чего ты хочешь

Нереальным сейчас казалось многое. Практически все. Сумки, вновь стоящие в этой прихожей, руки, испачканные в краске, девушка, разбивающая яйца на сковородку. Они шкворчали, брызгались маслом и наполняли кухню запахами, еще больше раззадоривая аппетит. Эти несколько дней прошли для Вай как будто в тумане. Ей верилось и не верилось одновременно. Она то и дело оглядывалась по сторонам, искала силуэт рядом, находила, успокаивалась, а потом снова оглядывалась. Когда Кейтлин не было рядом, переживания выползали наружу с новой силой, доставая со дна своими щупальцами все самые едкие страхи, и вываливая их в сознание. Не думать не получалось, и не бояться тоже. Страхов было много, они плодились с невероятной быстротой приближающегося поезда. И было ощущение, что не можешь сойти с рельс, и вот-вот размажет. Начиналось все бредовыми мыслями, о правдивости происходящего, продолжалось мелкими бытовыми переживаниями, и заканчивалось вполне реальными опасениями, смогут ли они в этот раз удержать то, что имеют. Вай пыталась успокоиться. Иногда получалось, иногда нет. Она окружила Кейтлин заботой, писала с работы тонну сообщений, а дома казалась молчаливее создания с жабрами. Можно отметить и то, что дышать самым обычным воздухом ей и правда иногда давалось с трудом, но виду она не показывала. Кейт видела смятение и странности относительно поведения своей теперь уже снова девушки, хотела об том поговорить, но не знала с чего начать и о чем спрашивать. Она просто была рядом, отвечала в переписке так быстро, как могла, и брала за руку всякий раз, когда замечала то или иное беспокойство в глазах. Но не смотря на то, что думали они порой о разном, и испытывали различные мучительные ощущения, базирующиеся на своих личных страхах, было и то, что чувствовали одновременно. Странное ощущение новизны, гуляющее по телу неуловимыми волнами и вполне осязаемыми мурашками от прикосновений. Им казалось, что они попали в самое начало. Когда было страшно сказать лишнее слово, неловко приблизиться. Когда лишний взгляд вызывал смущение, случайное столкновение – дрожь, а легкое касание губ перехватывало дыхание и рождало внутри тысячи звезд. Испепеляющих и бесконечно желанных. Когда Вай подошла и обняла со спины, поборов в себе нерешительность, в очередной раз с выдохом переступив какую-то невидимую черту, Кейтлин немного напряглась. Потом расслабилась, облокотилась, повернула голову и со смущением поцеловала в щеку. Хрупко. Каждое движение, каждое слово, каждое взаимодействие казалось хрусталем. Ценным, ломким, и невообразимо нужным. Они чувствовали, что заново создают общую реальность, и на это требовалось время. Шаг за шагом, кусочек за кусочком, восстанавливают большое понятие «МЫ», робко нащупывая новые точки, несмело опираясь на старые знания. И им это нравилось. Они бы еще долго так стояли, не желая прерывать момент, если бы действительность была чуть иной. - Дорогая.. - Что? - Яйца. - Черт! Кейтлин рванула, и сняла с плиты сковородку. Еще немного, и пришлось бы жарить заново. Вай звонко рассмеялась и полезла доставать тарелки. - Мне нравится, когда ты смеешься. Но вообще, это ты виновата, ты меня отвлекаешь! – Она скрестила руки и сделала вид, что обижается. - А ты отвлекаешь