От звёзд до пустоты

«Я глубже теряюсь в собственных мыслях,

Всё пытаюсь не спать.

Ведь я слышу голоса, что приходят во снах,

И указывают мне, во что верить, кем стать…»

— И ты уложил его одним ударом? Вот это круто! Купание всех расслабило и разморило, кроме Джиана. Он притих всего на несколько минут, пока обтирался полотенцем и слушал рассказ путешественника о драке с Байху, а потом снова взбодрился и теперь вприпрыжку шел рядом. Итэр задумчиво кивнул, плотнее кутаясь в махровую ткань. Рассказ заставил вновь проанализировать случившееся, и медовые глаза автоматически перевелись на собственные руки. Сомнения, что это был чей-то трюк, уже давно развеялись. Сяо молчал, держась подле героя Тейвата. Внимательный золотой взгляд отслеживал каждое движение блондина. Якса хотел обсудить это наедине, потому просто неприязненно зыркал в сторону болтливого Джиана. — Вы поистине удивительны, — издала Ксия, приостановившись. Они дошли до гостевых покоев дворца. Девушка чуть наклонила голову, рассматривая озадаченное лицо Итэра. Ее губы сами по себе растянулись в ободряющей улыбке. — Не грузи себя. Отдохни немного. Иногда ответы на волнующие вопросы нельзя получить сразу, однако позже всё обязательно выяснится. Путешественник будто очнулся после этой фразы. Его плечи заметно опустились вниз, мышцы расслабились. Герой Тейвата позволил себе обнять Ксию, и та окутала его на миг коконом тепла и поддержки. Их команда стала остро нуждаться в каждом участнике, ибо по отдельности всем становилось страшно. Они чувствовали, что скоро начнется неизбежное, и старались любыми способами отыскать хоть толику спокойствия. Попрощавшись, ребята разошлись по комнатам. Герой Тейвата направился прямо к постели и рухнул на нее, с наслаждением вытянув ноги. Адепт же разжёг огонь в камине, проверил окна и дверь, и лишь после этого тоже забрался на кровать. Он прислонился к ее спинке, зачесал пятерней мешающиеся голубые пряди. Итэр глубоко выдохнул, неведомо как ощутив, что они думают об одном и том же. — Эта сила… Ее отняла та неизвестная богиня. За все путешествие по Тейвату я ни разу не чувствовал ее, даже находясь в смертельной опасности. Почему же сейчас? Вопрос повис невидимой тяжестью в воздухе. Блондин вытянул руку вверх перед собой, растопырив пальцы. Сяо поджал тонкие губы и аккуратно обхватил ладонь Итэра, увлекая ее к себе. Прикосновение, наполненное теплом, вызвало лёгкие мурашки. Охотник на демонов начал водить большим пальцем по загорелым костяшкам, тщательно продумывая, как высказать свое предположение. Почетный рыцарь повернулся, принимая более удобное положение, и поднял глаза. В свете огня из камина якса был особенно красив. Оранжевый цвет мягко очерчивал мраморную кожу, путался в изумрудных волосах, насыщал холодное золото глаз. Вокруг них снова образовывалась та особенная атмосфера, которую нельзя описать никакими словами. Казалось, ещё не придумали таких слов. — Я думал над тем, какие побочные эффекты может вызвать столь длительное пребывание в неправильном времени, — тихо заговорил Сяо, не пропуская в голос ни единой эмоции. — Долго ничего не происходило, и я решил, что все в порядке. Однако схватка с Байху доказала обратное. Почетный рыцарь нахмурился и напрягся. Большой палец адепта прекратил движение, и теперь просто сжимал пальцы Итэра. Жёлтые глаза смотрели куда-то вдаль, анализируя что-то снова и снова. — Твои силы действительно пробудились. Но до этого их не было. Время влияет на тебя. Ты частично вернулся в прежнее состояние. Хоть это