It ends where it started

Каждый из нас с детства знаком с миром сказок. Но откуда они взялись? Кто их автор или создатель? Откуда пошли все известные нам рассказы про Золушку, Белоснежку, Прекрасного Принца и прочих? Думаете, кто-то просто поверил в магию и вообразил себе небылиц, да перенес их на бумагу? Как бы не так. Эта история поведает вам о том, как все было на самом деле. Давным - давно существовал мир, что действительно был наполнен магией и волшебными существами. Храбрые рыцари, что сражались за сердца прекрасных дев, чудовища, что нападали на города и разоряли сёла, маги, чародеи, эльфы, короли и королевы. Все это действительно было, но мир этот не делился на добро и зло. Жизнь в целом многогранна и не делится на исключительно черное и исключительно белое, не так ли? Безусловно, в том мире было и правящее королевство – как же без него? Называлось оно – Алеридж. Владения его простирались на сотни километров во все стороны света, не достигая, разве что, севера. То, что происходило на скрытых землях, вы, безусловно узнаете, но позже. Как это обычно бывает, при королевстве существовал клан могущественных чародеев, что охраняли его владения от угроз и сохраняли баланс между тьмой и светом. Вероятно, вы представили себе кучку седых стариков с длинным бородами и волшебными посохами? Оставьте свои представления, все было иначе. Клан Моранте славился не только виртуозными навыками в магии, но и красотой их обладателей. Вместе с кланом могущественных чародеев король и королева успешно правили своими землями и жили там все вполне себе дружно и едино. До поры до времени. Однажды, одним теплым летним вечером все королевство праздновало важнейшее событие десятилетия – родилась принцесса. Все жители главного города королевства – Вимросса были приглашены на величайший пир, что проходил во Дворце Королей. Сам по себе дворец внушал величие и благоговение – построенный из белого камня, что отражал собою свет на весь Вимросс, шпили башен, казалось, касались облаков – поистине произведение искусства. В тот день он весь был украшен розовыми пионами – каждый лепесток был для принцессы. Все празднество происходило в тронном зале. Столы, длиною в несколько метров, были усыпаны разного рода яствами, люди веселились до отвала. Конечно же, за главным столом восседала королевская чета и принимала поздравления и пожелания здравия и процветания для принцессы. По залу раздался звук горна – символизирующий о том, что король требует тишины. Король Эдриан с довольным лицом восседал на троне. Это был мужчина средних лет, с черными как смоль волосами и голубыми глазами. Обычно он носил бороду, но в этот день он был гладко выбрит – символ нового начала. Фигурой он был подтянут – король никогда не упускал возможность потренироваться танцам с мечом. И хотя черты лица его были слегка грубыми и квадратными, своей искренней улыбкой, полной счастья и надежды он разбавлял весь свой суровый вид. По левую руку от короля сидела его жена – королева Анна. И хотя по годам она не уступала мужу, выглядела она намного моложе своих лет.       Хрупкая и воздушная на первый взгляд, но суровая и величественная на деле. Иная бы не смогла носить корону, что украшала ее роскошные длинные волосы, цвета самого обжигающего огня. В ее зеленых глазах была гордость за мужа, за себя, за все королевство и нежность к дочери, которую она все это время держала на руках. На протяжение нескольких десятилетий они бок о бок справлялись со всеми трудностями и невзгодами и были преисполнены ожиданием счастливого нового начала с их принцессой. Дождавшись, когда в зале все утихнет, король медленно поднялся с трона и аккуратно, словно перышко, взял на руки свою дочь. Слегка откашлявшись, он обратился к гостям: – Жители Алериджа! Сегодня мы празднуем особенный день. Думаю, вы все итак в курсе, – по залу пробежался одобрительный смешок, – Всего пару дней назад моя жена, – он с теплом посмотрел в ее сторону, – Королева Анна, подарила мне прекрасную дочь. Уверяю вас, пока не видно, но она самое прекрасное, что происходило с нашим королевством. Однажды она вырастет и будет править королевством с нами и после нас. Ее ждет долгий и тернистый путь, но мы будем рядом. И вы все, надеюсь тоже. Господа и дамы, поприветствуйте принцессу Аннабель! Зал наполнился звуком аплодисментов и громких возгласов с поздравлениями. Все смеялись и радовались. Поистине самый счастливый день для королевства. Король, все еще держа дочь на руках, аккуратно вышел из-за стола, предварительно взглядом поймав легкий одобрительный кивок королевы. Эдриан направился в сторону мужчины, что все это время стоял в тени, слегка поодаль от места восседания королей. Тот человек выглядел молодо и угрожающе – даже