меня! - Правда? Когда это? - А кто мне не давал нормально докрасить стены? - Я? Не давала? Да я просто сидела, ничего не трогала и смотрела. - Вот именно! Смотрела. Знаешь, как мне было трудно сосредоточиться? – Вай подошла ближе, коснулась руки. И это касание разожгло в них жгучее желание, накопленное за всё то время, что они не видели друг друга, а потом видели, но не решались. Девушка продолжила шепотом. – Мне вообще трудно сосредоточиться, когда ты рядом. - Правда? – Еле слышно ответила Кейтлин, проводя пальцами по руке к плечу. Вопрос остался без ответа. Едва дыша, Вай коснулась шеи, запустила руку в волосы, а второй нежно обхватила талию и коснулась губами уголка губ. Она могла поклясться, что слышала тихий сорвавшийся стон. Она чувствовала податливое тело в своих руках и ощущала легкую дрожь. Правда, не знала собственную или нет. Поцелуй был мягким, нежным, сильным и засасывающим в состояние, из которого не выбраться. Еще немного, и выбраться было бы действительно невозможно и непосильно. Но девушка отстранилась, поцеловала в лоб и шагнула из объятий. - Извини. Не следовало. - Почему? - Ужин остывает. «Раньше тебя это не волновало.» – Подумала Кейтлин с горечью. Все это время ее преследовало ощущение, что что-то не так. Как будто те же они, но другие. Те же слова, но другие. И она стала не на шутку бояться, что что-то безвозвратно ушло, и как раньше уже никогда не будет. Она понимала, что как раньше действительно не будет, но есть что-то главное, важное, что потерять страшно. - Эй, ты о чем-то задумалась? – Вай глотала еду практически не жуя, она успела сильно проголодаться, пока заканчивала последние штрихи в комнате. - Нет, ни о чем. Я просто ем. - А выглядишь задумчивой. - У меня почти всегда такое выражение лица. Кстати, не хочешь в гости позвать Вандера, сестру и ребят? - Что? – Девушка аж остановилась и перестала есть. - А почему нет? Мне кажется, будет здорово. Закажем что-нибудь, посидим, поиграем в настолки. И тебе наверняка хочется показать всем, что ты сделала в комнате. Да и я давно их не видела. И честно, соскучилась. Ну так что? - Ты впервые предлагаешь пригласить к нам гостей. Ты правда хочешь этого? - Если бы не хотела, я бы не говорила об этом. - Но почему? - А у всего должна быть своя причина? Почему они просто не могут приходить к нам в гости? – Кейтлин слегка повысила голос, но осеклась и принялась дальше ковыряться в еде. – Просто.. Я не хочу быть каким-то приложением к тебе. Я хочу быть твоей женщиной. И знать, что есть мы. Да, многое изменилось, и возможно всем будет неловко видеть меня, но.. - Нет, извини. Конечно, давай пригласим. Я буду только рада этому. Как насчет послезавтра? - Идет. Они улыбались и предвкушали. Думали сколько еще всего нужно сделать, что надеть, о чем будут говорить, во что играть. Кажется, семейные посиделки теперь будут проходить в расширенной компании. - А потом, как-нибудь потом. Я бы хотела пригласить к нам и моих родителей тоже. – Кейтлин замялась, повертела в руке вилку. – Знаю, возможно, тебе будет неловко, и.. И я слишком рано об этом говорю, но.. - Конечно. Я тебя понимаю. Как-нибудь, обязательно. Девушки посмотрели друг на друга и почувствовали, что даже спустя столько времени им многое не нужно друг другу объяснять.

