Silver flame

«Я уже давно поняла: боль можно выдержать. А вот предательство самого себя — нет.»

От лица Баки.

Я завернул за угол здания, тихо ступая, будто каждый звук мог привлечь нежелательное внимание. Она ушла сюда всего пару минут назад, но так и не вернулась. Мои глаза пробежались по улицам, усеянным обломками, остатками недавнего нападения. Разрушенные плиты, искореженные машины, пыль оседает на каждом камне, и воздух еще пропитан запахом битвы. Я двигался осторожно, обходя груды камней, которые когда-то были частью этих стен. Чувствовалось что-то неправильное — тревожное предчувствие холодной волной пробежало по коже, как будто весь мир замер, ожидая чего-то жуткого. Осматриваясь по сторонам, я понял, что не вижу ее нигде. Мой взгляд опустился вниз, и тогда я заметил знакомый блеск в груде камней. Слегка наклонившись, я увидел ее амулет, наполовину скрытый под одним из обломков. Осторожно опустившись на колени, я вытянув руку, чтобы поднять его. Металл был прохладным на ощупь, словно отзывался на тишину, в которой я оказался. Я почувствовал, как кто-то приближается сзади, и повернулся в полоборота. Стив и Ванда стояли рядом, их взгляды были напряженные, настороженные. — Ее тут нет. — произнесла Максимофф. Она бы не исчезла вот так... просто так. Что-то случилось. Я встал, выпрямляясь, крепче сжимая амулет в руке, как будто он мог вернуть ее обратно. В груди тлеет что-то темное и знакомое — чувство утраты, от которого не убежать. — Она бы не оставила его здесь. — тихо говорю я, глядя на амулет.  Мои слова повисают в воздухе, и я чувствую, как Стив и Ванда понимают, что мы имеем дело с чем-то серьезным. Стив подходит ближе и кладет руку мне на плечо, его голос тихий и уверенный. — Мы найдем Лэйн. Обещаю. Но прежде чем я успеваю ответить, Ванда перебивает его, ее голос звучит едва слышно, как будто она не хочет говорить это вслух. — Я... не думаю, что мы ее найдем. Ее слова заставляют меня замереть. Ванда медленно поднимает на меня глаза, а затем переводит взгляд на амулет, который я сжимал в кулаке. — Когда я сказала, что ее тут нет… — продолжает она, делая короткую паузу. — Я имела в виду... вообще. Тишина между нами становится ощутимой, как невидимая тяжесть, давящая на плечи. Я смотрю на амулет, его холодный металл теперь кажется еще тяжелее в моей руке. Слова Ванды бьют сильнее, чем любой удар. Сердце будто замирает, но где-то глубоко внутри поднимается буря. Я чувствую, как вспышка ярости и отчаяния переплетаются, и подхожу к ведьме ближе. — Это невозможно. — произношу я, стараясь удержать голос ровным, хотя он все равно срывается. — Она не могла просто испариться под чертову землю! — Они забрали ее. — голос девушки стает более холодным. Я замер на месте. — Что ты сказала? Стив тяжело вздыхает, стараясь не выдать тревогу, но я чувствую, что он тоже встревожен. Он бросает взгляд на Ванду, ожидая объяснений. Она прикусывает губу, словно не уверена, стоит ли говорить. Но потом тихо, с печалью и какой-то мрачной уверенностью произносит. — Я чувствую... пустоту. Как будто ее вырвали из этого мира. Нет ни следа ее энергии. Ничего. — объяснила она. — Это означает только одно — ее забрали в другое место. Я невольно сжимаю зубы, заглушая рвущуюся наружу злость. Это было неправильно. — Тогда мы должны найти чертову Беккер. — произношу я, бросив мрачный взгляд на Ванду. — Это другой мир Баки. Другая цивилизация. Мне жаль, но это просто невозможно. Мы туда не как не попадем… Пойми это. — в ее глазах мелькает горечь, будто она не исчезала, а вовсе умерла. — Она сильная. Я знаю это. Мои пальцы дрожат от злости, когда я снова смотрю на этот амулет, как на последнюю связь с ней. Слова Ванды обжигают, их тяжесть давит. Они правы. Даже если бы у нас было все время мира, мы не найдем ее. Ванда задержалась на мгновение, ее взгляд потемнел, словно она хотела сказать что-то еще, но промолчала. Ее глаза встретились с моими, полными сострадания и печали, но за этим взглядом пряталось что-то