росомаха

      Последнее, что видела Макс — был зелёный свет, потом темнота и успокоение. Боль сошла на нет, она погрузилась в кромешную тьму и была благодарна за это. Терпеть то, что она испытала — ужасно. Открывать глаза после этого безумно больно. Мышцы атрофированные, глаза отказываются открываться, хочется остаться в этом сне и больше не просыпаться. Но она борется с этим желанием и преодолевает трудность. Открывает глаза. Яркий свет от ламп бьёт по ним, заставляя рефлекторно поднять руки и протереть глаза, но есть одна незадача — руки прикованы. Как и ноги. Она не может пошевелиться. Железные крепления удерживают ее в кресле, чтобы не поднялась. Отвратительно.       — Эй! Здесь кто-нибудь есть? — в горле пересохло. Макс думала, что кричит громко, но на деле лишь тихие хрипы, словно она всю прошлую ночь орала песни на каком-нибудь концерте. Но нет, она всю ночь провела здась, — ау! Я здесь, — кашель мешает говорить. Она задыхается из-за частых приступов, они не проходят. Макс дёргает руками и ногами, стараясь выломать их, но ее силы не хватает. Она слишком слаба.       Очередной рывок и она стискивает зубы из-за боли. Жмурится, но продолжает дёргаться, надеется, что получится. Но все тщетно.       — Восемь, огонь, полночь, вода, девяносто девять, лес, когти, смерть.       Неизвестный голос начинает монотонно повторять одну и ту же фразу по несколько раз. Макс не предавала этому значения, пока не начала чувствовать странные ощущения. Поначалу болела голова, словно ее били небольшим молоточком, потом начало сводить суставы, только потом она почувствовала, будто ее кости ломались, выворачивались. Словно их вырывали из нее. Костяшки на руках болели больше всех. Будто их разрезали изнутри. А фразы повторялись. Третий, пятый, на восьмой в лаборатории раздался звериный крик. Будто животное получило ранение. Только после этого крепления открылись. Макс падает на пол, сжимая ладони в кулаки. Слезы текут по щекам, от боли. Она не перестаёт кричать. Кричит так громко, что глотка вот вот разорвётся. Эта боль не проходит. Макс падает на живот, ведь руки перестают держать, она катается по полу, скуля, крича от боли. Считает секунды, надеется, что сейчас она умрёт и все это закончится, но нет. Это продолжается. Сколько длилось — не знает, но по ощущениям несколько часов. Когда все это заканчивается, Макс открывает глаза и еле как поднимается на колени. Смотрит на свои руки у ее пронзает ужас. На костяшках кровь. Много крови. Она сжимает кулаки и напрягает руки, зря. Из тех самых костяшек появляются четыре длинных лезвия. Как у Росомахи… Прямо как в комиксах. Макс пугается, она испуганно ползет назад, упираясь в стену, стараясь как-то убрать это. Но ничего не получается. Подрывается с пола и бежит к столу, где валяются много бумаг. Находит толстую папку — Росомаха. Листает страницу за страницей, а в голове мелькают воспоминания из детства. Она помнит. Швыряет папку в стену, присаживаясь на пол, запускает руки в волосы, сжимая их с невероятной силой. Она готова рвать и метать, кричит на всю лабораторию и задыхается в слезах. Хочется вернуться домой и упасть в ноги к отцу, умолять его убить ее. Она не хочет быть монстром. Это же не Макс.       — Пора работать, милая Росомаха, — тяжёлая рука ложится на голову, а после чувствуется укол в шею. Макс дёргается, но не успевает ничего сделать. Она все ещё слаба, — ч-ч-ч, тихо, спи, крошка, нам с тобой ещё предстоит убивать.       Открывать глаза после пробуждения всегда сложно. Но в этот раз Макс открыла глаза моментально. Она сидит в кресле, даже не прикреплена. Сразу же поднимается и идёт к яркому экрану.       — Здравствуй, милая Максин, рад, что мы наконец-то встретились. Жаль, что только через экран монитора, надеюсь, что вскоре мы это исправим, — синий экран меняется на карту города. Там красная отметка на каком-то задании, — видишь красную отметку? Прямо сейчас ты должна отправиться в эту точку, там тебе придёт дальнейшее указание. Костюм можешь взять в комнате напротив.

