Разжигание огня

      Он облажался. Облажался как никогда. Не смог побороть себя, навязчивые мысли и желания, идущие несокрушимой ордой на его волю. Сидя на мокрой кладбищенской земле уже ни о чем из того что сделал сегодня не жалел. Только устал. Очень сильно устал. Руки, измазанные грязью, болели и тряслись. Ледяной ночной ветер заключал в беспощадные объятия как железная дева, просачивался сквозь чёрную куртку, толстовку, кожу и через ребра все ближе к сердцу. Казалось, по жилам текла не кровь, а бурлящий азот. И мертвец тут отнюдь не бледное тело перед ним.       Леон смотрел в экран телефона, лежащего перед ним в грязи и отображающего прошедшее время. Минуту за минутой. Ничего не менялось. Чуда не происходило. Неужели опоздал? Да, конечно, опоздал. Уже осень. Прошло три месяца с того момента. Он уехал, оставил родной город, дом, Сэнди. И сейчас ненавидел себя ещё сильнее, чем когда сидел и рыдал под дверью. Смотрел на неестественно белоснежное, как свежевыпавший снег лицо с впавшими щеками и совершенно не тронутое разложением. В тишине было слышно биение сердца, когда-то отделенного от своего хозяина. Только это редкое «ту-дум» давало надежду, что ещё не всё потеряно. Но орган отбивал ленивый ритм в разорванной груди не совершая чуда, не воссоединяя ткани, не разгоняя кровь. Лежало совершенно лишнее во всей этой картине смерти.       Он уже как полчаса наблюдал, как рассыпаются последние сваи его рассудка, ничего не в силах сделать. Теперь лишь сходить с ума оставшееся отведенное ему время. Леон искренне верил, что, как только он покинет дом и займётся учебой, его отпустит. Но последний месяц он почти не спал. Одногруппники начали на него косо подглядывать, уверенные, что тот употребляет. Не выспавшийся, дерганный, все время в себе. Из активиста университета превратился в тень за короткий срок.       И вот, не выдержав собственного сумасшествия бросил все и вернулся доделывать план в надежде, что, увидя Сэна, наконец почувствует себя живым.       Леон наклонился назад и упал рядом с лопатой. Всё. Ничего не случится. Пусть сдохнет рядом, это все равно не жизнь, а существование. Прикрыл глаза и от усталости потерял сознание.       Тьма, холод, тоска. Все это сплелось в клубок, из которого жестокая реальность связала ему тяжёлый, неподъемный свитер. Личные оковы, в наказание за неповиновение.       Хрип. Чей-то хрип совсем рядом переходил в кашель. Леон распахнул глаза и поднялся на локтях. Рядом с ним пытался вдохнуть Сэнди, но с трудом затягивающиеся разорванные легкие отказывались работать. Лео судорожно схватился за рюкзак и не с первой попытки достал пакет крови, заталкивая вампиру в рот, пока тот не нашел кормушку в его лице. Алые струи потекли по подборку и расстегнутому похоронному фраку, а бледное лицо постепенно приобретало родной загорелый оттенок. Глаза, до этого мутные и слепые, сверкнули голодным красным. Раны затянулись и послышался нормальный вдох. Леон облегченно выдохнул, когда иссушеный пакет откинули в сторону. Сэн смотрел на него уставшим и измученным взглядом, изучал. — И много времени прошло? — Безэмоционально поинтересовался Сэнди, подмечая голые деревья вокруг и теплую одежду своего спасителя. — Три месяца. — Тихо ответил Леон, пряча взгляд в землю. — Почему вернулся? — А ты не знаешь? Это ведь твои чары. — Чего? — Выгнув бровь, Сэн всмотрелся в лицо напротив, пытаясь найти хоть долю шутки. Но нет. Вдох. — Я конечно умею такое, но не из могилы же! Три месяца из-под земли контроль держать, ты сам то не понимаешь настолько это бред?       Леон был мягко говоря ошарашен. Вампир уверен, что он пришел сюда сам, по собственному желанию. И сейчас они оба сидели и смотрели друг друга по тупому уставившись. Каждый со своей правдой.       Бессмертный повернул голову и осмотрелся. Первые золотые лучи рассвета выбегали из-за горизонта в пейзаже старого кладбища. — Нам пора идти. — Сказал Сэнди и поднялся, подавая руку озябшему парню. — Все вопросы решим у тебя дома.       Лео кивнул и встал на ноги. Тут же летучей мышью кровопийца залез в карман куртки. Быстрые шаги удалялись с места последнего пристанища сотен людей.