еще — страх и усталость. Словно она давно знала, что этот момент настанет. Она отвела взгляд, повернулась и тихо ушла, растворяясь в густом тумане, который медленно заполнял разрушенные улицы. Стив и я остались стоять в тишине, слыша только отдаленный гул разрушенного города. Его рука все еще лежала на моем плече, но теперь я едва замечал его присутствие. Прошла пара мучительно долгих секунд. Я сжал зубы, чувствуя, как злость и отчаяние закипают внутри меня. Грудь будто сдавливала стальная хватка, а в голове крутились обрывки воспоминаний. Я видел ее улыбку, чувствовал ее прикосновение, слышал ее голос, как будто она была здесь, совсем рядом. Не выдержав, я со всей силы ударил рукой из вибраниума в бетонную стену. Раздался глухой звук, словно взрыв, и бетонная поверхность треснула, осколки посыпались на землю, отлетая в разные стороны. Сердце колотилось, глухо отдаваясь в висках, а гнев медленно рассеивался, оставляя после себя пустоту. Только пыль, оседающая в воздухе, и тусклый свет уличного фонаря размыто виднелись перед глазами. Стив медленно опустил руку с моего плеча, но не отступил. Он стоял рядом, молча, понимая, что сейчас нет слов, которые могли бы облегчить это чувство. Он видел, что мои руки дрожат, что ярость, наполнившая меня до краев, уже начала угасать, оставляя лишь глубокую, разъедающую душу боль. — Я знаю, как это, Бак. — его голос прозвучал тихо, почти шепотом. — Потерять кого-то, кого нельзя заменить. Я закрыл глаза, пытаясь взять себя в руки, унять разрастающуюся внутри боль. Грудь была словно разорвана на части, и ни один жест или слово не могли вернуть ее обратно. — Но это не значит, что мы должны сдаваться. — Стив слегка наклонился вперед, пытаясь поймать мой взгляд. — Мы найдем способ. Всегда есть другой путь, даже если он кажется невозможным. Мои глаза медленно встретились с его. Его уверенность, стойкость и решимость снова давали мне надежду, пусть и слабую.

От лица Лэйн.

Я открыла глаза, и резкий свет обжег мои веки, заставляя их сразу же зажмуриться. Что-то не так. Я собралась с духом, прищурившись — вместо солнца в небе горели две огромные звезды, одна теплого оранжевого цвета, другая — холодного синего. Их свет пронзал лес, рисуя странные, будто нереальные блики вокруг. Я встала, прикрывая глаза ладонью, постепенно привыкая к слепящему сиянию. Оглядываюсь. Вокруг деревья, но они не такие, к каким я привыкла. Их ветви изгибаются как-то странно, будто сами ищут дорогу сквозь воздух, переплетаются, создавая причудливые формы. Листья сверкают, словно зеркальные, отражая свет обеих звезд. Некоторые стволы изогнуты под неестественными углами, а другие, казалось, сами себя обвивают в спирали, опоясывая пространство вокруг. Пейзаж будто живет, дышит, гнется, меняется. Я сделала шаг, и мои ботинки слегка утопило в мягкой, почти бархатистой почве, которая пружинила, как будто ей есть дело до моего присутствия. Воздух вокруг насыщен каким-то тонким, незнакомым ароматом, похожим на смесь пряных трав и морского ветра, легкий и свежий, но одновременно чуждый и неестественный.  Мой взгляд цепляется за тень у ближайшего дерева. Там стоит девушка — ее фигура полускрыта в полумраке, но я отчетливо вижу хищную улыбку, играющую на ее губах. Она наблюдает за мной, не сводя внимательного взгляда, словно оценивая мою реакцию на этот странный лес. — Помнишь этот лес? — ее голос звучит тихо, почти шепотом, но так отчетливо, словно она прошептала прямо мне на ухо. Я киваю, вспоминая. — Помню. Мы часто забегали сюда, подальше от дворца… — отвечаю, чувствуя легкое покалывание ностальгии. Она усмехается и легко опирается на ствол дерева, продолжая пристально смотреть на меня. — Правильно. — медленно протягивает она. — А еще тут живут существа ривари. Кровожадные, голодные, которые готовы спустить с тебя кожу в любой момент. Они впиваются в твою голову и высасывают всю энергию, пока не оставят пустую оболочку. Я чувствую, как по спине пробегает холодок. Слова ее звучат пугающе, но в них есть странное очарование, словно она наслаждается каждой произнесенной фразой.  — Посмотрим, как долго ты сможешь держаться, скажешь где амулет и я отзову их назад. Вдруг за деревьями раздается тихое шипение, и я тут же оборачиваюсь, сердце уходит в пятки. Демоны появились словно из ниоткуда — их тени извивались между деревьями, подбираясь ко мне с тихими шорохами. Я почувствовала, как магия внутри меня напряглась, предостерегая о надвигающейся угрозе. Они выглядели точно так, какими я помнила их с детства — черные глаза, несколько рядов острых зубов и кожа цвета ночи. Их конечности были намного длиннее чем у обычного человека, острые когти на руках, почти доставали земли, шевеля листики травы. Эти существа могли высасывать жизненные силы и магию за считаные секунды, питаясь ими. Они могли залезть в голову и навеивать самые страшные воспоминания и кошмары из жизни. Порыв ветра заставил меня сжать зубы, когда первый демон, ринулся вперед. Я выставила руки, выпуская поток серого огня, но существо лишь на мгновение отступило. — Королева поделилась трапезой. — прошептали они, их голоса сливались в неразборчивый хоровод. — Сегодня у нас будет особое лакомство. Понимание того, что они собирались залезть в мою голову, чтобы высосать мою жизненную силу, пробежало мурашками по коже. Эвтида хотела сломать меня, чтобы я говорила, но я буду молчать. Они наступали, окружая меня. Тьмой заволокло вокруг, от чего я сжала кулаки. Существа начали действовать, нападая на меня, протягивая щупальца теней, прямо ко мне. Каждый удар, который я отражала, отзывался в моем теле болезненной усталостью. Каждое мое заклинание, каждое пламя, которое я вызывала, вырывало из меня частицу силы. Пару з них опять накинулось на меня, и я отбросила сразу двоих в разные стороны. Борьба продолжалась, и каждый раз, когда я сдерживала их атаки, меня словно засасывало в бездну, где магия и боль переплетались, и я становилась их жертвой. С каждым новым ударом я падала все глубже, не в силах отвести взгляд от их жадных глаз. И в тот момент, когда казалось, что мне не выбраться, тьма вокруг меня заволновалась, будто осознавая, что я на грани падения. Руки затряслись от магии, когда еще один демон, с изломанным ртом и черными глазами, прыгнул на меня. Я метнула в него сгусток огня, но он лишь ударил по моему щиту, и волна энергии отразилась обратно, выбив меня из равновесия. Я почувствовала, как магия внутри меня истощается, как будто темные создания поедали ее, наполняясь моими страданиями. — Мы не спешим. — хрипло произнес один из них, его голос звучал, как шорох листвы. — Мы можем наслаждаться твоими мучениями вечно. Я попыталась сосредоточиться, но боль нарастала, и я ослабела. Под ногами хрустели ветки, и я увидела, как их глаза блестят на солнце, полные жадности. Они окружили меня, словно хищники, готовые к атаке, высасывая из меня последние силы, чтобы утолить свой голод. В этот момент, когда я чувствовала себя изможденной и беззащитной. Тени их энергии уже были рядом с моими ногами, эти невидимые руки начали тянуться к моим рукам, шее и лицу. Я сосредоточила всю оставшуюся силу, и, несмотря на усталость, вновь выпустила поток пламени, разрывая тьму вокруг себя. Но каждый новый взрыв света высасывал из меня еще больше энергии, и я понимала, что могу не выдержать. Где-то на заднем плане раздался, опять, женский смех. — Одно мое слово и они прекратят Лиана. — Пошла ты! Моя сила бурлила у меня в крови и в мозгу. Магия слушается, черпая силу из внутренних потоков. Я отражаю очередной удар, но по спине разливается боль. Закусываю губу, чтобы не закричать. Неужели мои силы на исходе? Не может быть, чтобы я так быстро истощилась. Существа понемногу выпивают из меня силы. Я столько тренировалась. Ванда многому меня научила. Кровь стучит в висках. Я должна справиться. За для Земли, людей, друзей, Мстителей… Демоны атакуют снова. Я рычу и метаю в них полосу светлого пламени, заставляя их отступить. Они действительно отступают. Наконец-то можно вздохнуть. Я делаю вдох... и поперхиваюсь собственной кровью. Дела совсем плохи. Колени подгибаются, но я проглатываю кровь и пытаюсь наполнить легкие воздухом. Иногда я задумывалась, как может оборваться моя жизнь, но даже в самых мрачных фантазиях реальность не казалась такой жестокой. Может, я и не заслуживаю иного конца? На что может надеяться та, что сбежала от всех, когда была ребенком? Я снова кашляю, выплевывая кровь прямо на траву, под ноги демону.  — Прекрати… Я твоя сестра забыла? — крикнула я, пошатываясь, обращаясь к Эвтиде. — Эсли в тебе осталась хоть капля сожаления, то накажи им отступить! Она смотрела на меня со стеклянными глазами, улыбка на ее лице померкла. Она видела, как я держусь, на ногах с последних сил, пока те выпивали меня. Я захлебывалась в крови и уже была готова потерять сознание. Но Эвтида, тут же она вернула себе безразличие, усмехаясь. — Мне все равно. Пусть они убьют тебя, если ты не хочешь говорить. Я буду смотреть. Мои глаза расширились от злости и какого-то разочарования, и, я рванулась в ее сторону. Демоны последовали за мной и один из них навалился на мое тело, от чего я упала, ударяясь головой об твердую землю. Он приблизился к моему лицу и открыл рот, пока другие держали мои руки, я уже знала что они собирались делать, но сил не было. Из его рта расползлись змеи темной энергии и тут же накинулись на меня. Я не успела даже шевельнуться. Тьма... после того ада, в которое превратилось мое тело, тьма приносит облегчение. Что-то внутри меня кричит, заставляя встать, продолжить сражение, не сдаваться до конца, каким бы он ни был. Но я не могу пошевелиться. Не могу дышать. Все это требует невероятных усилий. Я смертельно устала. На долю секунды тьма ослепила меня. Я растерянно остолбенела. Когда глаза свыклись с вязкой, почти осязаемой темнотой, едва шевелясь от страха я огляделась. Затем я увидела недалеко от себя маленький лучик света. И мои ноги начали передвигаться, шаг за шагом. Чем ближе я подходила к свету, тем отчетливей в нем вырисовывалось пространство. Подняв голову, я увидела голубое небо. Это Земля. Я огляделась и поняла, город разрушенный. От огромных домов ничего не осталось кроме праха. — Кто здесь? — крикнула я в пустоту, ожидая ответа. Это место было безлюдно, но я будто чувствовала, на себе чей-то взгляд. Я услышала сзади себя какой-то шорох и резко обернулась. То что я увидела, заставило меня замереть на месте.  Это кошмар Лэйн, это просто кошмар... Я почувствовала как в глазах начинают накапливаться слезы. Когда я начала осматриваться вокруг. Безжизненные тела лежали, в руинах города. Это были... Это была моя команда, мои друзья. Они были все мертвы. Какая-то сила не давала мне отвести взгляд или сделать что-то еще. Она заставляла меня смотреть, чувствуя подступающий страх и тошноту. И сейчас... Сейчас. Это реально. У меня подкашиваются ноги, но я продолжаю идти. Лицо Тони в крови, его костюм полностью разрушен, на его лице застыло выражение ужаса. — Тони... — шепчу я, чувствуя как тяжело мне становится дышать. Я никогда не видела его испуганным. У меня стоит в горле огромный ком, глаза горят когда, я начинаю задыхаться в истерике. Я оборачиваюсь и вижу Ванду. Она лежит неподвижной, без единой эмоции, смотрит в одну точку. Глаза Вижена смотрели на рыжеволосую, камень на его лбу потух. Они лежали рядом друг с другом, даже во время своей смерти, они были вместе до конца. Я прикрываю рот рукой, и закрываю глаза. Я продолжаю идти и чувствуя что-то металлическое под своими ногами. — С..