черный кожаный дублет не мог скрыть сильные мускулистые руки. Коротко стриженный, волосы цвета платины и серые глаза. Вы уже догадались, о ком идет речь? Да - да, это был один из чародеев, что существовали при дворе. В тот день его главной задачей была защита принцессы и с этой задачей он планировал справиться как подобает. – Деван, отнеси малышку в ее покои, будь добр, – улыбнувшись, Эдриан протянул мужчине свою дочь, завернутую в розовое одеяльце, – Ты мой друг и никому другому я бы не доверил защиту своей дочери, помни об этом. Деван мягко улыбнулся, наблюдая за тем как малышка теребит вышивку на кафтане Эдриана. – Это честь для меня, ваше Величество, – улыбаясь, произнес он, и слегка поклонился. Взяв девочку на руки он еще раз посмотрел на Эдриана, а затем растворился в светлом облаке дыма. В спальне принцессы было тихо. Деван аккуратно положил засыпающую принцессу в кроватку и прошептал: – Из тебя выйдет прекрасная принцесса, Аннабель. Выпрямившись, он осмотрелся вокруг. Эдриан с Анной постарались на славу, украшая детскую комнату. Игрушки, собранные со всего света, украшали каждый уголок вероятно, самого уютного пространства во дворце. Все было сделано в нежных розовых тонах. Над кроваткой висели хрустальные бабочки и каждый раз, когда их крылья соприкасались друг с другом, раздавался приятный, убаюкивающий звон. Деван слегка коснулся пальцами крыльев бабочек и в тот же миг те словно ожили и начали порхать сами по себе. Пройдя в центр комнаты, Деван медленно выдохнул и вытянул руки в обе стороны. Он начал что-то шептать себе под нос, и из его ладоней полились лучи света, обволакивая всю комнату. То было защитное заклинание – подстраховка на случай, если кто-то пожелает зла принцессе. Несмотря на оптимистичную картину мира, король с королевой дураками не были и прекрасно понимали, что в любом королевстве, каким бы хорошим правителем ты ни был, всегда найдутся те, кто будет не доволен. Потому было решено наложить защитный барьер как на комнату, так и на саму принцессу. Никто и во всем целом свете не смог бы причинить ей вреда. Деван был уверен в этом. Перед уходом чародей снова подошел к принцессе. В его руке как по дуновению ветерка появился цветок – розовый пион, конечно же. Ее цветок. Он аккуратно вложил его в маленькую ручку малышки и испарился в дыму. *      *      * Прямо в центре Вимросса, посреди домов зажиточных горожан грозно возвышался замок Моранте. Он не был похож на замок в прямом смысле слова, как обычно представляются каменные темные замки с башнями, в которых томятся принцессы. Здание было массивным, с двумя главными башнями, что соединялись медной аркой между собой и имели продолжение в виде невысокого продолговатого строения. Окна замка были из разноцветного витражного стекла – именно они добавляли тепла и света столь мрачному, на первый взгляд, строению. В одной из башен располагалось излюбленное место супруги Девана – библиотека невероятных размеров. Сотни книжных полок, заставленных талмудами, что скрывали в себе мудрость всех известных и неизвестных культур и народов. Астра любила проводить время за книгами. Эта женщина была убеждена, что одной магии, подаренной ей при рождении, не достаточно для того, чтобы познать ее сущность в полной мере. В тот день она с особым упорством изучала древние свитки, найденные Деваном и его учениками во время их последней экспедиции в руины Аркберта – все, что осталось от древнейшей из рас, населявших Алеридж – благородных эльфов. Астра не заметила, как Деван возник за ее спиной. Ему нравилось наблюдать за ней вот так – когда она была полностью погружена в изучение чего-то нового, неизведанного. В ее глазах неустанно горел огонь человека, что жаждал познать все на свете. Порой она так увлекалась, что начинала разговаривать сама с собой, причем так выразительно, что, казалось, будто бы сами книги ведут с ней диалог. Деван любил ее. Всякий раз, когда она улыбалась, он чувствовал, что перед ним целая вселенная, которая существует только для него, и если бы Астра попросила его достать звезду с неба – он бы сделал это без единого вопроса. Еще сильнее его любовь закрепляло, как ни странно, ожидание ребенка. День, когда они узнали об этом, стал самым счастливым для чародеев со всего света, ведь от союза между чистокровными чародеями уже несколько столетий не появлялись дети. Оба чувствовали, как их любовь расширяется, становится всеобъемлющей и при этом концентрируется в одном крохотном чуде света, что Астра носила под сердцем. Мягкой кошачьей походкой Деван подкрался к любимой и положил руку ей на плечо. Астра вздрогнула и резко обернулась в сторону мужа. Она, оцепенев, смотрела на него, и в ее взгляде можно было увидеть необычайный страх и