Переезд

      Ближе к одиннадцати часам вечера Тобио возвращается с работы. День проходит тяжело, медленно, но не хуже, чем все остальные до этого. Он едва ли успевает на последний автобус и чуть не засыпает, приклеившись к стеклу.       Дорога до нового дома не такая уж и долгая, по сравнению с предыдущими маршрутами и, через полчаса парень наконец-то перешагивает заветный порог своей квартиры. Там его встречает привычный бледный экран монитора от ноутбука, который он, по всей видимости, забыл выключить перед уходом, и разбросанные по полу вещи с чемоданами.       По-хорошему, нужно было бы сделать генеральную уборку, но Кагеяма слишком сильно устал после рабочего дня. Его сил хватило бы на недолгую готовку как минимум, но не сегодня точно. Физический труд сильно изматывал, но зато какой получался результат. Никто не говорил, что подрабатывать грузчиком будет легко, хотя для альф было просто необходимо поддерживать форму, пусть это и раздражало. Тобио всегда был строг к себе и к своей внешности. Уж чего, а запускать самого себя он не собирался.       После лёгкого душа юноша осторожно расстилает на татами спальный футон и принимается сушить волосы маленьким мягким полотенцем. Фен избыточно шумный, особенно в такой поздний час, поэтому Кагеяма пренебрегает удобством ради заветной тишины. Он и не замечает, как глаза закрываются, а голова устало валится на подушку, даруя тепло. Из приоткрытого окна слегка веет прохладой, ветер разгоняет духоту в помещении, от чего тянет в сон ещё больше. Июньские ночи весьма жаркие, но эта почему-то самая лучшая, самая свежая и спокойная. До определенного момента.

«Что за хрень?» — мысленно говорит парень сам себе, ощущая внезапный наплыв адреналина в теле .