***

      Они сидели за столом в полной тишине, не зная, что говорить. Оба ужасно истощены и устали, но уйти никто не решался. — Спасибо. — Выдавил из себя первым Сэнди. — Ты сказал, что мной не управляешь. Но я сходил с ума все это время. Как объяснишь? — Не знаю. Но моего влияния хватает на неделю максимум без постоянного контакта. Я удивлен, что сейчас сижу здесь не меньше твоего. — Ещё раз повторил уже сказанное вампир. — Врешь.       Сэн как обычно пожал плечами и опустил голову на стол, не имея сил на споры. — Ты говорил про какую-то метку в нашу первую встречу. Объясняй. — Метка. — Вампир перевернул голову на другой бок и хмыкнул. — Да я это придумал чтоб у тебя ступор начался и у меня было время что-то предпринять. Забудь. — Так а что это тогда! — Крикнул Леон. Он не мог поверить, что в своих проблемах мог быть виноват он сам. — Не кричи. Я думаю.       Леон зло откинулся на спинку стула, скрещивая руки на груди. Он наблюдал за молчаливым вампиром, отмечая, как еле заметно дёргается немного заострённое ухо, когда по улице проезжали машины. Соседи по очереди спешили на работу. Все вокруг было по-прежнему. А присутствие Сэна рядом наконец угомонило метаюшуюся душу. Даже спать захотелось. Глаза слипались. — Ну что? — Тория есть, но она отвратна. — Излагай. Я хочу побыстрее от этого избавится и уехать. — Ты от этого не избавишься. — Сэнди покачал головой и поднялся, подходя вплотную к Леону. — Что чувствуешь? — В смысле? — Лео вжал голову в плечи. Пусть и не в форме, но вампир выглядел все так же угрожающее, нависая над ним. Пояснений ему не дали, но они и не понадобились. Уже знакомый запах ударил в нос, а потом и в голову сильнее, чем когда либо до этого. Все таки это были феромоны. От их силы сознание помутнело, а тело обдало жаром. — Эй! Что чувствуешь? — Заметив как стремительно меняется оттенок лица альфы, Сэн схватил его за капюшон, удерживая на месте. — Не знаю.. Странно. — Собирая поплывшие мозги в кучу, пробурчал Леон. — Но хорошо. — Ясно. А конкретные описания? КЕМ от меня пахнет? — С долькой паники в голосе продолжал допрос. — Альфой? Омегой? — М-м. — Парень завис, пытаясь определится с ответом. — Обоими. — Блять. — Сэн несколько брезгливо отпустил крепкую хватку и отошёл на несколько метров, оказавшись почти у выхода с кухни. — Поговорим когда тебя попустит.       И ушел. Даже почти убежал. Вампир, злое ночное существо, убежало в другую комнату чего-то испугавшись. В помещении сразу стало больше воздуха, навождение спадало. Леон приходил в себя. Тронул языком выдвинувшиеся клыки. необычно. Этого никогда не происходило. Он слышал об этом только от других альф, но сам не чувствовал. Они неприятно зудили, требовали чего нибудь погрызть. Умылся холодной водой и открыл окно. Надо скорее проветрить.       Дождавшись ясности в голове, Лео нашел Сэнди в ванной. За коричневой запертой дверью было слышно, как вода ударяется о поверхность раковины. — Я в порядке. Что это было? — Оперевшись о стену, криком спросил человек. — Мы в жопе, ещё не догадался?! — Тут же последовал ответ. — Нет, я ничего не понимаю. Выйди и просвяти.       Сэн выключил воду. Через секунду щёлкнул замок и дверь приоткрылась. Алые глаза чуть светились в тени лица, оценивая степень критинизма особы напротив. — Ты байки про истинных слышал? — Допустим. А это тут приче. — Замолчав на полуслове, Леон сложил два плюс два, наконец начиная понимать происходящее. — Это бред. Ты это выяснил развонявшись? — А других вариантов нет. Я в форме альфы уже почти тридцать лет, дольше, чем ты живёшь. А ты все равно унюхал двуполость. — Чего блять? — Леон недоверчиво покосился, но не уловил и капли шутки. — Какую двуполость. — У вас гамм нет? Среди людей. — Нет. Это мутация какая-то? По тебе и не скажешь что больной. — Я не болен. — Сэнди тяжело вздохнул и облокотился об косяк. — Гаммы меняют вторичный пол, подстраиваясь под партнера. Альфой быть удобнее и за столько лет омежья половина уже иссохнуть должна, особенно феромоны. Такое учуять.. — Может только истинный, да? — Перебив, продолжил мысль Леон. — Хотел сказать что невозможно, но твой вариант тоже подходит.       Внезапная тишина воцарилась между ними, каждый обдумывал полученное заключение. — Есть ещё способы проверки? — Если я тебя укушу для превращения, ты с большой долей вероятности выживешь из-за хорошей совместимости. Проверим? — С лёгкой улыбкой предложил Сэнди. — Других вариантов не знаю. — Не надо. — Я уйду ночью. Не знаю на сколько дней. Если мне станет без тебя не по себе, то теория верна и придется забыть про нормальную жизнь. — Нет, никуда ты не идёшь. Мы первым же рейсом едем отсюда. У меня учеба. Там и разберемся со всем. — От осознания его связи с Сэнди, Леон осмелел, ведь теперь ему точно ничего не сделают. — Хватит с меня твоей диктатуры, я достаточно натерпелся за это время. Податься тебе здесь всё равно некуда, собирай монатки. Вещи с твоей квартиры во второй спальне. — Я погляжу у кого-то клыки прорезались? В себя поверил? — Сэн сделал резкий шаг к Леону, пытаясь припугнуть и оскалился. Но парень лишь скептически повел бровью, продолжая безразлично-раздраденно смотреть снизу вверх. — Хорошо. — Согласился с чужим авторитетом парень, театрально развернувшись на пятках с поднятыми руками в знак капитуляции. — Тогда я уеду один, а ты делай что хочешь когда тебя накроет. — Сука. — Шопотом злобно произнес вампир, ударяя торцом кулака о стену. Неприятно признавать, что человек прав. Если сейчас он не подавит свою гордость бессмертного существа, то очень много лет этой самой жизни потратит на сожаления и одиночество. — Электричка через семь часов! — Крикнул Леон из своей комнаты в надежде, что уедет все же не один.