Стив... — я запинаюсь, смотря на окровавленного Капитана Америку а потом на его щит расколотый на две части под моими ногами. — Наташа... — я поднимаю голову и вижу вдову в метрах двадцати. Я мчусь к ней, через руины города, и падаю на колени рядом с ней. Я начинаю бегать глазами по ее лицу. Мои глаза останавливаются на шее Наташи. Я ложу свою голову ей на грудь, чувствуя как мне ужасно больно от этой картины. Ее горло перерезанное, а шея полностью в крови. Я вытераю глаза и поднимаю голову осматривая другие тела. Я замечаю Клинта, под завалами дома. Паркера, с металлическим косяком в груди. Он.. он всего еще ребенок... Я смотрю вправо и вижу Тора. Его белоснежные волосы били залиты бордовой кровью. Я пытаюсь подняться на ноги, но падаю в попытке, мои ноги словно не слушают меня. Острые камни режут мои колени. У меня начинает появляться тошнота, смотря на этот кошмар. Небо будто впитало в себя все краски, и стало таким же красно-серым как и земля. Я слышу какой-то стон, и резко поворачиваюсь, смотря за спину. У меня перехватывает дыхание когда я узнаю Баки. Я подползаю к нему, не в силах подняться.  — Кгм.. Лэйн… — он кашляет кровью смотря на меня. — Баки... — шепчу я, почти не видя его лица из-за пелены в глазах. Я осматриваю его тело и вижу огромную рану выше живота. Я начинаю громко задыхаться от рыданий прикладывая свои руки прижимая их к его ране, чтобы он не потерял больше крови. Мои губы дрожат когда я смотрю на его окровавленне лицо. — Ты могла нас спасти... — говорит он, тяжело дыша. — Что? Я.. я не понимаю Баки. — мой голос срывается, когда я вижу как с его рта хлынула кровь. — Скажи мне что произошло, прошу. Он резко поднялся и схватил меня, сдавливая шею, до хруста. От его слабости не осталось ни следа. — Это ты виновата! — он кричит, крепче сжимая мою шею. — Баки пусти… прошу.  — Это твоя вина! Ты убила их всех. Ты должна умереть! Демоны продолжают копаться в моей голове. Я даю им все, что они хотят, и даже больше, не в силах перечить. А они продолжают искать новые мои слабости. Это ад. Я вижу следы кровавого побоища, в день моего исчезновения из Аинири. Крики умирающих звенят в ушах. Анби’сийци тянут ко мне свои бледные руки. Кровь повсюду. Я стою рядом с окровавленным ковром, вслушиваясь в зловонное дыхание, чувствуя его кожей на шее и спине. Ривари где-то рядом. Они двигаются вокруг меня, словно хищники, насыщаясь моей болью и страданием. Для них это – изысканное лакомство, которое они смакуют медленно, наслаждаясь каждым крошечным кусочком. Мне отсюда не выбраться. Я могу только смотреть то на один, то на другой кошмар. Тьма обволакивает меня, гася слабое пламя и подпитываясь моей плохо сдерживаемой яростью. Эта ярость и заставила меня презреть страхи и выйти за невидимую стену. Здесь, во тьме, тишина полная. Вечная. Я чувствую: ривари рядом. Голодные, ненасытные, полные древней ненависти. Я думала, что они моментально выпьют все мои силы, но они не торопятся. Они кружат вокруг, наслаждаясь моей слабостью. И вот тьма рассеивается и я оказываюсь в темном подвале, который я так хорошо помню. Джонсон пытал меня тут не один день. Появляются звуки, краски. Это было воспоминание. Я сижу привязанная к железному стулу, забрызганным кровью, мои запястья сдерживают железные браслеты. Меня раздели догола. Холодный воздух вгрызался в мою обнаженную грудь, но его укусы были пустяком по сравнению с ужасом и болью, когда надсмотрщик взял в руку нож, поднося к моей руке и грубо всунул лезвие мне в плоть. Я чувствую как падаю, куда-то в далекую темноту и закрываю глаза. Каждая картина, каждое воспоминание хуже предыдущего. И все же ривари меня не убивают. Они питаются моим страданием, наслаждаются моими мучениями. Никто сюда не ворвется, чтобы спасти меня. Никто не смог бы пройти через тьму и остаться в живых. В другой момент я стою в коридоре, босыми ногами на мокром полу. Откуда-то разлилась вода или что-то темное, густое… Понимание приходит не сразу — кровь. В животе стальной ком, а дыхание рвется на хриплые всхлипы. Передо мной горит комната — огонь лижет стены, а в воздухе будто повисло напряжение, ужасное и тяжелое. Тепло разливается по щекам, но не от пламени, а от слез, которые я не могу остановить. Смотрю на огонь, и внутри только пустота, смешанная с невыносимым чувством. Я вхожу комнату родителей, и они смотрят на меня с непониманием и обидой, когда я поднимаю острый осколок и перерезаю