Договоренность недействительна

      Когда Чонгук в конце концов закончил свою работу, он вышел из офиса и вернулся обратно в их спальню, забираясь под душ и надеясь, что это снимет боль в шее. После душа он оделся и спустился по лестнице, услышав музыку, доносящуюся слева, он направился в её сторону. Правая часть дома, вспомнил он, была более королевской и кричащей. Та часть дома, через которую он сейчас проходил, была закрыта двустворчатой ​​дверью и была гораздо уютнее и домашней. Он шел по коридору, проходя мимо дверей, чтобы определить источник шума, и дошел до открытой двери в конце. В комнате находился большой широкий диван, который легко можно было использовать в качестве кровати, и телевизионный экран большего размера.       — Вау.       Чимин обернулся и улыбнулся. Чонгук подошел поближе, забираюсь на диван, чтобы сесть рядом с ним.       — Это немного экстравагантно, — отметил Чонгук, устраиваясь рядом со своим мужем.       — Я тоже думал, что это слишком, но прошлой ночью решил, что должно же быть какое-то преимущество в том, что ты член королевской семьи, — Чимин слегка усмехнулся. Чонгук посмотрел на экран, по которому шел диснеевский мультфильм.       — Не суди о моем выборе фильмов, — пробормотал Чимин прежде, чем Чонгук успел что-либо сказать. Не успел он заявить о своей невиновности, как заиграла нежная музыка и главная героиня запела. Когда она приблизилась к припеву, Чонгук ухмыльнулся и приготовился, делая вдох.       — Кто эта девушка! — он почувствовал, как Чимин подпрыгнул рядом с ним, и засмеялся. Чимин присоединился к нему, прежде чем ударить его по руке. Он схватил Чимина за руки, чтобы остановить нападение, не прекращая смеяться.       — Хорошо, хорошо, прости. Должно быть, я потерялся в этот момент, — Чонгук снова пошутил, и Чимин нахмурился. Однако Чонгук увидел веселье в его глазах и просто наклонился, чтобы поцеловать его в щеку.       — Я обещаю больше не петь.       — Я бы не назвал это пением, — заметил Чимин, и Чонгук со вздохом приложил руку к сердцу.       — Ой.       С этого момента они почти не смотрели мультфильм. Они перешли от комментариев к нему к другим темам. Всё, от работы до общих навёрстываний упущенного. Рука Чимина лежала на его бедре, и хотя он нервничал, что Чимин что-то предпримет, никакого движения не было, что оставило его одновременно и облегченным, и разочарованным.       — Мы должны поскорее лечь спать. Мы уезжаем завтра в 8, — упомянул Чимин, и Чонгук вопросительно посмотрел на него.       — Куда мы поедем?       — В научно-исследовательскую лабораторию университета. Чонгук, ты хотя бы заглядываешь в свой ежедневник? — спросил Чимин, когда Чонгук не выказал никаких признаков узнавания.       — Возможно, я забываю это делать. В свою защиту скажу, что я никогда не был из тех, кто часто появляется на публике, — ответил Чонгук и усмехнулся над раздраженным вздохом Чимина.       — Мы собираемся в лучший университет в нашей стране, поскольку в прошлом они добились многочисленных прорывов в области ЭКО, — объяснил Чимин, и Чонгук понимающе кивнул, прежде чем покачать головой.       — ЭКО?       — Вот почему тебе следует заглядывать в свой ежедневник, чтобы заранее провести исследование. Это экстракорпоральное оплодотворение. Это процесс, используемый для того, чтобы позволить парам, у которых есть проблемы с фертильностью, завести ребенка. Это работает во многих отношениях, будь то донор спермы или донор яйцеклеток. Они сделали много удивительных открытий в университете, которые увеличили шансы на то, что это сработает, — объяснял Чимин, звуча раздраженно.       — Хорошо, но почему мы едем туда? — спросил Чонгук.       — Потому что самый большой процент пар, выбирающих ЭКО — это однополые пары, которые хотят иметь ребенка, — ответил Чимин.       — О, так мы собираемся показать себя супружеской парой и заставить страну подумать о детях раньше, чем мы их заведем? — спросил Чонгук, и ответная ухмылка Чимина ответила на его вопрос.       — Я просто подумал, что это был бы хороший способ привлечь больше внимания общественности как пары и заставить их думать о чем-то другом, кроме того, реальны ли наши отношения или даже о слиянии, — ответил Чимин, и Чонгук кивнул.       — Ты действительно хорош в манипулировании людьми, — поддразнил Чонгук.       — Я не манипулирую людьми, — Чимин ответил в шоке, и Чонгук усмехнулся, покачав головой.       — Конечно, нет, — сказал он с сарказмом. Чимин повернулся к нему лицом, подбирая под себя колени.       — Когда я манипулировал тобой?       — Я теперь практически гей, думаю, это имеет значение, — ответил Чонгук, с удовольствием наблюдая за выражением несогласия на лице Чимина.       — Невозможно манипулировать кем-то, чтобы сделать его геем, Чонгук. Ты уже был геем, я просто случайно вытащил его из тебя.       — Манипулируя мной, — Чонгук усмехнулся и увидел, как на лице Чимина отразилось раздражение. — Я шучу, Чимин. Ты не манипулировал мной.       — Ты действительно думаешь, что я манипулировал тобой? — спросил Чимин после минутного молчания. Чонгук заметил, что он выглядел почти обеспокоенным.       — Нет, это невозможно, — ответил Чонгук. Казалось, это успокоило Чимина, который расслабил плечи, но остался в том же положении.       — Я действительно не знаю почему. У тебя потрясающая улыбка, так что, возможно, дело в ней. Действительно красивые глаза. Губы. Задница. Тело в целом, если честно, — пробормотал Чонгук себе под нос.       — Я жду, когда ты скажешь 'личность', — сказал Чимин, притворяясь безразличным, но это явно не так.       — Я не могу комментировать чью-либо личность, — Чонгук ухмыльнулся, заработав смешок от Чимина. Чимин подполз к нему, и Чонгук автоматически опустил колени и позволил ему сесть на них.       — Такая красивая улыбка, глаза, губы и задница, — повторил Чимин, опираясь предплечьями на плечи Чонгука, а Чонгук положил руки на бедра Чимина.       — Чонгук? — Чонгук промычал в ответ. — Когда ты впервые подумал, что я привлекателен? — спросил Чимин, и Чонгук задумался.       — Не очень уверен. Я помню, что понял, почему другие люди считали тебя привлекательным, когда я увидел тебя во время посещения юга. Думаю, я не понимал, что лично я всё это время находил тебя привлекательным. Кроме этого, это было от поцелуя с тобой. Мне понравилось, каково это, когда ты рядом, — ответил Чонгук, один раз чмокнув Чимина в губы.       — Когда ты впервые нашел меня привлекательным? — переспросил Чонгук в ответ.       — А кто сказал, что ты для меня привлекателен, — ответил Чимин, и Чонгук остался с разинутым ртом, пока Чимин смеялся над ним.       — Ты лжец, — обвинял он его.       — Я не лгу, прости, Чонгук, но я просто не нахожу тебя привлекательным, — хихиканье Чимина показало, что он шутил, но Чонгук не был готов принять его заявление.       Через мгновение Чонгук поднял Чимина и уложил его на спину. Сладкий смех Чимина и писк удивления заставляют его чувствовать легкость в сердце. Теперь он был между ног Чимина, опираясь на свои колени, склонившись над ним, прежде чем наклониться и глубоко поцеловать. Он почувствовал удовлетворение от того, что не было никакого сопротивления от податливого Чимина под ним, но он прикусил его губу, Чонгук отстранился.       — Ты уже признаешь мою привлекательность? — спросил Чонгук. Чимин ухмылялся ему, выглядя совершенно соблазнительно с распущенными волосами и футболкой, задирающейся вверх по торсу.       — Меня всё ещё не убедили, — промурлыкал Чимин.       — И как же мне тогда убедить тебя? — спросил Чонгук, запечатлев ещё один поцелуй на губах Чимина. Рука Чимина поднялась и осторожно потянула его за футболку.       — Мы могли бы начать с того, что снимем это, но, честно говоря, я не думаю, что буду полностью убежден, пока, — его руки переместились к штанам Чонгука, дергая ткань на ноге. — Не будет снято это.       В этот момент Чонгук осознал, в какое положение он себя поставил. Дурачась с Чимином, он полностью забыл о своих тревогах, но когда он посмотрел вниз на красивого мужчину, они мгновенно вернулись, и приятное трепетание в животе внезапно сменилось дискомфортом. Он попытался мягко улыбнуться своему мужу, глаза которого, казалось, вычисляли его.       — Тогда, поскольку завтра мы будем заняты, мне придется побыть уродливым сегодня вечером, — попытался пошутить он, и, оставив поцелуй на лбу Чимина, он отстранился. Не обращая внимания на вопросительный взгляд, которым Чимин оценивал его, он помог ему сесть. Чувствуя себя неловко и разочаровавшись в себе, он попытался разрядить неловкую атмосферу единственным известным ему способом.       — Я немного устал, пойду-ка я спать, — он снова улыбнулся Чимину, прежде чем уйти.       Чимин не сказал ни слова и не улыбнулся в ответ, казавшись немного погруженным в свои мысли. Чонгук проклинал себя, пробираясь по коридору и поднимаясь по лестнице.

