Space was just a word made up by someone

      Минхо готовился к выступлению, стоял перед зеркалом, пристально себя рассматривая. Его волосы были аккуратно уложены легкими волнами, веки поблескивали от теней, которыми его накрасил Джисон, а губы выглядели еще пухлее из-за персикового блеска. И он был влюблен в этот макияж — его парень прекрасно справился.       Минхо нашел на распродаже пиджак, который, по словам Хана, идеально ему подошел: он был больше на размер и притален. Джисон заставил его надеть вещь на голое тело. И если это он еще готов был потерпеть, то кожаные штаны, которые выглядели на нем, словно вторая кожа, его нервировали.       — Не думаю, что эти штаны мне подходят.       — Почему? — Джисон подошел к Ли со спины и приобнял его. — Ты выглядишь просто потрясающе, идеально подходит под танец, и тебе удобно в этом двигаться.       Танцевать было и правда удобно, Минхо не мог с этим спорить. Но его жутко раздражал тот факт, что эти штаны так сильно обтягивают. Он поцарапал ногтями свои бедра под тканью.       — Слишком все видно.       Минхо раскрыл Джисону свои проблемы в отношении внешности только спустя время. Джисон тогда посмотрел на него во все глаза, не веря, а затем обсыпал его поцелуями и комплиментами. Ли, конечно, был признателен за это, но ситуацию в полном масштабе это не спасло.       — Если тебе действительно некомфортно, можем поискать другую одежду, — Хан устроил свой подбородок на плече старшего, рассматривая их отражение в зеркале. — Но, честное слово, ты выглядишь так горячо. Ты сразишь всех наповал.       Ли задумался, идеализировал ли его внешность Джисон, потому что любил, или искренне ценил его красоту. И первый вариант побеждал с явным отрывом.       — Не знаю… — Минхо сжался под пристальным взглядом младшего. Джисон разглядывал его в отражении, испепеляя одежду взглядом, оставляя кожу Ли обнаженной.       — Я понимаю, ты сомневаешься в себе, — Хан прижался губами к открытой шее Минхо. — Но я тебе обещаю, Ли Минхо, ты самый невероятный парень в мире.       Минхо горько усмехнулся, слегка теребя низ пиджака. Он понимал, что любят вовсе не за внешность, но ему хотелось чувствовать себя уверенно, и, как бы Минхо ни старался разобраться с этим, все было тщетно. Еще вчера он думал, что будет прекрасно выглядеть, но сегодня ему уже не хочется выходить из дома.       Хан встал напротив старшего близко-близко. Он был чуть ниже ростом, но это не мешало ему иметь давящую ауру. Джисон никогда не отличался гениальностью идей, но сейчас ему хотелось помочь любимому хоть немного справиться с его проблемой.       — У тебя потрясающие глаза, — Джисон дотронулся подушечками пальцев до век Минхо. — В них видна вселенная, будто совершенно другой мир. Когда я смотрю в них, мне всегда становится спокойнее. — Хан взял лицо Минхо в свои руки, — Люблю твои пушистые ресницы, а еще то, какой очаровательный, когда думаешь. Ты забавно дуешь губы, становишься похожим на котенка.       Минхо опустил взгляд в пол.       — Любовь моя, смотри на меня, пожалуйста, — прошептал Джисон, целуя старшего в лоб. Тот вновь встретился с ним взглядом, слегка улыбнувшись.       — Обожаю твою улыбку, особенно когда ты стесняешься. Ты становишься таким домашним, уютным. Моим Минхо.       Теперь Ли смотрел на Джисона, не отрывая глаз. Хан частенько делал ему комплименты просто так, без повода, но сейчас эти слова были особенными для Минхо. То, как Джисон звучал, было особенным. Так звучала искренность и любовь: тихо, трепетно, нежно.       — Люблю твои руки, — продолжал Хан, проведя ладонями по плечам Минхо. — Они очень красивые, на них идеально выступают вены, и у тебя красивые пальцы. А еще, когда ты обнимаешь меня, держишь меня ими… Я чувствую себя ничтожно маленьким.       Джисон медленно расстегнул пуговицы на пиджаке Минхо, одну за другой, и снял его. Минхо начал понимать, куда все сворачивает.       — Люблю твое тело, — он провел ногтями по коже груди, слегка задевая соски, вниз к животу. Минхо напрягся из-за ощущений. — Люблю твой животик. Мне нравится лежать на тебе после тяжёлого дня, чувствовать тепло и его мягкость. Люблю, когда ты выходишь из душа без верха, когда вода с волос стекает по твоей груди и спине вниз. Это горячо.       Грудная клетка Минхо тяжело поднималась вместе с его дыханием. Хан медленно и мучительно игрался с его нервами.       — Люблю этот шрамик, — хихикнул Джисон, мягко ткнув указательным пальцем в след от операции, в самую больную точку Минхо. Он стеснялся этого шрама больше всего. Когда у них случился первый раз, Минхо напрочь забыл обо всех своих проблемах, полностью погружаясь в момент, но после, когда Хан спросил о следе, хоть и рассказал ему, что это была простая операция, ему было странно, что Джисон так спокойно смотрел на него. Даже с теплотой во взгляде.       Джисон подошел еще ближе, прижимаясь губами к шее Минхо: — Люблю целовать тебя. Твою шею, грудь. А твои губы, Минхо, особенное произведение искусства.       Джисон шептал это, медленно целуя линию челюсти Минхо, затем его щеку. Он оставлял еле заметные прикосновения губами, осторожные. Затем остановился, чмокнув его в уголок губ.       — Разрешишь поцеловать самого красивого парня в мире?       Минхо хотел возразить, но не успел: Джисон жарко впился в его губы своими. Ли сдавался под таким напором. Было горячо, медленно и сладко. Джисон сминал губы Минхо, оттягивал нижнюю губу своими зубами, пробегался языком по небу. У Минхо подкашивались ноги.       — Они такие мягкие, — ворковал Хан, оторвавшись от губ, обнимая старшего за шею. — Вечность бы их целовал.       В голове Ли гудело возбуждение, что не ушло от цепкого взгляда Джисона. Он усмехнулся.       — Разденься, пожалуйста, тоже, — просил Минхо. Он не мог позволить себе просто попросить об этом, поэтому сохранившиеся частицы трезвости в его разуме кричали о поиске причины: — Мне некомфортно, что голый только я.       — Мы не лжем друг другу, котенок. Причина не в этом, — Хан плавно начал снимать с себя абсолютно всю одежду. — Но я все равно удовлетворю твое желание.       Когда Хан встал полностью обнаженный перед Минхо, тот не мог удержаться и не рассмотреть его. Минхо знал это тело наизусть, каждую родинку, каждый след, каждое чувствительное место, но ему все равно было мало. Он наслаждался телом Джисона, как самым вкусным десертом, который никогда не сможет приесться.       Джисон опустился на колени, плавно ведя ладонями по ребрам, а затем вниз к животу. Его мягкие касания вызывали мурашки по коже и адское желание большего.       Те самые кожаные штаны медленно стянулись с бёдер.       — Люблю их, — Джисон сжал массивные бедра Минхо и облизнулся. — Сносит крышу, когда ты в обтягивающих штанах или шортах. Не могу думать ни о чем, кроме того, что хочу объездить тебя. Или искусать всего.       Минхо сглотнул слюну, которой было слишком много из-за желания, когда заметил, как Джисон прикусил губу.       — Ты красивый, Ли Минхо, — ворковал Хан, целуя тазовые косточки, ведя языком от паха до пупка, оставляя несколько отметин внизу живота. — Я люблю в тебе каждый сантиметр.       Минхо тяжело дышал. Смотреть на такого Джисона было невозможно. Его полный похоти, сумасшедший взгляд бегал по телу старшего. Губы Джисона были блестящими от слюны, потому что он постоянно их облизывал. Их хотелось безотрывно целовать. Хан был не тем очаровательным мальчиком, каким был всегда. Всякий раз, когда он проявлял инициативу, он становился демоном.       Минхо зарылся пальцами в волосы Хана, слегка оттянув его голову от своего тела, заставляя посмотреть ему в глаза.       — Ты — моя драгоценность, детка, — он наклонился, чтобы поцеловать Джисона в губы. Хан застонал. Минхо хотелось младшего прямо сейчас абсолютно всего, без остатка. — Я очень хочу, чтобы ты отсосал мне. Пожалуйста. С ума схожу от тебя такого.       — Как скажешь, котёнок.       Джисон игриво улыбнулся, стягивая со старшего белье.       — Одно условие.       Минхо вопросительно кивнул.       — Если оторвешь свой взгляд от зеркала, я все прекращу.       Ли был немного в шоке, он поднял голову и его взгляд встретился со своим собственным в отражении. Смотрел на него тот Минхо слишком похотливо, выставляя напоказ следы на теле, которые оставил Джисон в его самых нелюбимых местах. Он понял, в чем заключалась цель младшего, но, честное слово, ему так не хотелось преследовать ее вместе с ним. Он снова отвернулся.       — Пожалуйста, котёнок, будь моим хорошим бойфрендом. Посмотри на себя, ты такой красивый, — Джисон лизнул головку члена, вызывая шипение Минхо. — Особенно, когда кончаешь.       Минхо подавился воздухом, а Джисон прошелся языком по всей длине его члена. Хан обожал доставлять Минхо удовольствие своим ртом, всегда знал, как нужно, старший улетал на седьмое небо от удовольствия. Сейчас Джисон взял плавный темп, буквально вылизывая Минхо, лишь иногда медленно заглатывая полностью, сантиметр за сантиметром. От мучительного темпа пробирало до костей.       Минхо любил смотреть на Джисона, пока тот доставлял ему удовольствие, любил гладить его по волосам и лицу. Но сейчас он не мог. Джисон дал чёткий приказ, и, как бы он ни хотел, он не мог его ослушаться.       Ли снова взглянул в зеркало. В отражении он увидел себя, полностью погруженного в собственное удовольствие, получающего истинное наслаждение от рта любимого человека. Его кожа раскраснелась, все те же ярко алые засосы внизу живота только потемнели еще больше, потому что Хан не мог остановиться метить его, искусанная кожа бёдер, которых так стеснялся Ли. На его руках от напряжения выступили вены, а пальцы левой руки были погружены в густые волосы Джисона. Все это в нем Джисон обожал? По всему этому Джисон с ума сходил. И сейчас он с упоением отсасывал Минхо, все также гладя руками его тело. На коже оставались белесые следы от его ногтей, которые пропадали практически сразу. Это было безумно приятно.       Джисон периодически отрывался от члена, беря тот в руку, и покрывал поцелуями тело Минхо везде, где мог достать. Они были то лёгкими, еле заметными, нежными, то мокрыми, страстным и горячими. Джисон показывал, что Минхо его. Джисон шептал, какой Минхо великолепный, и как он прекрасно выглядит прямо сейчас. Эти слова отзывались в возбуждении Минхо. Он смотрел на себя в зеркало, чувствовал взгляд младшего снизу вверх, но глаз не опускал, как было уговорено. Джисон издал довольный смешок, сказав, какой его котенок молодец, и укусил за бедро.       Минхо на грани. Он опустил взгляд чуть ниже, когда услышал звук открывающейся бутыли смазки. Он не понимал, для чего, медленно начал рассматривать великолепную широкую спину Джисона и, наоборот, узкую талию, смотрел на прекрасную мягкую задницу. В голове Минхо желание отшлепать младшего такое сильное, что терпеть невозможно. Но он отвлекся от этой мысли. Он увидел кое-что гораздо горячее.       Джисон погружал в себя пальцы. Растягивал себя. Делал движения туда-сюда. Это было последней каплей. Минхо поперхнулся воздухом, сильно сжал волосы Хана на затылке и кончил.       Хан отстранился, откашливаясь и утирая рот тыльной стороной ладони.       — Ты бы хоть предупредил, — он поднялся с колен.       — Прости… — Минхо слегка шатало, он смотрел на Джисона затуманенным взглядом. — Я просто увидел, как ты играешься…       — О, понравилось моё представление? — Джисон обнял Ли за плечи, прикусывая нижнюю губу. Он всегда ластился к Минхо, словно сам являлся котом, с которыми так упорно сравнивал Минхо. Джисон не мог без объятий старшего, без ощущения его рядом с собой. Он был нужен ему.       — Ты невозможный.       Минхо поцеловал Джисона так мягко, насколько может, скользя языком по его пухлым губам внутрь рта, ощущая отклики собственного вкуса.       Джисон прижался сильнее, терся пахом о бедра Минхо и тихо мурлыкал от удовольствия. Ли схватил его за ягодицы, сминая мягкую кожу на них. Затем легонько шлепнул, чтобы не причинить боли. Джисон протяжно простонал. Потрясающий звук.       — Хочу, чтобы ты сел на пол, — Хан запрокинул голову назад, подставляя Минхо собственную шею под поцелуи-засосы.       — А ты?       — А я буду на твоих коленях, — Джисон снова простонал, когда Ли прикусил тонкую венку на его шее, одновременно с этим снова шлепая его.       Минхо беспрекословно опустился на пол, чувствуя голой кожей бёдер мягкий ворс ковра. Джисон уселся сверху, скрещивая свои ноги за спиной старшего. Минхо улыбался. Они оба обожали любить друг друга вот так, лицом к лицу.       Хан выцеловывал шею Минхо, вылизывал её и кусал. Ли, по сравнению с их первым разом, стал куда громче. Он не сдерживался всякий раз, когда Хан плавно его доводил.       — Не передать словами, как я обожаю твой голос, — ворковал Джисон, кусая мочку уха.       Минхо прижал его тело к себе сильнее, вдыхая аромат духов Джисона и его собственного тела. Это был его любимый запах.       — Нам нужно растянуть меня побольше, — Хан водил пальцами по груди старшего, сжимая меж них чувствительные соски.       — Ага… — сглотнул Минхо. — И у меня есть идея. Перевернись, пожалуйста, спиной ко мне.       Хан удивлённо на него посмотрел, но просьбу выполнил. Он уселся на колени, прогнувшись в спине, оборачиваясь на своего парня, который жадно его рассматривал. Джисон усмехнулся.       — Тебе нужно сесть по-другому, — Минхо потянул его на себя, чтобы Джисон спиной лег на его грудь. Ноги Хана разъехались, и он уселся так, что его задница была вплотную к паху Минхо. — Посмотри на нас.       Хан поднял взгляд на отражение, и у него поплыло сознание. На него смотрели две пары безумных глаз, шоколадный оттенок которых стал полностью чёрным. Оба дышали через рот, пытаясь не терять связь с реальностью и кислород в лёгких. Сильные руки Минхо гладили внутреннюю сторону бёдер Джисона, которые тот пытался свести, но ему не позволяли. Минхо мстил: также царапал кожу, как Хан его живот.       Джисон оперся руками о бедра Минхо, которые сжимали его по бокам. Он так сильно впился пальцами, что Минхо зашипел.       — Я обожаю их, — прошептал Джисон, впиваясь сильнее. — Хочу быть только на них.       — Ты сумасшедший, — Минхо куснул его в плечо, вызывая вскрик возбуждения. — На чем мы остановились?       Хан кивнул головой в сторону бутылки смазки.       — Твои пальцы должны быть во мне, котёнок.       Минхо хмыкнул, прижимаясь губами к шее Хана. Он обожал уделять ей особенное внимание, а Джисон всегда покорно подставлялся.       — Раздвинь для меня ноги сильнее, пожалуйста, — прошептал он на ухо Джисону. Тот закрыл лицо руками, но снова повиновался. — Умница.       Минхо целовал волосы Джисона на затылке, пока осторожно растягивал его одним пальцем, а затем быстро имея его уже двумя. Джисон просил большего, умолял, ерзал на ковре, задевая пах Минхо своими ягодицами, царапал кожу бедер. Его голова была откинута, назад на плечо Минхо. Ли ввел еще палец и взял лицо Хана за подбородок свободной рукой.       — Сам заставлял меня смотреть на самого себя, а теперь отворачиваешься, — Минхо кусал мочку уха Джисона. — Ты тоже должен смотреть, детка.       Минхо проникал так глубоко, насколько мог. Три пальца входили по самое основание, заполняя Джисона, как тот обожал это. Он закинул руку назад на шею Минхо, туда, где она переходит в плечо.       Хан смотрел на них в отражении. Он кричал от до сумасшествия приятных ощущений. Его вело от того, как Минхо властно удерживает его лицо одной рукой, а вторая была меж его бёдер и так сладко доставляла ему удовольствие. Старший каждый раз поражался тому, что Хана так уносит.       — Блять, только посмотри на себя, — хрипел Минхо, сжирая картину перед его глазами. Джисон с широко разведенными ногами, весь открыт, податлив, требует еще. Джисон требует еще только его. Джисон весь его.       — Я… — начал вдруг говорить Хан. — План был в другом…       — О чем ты, детка?       — Я… о, боже, — взвизгнул младший, когда Минхо снова надавил на простату. — Я хотел, чтобы мы занялись этим перед зеркалом для тебя… — его мысль прерывалась из-за того, что Минхо начал постоянно давить своими потрясающим пальцами на чувствительное место. — А в итоге ты смотришь на то, как тебя сильно хочу я… чёртов ты… Ли Минхо…       Имя Минхо было выкрикнуто. Джисон кончил. Он обмяк на груди Минхо, обнимающего его всеми конечностями. Перед его глазами все плыло. Джисон чувствовал сердцебиение Минхо своей спиной, и это успокаивало.       Минхо молчал, медленно вытащив пальцы, смотрел на то, как расслабленно на нем лежит Джисон. «Как тебя сильно хочу я». Эта фраза врезалась в мозг Ли.       — Хани?..       Джисон промычал в ответ. Он слегка свёл колени вместе, устроившись удобнее в руках старшего.       — Ты сказал, что сильно хочешь меня? — осторожно спросил Минхо, водя подушечками пальцев по худым бедрам Джисона.       Тот засмеялся.       — А ты не заметил? — Джисон неуклюже перевернулся, вставая на четвереньки, смотря в блестящие глаза Минхо. Их лица были близко-близко, носы почти соприкасались. — Я так сильно тебя хочу, что мне сводит живот, даже пока ты ещё не коснулся меня, — шептал Джисон прямо в губы Минхо, не отрывая взгляда. — Я так сильно тебя хочу, когда вижу, как ты танцуешь, твои плавные движения, потрясающие изгибы твоего тела.       Хан усмехнулся, видя, как Минхо таращится на него. Он подполз ещё ближе, к уху Ли. Старший потерял дар речи, ритм дыхания и сердца. Любимый Хани Минхо снова включил своего демона-искусителя. Черт.       — Люблю, когда ты вдавливаешь меня в кровать своим сильным телом, проникая в меня до невозможного глубоко.       Минхо резко посмотрел на Джисона. Его ошарашенное лицо, глаза, бегающие по лицу Хана — все это выражало такой шок и новую волну возбуждения у Минхо.       Джисон шептал нежно, игриво, обдавая теплым дыханием ушную раковину Минхо, вызывая кучу мурашек.       — Ты… — хрипел Минхо. В его горле пересохло, возбуждение нарастало с небывалой силой. — Ты переходишь границы.       — Границы? — Хан отпрянул, сделав вид, что удивился. — Котёнок, глянь на себя. Ты хочешь меня так сильно. Всегда хочешь, я знаю. А знаю я это, потому что также сильно сам хочу тебя. Много, до дрожи. Мне всегда тебя мало, хочется постоянно быть с тобой и чувствовать тебя.       Минхо попытался поймать губы Джисона своими. Но тот лишь засмеялся, обхватывая возбуждение Минхо ладонью, сжимая. Ли откинул голову назад, ворча себе под нос. Хан обхватил ладонью затылок старшего и вернул его взгляд на себя.       — Обещай мне, что всякий раз, когда ты будешь носить что-то, по твоему мнению, некомфортное, ты будешь думать о том, как сильно я желаю тебя.       Минхо позволял Джисону поглощать себя, соблазнять себя этими яркими речами. Минхо позволял Джисону все.       — Обещаю. Только поцелуй меня.       Минхо позволял себе быть слабым рядом с Джисоном.       Хан моментально откликнулся на мольбы. Поцелуй был страстным, мокрым и громким. Было слишком много языков, они яростно кусали губы друг друга, сталкивались зубами. Оба стонали в унисон.       — Возьмешь меня сзади? — спросил Джисон, полностью придя в себя после оргазма и грациозно становясь в коленно-локтевую.       — Коленям будет больно делать это на ковре, — Минхо засмотрелся на прекрасный вид. Хан прогибался в спине и смотрел ему в глаза через зеркало.       — Я отсасывал тебе полчаса назад на этих самых коленях. Не сломаюсь, — Джисону не терпелось.       — Это было неожиданностью, я даже не успел тебе ничего сказать, — Ли потянулся за подушкой, которую подложил под колени Джисона. — Так лучше.       Джисон улыбнулся, ему была приятна такая забота. Он полностью опустился грудью на ковер так, что его ягодицы были высоко приподняты. Он ждал, пока Ли раскатает презерватив по своему члену, и секунды ожидания казались вечностью.       Минхо снова слегка шлепнул по заднице Джисона, затем сжимая ее, и плавно вошел. Хан уперся лбом в ворс ковра и протяжно простонал. Наконец-то. Чувство наполненности сводило его с ума, он слишком сильно любил Минхо внутри себя.       