Путь славы: Гилдерой Локхарт

Пижон или грешник

- Как всё прошло? Можно ли идти на экскурсию в ту пирамиду? - Пирамиды уже нет. - Ух. Ваши навыки демонтажа меня поражают. Ну хоть выяснили, как звали моего неизвестного фаната, что хотел меня видеть? - Это секрет. Сегодня вас освобождают. Компенсация за неудобства будет переведена на ваш счёт в банке Гринготтс через неделю. - Поэтому я и не люблю работать на других. Бюрократия, задержки, бумажки, скупое начальство. Мне нравится моя жизнь завидного холостяка и известного писателя-путешественника, которому не нужно отчитываться перед кем-либо. - Вы практически каждые полгода оказываетесь в аврорате и отчитываетесь о том, что произошло. - Это не отчёт, а презентация будущих книг и встреча с поклонниками. - По этому случаю маловероятно, что вы напишите книгу, и я не ваш поклонник. - Правда? Но почему-то вы снова и снова приходите ко мне. - По долгу службы. - Прекрасный предлог. - … Солнечно улыбнувшись, я посмотрел во тьму капюшона, наслаждаясь наступившим молчанием. Успев в прошлом после получения звания мастера ритуалов помучиться от встреч с членами ордена Утренней Зари, которые любили привлекать на помощь мастеров ритуалов в качестве “тяжелой артиллерии”, как любил говорить один мой знакомый прапорщик из Калининграда, я теперь наслаждался возможностью ломать стоицизм и пафос этих волшебников. Всё же при развеивании проклятий и очищении от магических феноменов возникших в результате массовых смертей в концентрационных лагерях нацистов члены ордена участвовали в процессе, как наблюдатели со стороны МКМ. Тогда они здорово потрепали мне нервы своими опросами и проверками на наличие опасных артефактов или проклятых вещей, которые в тихую можно создать в подобных местах без особых затрат. А позже мне, как “молодому перспективному таланту”, приходилось откликаться на призывы помощи, так как остальные мои коллеги были “заняты” или “стары”. Конечно, за эти заказы я содрал с МКМ кучу галеонов, льгот и права на покупку с использованием запретных материалов, да и успел за “казенные” деньги попутешествовать по различным странам, даже написав свою автобиографию, но какому аристократу вообще понравится так “пахать”? Из-за такого отношения и “оков” МКМ многие члены гильдий и благородных родов, которые хотели привелегий, но избегали обязательств и удушающих ограничений, переходили на сторону Гриндевальда во время магической войны, что привело к настоящей кровавой резне и упадку магического мира. - Надеюсь, что мне более не придется приходить к вам. - А я думал, что наивность из вас вырезают в первый день после вступления в орден. - Прощайте, мистер Локхарт. - Подождите, я же не оставил вам свой автограф! Кстати, мои книги с автографом некоторые люди даже продают на аукционах. С отчетливым стуком дверь захлопнулась за спиной капитана ордена. Цокнув языком с досадой, я поднял глаза к потолку, ожидая прибытия чиновников с бумагами и моими вещами. В голове же, вопреки моему беззаботному внешнему виду, крутились гораздо более мрачные мысли. Эти боги или Великие, как они сами себя называют, оказались гораздо более проблемными личностями. Скорбь, проклятый артефакт позволяющий отправить души в глубины астрала или связать реальный мир с нереальными слоями астрала, тем самым повысив эффективность жертвенной магии, был подобен обычному кинжалу. Артефакту не за что было зацепиться в теле Атона, которое явно принадлежало раньше Эхнатону, если судить по некоторым подсказкам. Этот факт частично подтверждал слова этого бога о том, что их физические тела - это дистанционно управляемые марионетки. Если же отбросить вариант того, что вся его речь была ложью, то вырисовывается мрачная картина. Где-то там в ином измерении есть куча сверхсильных существ страдающих от скуки, заинтересованных во мне и при определенных обстоятельствах могущих обзавестись своими физическими аватарами в реальном мире. Это может быть в виде одержимости телом своего предветника, как минимум, а также с большой вероятностью та тварь, вышедшая из каменной арки, была воплощением физического тела другого