горло матери. Отец кричит, пока я всхлипываю и подхожу к нему, проделывая тоже самое. Я не знаю, сколько длится мое падение в эту бездну. Нет — это дно. Конец всего. Возможно, и конец моей жизни. Вместе со мной демоны падают на дно. На дно моей души. Они шипят – от удовольствия или от злости, я не знаю. Я умоляю ривари избавить меня от этих страданий. Пусть выпивают мои силы, делают что угодно, только не возвращают обратно... Но меня никто не слушает. Я лежу на холодном полу, в полной темноте, пока рядом со мной не останавливаются пару ботинок. — Ты уничтожаешь все Лэйн. — шепчет Ванда, с усмешкой на лице. — Ты должна умереть. Ты заслужила это! — Знаю… — прошептала я, закрывая глаза. Рядом с ней появился Стив. — Из-за тебя умирают люди! Потом словно как фонари в темноте, я вижу, Старка, Нат, Клинта, всех их и даже Баки… Их лица окружили меня, будто демоны, что терзают в ночи. Один за другим они возникали из тьмы, искаженные болью и гневом, обвиняющие, проклинающие… Я не могла уйти, не могла закрыть глаза. Каждое слово, каждый взгляд — как осколок, вонзающийся в мою грудь. Я была прикована к полу этим безразличием, этой ненавистью, что скручивала меня, тянула вниз, поглощала. Голоса смыкаются в единый хор, гулкий и тяжелый, от которого не сбежать. — Ты — причина разрушений, — гремел Старк. Его обычно добрые глаза теперь смотрели с холодной жесткостью. — Ты — причина боли. — Мы доверяли тебе, Лэйн. — внезапно говорит Нат, стоя чуть поодаль, но ее голос режет не менее сильно. — А ты взяла и разрушила все, что мы строили. Ты разочаровала всех нас. Ты предала каждого. — Я... не... — мой голос почти срывается на всхлип.  — Что? — прерывает меня Клинт, с трудом сдерживая ярость. — Мы были командой. И ты ее предала. Ты уничтожила все, во что мы верили. Каждое их слово ранит все сильнее. Я пытаюсь отвернуться, но передо мной встает Баки. Он молчит, его глаза полны разочарования. Он не говорит ни слова, но его взгляд невыносим, в нем кроется глубокая боль. — Скажи хоть что-то, Баки. — прошу я, почти на грани отчаяния. — Объясни, что мне сделать... — Сделать? — наконец, он смотрит мне в глаза, и в его взгляде только пустота. — Ничего уже не исправить, Лэйн. Все, что ты могла сделать, ты уже сделала. Мы больше не верим тебе. Никто не верит. Я ощущаю, как что-то внутри меня ломается окончательно. Они стоят передо мной, их лица — маски боли, гнева, разочарования. Они не прощают, и я знаю — мне нечем оправдаться. — Мне жаль. — шепчу я, закрывая глаза. — Тебе жаль? — с издевкой говорит Брюс. — Этого недостаточно. Ты заслуживаешь смерти. — Я знаю. — отвечаю я, ощущая, как слезы бегут по щекам. — Знаю... Баки садится на корточки. — Зря ты появилась в моей жизни. Ты паршивая…  Постепенно их шепот стихает, и они исчезают, словно дым. Остаюсь только я, не в силах бороться. Я лежала на холодном полу, все чувства окаменели, исчезли, оставив лишь пустоту, в которой я утонула. Взгляды, слова, укоры — они по-прежнему эхом отзывались в голове, но уже не резали, не калечили. Я просто не могла двигаться, не могла дышать, как будто каждое дыхание — еще один удар по мне. Это был конец, неизбежный и окончательный. Конец. И вдруг в этой тишине, словно сквозь густую дымку, я ощутила присутствие — рядом со мной, едва уловимое. Я открыла глаза и увидела их. Двое фигур в сияющем свете, будто воплощения далекой памяти. Мои родители, король и королева, как я помнила их в самые счастливые годы. Оба высокие, излучающие силу и благородство. Их черные волосы, как ночное небо, мягко обрамляют лица, подчеркивая золотистые и серебряные глаза, в которых словно отражаются солнечные искры — глаза, полные любви и уверенности. Королева одета в длинное платье глубокого сапфирового цвета, расшитое золотыми узорами, напоминающими древние символы их королевства. Легкие рукава слегка спадают, открывая нежные запястья, украшенные тонкими золотыми браслетами. На ее плечах — легкий, полупрозрачный плащ, который струится за ней, словно