Минхо скользил внутрь резко, сбиваясь с ритма, задевая чувствительную точку. Джисон прощался с реальностью. Он не мог нормально дышать. Его колени разъезжались в разные стороны, ему было все равно на подушку под его ногами, он уткнулся лицом в сгиб локтя, оставлял пятно слюны на ковре. Потрясающе. Он любил, как Минхо берет его.       Хан ощущал поцелуи на своей шее и плечах, по позвоночнику. Кожа пылала из-за губ Минхо, было слишком горячо. Тот полностью лег на него, придавливая к ковру, сжав его запястья над головой. Джисон хотел остаться в этом моменте навсегда. Ему хотелось вечно слушать звуки шлепков кожи о кожу, стоны Минхо прямо над его ухом, ощущать старшего так близко.       — Я ходить не смогу, — отдышавшись, произнёс Джисон, когда оба кончили. Минхо все также лежал на нем, оставляя легкие поцелуи на волосах, гладя его руки. — Это было-       — Охуенно, — закончил фразу Минхо, сползая с Хана, ложась на ковёр спиной. — Хани, ты великолепный.       Джисон улыбнулся. Он протянул руку и положил её на грудь Минхо. После финала ему всегда хотелось нежности со старшим.       — Минхо?       — Да?       — Ты красивый. Ты очень красивый, сумасшедше красивый.       Минхо улыбнулся, встречаясь с тёплым взглядом своего парня.       — Пусть моя идея и провалилась, но я придумаю, как помочь тебе принять это.       Ли заключил младшего в свои объятия.       — Все в порядке, Хани, ты и так прекрасно справляешься. Твои слова о том, как сильно ты хочешь меня, снесли мне крышу. Так что, в целом, твой план сработал.       — Ага, и секс был потрясающим, — смеялся Джисон. — Надо чаще тебе говорить, как сильно меня с тебя ведёт.       — Не начинай. Второго круга ты не выдержишь.       Оба засмеялись.       Джисон прикоснулся к векам Минхо, слегка оттирая поплывшие тени на его глазах.       — Кажется, тебе придется переделывать прическу и макияж.       — Этот макияж был красивым…       — Я сделаю тебе его снова, это не долго.       Они лежали в тишине около десяти минут, пока Минхо не начало клонить в сон.       — Когда я увидел тебя впервые, я подумал, что ты самый красивый человек, которого я когда-либо встречал, — прошептал Джисон, устраиваясь на его плече. Минхо распахнул глаза. — Потом я узнал тебя, увидел твою заботу к нашим друзьям. Ко мне. И я влюбился. В то, какой ты уютный, добрый и внимательный. В то, что ты позволил мне быть с собой рядом. Мне хотелось давать тебе столько же взамен, даже больше. Я ждал твоей взаимности, готов был ждать ее вечность. Лишь бы ты был рядом. И, знаешь, мне было не тяжело ждать, мои чувства не были балластом. Я принял их так, будто моя жизнь была предназначена для тебя. Будто ты моя родственная душа. Я благодарен судьбе, что она свела нас. Я благодарен тебе, что ты полюбил меня в ответ.       Минхо молча изучал лицо Джисона. Его любимого человека, чувства к которому были безграничны. И каждое его слово откликнулось в его сердце.       — Ты почти довел меня до слез, Хан Джисон, — шмыгнул носом Минхо. — Никогда не думал, что ко мне могут чувствовать что-то настолько сильное.       — И ты заслуживаешь гораздо большего.       — Мне не нужен никто, кроме тебя, Хани. Мы действительно родственные души. Не знаю, что я бы делал без тебя.       — Ходил бы злым котом, который бросается на незнакомцев.       — Иди ты.       Они снова засмеялись. Минхо начал обсыпать легкими поцелуями лицо Хана, крепко прижимая его к себе. Минуты блаженства, которые хотелось продлить как можно дольше, прервались сигналом будильника.       — О, черт, — Минхо схватил телефон. — Через час выходить.       — Душ, и собираться, — Джисон чмокнул своего парня в щеку и поднялся с пола. Его ослабевшие ноги мешали ему ровно идти.       Минхо смотрел младшему вслед. Он не знал, на какое время этой уверенности, поселившийся в нем из-за Джисона, хватит, но точно понимал, что Хан не бросит его с этим одного. А это значит, Минхо справится.       — Люблю тебя, — прошептал Минхо, догоняя Хана и обнимая его сзади. Он снова поцеловал его затылок.       — И я тебя.