Путь славы: Гилдерой Локхарт

Улицы разбитых надежд

- Дэни, я еб*л эту всю ситуацию. Такого шухера я давно не видел.

Затянувшись из дешевой папиросы, которой торгует один его знакомый герболог, мужчина с крупным ожогом на лице наставительно сказал нервному молодому человеку, который сидел рядом. Небольшой паб расположенный в магловском районе, посещения которого любой законопослушный гражданин будет избегать, сейчас был пуст. Частично это было связано с тем, что сейчас была середина дня, когда большая часть клиентов находится на работе, но с другой стороны в сам паб приходили в основном люди связанные с бандой “Бешеных Голов”. Лютный переулок был полностью территорией волшебников, что примыкала к Косому Переулку, отчего привлекал множество других волшебников желающих прикоснуться к “запретному”. Такая ситуация невольно приводила к хаосу и постоянным стычкам между различными людьми, которые привлекают внимание авроров и других чистокровных волшебников. Из-за этого сами руководители банд не рисковали держать “грязные” деньги и иное дорогое имущество в Лютном переулке дольше пары дней, боясь внезапной облавы со стороны авроров или нападения других счастливчиков желающих легкой наживы. Для хранения нажитого добра, который трудно легализовать и положить в банк на свой счёт, каждая из банд имела свои схроны и места для временного хранения платы за рэкет, покровительство или откровенный шантаж. Не говоря о том, что само “добро” представляло собой не только магическую валюту с иными ценными предметами магического мира, но и магловские фунты, ценные бумаги на недвижимость или акции. В отличие от среднестатических зажиточных волшебников, которые следовали законам министерства и всё время своей жизни проводили в пределах территорий подконтрольных магам, зная о маглах лишь из слухов и школьных курсов по магловедению, темные волшебники и представители низов магического мира не ограничивали себя, пытаясь взаимодействовать с магловским миром. Если человеку нечего есть и он голоден, то ему без разницы у кого лучше забрать еду. Обливиэйт и конфудус решают практически все проблемы при встрече с неподготовленными маглами, отчего по идее за считанные дни можно стать из бомжа магического мира богачом магловского мира. А затем получить в грудь шальное заклинание от группы авроров прибывших за головой такого “умника”. Не говоря уже о том, что ещё при слишком наглой попытке ограбить маглов новоявленный грабитель может не рассчитать своих сил и получить в своё тело пару стальных “гостинцев” со стороны прибывшего наряда полиции или вовсе свалиться из-за внезапного удара со стороны “беспомощных” маглов. Маргиналы магического мира редко обладают выдающимися магическими умениями, отчего пуля в лоб или удар тупым предметом по “пустой” голове валят их на пол также, как и маглов. Поэтому устойчивые банды магического мира в отличие от борзых “однодневок” предпочитают действовать более незаметно в преступном мире маглов, маскируясь под них, и активно взаимодействуя со своими магловскими “коллегами”. И на этом стыке меж двух миров они процветали, с помощью магии уходя от магловской полиции, и при этом имея “чистые” руки в магическом мире перед служащими министерства, что плохо разбирались в магловском мире или вовсе игнорировали его, отчего не могли найти нужных улик для ареста членов банд. Наличие же “крыши” в виде чистокровных волшебников из древних родов ещё больше укрепляло подобное положение дел, создавая запутанную сеть связей, денег и крови. Из-за такой ситуации Богарт, один из старших членов банды, что наставлял нервного новичка, который был ему дальним родственником, не особо переживал об аврорах, называя их “свиньями” или “бобби маг. мира” на манер прозвищ магловских полицейских. По крайней раньше не переживал. После же того, как верхушку “Черных псов” посадили в Азкабан, а на улицах развернулась настоящая бойня за освободившееся место, он договорился с боссом, сославшись на прошлое ранение в одной из стычек, отвечать за защиту этого паба, при этом взяв своего родственника, дабы тот не сложил свою голову в этой мясорубке. В это место мало кто лез из магического мира, а рядовые члены банды думали об этом пабе, как о месте, где удобно “тусоваться” вместе, при этом не переживая о том, что их обдерут как липку. Однако сам Богарт знал, что это место служит схроном для “дани”, которую они передают одному из своих покровителей. Может показаться, что паб - это гораздо худшее место для схрона в сравнении с какой-нибудь пещерой вдали или личной квартирой, но вся проблема заключается в том, как часто их можно использовать, не привлекая чужого внимания? Разве кто-то не обратит внимание на одного из старших членов банды, что постоянно посещает глушь или квартиру, а затем не решит проверить это место? Не говоря уже о том, что за деньгами нужен присмотр, так как защитная магия не всемогуща. Поэтому небольшой паб, в который заходят маглы и члены банды, дабы отдохнуть или скооперироваться, является неплохим местом для временного хранения денег и иного добра, которое вскоре уйдет в оборот или перенесено в иной тайник-заначку. - Дядя, а это нормально, что в вместе с нами здесь маглы? Разве они не могут заметить или услышать что-то лишнее? Стараясь скрыть свою нервозность, Дэни попытался сменить тему, сделав глоток пива из кружки. - Для этого есть чары путаницы. К тому же, сюда приходят маглы в основном для того, чтобы выпить и забыться. Думаешь, кто-то поверит бреду напившегося магла? - Ха, верно. Сделав ещё один глоток, парень посмотрел в окно. - Эм, дядь, а Острые Капюшоны не станут же нападать на это место? - Хм. Маловероятно. Это просто дешевый паб, в котором члены нашей банды часто пьют, и он не единственное место, в котором мы часто бываем. Капюшонов сейчас должны больше привлекать заведения, которые крышевали Черные псы, и их добро, а не это захудалое место, нападение на которое может только ещё больше разозлить нашу банду, а не принести деньги. Благоразумно умолчав о деньгах в подсобке, которые на этих выходных должны передать покровителю, Богарт сделал глоток пива из своей кружки и посмотрел в окно, интересуясь тем, что привлекло внимание его родственника. Одетый в черную мантию с накинутым на голову выпрямленным капюшоном, что со стороны напоминал колпак или окрашенную в черный цвет головной убор формы Ку-клукс-клана, человек поднял мусорное ведро и прямо кинул его в окно. Парень в изумлении открыл рот, в то время как сам Богарт упал на пол, потянув за собой мальчишку. Словно баллистический снаряд брошенный спортсменом мусорное ведро разбило оконное стекло, а затем врезалось в стойку, напугав бармена-сквиба, что в этот момент протирал стаканы. Прикрыв голову руками от разлетевшихся осколков окна, пара из которых поцарапала его ладони, Богарт перекатился в сторону и поднялся на ноги, выхватив волшебную палочку. Укрывшись за стеной, он попытался найти противника глазами в оконном проеме, но тот подобно призраку уже исчез. Из мусорного ведра повалил дым с резким запахом. - Что?... - Встань и прикрой чем-нибудь рот с носом, дурень! Сердито крикнув ещё поднимающемуся парню, Богарт задержал дыхание, пытаясь вспомнить чары Головного Пузыря, молча проклиная свою лень, из-за которой он в последнее время часто пренебрегал повторением заклинаний. Неизвестный серый дым какого-то зелья начал окутывать помещение, пока волшебник лихорадочно думал о том, как отступить из паба, при этом не попав в засаду снаружи здания. Его родственник оказался гораздо более скор на действия, создав отталкивающие чары, дабы сдуть от себя дым. Однако слабые чары вместо этого вступили в реакцию с дымом алхимического зелья, отчего в следующее мгновение дым заполнил весь паб, вызвав кашель со слезами и соплями у двух волшебников и одного сквиба. Не могущий произнести даже одного заклинательного слова Богарт, услышав звук открываемой входной двери, бросился к двери около барной стойки, которая вела к черному выходу из здания. В этот момент он мог надеяться только на то, что этот дым также будет мешать врагам атаковать, но возникший резкий холодок на спине, после которого он потерял контроль над своим телом, разбил его надежды. Спустя пару секунд его слезящиеся глаза налились усталостью, а сознание погрузилось в темноту. - Энервейт. - Хааааа! Выпучив глаза, Богарт ошарашенно уставился на лицо одного из заместителей босса. Видимое сейчас помещение паба было полностью разгромлено, а до носа доносилось целое амбре из запахов разлитого дешевого пойла и рвоты. - Богарт! Богарт, ты меня слышишь? Что здесь произошло? Кто на вас напал? С отвращением немного отодвинувшись от лица покрытого грязью, соплями и рвотой, заместитель главы банды “Бешеных голов” настойчиво начал задавать вопросы. Чувствующий ноющую боль в голове и сухость во рту с неприятным привкусом, Богарт с гневом ответил, вспоминая фигуру в черной мантии.