Великого, которого Атон назвал Смертью. Предположительно, для осуществления этого процесса им нужны предвестник бога, души людей и… вера? Всё же сам Атон упоминал о том, что использовал души своей паствы. Или у него просто не было возможности захватить души других людей, что в него не верили? Опираться на один источник информации и делать окончательный вывод я не мог. Благо, у магического мира явно был свой “пожарный” для ситуаций такого масштаба, отчего я мог сосредоточиться на восстановлении и повышении своих сил. Куда большее беспокойство у меня вызвали его слова о моём роде и моей природе сущности. Я был Гилдероем Гейсеком, главой благородного древнего рода чистокровных волшебников, чья история насчитывала более двух тысяч лет. И я не понимал, о чем говорил этот говнюк. Род грешников, что отказался от своего имени, дав своим членам фамилию Гейсек? В истрических хрониках говорилось о том, что эта фамилия в те времена имела иное значение, отчего основатель рода взял его себе… Получается, я всю жизнь с гордостью носил фамилию, которая говорила о том, что я пижон или вообще имеющий нетрадиционную ориентацию, если судить по словам русских маглорожденных волшебников, которых позже втоптал в землю на дуэлях? - Курва! Но если отодвинуть в сторону то, что Гейсеки - это не Гейсеки, то возникает вопрос греха и долга. Нарушение какого долга привело к тому, что члены рода отказались от своей фамилии, а боги называют нас грешниками? И почему я об этом не знаю? Предки позже стерли записи? Из-за этого же события тот член Культа Конца, что подпортил мне жизнь своим пророчеством, охотился на членов моего рода? Вопросы. Вопросы. Вопросы. И никаких четких ответов или выводов. Мне нужно будет попытаться выяснить об этом через деда. Возможно, в прошлом старик решил унести часть истории с собой в гроб. Касательно же слов бога о том, что я сам начал превращаться в одного из Великих… Это похоже на чистый бред. Что может быть общего между мной и теми существами, которые существуют в ином измерении, за пределами грани и астрала? Разве что то, что я управляю телом Гилдероя Локхарта и по факту живу чужой жизнью… / -... И вы, предвестники богов, наш свет во мраке бесконечности и скульпторы наших обликов… …В общем, вы что-то типа персонажей моего Подземелья и Героев,... … Поэтому стань моим предвестником. Помоги обрести новый облик в этом мире… / - Мистер Локхарт? - Да? Простите, я задумался о сюжете своей будущей книги. - Надеюсь, вы в ней не будете сильно критиковать наше министерство магии? Вошедший в помещение чиновник с кривой улыбкой пошутил, на что я натянул на лицо улыбку, мысленно отстраняясь от последних тревожных мыслей. - Ничего обещать не могу. Но, если вы поможете мне отсюда как можно скорее уйти, я оставлю хороший отзыв о фул медамесе, что мне подали на завтрак.

***

Наматывая круги в атриуме министерства магии Египта, Мария Биновиль едва не кусала ногти в ожидании. Эта экспедиция, на которой они должны были изучить появившуюся из ниоткуда пирамиду, окончилась полным провалом. Неизвестная магия поглотила её и множество других волшебников, заключив внутри пирамиды, отчего МКМ пришлось отправлять группу могущественных волшебников для их спасения, но треть пропавших волшебников так и не была найдена. Для волшебницы, что пыталась своей семье доказать свою самостоятельность и силу, это было просто ужасно. Вполне было возможно то, что вскоре сюда прибудут её родители, намереваясь вернуть её домой и запретить работать разрушительницей проклятий, пока она не родит им пару внуков. В прошлом, эта мысль была настоящим кошмаром для неё похлеще нежити, но сейчас её мысли занимало совсем другое. Все, кто был втянут в пирамиду, практически не помнили ничего. Для них ослепляющий солнечный свет моментально сменился на королевскую погребальную камеру, в которой их будила спасательная группа, пока вся пирамида дрожала и разрушалась. Однако, сама Мария видела гораздо больше чем остальные. Лучи палящего безжалостного солнца и цепкую хватку, что вырвала её из тьмы беспамятства. Тогда перед её взглядом предстала бескрайняя