Сокрен - город на скале

      В тот день Минесоль осталась в комнате и не стала выходить, чтобы не нарваться на выяснение отношений. Она не знала, что именно произошло. В то время, когда она целых два года жила как птица Тррфиифиуй, сколько времени прошло здесь? Как она оказалась в своей комнате и сколько времени проспала? Каким образом здесь замешан наркоман Фариханг? И почему всё тело болит и ломит?       Девушка испытала дежавю, когда поняла, что снова вопросов слишком много, но ответов нет. Однако в этот раз она человек и наверняка сможет во всём разобраться.       «Я даже не знаю, какой сегодня день и сколько времени, но подумаю обо всём завтра. Сегодня я не готова,» — рассудила девушка, кряхтя приподнялась, чтобы выпить стакан сока, оставленного мамой на столе, затем повернулась на бок, и уснула.       Минесоль проснулась, когда было темно. Тело ныло и отказывалось двигаться, но это было похоже на ту боль, какая бывает, когда слишком долго спишь, поэтому девушка не стала отлёживаться или звать помощь, а выкарабкалась из комнаты и отправилась на кухню, где родители как раз сидели за столом и ели. Оказалось, что было время ужина. Девушка уселась на своё место, посмотрела по очереди на отца и мать и быстро, чтобы опередить обоих, заговорила:       — Я была в библиотеке и как раз собиралась домой, а потом очнулась в своей комнате. Не знаю, что со мной случилось, но я не наркоманка и с Фарихангом не общалась. Поэтому сначала расскажите, что произошло, а уже потом разберёмся.       Мать покачала головой, посмотрела на мужа и, ничего не сказав, встала, засуетилась у плиты, намеренно гремя кастрюлями и тарелками.       С родителями было сложно. Они не были дружной семьёй, но и не ругались. Скорее всего просто мирно жили в одном доме, разговаривали в основном о делах фермы. И она бы не стала требовать объяснений, но не в этот раз. В конце концов, больше никто не скажет, что именно случилось. Идти к наркоману Фарихангу — это точно не выход. Минесоль посмотрела на отца, а он только бросил мимолётный взгляд и уставился в тарелку. Но через минуту всё же заговорил.       — Тебя не было два дня, а потом… Хаталль принёс тебя в ужасном состоянии. Вся одежда испачкана, волосы и лицо тоже…       — Скажи уж правду, Санкифий! — мать всё же заговорила, рассержено, даже с нотками омерзения в голосе. Но при этом всё равно поставила перед дочерью тарелку с супом и ложку: — В штаны наложила, костюм заблёван! Какая-то грязь по всему лицу и синяки на руках и ногах! Воняло, как из немытого туалета и помойки!       — М-да… Приятного аппетита, мам, — Минесоль опустила глаза, не зная, что сказать. Даже если это правда, как она оказалась в таком состоянии? Хмурясь начала есть суп.       — Мы, конечно, тебя вымыли, переодели, а ты потом ещё два дня проспала. Вот и всё, что мы знаем, — отец закончил рассказ и, кажется, даже успокоился, потому что теперь распрямил плечи и смотрел прямо.       Мать, Амарель Ноталль, всегда любила город, веселье и прогулки по магазинам, а отец, Санкифий Ноталль, предпочитал спокойную жизнь на ферме. Непонятно, как именно они сошлись и почему с такими разными темпераментами до сих пор были вместе, но когда дело касалось Минесоль, то принимали одну сторону. Если обвинять — обвиняли оба, если защищать — тоже вместе. Иногда казалось, что мать по молодости, до того как вышла замуж, совершила так много безбашенных и аморальных поступков, что всякий раз, когда Минесоль где-то оступалась или просто приходила домой поздно — сразу начинала подозревать её во всех грехах. И в этот раз, конечно же, ни за что не поверит в то, что ничего плохого та не сделала. Будет верить в самое ужасное, ругаться и лупить полотенцем. Отец же, хоть и верил в то, что не могла его маленькая дочь совершить ничего плохого, но оправдывать не пытался, всё так же принимал сторону жены, не обвинял открыто, но смотрел с осуждением. Но, как минимум, с ним можно было поговорить.       — А Фариханг что сказал? — спросила Минесоль, обращаясь к отцу.       — Ничего такого. Сказал «Забирайте», и тут же ушёл.       Минесоль задумалась, попыталась сложить в голове паззл, но не могла. Ничего так и не было понятно. Она доела, поблагодарила за еду и, попросив разрешения уйти в свою комнату, а так же дав обещание утром начать работать на ферме, вышла.       Ей нужно было начать всё сначала, с того дня, когда она сидела на ступеньках и размышляла о будущем…       «ЭКЗАМЕНЫ!!!» — всего одно слово высветилось в голове и взорвалось, разбивая мысли и чувства на мелкие осколки.       Прошло три дня с начала экзаменов, и это означало, что для Минесоль всё кончено. Она схватилась за голову и бессильно упала на кровать. Господин Варпилар, скорее всего, её не простит. Даже не так, разочаруется и не станет больше ни помогать, ни даже общаться. Будущее, которого она всего несколько дней назад боялась, теперь исчезло, и для неё есть только одна жизнь: продолжить работать на ферме, выращивая кактусы всю оставшуюся жизнь.       — Почему всё складывается настолько против меня? — прошептала она в подушку: — Ни в птичьей жизни, ни в человеческой… Почему так сложно?       Ответа в эти вопросы не было, и Минесоль уставилась в потолок. Не хотелось ничего делать, ничего решать, придумывать, даже жить.       «Почему нельзя вернуть назад и пережить заново?» — она долго лежала и бессмысленно смотрела на стены, потолок, вещи на столике. Слышала, как родители укладываются спать. Сама же не чувствовала ни капли сна, а когда отвратительное чувство беспомощности приутихло, то тихонько переоделась и выползла на улицу.       Рабочий день фермеров начинался с рассветом и заканчивался, когда солнце уходило за горизонт. Родители легли спать достаточно рано, и даже если идти медленно у Минесоль было время добраться до библиотеки.       Она всё-таки собиралась увидеться с господином Варпиларом, извиниться и рассказать обо всех сумасшедших событиях, но когда выбралась из тоннеля и вошла в город, то засомневалась. На улицах уже зажгли фонари, везде было много нарядных людей. Минесоль посмотрела на рукава своей рабочей одежды и тут же расхотела идти в библиотеку. Нет, она верила, что господин Варпилар не осудит её за этот фермерский наряд, но все остальные… До библиотеки не дойти, минуя ярко освещённые людные улицы, а она не была настолько смелой и уверенной в себе, не такой, какими бывают герои книг, которые никогда не сомневаются и идут напролом к своей цели. Она была одета не просто в рабочую одежду, а в нищенскую фермерскую рубаху и широкие выцветшие штаны, ещё и с простым шнуром вместо ремня. Минесоль не сомневалась только в том, что будет ещё долго перед сном вспоминать чувство стыда, мучиться и переживать, если сейчас не остановится и выйдет.       С другой стороны, вот так уйти тоже было неправильно. Девушка постояла в тёмном углу ещё какое-то время, повернулась и направилась в библиотеку в обход, выбирая узкие полупустые закоулки. Она уже добралась до нужного здания и остановилась, чтобы перевести дух и выждать нужный момент, когда у входа не окажется людей. Остаться совсем незамеченной не получилось, но девушка всё же смогла безопасно дойти до дверей библиотеки. Она вбежала внутрь и нырнула в служебное помещение, как всегда делала, когда у стойки никого не было.       Минесоль увидела, что господин Варпилар сидел за столом и как обычно заполнял карточки, а на «её» табуретке удобно расположился загорелый стройный юноша и что-то рассказывал. Она опешила на секунду, хотела было развернуться и уйти, когда господин Варпилар заметил её, удивлённо приподнял бровь, посмотрел на юношу, затем на девушку и наконец поднялся.       — Минесоль! Всё в порядке? Где ты была? — он принёс из дальнего угла новую табуретку и усадил девушку.       Ей хотелось тут же рассказать всё, но присутствие незнакомца смущало. Библиотекарь, который всегда замечал любые изменения эмоций на лице подопечной, тут же представил их друг другу.       — Минесоль, познакомься, это один из моих юных друзей Паочур. Он из рыбацкой деревни. Паочур! Это Минесоль, я рассказывал тебе о ней.       — Приятно познакомиться. Можешь звать меня Пао.       — Приятно познакомиться.       — А теперь рассказывай, почему ты не пришла на экзамен и почему в таком виде и в такое время пришла!       Минесоль рассказала о том, как упала с лестницы, как два года жила в теле птицы, а затем очнулась дома и оказалось, что прошло четыре дня, и экзамены уже начались. До сегодняшнего дня она никогда не сомневалась в том, что господин Варпилар всегда её поддержит и подбодрит, но сейчас он слушал её рассказ, переглядывался с Паочуром и как будто не верил. К концу истории девушка совсем потеряла веру в себя, а когда узнала, что этот юноша тоже учился в библиотеке и что он участвует во вступительных экзаменах, то захотела провалиться сквозь землю или снова обратиться в птичку.       «Господин Варпилар нашёл мне замену. Я ни на что не способна… За что мне всё это?» — думала Минесоль, опуская голову всё ниже. Библиотекарь и юноша заговорили о чём-то, но она не слушала.       — Минесоль! Произошедшие события обернулись не в твою пользу, но не стоит отчаиваться. Ты можешь снова попробовать через год. Не вешай нос, — господин Варпилар подошёл к девушке и дотронулся до плеча: — А вот то, что с лестницы так легко упасть — это безобразие, и я обещаю поговорить с кем-нибудь из администрации города. Давай-ка сегодня тебя проводит Паочур, не хватало, чтобы с тобой снова что-нибудь случилось. А в другой раз не задерживайся допоздна.       Минесоль ничего не оставалось, как согласиться. Паочур всю дорогу то и дело поглядывал на девушку, но ничего не говорил, а она тоже не знала, что сказать, и вообще старалась не поднимать взгляд. Когда они поднимались по крутым лестницам, девушка показала место, где упала. Юноша вдруг остановился, встал перед ней и тихо заговорил, наклонив своё лицо совсем близко:       — Я... Так. Минесоль, да? Слушай. На твоём месте я бы... не доверял... господину Варпилару. Может быть, это был не несчастный случай, а он сам тебя столкнул… Знаешь, я как-то услышал разговор…       — МИСО-ОЛЬ!!! С КЕМ ЭТО ТЫ?! — как гром с неба где-то сверху раздался знакомый голос.       — Прости... Я пойду, — Паочур так и не договорил, отпустил руку, тут же шустро сбежал по лестницам и пропал из виду, а Минесоль, которая всё ещё не могла быстро двигаться, обречённо посмотрела вверх на высокую стройную рыжую девушку, скачущую к ней на всех парах.       — Юанмири?.. Вы смеётесь? Сейчас? Я, что, прогневала богов и они так мстят? — пробурчала себе под нос Минесоль и понуро уселась на ступеньки.