- О-острые капюшоны… Это были Острые капюшоны!

***

- Что за дерьмо здесь происходит?

Альберт Джонс, “лева рука” главы банды “Острых козырьков”, с исказившимся от гнева лицом схватил за шиворот подчиненного, что принёс плохие новости. - Не знаю. Бешеные головы в один момент напали на несколько наших точек, среди которых были не только те, что находились рядом с территорией Черных псов. - Так узнай! Оттолкнув подчинённого, Альберт начал обеспокоенно ходить по снятому в “Белой Виверне” номеру, лихорадочно обдумывая услышанное. “Белая виверна” была известным заведением в Лютном переулке, которое пользовалось защитой “Острых капюшонов”, взамен служа неофициальным местом для сбора верхушки банды, а также нейтральной территорией для проведения различных сделок чистокровных волшебников из благородных родов. Хотя раньше у Альберта был случай с Гегенхайном, таинственным артефактором, которому сам волшебник хотел стереть память о сундуке украденном у родственника босса, но в иных случаях, когда дело не затрагивает его семью, а точнее страдающего сына, ради которого он так рисковал собой и репутацией всей группировки, он предпочитал твердо следовать “уличным понятиям”. Три банды Лютного переулка держались так долго на своем месте с одной стороны потому, что обладали сильными и умными главарями, а с другой стороны благодаря своей наработанной репутации, доверию к своим словам и принятым негласным правилам. Из-за этого Альберт Джонс, как только весть о падении Черных псов разнеслась по всем закоулкам, сразу же отправил свою жену с сыном во Францию, а сам переехал в Белую виверну, в которой мог руководить “на месте” своими подчиненными, не боясь нападения Бешеных голов и остатков Черных псов, так как никто кроме беспредельщиков не стал бы прямо нападать на место, где часто бывают чистокровные волшебники, а на глупцов хватит опытной тройки его ребят, что постоянно находятся рядом. Так действовала сила репутации в его преступном мире. И из-за неё же им придется принять быстрые меры против нападающих. Даже если это была наглая провокация кого-то третьего, они должны были проявить реакцию, так как в случае бездействия их собственные люди могут разочароваться, а все прочие отбросы могут посчитать это слабостью. - Кэмми. - Д-да? Обладающая внешностью “серой мышки” его помощница, которую он ценил за прекрасные навыки в бухгалтерии и в магии связанной с зачарованием бумаги, нервно поправила свои очки. - Отправь сообщение главе обо всём произошедшем. Я с ребятами сейчас пойду к “Алой принцессе”, что находится на стыке с Бешеными головами. Если всё пойдет совсем плохо, то вполне возможно, что вскоре начнется война банд подобная той, благодаря которой Острые козырьки с двумя другими заняли нынешнее положение вскоре после падения Темного лорда.

***

- Сука. Дерьмо. Полный п*****ц! Еб*нный Луэл.