пустыня, каменная плитка храма, парящие тела людей и улыбающееся лицо загорелого молодого человека, чьи золотистые радужки с игривостью взирали сквозь неё. - Так теперь его зовут Златопуст… А нет, его теперь зовут Локхарт~... Хи-хи. Забавно… Пустышка стала чем-то большим… Чувствуя дрожь всего своего существа от неизвестных слов, что вызывали в разуме помутнение и боль, волшебница смогла лишь разобрать фамилию своего необычного друга прежде, чем её толкнули назад. Лишь в тот момент она поняла, что в руках неизвестного была её душа, в то время как её тело парило позади неё. Даже находясь сейчас внутри министерства магии, волшебница всё ещё чувствовала ужас от произошедшего. Ощущение того, что ты не более чем игрушка в чужих руках, было хуже всего, что она когда-либо ощущала. Как наследница благородного рода, она знала кое-что о запретной магии позволяющей манипулировать душами. Но одно дело читать об этом или слушать как страшилку на ночь от родителей, и совсем другое оказаться на месте тех, к кому эту темную магию применили. Биновиль хотелось просто пойти напиться до беспамятства, а затем закрыться в гостиничном номере, спрятавшись под одеялом в надежде, что ужасные воспоминания станут блеклыми и менее страшными. Но ещё больше ей хотелось во всём разобраться. Посмотрев в сторону одного из пропускных пунктов, на которых регистрируют волшебные палочки, она наконец увидела нужного человека. Одетый как всегда в вызывающе пеструю одежду, что на удивление ему подходила, золотоволосый волшебник с широкой улыбкой что-то вещал, словно радиоведущий популярной передачи, не замолкая ни на секунду, пока измотанный и явно желающий оказаться как можно дальше отсюда работник со страдальческим лицом взвешивал его волшебную палочку. Взбудораженная недавними событиями окружающая толпа людей подталкиваемая любопытством начала стекаться к нему. - … Они просто боялись, что я выставлю их полными идиотами, быстро разобравшись с этой нежитью. Представляете, я уже лично явился к этой пирамиде, дабы из чувства долга перед всем магическим миром помочь им разобраться с этой магической катастрофой, но в ответ они меня отправили назад в министерство. Я, конечно, мог оказать сопротивление и вырваться из их дилетантских рук, но мне бы не хотелось потом увидеть своё прекрасное лицо на розыскном листе. Всё же я - добропорядочный волшебник… - Сэр. - … Но если бы не это, то я бы мигом разобрался с этой нежитью с помощью методик одного восточного мастера. Понимаете, мне ранее довелось познакомиться с одним мудрецом из Поднебесной, что обучил меня многим заклинаниям позволяющим эффективно бороться со злыми духами и ожившими мертвецами. - Сэр, вы можете идти. - Ох, да. Я немного заговорился. Я понимаю, как вам жаль расставаться со мной, но увы. Время не ждёт. Но вы можете прочитать мои книги, дабы скрасить свою грусть от расставания со мной. Едва ли не запихнув волшебную палочку в руки Локхарта, работник быстро обратился к следующему человеку, боясь что если не прервет блондина, то речь того может затянуться до вечера. Пристально уставившись на друга, о присутствии которого узнала из шепотков авроров, когда те опрашивали спасенных волшебников, Мария подобно тарану направилась сквозь толпу к блондину. - Эй. - Совсем молодежь обнаглела. - Локхарт. Отошедший от стойки и начавший ставить свой автограф на протянутой книге дамы закутанной в ткань с головы до ног, золотоволосый волшебник поднял голову. - О, Мария, давно не виделись. Подожди минутку. Вот. Держите. - Благодарю. - Это я вас должен поблагодарить за то, что скрасили мой день своим присутствием. Биновиль схватила волшебника за рукав. - Локхарт, нам нужно поговорить. - Однако, из-за обстоятельств наступил момент разлуки. - Если вы желаете со мной вновь встретиться, то можете найти меня на… Не желая дальше слушать открытый флирт парочки, Биновиль потянула Гилдероя за собой под свист парочки зрителей, что начали шутить на счет смелой и упорной девушки. Лишь спустя пятнадцать минут, заняв отдельную кабинку в одном из питейных заведений, девушка осознала, как её действия могли понять окружающие. На