ужас, и чтобы понять, что случилось что-то страшное, не нужны были слова. В момент, когда Деван коснулся плеча Астра, он ощутил все ее чувства, мысли – они будто стрелой насквозь пронзили его так, что в следующую секунду его лоб покрылся холодным потом. Чародейка безмолвно указала взглядом на свиток, переводом которого занималась весь день и сложила руки на груди, пытаясь собраться с мыслями. – Это пророчество, Деван. Страшное. Не могу сказать, как давно оно было написано, но однозначно еще до существования Алериджа. Ее голос звучал холодно и низко, а взгляд не отрывался от древних письмен. Деван нахмурился и сделал аккуратный шаг в сторону жены. Мысленно он уже перебрал все возможные события, что предрекла его недавняя находка. Это могли быть многовековые войны, голод, мор, даже мысль о возможной угрозе принцессе не ускользнула от него, ведь всего несколько мгновений назад он накладывал на нее защитные чары. Но он и представить не мог, чем для него и всего мира обернется этот вечер. – О чем там говорится, Астра? – он аккуратно приблизился к ней и посмотрел прямо в глаза. – О Тьме, Деван. О том, что настанет день, когда Тьма вырвется на свободу и даже мы не сможем ее удержать, хотя это всегда было нашим предназначением. Но это не все, – в уголках глаз Астры проступили едва уловимые слезы. Она прижалась к нему ближе и уперлась лбом в его подбородок. – Одной летней ночью, когда небо будет особенно ясным и озарит весь мир яркостью звезд, родится дитя чародеев, что будет обладать огромной силой еще до рождения. В момент его рождения самая яркая звезда избавится от небесных оков и своим падением даст знак о том, что пророчество вступило в силу и Тьма начнет свое движение. Единственным, кто сможет остановить ее будет то самое дитя. И либо душа его будет чиста и светла и оно отведет опасность от нас всех, либо вберет в себя Тьму и тогда уже никому не спастись, – ее голос дрогнул. – Деван, речь о нашем ребенке. – С чего ты взяла, что именно о нашем? – Я чувствую силу, что растет во мне, Деван. Она мне не принадлежит и я не могу управлять ею. Да и сам подумай, последним рожденным от союза чародеев был ты лет, сколько, триста назад? С того момента не было ни одного подобного случая. Весь наш клан живет и пополняется лишь за счет поиска одаренных детей, рожденных от смешения кровей, чью силу можно направить в правильное русло. Магия неизменно берет свою плату с каждой чародейки – мы не можем иметь детей, и я думала, что не могу, но случилось то, что случилось и я до сих пор не знаю, как это объяснить. Ничего не происходит без причины. Ты знаешь это. Молчание, повисшее в комнате давило и медленно, словно паразит, пробиралось в сознание Девана, поражая каждую клеточку его тела. Он знал, что Астра права во всем. Она всегда была умнее и мудрее него – в то время как он мог уповать лишь на свою силу и эго защитника, Астра на все имела свою точку зрения, смотрела на любую ситуацию с разных сторон и принимала решения, которые в конечном итоге приводили всех к успеху и процветанию. Она бесконечно верила в людей и в свет и несла его вместе с собой, куда бы ни пошла. Впервые за столь долгую жизнь, действительно долгую, Деван не знал что делать. Слова комом спутались в горле и не решались выйти наружу и тогда, именно в это самое мгновение он принял решение, что впоследствии разрушит не одну жизнь. Не двигаясь, он медленно прошептал: – Спрячь свиток так, чтобы никто его не нашел, даже я. Ни единая душа в королевстве не должна узнать о пророчестве. Астра отшатнулась от мужа, с непониманием ища проблески света в лице чародея, что не выражало ничего, кроме мрака. – Но, Деван… Это не правильно… – Это не обсуждается. Я сделаю все, чтобы защитить нашего ребенка и ни одно существо, ни одно пророчество его не посмеет коснуться, пока я жив. Мне жаль, Астра, но я должен это сделать. Ты никому не расскажешь. Не дав ей возможности осознать происходящее, Деван резко взмахнул рукой и провел пальцами по ее губам, накладывая заклятие, о котором уже жалел, но слепой страх и уверенность в том, что отрицание неизбежного спасет их, затуманило его разум окончательно. Он будто забыл о своей любви и о счастье, что дарила ему Астра, все это казалось ему несущественным и бессмысленным, если их дитя станет жертвой. Деван не знал, что Тьма уже пробралась в его сердце, прилипла к его внутренностям, как смола, и аккуратно вытягивала его душу. Он не знал ровным счетом ничего и от этого ему становилось страшнее. Единственное, в чем он был уверен наверняка, это в своей безумной любви к еще не рожденному чаду, ради которого он был готов пожертвовать абсолютно всем. Даже любовью и голосом жены, что упав на колени безмолвно кричала, утопая в собственных слезах.