***

      Любые опасения Чонгука по поводу неловкости исчезли, когда он проснулся от того, что Чимин нежно ткнул его в лицо. Он приоткрыл глаза и увидел полностью одетого Чимина, выглядящего божественно, что только заставило Чонгука захотеть затащить его обратно в постель. Поняв, что это было то, чего он пытался избежать, он быстро сел, чуть не причинив Чимину боль в процессе.       После завтрака и ускоренного курса Чонгуку от Чимина по поводу их визита, они прибыли в кампус к 9, и, хотя было самое время для начала занятий, там всё ещё было оживленно. Они пробились сквозь папарацци, рука Чонгука обнимала Чимина за талию, чтобы защитить его, прежде чем их провели внутрь научного отдела.       Их обоих приветствовал глава университета и научного отдела, они любезно объяснили, что университет подготовил для них демонстрацию. Небольшая беседа от пары студентов на эту тему, которую Чонгук счел очень полезной, учитывая, что сам он провел небольшое исследование, и вскоре они уже надевали лабораторные халаты, очки и перчатки и входили в круг, где работали выпускники.       Он наблюдал, как Чимину показали, как работать с машиной, которая работала под микроскопом для оплодотворения яйцеклетки, и сиял от гордости, когда его мужу удалось успешно провести процедуру. Чимин широко улыбнулся, когда ему сказали, что это будет использовано в их дальнейших исследованиях. В итоге Чонгук забрел дальше, где работали другие студенты, он предпочитал эти более тихие моменты, где он мог свободно взаимодействовать с людьми. Он поговорил с несколькими студентами, которые объяснили, чего они достигли в том году, успешно оплодотворив панду. Чонгук был немного поражен тем, что это одинаково хорошо действовало как на животных, так и на людей. Он умело уклонялся от любых вопросов об их планировании семьи с помощью шуток и указывал на любопытство.       Вскоре они уехали, проведя несколько часов в университете, прежде чем отправиться домой с заранее отправленной инструкцией приготовить ужин к их приезду, после того, как желудок Чонгука начал разговаривать в машине.       С тех пор он вернулся к своей накопившейся работе, а Чимин в той же комнате занимался своей собственной. Чонгуку было безмятежно в офисе, когда они оба были там. Молча работая, время от времени задавая вопросы друг другу. Когда он закончил свою работу, он предложил помочь Чимину, который прогнал его в душ.       Вскоре он устроился в постели, Чимин забрался к нему сзади и обнял его за талию. Чонгук был на грани сна, когда губы прошлись по его шее, а рука на груди медленно скользнула к животу. Он стиснул зубы, когда страх заполнил его желудок, а кровь потекла на юг. Он ничего так не желал больше, чем продолжить общение с Чимином, но также прекрасно понимал, что он не был готов к такому давлению. У них ещё даже не было разговора об этом. Откуда Чонгуку было знать, чего именно Чимин хотел от него.       Его запутанные мысли заставили его прижать руку Чимина обратно к груди, бормоча что-то о головной боли, чувствуя, как Чимин напрягается, прежде чем расслабиться в тишине. Он устроился на спине и вскоре заснул, пока Чонгук пялился в стену напротив.