туман. Золотая корона с изысканными, тонкими линиями украшает ее голову, придавая ей еще большее величие и мягкость. Король стоит рядом, облаченный в тяжелый, темно-синий плащ с золотыми нашивками и узорами, символизирующими защиту и силу. Под плащом он носит длинный камзол из темной ткани, украшенный золотыми застежками и орнаментом, схожим с тем, что на платье королевы. Его широкие плечи и выправка выдают в нем воина, а тяжелый золотой браслет на правом запястье добавляет ему уверенности и силы. Его корона массивная, с ограненными камнями, сияющими в свете, и выглядит так, будто ее тяжесть под силу выдержать лишь истинному правителю. Мать улыбалась мягко и тепло, отец смотрел с любовью и спокойствием. Они были здесь. Мама присела передо мной и мягко, почти нежно, положила руки на мои плечи, поднимая меня. В ее взгляде было столько силы, столько безмолвной поддержки, что внутри у меня что-то дрогнуло. Я встала, опираясь на их силу, и, едва понимая, что говорю, прошептала. — Перестаньте… Я не хочу этого больше. Не хочу этих кошмаров. Мама, все так же улыбаясь, наклонилась ко мне, осторожно взяла меня за лицо и посмотрела в глаза, словно видя в самую глубину моей души. — Это не кошмар, Лиана. — произнесла она, ее голос был тихим, но уверенным. — Это твоя реальность, твой путь. — Я не верю. Отец подошел ближе, положил мне руку на голову, его прикосновение было теплым и родным. — Ты справишься, Лиана. — произнес он с такой уверенностью, что внутри будто пробился луч света. — Мы всегда знали, что ты сможешь. Не сдавайся, борись. — Это невозможно… — я покачала головой, едва сдерживая слезы. — Я… я мертва, если вижу вас… Мать чуть покачала головой, и корона на ее голове сверкнула в свете, подчеркивая ее величие и силу. — Нет, Лиана. Ты сильная. Ты все еще здесь. Ты можешь победить — она заглянула в мои глаза, будто отдавая мне частичку своей веры. — Помни кто ты. Ты наша дочь, в тебе течет наша кровь и магия. Ты вторая законная наследница на трон. Ты та, кто завершит правление Эвтиды. Я покачала головой, не веря своим глазам. — Я не смогу, она слишком сильна. — А ты? — отец наклонился, его длинноватые волосы качнулись. — Ты не представляешь на что ты способна. Верь в себя дочь. — Продолжай бороться с ними. Эти слова стали для меня якорем, удержавшим на краю бездны. Силы возвращались, пусть и медленно, но они наполняли меня, давали мне возможность дышать. Я выпрямилась, ощущая уверенность, и впервые за долгое время позволила себе поверить, что, возможно, все еще не кончено. Пока слова родителей еще звучали эхом в моей голове, я чувствовала, как нечто древнее пробуждается внутри. Словно скрытая, спящая сила медленно поднималась из самой глубины души, разгораясь теплом и светом. Она начиналась где-то в сердце, пульсировала, будто дыхание самой земли, проникая в каждый нерв, каждую клетку моего тела. Мягкое, едва заметное покалывание в пальцах сменилось сверкающим жаром, и я ощутила, как энергия начинает заполнять меня, будто потоки чистейшего огня вливались внутрь, наполняя меня небывалой силой. Моя кожа светилась, а вокруг рук, словно сияющие змеи, начали обвиваться линии света — нити древней магии, источавшие серебристое свечение. Я вскинула руки, чувствуя, как сила стремится наружу, и в этот момент все вокруг зазвенело от натиска моей энергии. Темные тени, окружавшие меня, дрогнули, будто почувствовали этот свет, и отступили, шипя и извиваясь. Казалось, тьма боролась, но не могла вынести моего света. Она становилась тоньше, отступала, постепенно растворяясь, пока не исчезла совсем, оставляя после себя только холодное эхо. И вот — передо мной раскинулась зеленая поляна. Воздух здесь был свеж и прозрачен, будто очищенный от всех страхов и боли. Я вдохнула его полной грудью, и с каждым вдохом чувствовала, как последние остатки слабости покидают меня, заменяясь светлой, мощной уверенностью. Ривари зашипели и отступили, заметив что я вырвалась из этого плена. Эвтида которая до этого стояла и