***

Шум голосов заполнил просторный зал, который теперь не казался таким просторным. Коробки с пиццей разложили прямо на пол по кругу, а колоду карт и горсть костей по центру. Вандер сначала не хотел участвовать во всеобщем веселье, но потом как-то плавно подключился, и на удивление обыграл всех остальных. - Поэтому, я и не хотел с вами играть, малышня. Сказал он добродушно, но все-таки согласился на второй раунд. Джинкс громко смеялась, иногда поглядывала на Кейтлин. И было не понятно, то ли изучающе, то ли опасно. А она могла сделать что-то опасное, и Вай этого побаивалась, но все обошлось. Майло с Клегором периодически пихали друг друга локтями, в те самые моменты, когда Кейтлин оказывалась к их подруге слишком близко. А потом пихали эту самую подругу, с колкими фразочками вроде: «Если еще раз расстанетесь, убьем обеих.» А Майло как-то сказанул: - Ты хоть знаешь что эта ненормальная творила без тебя? Больше я такого не вынесу. Если вдруг решите расстаться, дайте знать заранее. Я хоть билет куплю, чтобы сразу смыться из города. - Да покупай хоть сейчас, ты меня тоже достал. – Ответила Вай и добавила подзатыльник к словам. В целом, вечер прошел хорошо. Много смеялись, совсем немного пили, за исключением всем известной парочки, у которой были личные травмы, связанные с алкоголем. И, смотря на всю эту шумную компанию, девушка вдруг впервые почувствовала себя дома. Когда Вандер встал и собрался выйти, доставая сигару, она тоже собралась вместе с ним. Они уселись на лавочке возле дома, молчали и выдыхали дым. Плотный, но быстро рассеивающийся из-за ветра. - Значит, теперь у тебя все хорошо. - Если можно так сказать. - А нельзя? - Я не знаю, что будет через месяц, или через пару лет. - А нужно? Вай задумалась. А действительно, нужно ли? Может быть, стоит просто расслабиться и наслаждаться тем, что есть. - Но как же, совсем не думать о будущем? - А ты никогда не узнаешь, что там будет. Может быть, твои планы осуществляться, и нужно приложить усилия, чтобы так и было, это правда. А может и нет. Но, что ты хочешь делать сегодня, и где ты хочешь быть завтра. Вот что важно. - Я боюсь, что однажды я могу снова ее потерять. И тогда уже окончательно. - Да, может так и будет. Ну и что? Ты счастлива сейчас? - Да. Да, счастлива. - Это все, о чем нужно думать, дорогая. А будет… Всегда что-то будет. Они еще какое-то время помолчали, и вернулись. Вай подсела к Кейтлин поближе, положила голову ей на плечо и подумала, пусть все будет, как будет.

***

Они лежали в кровати друг напротив друга, едва касаясь кончиками пальцев. Уставшие, но с ощущением довольного урчания кота внутри и легкой грусти. Как бывает, когда заканчивается праздник. Заботы по уборке оставлены на завтра, смесь впечатлений в голове от сегодня, и взгляды в глаза сейчас. Кейтлин несмело потянулась, и погладила по щеке. Она долго думала сделать это или нет. И чем больше думала, тем труднее было начать, но сделала. Ей казалось, что они так близко, и одновременно так далеко. Вай поймала руку, мягко поцеловала пальцы и посмотрела таким взглядом, в который можно провалиться. Глубоко, приятно вязко и безвозвратно. Она поцеловала еще раз, и еще. Но остановилась, закрыла глаза и переплела пальцы. - Почему? Ты не хочешь? - Нет, хочу. Очень хочу. - С того самого момента, как мы встретились. Мы.. Почему? - Я.. Я не знаю, как это описать. Мне страшно, почему не знаю. Может быть, сделать что-то не так, или.. А еще, как будто я ни разу тебя не видела, не касалась, не знала. Как будто это другая ты. И… И сейчас это прозвучит очень глупо, но… Как будто ты не захочешь эту меня, скажешь «нет», уйдешь. - Точно, это очень, очень глупо звучит. Прошептала Кейтлин, и пододвинулась ближе. Теперь она почти дотрагивалась кончиком носа и чувствовала отрывистое дыхание губами. Вай дрожит и не знает почему. Слышит громкий стук сердца, и видит перед собой причину. Еле слышно спрашивает: - Можно? - Мне нравилось, когда ты не спрашивала. Но такая ты мне тоже нравишься. – Ответила та, так же тихо. – Я вся твоя. Не заставляй меня сомневаться в этом. Я не хочу больше ждать. И не могу. Она хотела сказать что-то еще, но не успела. Горячие губы жадно целовали ее лицо, и сильные руки касались тела осторожно. Напомнить, наверстать, отдаться. А впереди еще вся ночь. Манящая, глубокая и пышущая жаром. А впереди еще, возможно, вся жизнь.