и было сказано спокойным тоном, блондин подскочил, как от крика. У него проскакивали подобные мысли, и все же он сомневался. Теперь неуверенность окончательно рассеялась. Охотник на демонов не может ошибаться. — Но я всё ещё не могу их контролировать. Не думаю, что это можно считать положительным исходом. Если при возвращении в настоящее все не вернётся на свои места, это может обернуться катастрофой! Сяо резко отвернул голову, будто хотел скрыть какую-то эмоцию, прорвавшуюся сквозь маску. Однако герой Тейвата был весьма сообразителен. Он вдруг приподнялся и цепко ухватил адепта пальцами за подбородок, вынуждая повернуться обратно. — Ты тоже?.. — до последнего не желая верить, дрогнувшим тоном прошептал путешественник. Янтарные глаза приковались к алеющим кончикам прядей. Якса впервые опустил взгляд. — Пустяки. Мы успеем вернуться до того, как это окажет на меня влияние. У Итэра похолодело в груди. Картина сложилась, и стало по настоящему страшно. Если для него последствия не так катастрофически, то с Сяо дела обстоят намного печальнее. Откат в прошлое охотника на демонов не сулит ничего хорошего. Ведь, как было известно блондину, там таилась жуткая история. Пальцы медленно соскользнули с молочной кожи. — Я хотел бы знать, что может произойти, — осторожно попросил Итэр, мягко сжав ладонь яксы. Тот тут же мотнул головой и фальшиво улыбнулся. — Не стоит переживать. Я в порядке. Путешественник не смог скрыть лёгкое недовольство на лице, но настаивать не стал. Все таки подобную реакцию можно было понять. Сяо вообще никому не рассказывал о том, что было, пока он находился под влиянием Элигоса. Он настолько схоронил это в себе, что даже сам многое забыл. Пожалуй, с подобными воспоминаниями стоит поступать только так. Итэру стало необъяснимо грустно. Будто весь мир в один миг накрыла огромная тень. Он съежился, опустился обратно на подушку и погрузился в размышления. Их руки до сих пор были соединены, но не двигались, застыв в крепком замке. — Ты боишься смерти? — едва слышно сорвался вопрос с губ. Адепт тут же наклонил голову, приковав взор к отстраненному лицу путешественника. На нем так и читались мрачные мысли и какое-то опустошение. Сяо моментально захотелось разогнать эти невидимые тучи, однако вопрос требовал такого же безрадостного ответа. Тонкие пальцы нежно перехватили руку Итэра и поднесли ближе. Губы оставили на ней невесомый поцелуй. — Своей — нет, — с хрипотцой прошептал Алатус в персиковую кожу, будто хотел запечатать в ней это откровение. Путешественник замер, чувствуя, как морозное дыхание словно проникает вглубь, ища путь к сердцу. — Долгое время не понимал, почему люди бросают свою жизнь на алтарь ради других. Теперь я нашел ответ. Всё естество замерло при этих словах, сказанных едва слышно. Но они были криком, многократно повторяющимся в голове. Оба не ведали, что может произойти дальше. И невольно задумывались о самом нежеланном. Оба были готовы умереть друг за друга. Итэр хотел сказать то же самое, но в том не было необходимости. Им достаточно было посмотреть друг другу в глаза. Теперь в теплом янтаре и ледяном золоте открывалось так много, что невозможно было прочесть все сразу. Сяо старался больше не прятаться, переступал через себя, только ради того, чтобы путешественник был спокоен и счастлив. Для адепта подобное стало настоящим испытанием, и не все изменения давались с первого раза. Но Итэр терпелив. И готов ждать сколько угодно. Долгое время они лежали рядом, не двигаясь и все так же держась за руки, под тихий