***

      Тьма опускается на город довольно быстро. Огни зданий загораются, как только пропадает последний луч солнца. Макс стоит на крыше здания. Она смотрит за своей целью, ждёт, пока он останется один и тогда она нанесёт свой удар. Один из главный компании, которая производит оружия, её цель — заполучить информацию любой ценой и покончить с этим мужчиной. Макс ни один раз видела его на мероприятиях вместе с отцом, он всегда держался очень отстранённо, вечно стоял в углу комнаты и наблюдал, её взгляд всегда был прикован к отцу. Ему в глаза улыбался, но стоило только Старку отвернуться, как улыбка сменялась на злобный оскал. Доверия он не внушал. Где-то внутри кричало, что она не должна это делать, ведь Макс герой, она не должна убивать, но что-то отгоняло эти мысли. Она делала это, потому что голос в голове шептал ей, что это её сущность, её не стоит бояться. Нужно принять и делать то, что предназначено. Здравый смысл давно покинул девичью голову. Сейчас нет Максин Старк, есть только Росомаха — проект гидры. Идеальный убийца. Ничего больше.       Макс надевает маску, чтобы её никто не узнал и спускается с крыши, спрыгивая с неё. Выпускает когти, врезаясь ими в обшарпанную стену здания, создавая для себя подушку безопасности. Её тихие шаги никто не слышит, огромные амбалы стоят у входа в личный офис этой самой важной шишки. Они практически спят, хоть бери и проходи мимо, ничего не делая. Макс подкрадывается сзади одного из них, он не успевает даже моргнуть, как по его горлу проходятся острые клинки, перерезая его. Шансов выжить нет. Охранник падает замертво с широко раскрытыми глазами, второй оказывается не настолько тупой, успевает достать пистолет и выстрелить в ногу, но Макс не чувствует боли. Эта пуля ничем не мешает. Второй охранник умирает от вонзившихся в сердце клинков. Кровь на руках вытирает от его пиджак. Ухмылка на губах, а в глазах горит огонь. Макс заходит в здание. Идиоты не успели вызвать подмогу и не предупредили никого. Поэтому медный бизнесмен прямо сейчас попрощается со своей жизнью. Иронично. Он, наверняка, строил планы, как убрать великого Энтони Старка, но умрёт от рук дочери того самого железного человека.       На подкорке мозга кричит настоящая Макс, которая против всего этого, но она настолько слаба, что её заглушают. Она не может ничего с этим поделать, лишь наблюдать, как та, кто всю жизнь мечтала быть героем, прямо сейчас идёт убивать невинного человека.       В здании никого нет. Лишь изредка кто-то включает свет в каких-то кабинетах, но её цель не эти два-три человека. Её цель прямо сейчас сидит в своём кабинете и разговаривает по телефону. Первым делом Макс находит источник освещения, она вонзает в источник питания, отключая электричество. Слышит, как мужчина ругается, что его работники идиоты, которые не могут уладить проблемы с электричеством. Знал бы он, что прямо сейчас его ждёт. Открывает дверь, заходя медленно. Бизнесмен смотрит на неё ошарашенно, вынимая пистолет.       — Ты ещё кто? — его голос подрагивает, он пытается скрыть свой страх, но дрожь в руках выдаёт всё. В его глазах виден животный страх, а в глазах Макс безразличие. На её губах всё та же ухмылка, с которой она надвигается на него, — ещё несколько шагов и я выстрелю! — Макс не слушает, продолжает надвигаться, — Я серьёзно! — он выстреливает один раз, второй, третий, на четвёртый попадает в район лёгкого, заставляя Макс остановится, она прикладывает руку к месту ранения. Кровь начинает пачкать костюм. Он начинает её злить. Мужчина времени зря не теряет, пытается вызвать охрану, но вот незадача. Они мертвы, а до других не дозвониться, связи нет. Когда он понимает, что ему никто не поможет, решает действовать самому, пытается бежать. Глупо. Макс в несколько раз быстрее и выносливее его, она догоняет, хватая за шею, сжимая её. Мужчина пытается ударить, но перекрытый кислород не даёт ему обильных движений.       — А он говорил, что за всё нужно платить, — говорит то, что ей сказали, — жизнь за жизнь? — он не понимает к чему это, хочет сказать что-то, но его глотка перерезается в считанные секунды. Макс отбрасывает тело в сторону, подходя к столу.       Открывает все ящики, в поисках нужной папки. Она перекрывает каждую из них, но не может найти нужную, пока взгляд не цепляется за стеллаж, между ним и стеной слишком много расстояния. Она отбрасывает те папки и двигается к стеллажу, отодвигает его и вот чудо. Встроенный шкаф, где лежит нужная папка. Макс её не открывает, ей плевать что там. Ей нужно как можно быстрее сваливать, ведь за окном слышны звуки сирен. Она в последний раз смотрит на тело, истекающее кровью и выпрыгивает из окна.       Она выполнила миссию.