усмехалась, теперь была серьезная и кажется злая. — Невозможно! — прокричала она, сверкая на меня глазами. — Никто не может выбраться из плена ривари! Я показала ей средний палец и набросилась на одного демона. Если она хочет шоу, она его получит. На лбу у меня зажглась яркая руна. Серый огонь закручиваются вокруг головы, словно корона. Мои глаза, хоть и припухшие от боли, пылают живым серебром. Неудержимое пламя озаряет день, окрашивая его в яркий цвет, подобному лунным лучам. Огонь не причиняет мне вреда. Он обвивает меня, как защитный покров: величественный, бессмертный, неразрушимый. Ярость и сила переполняли меня, каждое движение было словно вихрь — точное, наполненное огнем. Я метнулась вперед, и демон, которого я выбрала своей первой целью, не успел даже поднять когтистую лапу. Вытянув руку, я почувствовала, как магия вспыхнула в ладони, переплетаясь между пальцев. Я обрушила удар, и чистый поток света разорвал тьму, поглощавшую его тело. Ривари взрывел, когда нити света пронзили его, и отшатнулся, испуская удушливый черный дым. Каждый раз, когда я обрушивала свет на очередного демона, к моей душе прикасалась темная усталость. Она заползала внутрь, словно холодный туман, постепенно окутывая мое сознание. Следующий демон бросился на меня с другой стороны, пытаясь застать меня врасплох. Но я была быстрее — стремительным движением я развернулась и, вложив всю свою силу, отправила в него пульсирующую волну магии. Свет, как молния, прорезал пространство, сжигая демона изнутри. Его тело раскололось, словно стекло, разлетевшись на осколки тьмы, которые тут же развеивались в воздухе. Каждое движение отдавалось горячей волной, и даже мимолетное касание магии обжигало этих созданий, словно огонь воск. Ривари в страхе отступили, их хищные, уродливые лица искажались ужасом. Впервые, казалось, они осознали, что против них — не просто человек, а пробужденная древняя сила. Эвтида стояла в стороне, ее глаза пылали от ярости. Она отдала приказ, и ривари двинулись в атаку разом, окружая меня, скалясь, вытягивая клыки и когти. Она заползала внутрь, словно холодный туман, постепенно окутывая мое сознание. Мой свет становился ярче с каждым мгновением, и я знала, что теперь мне не нужно прятаться и защищаться. Теперь я — сила, способная разорвать их на части. Я взмахнула руками, и серебристые нити магии сплелись в длинное копье света, сияющее, как утреннее солнце. Я выдохнула, направляя его на ближайшего демона, и с силой метнула в грудь ривари, разрывая его на части. Свет меркнет, языки огня исчезают, и я стою в пустоте, окруженная тишиной. От ярости Эвтиды осталась лишь темная тень. — Ты хотела шоу? — бросила я ей, сжимая кулак покрытый огнем. — Получай. — Впечатляет. Вот только… Ты все равно проиграла… Стало невыносимо тяжело стоять, и свет, который я так ярко ощущала, начал тускнеть. Я заставила себя сосредоточиться, но в голове кружились мысли, словно я оказалась в водовороте. — Это только начало стерва!  — Поспи немного, а потом опять поиграем. — она усмехнулась, наклоняя голову. Я сделала шаг вперед, но потеряла равновесие. Руки, которые еще мгновение назад были полны силы, теперь дрожали и поджимались, как ветви деревьев под напором сильного ветра. Я попыталась вдохнуть, но воздух казался слишком плотным, и в легких не хватало свежести. В глазах потемнело, а в ушах зашумело, словно я находилась под водой. Все, что я видела — это тени, танцующие на краю моего зрения, и лицо Эвтиды, она смотрела на меня так будто что-то разгадала. Но даже это лицо сливалось с тьмой, когда я, не в силах больше держаться, медленно осела на землю. Мягкая трава была приятной на ощупь, но под ней я чувствовала холод, который, казалось, поглощал мое тепло. Потом наступила тишина. Звуки сражения растворились в пустоте, и я почувствовала, как сознание уходит от меня. С последним мгновением ясности я осознала, что все силы оставили меня. Я закрыла глаза и, не в силах больше бороться, провалилась в объятия темноты.