моя боль умещается в твоей замерзшей ладони

вдоль озера становится прохладно, вода словно обволакивает всю сушу и заставляет дрожать от холода. бомгю морщит нос то ли в привычку, то ли начинает заболевать, правда его мысли далеко не об этом, да и вообще чхве предпочел бы жить совершенно без мыслей. хотя, если подумать более разумно, то совсем без мыслей жить — скука, а разве такое подходит образу великого чхве бомгю? нет, конечно нет. зябко становится и тэхену, что стоит чуть подальше бомгю, умиротворенно смотря на спокойную воду. сует руки в карманы, фаланги, кажется, совсем обмерзли, хотя руки тэхена всегда настолько холодные, что сейчас не должны от привычного отличаться. внезапно в голове кана проблескивает мысль о том, что у гю руки всегда теплее прикосновения к солнцу. не то что бы тэхену слишком завидно, не завидовал он по жизни людям, которые обладают хорошей циркуляцией. однако, если уж начать разговор о зависти, то тэ никогда не завидовал и людям, которые холодные фаланги сплетают с теплыми. никогда-никогда не завидовал. времена года меняются, каждый раз, хотим мы того или категорически не желаем, день сменяется днем. желания тоже меняются, чувства и мысли, иногда даже тогда, когда мы все еще категорически не желаем, все так внезапно, что вызывает абсурд. — боми, — бомгю не нравится такая кличка, но он проносит это пустым звуком, поворачиваясь к тэхену. — знаешь, луна никогда не светила бы, если была бы одна. — а я думаю, что луна вполне самостоятельная. тэхену приходится подумать о том, что его красиво отшили, либо о тупости бомгю, хотя он никогда тупым не бывает. — но отражение света от солнца… — начинает кан, на что бомгю заливается таким же солнечным смехом. как всегда. — дурачок ты, тэхен-и, — через слово смех вставляя. — разве предназначение луны в свете? если бы не солнце, то луна ничего из себя бы не представляла? и тэхен понимает то, как сильно он ошибся, понял то, что, слава господу, бомгю не догоняет и спасибо на этом. нет-нет, вы не подумайте, что тэхену нравится бомгю, это совершенно не так. тэхен просто не верит в то, что хоть кто-то еще захотел быть его другом, он просто старается удержать гю возле себя еще на немного. — луна такая крутая, — заканчивает бомгю и заставляет прочитать тэхена статью «что будет с землей, если не станет луны». кан заметно морщится, говоря, что все факты отсюда он вообще-то давным-давно уже знал. — хорошо, ты считаешь, что я — луна, а ты — солнце, так? и тэхен теряется на мгновение, что бомгю все же догоняет до того, до чего сам тэ не догоняет и зачем-то чушь какую-то спрашивает. бегает глазами по знакомому озеру, которое, к слову, за этот вечер изучил уже двести раз, теребит край ветровки нервно. — да нет, — выдыхает пару слов. — если уж представлять космические тела в виде нас, то я — земля, а ты — солнце, — думает у себя в голове и строит метафоры. бомгю теплый, он греет землю — это идеальный пример. — хочешь сказать, что ты так крут, что лишь на тебе живут люди и могут спокойно дышать, а я лишь маленькое пятнышко в их жизнях, которое светит им, но никто не светит мне? я обжигаю, а ты даешь свободу? ах, кан тэхен, твои метафоры такие нечестные, — бомгю смеется вновь, он всегда знает о том, как выиграть тэхена. «проще простого», — каждый раз отзывается в его голове. — тебе всегда все не так, чхве бомгю, — не понимает и сам, что они перешли на полные имена. — вот поэтому я все еще не понимаю зачем ты хочешь со мной дружить, — пожимает плечами и снова морщит нос, засовывая и без того теплые руки в карманы. — вот именно из-за того, что ты не принимаешь мою метафору, ты сразу стал для меня плохим другом и я разочаровался в тебе, — иронично хлопает и кивает головой тэхен. — наш диалог пошел куда-то не туда, — улыбается извиняюще бомгю. — мы же просто шутили. «просто шутили», — проскальзывает в тот момент у каждого из двух парней в голове нечаянно сказанная фраза. *** — чхве бомгю, ты в курсе о том, что уже второй час ночи? — сонно тянет енджун по ту сторону телефонной трубки, зевая и что-то мямля при этом вновь. — дай поспать хорошим мальчикам. это я сейчас про себя, а не про тебя. — не до шуток, — голос бомгю от чего-то слишком серьезный, енджун наконец-то открывает глаза. — енджун, я уверен в том, что тэхен влюбился в меня. — отлично, подумай об этом еще пару часов, а я меняю свою фразу. дай поспать не «хорошим мальчикам», а «мальчикам, которые уже в отношениях и им не до твоих проблем», — кажется, что енджуну всегда на все плевать, но они оба знают, что в действительности это совершенно не так. — с чего ты вообще взял, что высокомерная заучка вроде него знает что-то о чувствах любви? — он возненавидит меня, если я откажу ему в чувствах, да? — еще скажи, что согласишься из жалости, тогда я сразу же отключусь от нашего разговора. — нет, конечно, просто… — чхве бомгю, — енджун с полузакрытыми глазами засыпает, но сонно пытается разрулить ситуацию. — он тебе признался? — еще нет, но… — хуйня на «но» кончилась давно, — бомгю с той стороны замолкает, енджун хрипо смеется. — это так говорят в народе, — сейчас гю закатывает глаза, джун уверен в этом. — ничего не сказал — думать и не надо, вот когда скажет — подумаем и красиво отошьем, а сейчас, бога ради, выкинь телефон в стенку, чтобы он разбился, вырубился, да звонок со мной отключился, лады? — хуйня ты друг! — зато у меня парень есть, — последнее, что говорит енджун, отключившись.