      Тело само по себе напрягается, а нос щекочет до безумия приятный сладковатый запах, который сложно распознать. Где-то снизу доносятся странные звуки и, о боги, Тобио поздно понимает, что это за звуки. Стоны слишком откровенные и громкие для такого часа, но ... Неужели стены и потолки настолько тонкие?       Кагеяма прикусывает нижнюю губу и накрывает голову второй подушкой, надеясь, что это поможет перестать слышать беззастенчивые поскуливания (как сам Тобио подумал) течной омеги, а точнее, влюбленной парочки, что резвятся в поздний час. Тобио одновременно и злится и завидует. От этого становится ещё злее и не выдерживает. — А ну, тихо, придурки! — Рявкает Кагеяма, ударяя кулаком по полу и внезапно замолкает, ведь звуки и правда прекращаются. — Твою мать...       Сон также быстро пропадает как и приходит. Брюнет трёт переносицу и хмыкает в воздух. Уснуть после такого не получится, это уж точно, особенно с новой возникшей проблемой, в которой виноваты молодые люди. Да-да, именно они. Взвесив все "за" и "против", Тобио не выдерживает и запускает руку с пижамные штаны, тут же заглушая первый вздох в подушке. Близости как таковой у него давно не было, а с последними проблемами и переездами он и вовсе позабыл о такой потребности. Его будто испытывают на прочность, не дают спокойно жить, постоянно искушают и заманивают.       В голове мелькает размытый облик человека, точнее, омеги. Неважно девушки или парня, сейчас это неважно. В такой простой фантазии Тобио делит одну кровать на двоих и все звуки, издаваемые ими двумя, чертовски похожи на те, что он слышал от соседей снизу. Пусть так, но это работает. Тело обдает волной жара, начиная от паха и заканчивая кончиками пальцев и ушей. В животе приятно тянет от каждого движения рукой и становится влажно. Клыки так и чешутся, неудовлетворительные, а бедра сами толкаются в руку, безжалостно насилуя её. Это всего лишь дрочка, ничего более. Снятие стресса, да и только. Не стоит связывать это с подростковыми гормонами и пошлятиной в голове, никакой зависти или же желания.       Тобио медленно гладит влажную головку большим пальцем, размазывая смазку, и протяжно мычит в сомкнутые губы от позабытого удовольствия. Рука бесконтрольно двигается вдоль члена и сжимается, заставляя юношу трястись от сладких судорог по всему телу. Он сдается. Да, он завидует. Да, он хочет этого тоже. И да, он мастурбирует на стоны соседей, воображая всякую ересь в своей голове.       Грёбаные соседи. Грёбаные апартаменты. Грёбаный недотрах и этот тупой омега, который возбудил своими криками и не дал спать. Надо было оставаться сверхурочно и до последней капли крови отрабатывать эту грёбаную квартиру, лишь бы сейчас не мучаться.       Звуки снизу начинают возвращаться, и альфа уже не противится им, наоборот, слушает внимательно и подстраивается под них. Он стискивает зубы плотно и позорно укладывается головой на пол, чтобы лучше слышать.       Голос довольно тихий, видимо, предыдущая угроза сверху напугала молодых настолько, что они решили быть потише. Однако некоторые фразы можно было разобрать вполне спокойно, что начало заводить ещё больше. Из всей бессвязной болтовни Тобио смог различить "ещё" и "больше не могу". Остальное смешивалось со всхлипами и тихими завываниями. Боже, как Тобио завидует этому парню, у которого есть пара. У которого есть кто-то, кто всегда рядом.       Когда всхлипы становятся громче, рука ускоряется и дарует долгожданное облегчение. Кагеяма прикусывает край своей футболки, слегка выгибается, жмурится и пачкает свой живот теплым семенем. Он тяжело дышит, будто дрочит первый раз в жизни. По факту, так почти и есть. Он впервые дрочит на чужие сношения. И это дико бесит, убивает гордость и ломает голову. Хочется прямо сейчас сдать квартиру, продать обратно или же отдать даром, ведь это полный пиздец.       Парень брезгливо поднимается с пола и смазывает сперму с живота пальцами, пока бежит в ванную комнату. Холодный душ как раз кстати. Брюнет раздевается полностью и уже морально готовится ко второму заходу, но вовремя останавлиет себя, ведь в его дверь оглушительно громко стучат. Точнее, буквально долбят и хотят снести с петель.       Тобио давится испугом и натягивает на бёдра трусы, выбегая в коридор. Глазка у него нет, это он замечает только сейчас, от чего медлит прежде, чем открыть дверь. — Сигареты не найдется? — Доносится знакомый голос, и Кагеяма ахает. — Во-первых, добрый вечер, — злобно цедит брюнет на такое скромное приветствие. Вот это наглая молодежь. Ни здрасьте, ни до свидания. — Я не курю, и тебе не советую, мелочь.       Тобио злой. Очень злой. Его день полностью испорчен, поэтому нет нужды для формальностей и вежливости. К чёрту их всех. О какой сигарете идёт речь? Что этот мелкий рыжий придурок себе позволяет так поздно? Врывается как к себе домой, нагло лыбится, просит закурить, стоит в одной рубашке раскрасневшийся и потный, с красными щеками и не менее красными ушами.       Так, стоп. Кагеяма ещё раз прокручивает в голове свой доклад о внешности мальца и поздно понимает, что от того доносится тот самый приятный омежий запах. Делать выводы получается плохо, но Тобио морщится и фыркает, чтобы прикрыть дверь, ведь становится очень стыдно. Он дрочил на Хинату. И он что, помнил его имя?? — Стой. Стой! Кагеяма-кун! — Шоё хватается за дверь будто за спасательный круг и тянет на себя. Удивительно, но у него получается открыть её, несмотря на то, что Тобио силой её пытался закрыть.       Альфа шипит и ловит на себе любопытный взгляд карих глаз. Ведь он до сих пор стоит в одних трусах на пороге своей квартиры. Ему всё ещё хочется уединиться и продолжить начатое, но после такого точно нет. Ни-ни. — Чего тебе? — Фыркает парень, искоса стараясь не пялиться на край мятой рубашки рыжего паренька, ведь от неизвестного ком в горле мешал дышать. У него точно ничего нет под подолом или это только так кажется? — Прости, что так поздно... — Мямлит Шоё, пряча руки за спину, от чего край белой ткани на его бёдрах стремительно поднимается. Тобио давится своей слюной. — Мне показалось, что ты куришь, вот, я и пришел. Извини ещё раз, что так поздно.       Кагеяма прячится за дверью, ведь его желание никуда не исчезло, как оказалось. Это просто фиаско. И это вообще нормально? После таких скачек приходить к соседям и просить закурить в таком виде? Желание продать квартиру сегодня же возрастает ещё выше. — Резвитесь потише, тогда прощу. — Грубит он в ответ, закрывая дверь. Но её снова блокируют и открывают обратно. — Да что тебе!? — Ты слышал? — Парень краснеет, таращится на брюнета и ждёт ответа.       Адреналин бьёт Тобио по голове, и он вздыхает, открывая дверь. Хината дёргается, опуская глаза вниз. — Ну, да. Слышал. — Важничает голубоглазый, задирая нос кверху и облокачиваясь на дверную раму. — Поэтому и говорю тебе, тупица — ведите себя тише!       Шоё стоит как вкопанный и не моргает. Неужели ему настолько стало стыдно? Только Тобио хочет продолжить свои причитания, как замечает горящий взгляд рыжего. Машинально он тоже опускает глаза и задыхается. — Блять.. — Кагеяма захлапывает дверь и закрывает её на два замка, пока снаружи доносятся тихие шарканья тапочек.       Хината пялился на его стояк. Так заинтересованно и завороженно. Он даже ничего не сказал, просто стоял и пялился. Что за хуйня?       После случившегося Тобио дрочит ещё раз, но уже с неохотой. Просто, чтобы снять стресс. И нет, он не конченный извращенец, чтобы мастурбировать на соседа-омегу, который пришел к нему в таком виде и застал со стояком. Хотя Шоё довольно красивый. Крепкий, подтянутый, с игривой улыбкой и хитрыми глазами. Нет, нет, нет. Нет! О чем он только думает? Твою мать.