треск дерева в камине. Герой Тейвата закрыл глаза и натянул на обоих одеяло, спрятавшись под ним по нос. — Я допустил мысль о том, что можно принять предложение врага. Ведь если сделка честна, можно избежать войны. Адепт наконец тоже лег и уверенно положил руку на талию Итэра, притягивая ближе к себе. Их лица оказались на одном уровне, дыхания смешались. Стало очень тепло и даже жарко. — Война должна случиться. Мы можем только попытаться уменьшить количество жертв. — Но ты ведь тоже задумался над ее предложением? Сяо медленно моргнул. — Как и говорил, смерти я не боюсь. Но я пообещал не оставлять тебя. — А если бы я позволил тебе? Ради спасения других? — почти неслышно спросил герой Тейвата. Собственные вопросы вызывали волнение, и он принялся ерошить прядки Алатуса, накручивая их на палец. Охотник на демонов едва заметно улыбнулся. — Ни жизнь, ни смерть не стоит и одной моры, если в ней нет тебя. — Что? — переспросил Итэр, совершенно не услышав фразу, что была сказана одними губами. Адепт не повторил, а просто положил подбородок на макушку путешественника. Тот раздосадованно буркнул что-то, но притих и вскоре очень быстро заснул. А Сяо ещё долго не мог уснуть, прокручивая весь диалог в голове. Его съедало беспокойство, которым он делиться не хотел. Ведь то, что прошлое стало оказывать на них влияние, стало весьма неожиданным ударом. Якса не знал, что случится, если он вернётся в то свое состояние. И это по настоящему пугало. На самом деле, Алатус давно находился в подвешенном состоянии. Едва ли не с самого попадания в прошлое. Ведь то, что происходит прямо сейчас у них на глазах, нельзя изменить, иначе тысячи судеб могут угаснуть. И как поступить верно, якса тоже не знал, ибо не помнил того, что происходило с ним после. Стоило только адепту подумать об этом — и начинало саднить в груди. Единственный сигнал, который подавался в мозг — боль. Этот период Сяо даже не называл частью своей жизни — он просто вычеркнул его из памяти. Естественно, какие-то всполохи все равно остались, ведь они послужили частью становления его характера. Помрачневший взгляд перевелся на спящего Итэра. Охотник на демонов с сожалением отметил залегшие под его глазами темные круги. Путешественнику тоже пришлось пережить многое, особенно сейчас, ведь здесь он становился уязвим как никогда. Однако не переставал терять своей решительности и напора. Это восхищало Сяо. Рука осторожно выскользнула из-под светлой макушки. Адепт бесшумно покинул постель, тут же ощутив прохладу. Почетный рыцарь слегка поморщился, но не проснулся, только сильнее зарылся в одеяло. Лёгкая улыбка мелькнула на тонких губах, а затем длинные пальцы взяли древко Нефритового Коршуна. Миг, и в воздухе едва слышно треснула анемо магия, рассыпав полупрозрачные искры от телепортации. Ноги ступили на козырек самой высокой башни дворца. Адепт встал неподвижно, позволяя ночному ветру трепать полы одежд. Ему всегда лучше думалось, находясь где-нибудь повыше, откуда можно всматриваться в самую даль. В груди потяжелело, стоило взгляду скользнуть по верхушкам гор, за которыми были владения покойного Байху. Казалось, даже отсюда там виднелась черная дымка, источающая запах крови и смерти. Сяо отвернул голову, чувствуя, как в висках что-то стукнуло. Чужой шепот в сознании понемногу просыпался. Захотелось вернуться к путешественнику, прижаться к нему и наслаждаться тишиной. Но сейчас якса будто окаменел. Воспоминания болезненными вспышками опалили разум. Прошлое не хотело молчать. Оно жаждало вновь явить себя.