Ударив рукой по стене портового склада, Виктор громко выругался, чувствуя бессилие. Как один из менеджеров организации Р и банды Черных псов в данный момент он являлся самым высокопоставленным человеком в банде после позорной поимки Луэла и его заместителей. Как позже узнал сам Виктор, его босс совсем не оказал сопротивления аврорам, так как в это время сношался со шлюхой, пока его заместители курили травку вместе со своими шлюхами, отчего звезда авроров явно по чьей-то наводке нагрянувшая в эту квартиру взяла всех без шума, а потом начала серию облав на их заведения. Острые капюшоны и Бешеные головы после этих облав начали сами рвать “обезглавленную” банду Черных псов вместе с другими ублюдками из низов. Впрочем, самым обидным для мужчины был побег лидеров его организации. Конечно, двое из этих лидеров были пойманы министерством, а часть погибла в Запретном лесу во время боя с Гилдероем Локхартом, слава которого в последнее время неслась впереди него. Но волшебник не верил, что все другие лидеры организации погибли. И пустой склад ранее полный имущества организации служил лучшим доказательством этому. Защищенный заклинаниями и проклятиями, при разрушении которых Виктор должен был получить сигнал на специальный амулет, были деактивированы с помощью специального зачарованного пропуска, который бросили здесь после того, как вывезли отсюда всё. Причём вывезли до того, как произошёл бой в Запретном лесу, а след женских сапог одного из лидеров, которая обладала даром метаморфа, из-за чего часто взаимодействовала под различными личинами с подчиненными, Виктор узнал сразу. Всё же волшебница хоть и могла менять внешность, но предпочитала носить одну и ту же обувь, что невольно подметил сам волшебник. Надежда на то, что могущественные лидеры организации, в которой он провел более пяти лет, спасут ситуацию, рухнули. Их бросили. Он и его подчиненные теперь только могли подобно крысам бежать от министерства магии и ублюдков, что желали получить богатства банды Черных псов. - Бл*ть. По помещению разнесся скрип открываемых дверей. Выхватив волшебную палочку, Виктор бросился за опорную балку, уставившись из-за неё на трех вошедших людей, которые сразу направили в его сторону головы. Одна из вошедших скинула капюшон, открыв смутно знакомое симпатичное лицо с яркими рыжими волосами, в то время как внешность двух других была скрыта. - Кто вы? - Алая ведьма. Виктор вздрогнул, услышав кодовое прозвище одного из лидеров организации Р. - Чем докажешь? - Моё лицо было на первых полосах Ежедневного пророка, и сейчас вся Британия знает, что учительница по ЗОТИ, Патриция Рейкпик, была одной из лидеров организации Р. С сарказмом и ядом в голосе проговорила волшебница, отчего сам Виктор потерял дар речи. - Но писали, что ты погибла в Запретном Лесу! Возможно, и сам глава жив?! - Нет. Он мертв. - … Что вам нужно? - Ты и твои подчиненные. Черные псы уже пали, но моему новому начальству нужна своя преступная группировка, отчего он готов создать её на основе тебя и твоих людей. - Ха. И ты думаешь, что я просто на это соглашусь? С раздражением и злостью Виктор рассмеялся, готовясь сбежать, но в следующий момент замер, ощутив холодок на шее. Незамеченное им из-за мрака на складе парящее лезвие из металла похожего на гоблинскую сталь замерло рядом с его горлом, вылетев из-за его спины. - Я полагаю, что ты согласишься, если в тебе есть желание жить. С кривой улыбкой произнесла Патриция Рейкпик, неосознанно погладив предплечье левой руки, на которой ещё отдавалась фантомной болью нанесенная магическая метка, которая казалось самой ведьме рабским клеймом из-за своего “функционала”. - Хорошо. Убедила. Кто наш новый босс? Сглотнув, Виктор вымученно улыбнулся, не рискуя делать резких движений. Один из стоявших позади Патриции людей одетых в черные балахоны сделал шаг вперед. - Это я… Из тьмы под капюшоном, где должно быть лицо, раздался холодный властный голос.

- …Меня зовут Гегенхайн. Но с этого дня тебе лучше звать меня главой.