***

      — Вы слышали? Ну, про нападение на какую-то там шишку, говорят, там глотка перерезана, словно какой-то зверь убил, — Нед рассказывает всё это так эмоционально, что Макс хочется его заткнуть. Она пыталась абстрагироваться, чтобы подготовиться к самостоятельной по французскому, но друг только продолжает рассказывать о этой ситуации. Питер тоже его не особо слушает, он был на этом объекте, рассматривал труп.       — Папа говорил, что там жесть полная, никто не знает кто это, — Макс отрывается от учебника, смотря на Питера и Неда, — он запретил мне выходить из дома после одиннадцати, прикиньте, — фыркает раздражённо.       — Это нормально, он переживает за тебя, — Питер как всегда, он всегда поддерживал все решения Тони, оно и понятно. Тони Старк для Питера предмет восхищения, Макс иногда кажется, что Паркер готов оправдать Тони, даже если тот уничтожит планету.       — Ты сейчас серьёзно? — Макс хлопает книгой, — Я, чёрт возьми, герой, почему я не могу делать, что захочу, я могу сама за себя постоять, ясно? — поднимается из-за стола, уходя прочь, Питер ещё что-то кричит в след, но Макс не слушает, стремительно удаляется в сторону кабинета, где сейчас будет умирать на протяжении сорока минут. Телефон в кармане вибрирует. На нём лишь одно сообщение.       Думаешь, мы не знаем, что это ты?       Макс вопросительно изгибает бровь, стирая сообщение с телефона, никто не знает, кто скрывается за маской Росомахи.       И никто не узнает.       Макс никогда не задумывалась о последствиях. Она всегда пускала всё на самотёк, зная, что отец сможет решить все её проблемы и волноваться не о чём. Но что делать, когда ты безнадёжно влюблена в лучшего друга, который в очередной раз рассказывает о девчонке, на которую пускает слюни. Даже когда не говорит, то Макс видит, как он на неё смотрит. Макс ненавидит Лиз. Она считает её лицемерной сукой, которая недостойна внимания Питера. Она часто пыталась донести это до самого Паркера, но тот лишь говорил, что Макс очень преувеличивает и Лиз не настолько ужасна. Она не будет играть с ним, как его прошлая девушка.       Макс не сразу поняла, что ей нравится Питер. Поначалу она думала, что это дружеская ревность. Питер слишком много времени ей уделял и совершенно забил на друзей, даже Неду было обидно, поэтому она со спокойной душой говорила, что она ревнует друга. Она тоже хочет, чтобы Питер смотрел на неё так, как на других. Она не завидует, что Питер срывается к ним посреди ночи, знает, что, если она позвонит, то он приедет. Бросит всё и приедет. Но что делать, если ты совершаешь ошибку, которую он тебе никогда не простит? Если ты сделаешь что-то ужасающее и Питер отвернётся от тебя? Макс не знает, что бы она делала в таком случае. Наверное, она бы собрала вещи и свалила в другой Штат. Она бы не смогла оставаться с ним. Это было бы выше её сил.       Вот и сейчас, они сидят на ступеньках около школы и ждут, когда приедет Хэппи, который должен отвезти её домой. Он опаздывает на пятнадцать минут, что очень странно, Хэппи никогда не опаздывал, он супер пунктуален. Зачастую приезжает раньше, минут на двадцать, чем опоздает.       — Что-то мне это не нравится, — Макс в очередной раз слушает короткие гудки, прежде чем сбрасывает звонок. Трубку не берёт никто, ни Хэппи, ни папа, ни Пеппер. Они договаривались всегда быть на телефоне, мало ли что может произойти, вдруг ей понадобиться срочная помощь.       — Может они заняты? Не думаю, что тебе стоит так переживать, — Питер пытается её успокоить, но это выходит странно. Мелкая дрожь проходит по телу, когда в голову начинают лезть самые разные мысли. Макс придумала уже самые страшные варианты трагедии. Она себя накрутила сильнее, чем когда-либо. Нервные постукивания кедом по асфальту. Питер уже не знал, что делать, он сам готов был ехать в башню старка и проверять, что случилось.       — Так всё, — Макс подрывается, стремительно идя в сторону небольшого перекрёстка, где практически никогда никого не бывает. Она вынимает маленький ключ, нажимая на кнопку.       — Макс! Куда ты? — Питер догоняет её, останавливая за руку, — Чего ты так волнуешься, может они выпили, или ещё что-то, хватит себя накручивать.       — Предчувствие у меня плохое, Пит, ничего не случится, если я съезжу домой и проверю, ладно?       Она оставляет Паркера одного стоять на улице, а сама бежит к мотоциклу. Она кое-как завязывает волосы, надевает шлем и газует. Стремительно набирает скорость, маневрируя между машинами, стараясь не врезаться ни в кого, несколько раз выезжает на встречку, чтобы обогнать ту или иную машину, за что получает громкие сигналы. Ей сейчас не очень важно это, она хочет доехать домой и удостовериться, что всё нормально. Шестое чувство так и кричит, что не стоит этого делать, что нужно было сидеть у школы с Питером, или вообще поехать к нему, как он предлагал, но нет. Прямо сейчас она едет домой, в надежде, что всё будет хорошо. На самом деле она давно перестала надеяться на благоприятные исходы, в их мире на одной надежде не получится вывести, но сейчас маленький ребёнок внутри неё кричит, что нужно верить, что всё хорошо.       До башни она так и не добирается. Она останавливает мотоцикл, когда замечает знакомую машину, которая перевёрнутая лежит на обочине. Макс практически спрыгивает с мотоцикла, ей плевать, что он падает на землю и царапается, возможно там отлетела какая-то деталь, это самое последнее, что её сейчас волнует. Отбрасывает мешающий шлем на дорогу. Подбегает к машине, боковая часть которой вся помятая, тёмный дым тонкой струёй поднимается в воздух. На глазах наворачиваются слёзы, она подбегает к водительской стороне, открывая дверь, она видит Хэппи, который лежит без сознания.       — Хэппи, — зовёт его, но глаза он не открывает, проверяет пульс, есть, но очень слабый. Дёргает ремень безопасности, стараясь его отстегнуть. Он поддаётся не с первого раза, но получается, — давай, здоровяк, — слёзы текут по щекам, обжигая, руки начинают потряхивать, она впервые видит Хэппи в таком виде. Хватает его за плечи, вытягивая из машины, — Пятница, — надеется, что система будет работать, ведь отец решил обновить программы на телефоне и она иногда она глючит.       — Да, мисс Старк, — отзывается спасительный голос. Макс мысленно благодарит всех, кого только можно, ведь она не одна сейчас, хоть Пятница и искусственный интеллект, но она поможет.       — Вызови скорую и отца, код красный, пятница, код красный! — голос повышается, когда Макс чувствует, что пульс становится ещё меньше, — нет-нет, Хэппи, я запрещаю тебе умирать, слышишь? — вытирает слёзы рукавом кофты, стараясь найти повреждения. Щупает низ живота, который слишком твёрдый, скорее всего внутреннее кровотечение.       — Пятница, ну что там?! — голос срывается на крик. Макс прижимает руку Хэппи к своему лицу, рыдая, как маленький ребёнок. Она не может его потерять вот так вот.       — Мистер Старк уже в пути, скорая будет через тридцать секунд, — сообщает пятница, — вам нужна помощь?       Макс не отвечает, сжимает его руку, стараясь успокоиться, она должна мыслить трезвой головой, а не впадать в панику. Ищет какие-то детали, которые могут указать на личность нападающего. Она уверенна, что Хэппи не мог попасть в аварию просто так, за этим определённо кто-то стоит, осталось узнать кто это и уничтожить его. Никто не имеет права вредить её семье. В кармане Хэппи виднеется маленькая записка. Макс вынимает её и трясущимися руками разворачивает её.       око за око, жизнь за жизнь.