щеках появился румянец, и она отвела взгляд в сторону прежде, чем взять себя в руки. - Я была внутри той появившейся из ниоткуда пирамиды. - В качестве девицы в беде, но подвиг вашего спасения мне выполнить не дали. - Остальные не помнили, что происходило с ними внутри, но я кое-что видела. Там была бескрайняя пустыня, храм и существо… бог. Начавший потягивать заказанный зелёный чай Гилдерой прямо посмотрел в карие глаза девушки. - Не думал, что ты верующая. - Я просто… не знаю, как ещё назвать это существо. Оно одним прикосновением выдернуло мою душу из тела, а затем вложило обратно. - К счастью, с ним явно разобрались. - И оно что-то говорило. Я практически ничего не поняла из его слов кроме одного. Твоей фамилии, Гилдерой. - Особенности неправильного перевода? - Я чётко расслышала слово “Локхарт”. - Моя слава всё больше растёт, раз обо мне знают сами боги. - Это не шутки, Локхарт! Стукнув руками по столу, Мария повысила голос. - Но что я могу сделать, если пирамиды с этим богом уже нет? - Это как-то связано с тобой! Я это чувствую. Вспомни, что тебя может связывать с богами или Египтом? - Я путешествую по всему миру, и у меня много различных связей. - И тебя это совсем не волнует? Я чуть не померла, и оказалась единственной, кто помнит всё это. Но ты… ты… Почему ты приехал в Египет? Чувствуя раздражение из-за беззаботного вида волшебника, волшебница внезапно обратила внимание на нечто другое. - Я узнал об появлении пирамиды и примчался пораньше, дабы получить новый материал для своих книг. - … - Ты плохо себя чувствуешь, Мария? - Тот бог меня пощадил. Но не из-за милосердия или похоти. Ему нужна была я. В качестве… приманки? - Не совсем логичный вывод. Возможно, этот бог нуждался в сексуальной жрице? - Ты приехал в Египет, чтобы спасти меня. - А также всех остальных. Я же Гилдерой Локхарт, герой современности. - И ты был в той пирамиде. Это ты сбежал от членов ордена, когда пирамида исчезла. Уставившись в знакомые синие радужки глаз, которые словно поблекли, несмотря на неизменный жизнерадостный образ волшебника, Биновиль тихо прошептала. Вспомнив полные грусти и самобичевания глаза человека, что помог ей подняться после пробуждения, она не могла не видеть его тень на золотоволосом волшебнике. - Что происходит, Гилдерой? - Ничего. Я всё это время сидел в министерстве магии. От спокойных слов волшебника девушка почувствовала стеснение в груди. Незримая но ощутимая отстранённость Локхарта, что продолжал ярко ей улыбаться, вызвала в её сердце боль.

***

В берлинской квартире на магловской улице с щелканьем открылась входная дверь. - С возвращением Нио… Босс?! - Я разочарован, мистер Торчвик. С уверенностью войдя в квартиру, золотоволосый волшебник посмотрел на рыжеволосого афериста и предпринимателя, что едва не подавился своей сигарой. - Босс, я делал всё, что вы требовали. Но если у вас есть ещё какие-то требования, то можете засунуть их… в конверт, который принесет сова. Вам не нужно было лично приходить сюда. - Я знаю о твоем счёте в банке под номером “7895432”. - Это на оперативные расходы! - Тебя ждёт наказание. - Эм. Давайте лучше обсудим это более подробно, дабы не доводить ситуацию до крайностей. Степенно опустившись в кресло, с которого вскочил Торчвик подобно коту, на чей хвост наступили, волшебник испытывающе посмотрел рыжеволосого мужчину. - Принеси мне мороженное. С бананом. - Непременно, я сейчас принесу мороженное… Мороженное. Нио! Сделав несколько шагов в сторону холодильника, Роман резко обернулся и возмущённо закричал. Вернувшая себе привычный облик Ниополитан игриво улыбнулась и указала пальчиком в сторону холодильника, что был полностью отведён под её любимое лакомство. Раздраженный и не собирающийся это терпеть рыжеволосый мужчина бросился на девушку, дабы исполнить свою месть с помощью щекотки. С грохотом кресло и стол перевернулись, отчего лежавшие на нём бумаги разлетелись по всей квартире. Присланное в пурпурном конверте приглашение на аукцион, который будет проводиться владельцем румынского драконьего заповедника этим летом, медленно опустилось на холодильник.