорит. В этом виноват Маска, и я должна заставить его ответить! — А сможешь? Твой брат не смог, а ты слабее него. Да и Раав, хоть и ненамного, но уступает Шамашу в силе. — Тогда мне придется стать сильнее брата! Как только слова были сказаны, она резко развернулась и зашагала прочь. — Настя! — попытался я окликнуть глупую девочку, чтобы вразумить ее, но она даже не обернулась. — Если Маска решит прийти за мной, я не буду прятаться! — донеслось из коридора. Тяжелая дверь со скрежетом захлопнулась, оставив нас с Волком вдвоем. Что ж, пусть тренируется. Пока она занята, в серьезные неприятности не сунется. Мне же оставалось только одно — придумать работающую стратегию и самому вызвать этого полуночного гостя на бой. — Скажи, Волк, в случае победы над ним мы сможем отнять Карту Смерти? — Карту — нет. А вот сломить его дух сможем. Такие, как он, болезненно переносят поражения. — Мда... План так себе. Даже если мы выиграем, шансов на то, что этот псих пересмотрит свое поведение, немного. А вот проигрыш обойдется нам слишком дорого. — Стоять в стороне и смотреть — тоже не вариант, Алекс. — Как скажешь, друг мой, как скажешь... Эх, Маска, сколько головной боли ты мне принес. Что ж ты не остался в своей Азии, зачем сюда приперся, идиот... Ладно. Раз битвы не миновать, я сделаю так, чтобы после нашего поединка он вообще не смог держать бакуганов в руках. Покажу ему, что значит сражаться против настоящего мастера стихии Даркуса.