***

      Сидя на крыше здания больницы Макс сжимает пистолет в руках. Она готова убить любого, кто хоть немного причастен к смерти Хэппи. Он стал для неё частью семьи, именно Хэппи старался заменить ей отца, когда Тони впадал в депрессии и не мог позаботиться о дочери. Хэппи стал вторым отцом, Макс не боится назвать его так. И сейчас он лежит в реанимации с небольшой вероятностью выжить. Тони ругался с врачами, говоря, что будет жаловаться. но он ничего не сделает. На данный момент Тони собирает документы, чтобы перевести Хэппи в другой штат, чтобы его знакомый принял Хогана. Макс смотрит на эту записку и внутри разгорается пламя, ненависти заполняет разум, затемняя здравый смысл, она смотрит, как люди бегают по улицам. Кто-то бежит домой, а кто-то неспеша идёт по улице, зная, что его никто не ждёт дома. Макс не относится ни к первому, ни к второму, её ждут дома, её любит отец, но она всё равно чувствует себя одинокой.       Она крутит в руках раскладной нож, открывая, закрывая его. Обдумывает свой план до малейших деталей. Чтобы всё было настолько идеальным, никто не должен будет догадаться, что это именно она. На телефон приходит сообщение от отца. Он приехал, сейчас должны поехать домой.       Макс спускается с крыши, убирая ножик в карман джинс, отец стоит у машины и с кем-то разговаривает по телефону, он выглядит очень усталым, видимо, пытается найти тех, кто будет искать убийцу, он бы хотел сам это сделать, но слишком занят.       — Поехали? — голос пустой, усталый, Макс понимает это и не лезет к отцу с расспросами, просто садится в машину и молча едет до дома. Она также молча идёт к себе и не выходит до завтрашнего дня. Знает, что Тони сейчас, наверняка налил себе виски и пьёт.       Это разжигает новый огонь ненависти и злости.       Она обязана отомстить.