***

Пепел угрюмо клубился вокруг, оседая на почерневшую землю. Огонь в некоторых местах ещё не утих, нещадно облизывая разрушенные и пустые жилища. Все пахло смертью, кровью, болью. Там, где раньше был целый город, не осталось ничего. Теперь здесь образовалась огромная пустая равнина. Небо застилали непроглядные тучи. Закапал мелкий дождь, но даже под ним магический огонь не угас, отчаянно продолжая пожирать всё на своём пути. Едкий дым вился вверх и выжигал кислород. Людей не осталось. Даже если бы сейчас тут находился кто-то живой, он бы мгновенно задохнулся. Раздалось едва слышное шипение. Грубый ботинок наступил на клочок огонька, который доедал траву, раздавив его. Владелец обуви даже не взглянул себе под ноги, неторопливо следуя дальше. Его глаза смотрели в одну точку, короткие белые волосы, запачканные пеплом, нелепо торчали в разные стороны. На лице залегли морщинки, источающие остаточный гнев. Элигос приостановился, бросив скучающий взгляд на выжженные пустоты. Покачал головой чему-то в своих мыслях, а затем едва слышно прищелкнул пальцами. Миг, и рядом закружились тени, едва напоминающие очертания человеческих фигур. — Что значит — ничего не нашли? Бесполезные твари! Ищите дальше! Разъяренный возглас прокатился по округе. Сгустки тьмы перепугано рассеялись, не оставив после себя и следа. Элигос передёрнул плечами и заиграл плотно сжатыми скулами. — Мерзавец Чжуняо. Я знаю, что ты затаился где-то. Ты не проведешь меня этим трюком, — прошипел мужчина себе под нос. Его пустые глаза сверкнули алым маревом. Он направился было дальше, как вдруг вновь остановился и прислушался. Затем как-то недоверчиво нахмурился и сменил траекторию, двинувшись направо. Среди руин впереди кто-то был. Элигос насторожился и выпустил магию перед собой. Черные нити сгустились, затанцевали на пальцах. Мужчина принялся тихо подступать, сгруппировавшись, будто зверь на охоте. Неподалеку замаячила худая фигура. Прищурившись, Элигос разглядел, что это мальчик. Он не представлял никакой угрозы, поэтому архонт развеял свои силы и скучающе зевнул, но не ушел сразу, решив понаблюдать. Юноша был весь перепачкан в пепле и, кажется, ранен. Правое предплечье неумело перевязано лоскутами одежды. Мальчик что-то искал в золе, роясь голыми руками. Неожиданно проснувшееся любопытство заставило Элигоса сделать ещё пару шагов поближе. Откуда вдруг здесь взялся ребенок? Юноша моментально услышал постороннего и припал к земле, намереваясь незаметно скрыться. С невиданной ловкостью он перекатился, что-то подобрал и кинулся за уцелевшие каменные основания. Мужчина только и успел увидеть мелькнувшую копну изумрудных волос. — Хм… Занятно. Мальчик остановился на секунду, прижимая к груди грязный меч. Он глубоко выдохнул и хотел было аккуратно выглянуть из укрытия, как внезапно что-то возникло перед ним. Элигос вынырнул из тьмы, материализовавшись рядом с мальчиком. Тот оцепенел, но тут же среагировал, выставив орудие перед собой. Длинные худые пальцы уверенно стиснули рукоять, а глаза сверкнули ледяным золотом. Мужчина не смог сдержать насмешки, возвышаясь на добрый метр над маленькой фигурой. Похоже, юноша вообще не имел понятия, кто перед ним. — Это хорошо, что ты боишься, — с каким-то особым удовольствием протянул Элигос, совершенно не обращая внимания на наставленное острие меча. На всякий случай он решил спросить: — Где твои родители? Мальчик на миг увел взгляд, и его пересохшие губы дрогнули. Этого было достаточно. Архонт кратко хмыкнул и наклонился ближе, стараясь припугнуть. Но юноша не сдал своей позиции, не отступил ни на шаг, только сильнее втянул голову в плечи. — Как ты умудрился выжить после пламени… — вслух принялся рассуждать Элигос. Он протянул было ладонь к макушке мальчика, как тот в ответ сбивчиво, но уверенно махнул мечом. Попытка обороны оказалась отражена лёгким движением пальцев. Орудие с тихим звоном упало под ноги Элигоса. — Брось свои бесполезные попытки. Ты даже меч неправильно держишь. Мальчик метнулся было поднять, но мужчина резко наступил на лезвие, заставив его отдернуть руку. Архонт наклонился сам, взял меч и грубо сунул обратно в детские руки, затем автоматически поправил юношескую стойку и положение пальцев на рукояти. Ребенок застыл подобно изваянию, и, казалось, даже перестал дышать. Огромные золотые глаза смотрели на лицо Элигоса не мигая. Вдалеке что-то ухнуло, эхо донесло протяжный демонический вой. Архонт наморщил лоб и потер точку между бровей. Его посетила какая-то мысль, и он моментально потерял к мальчику всякий интерес, уверенно зашагав прочь. Юноша долго смотрел вслед черной фигуре, намертво сжав рукоять меча. Резко хлынул ледяной дождь, прибивающий пепел к выжженной земле. Худое тело начало дрожать, но мальчик все не двигался, просто стоял и глядел. Невозможно было понять, что в тот момент творилось у него в голове. Беспрестанно льющиеся потоки воды издавали гулкий шум, немного оживляющий смертельную тишину. А спустя несколько секунд раздались быстрые шлепки ног по намокшей грязи. На краю когда-то существовавшей деревни стоял небольшой дом. Всё вокруг было выжжено дотла, но почему-то на этом здании не было ни пятнышка. Оно все так же было ограждено целехоньким забором, разве что цветы в саду увяли от недостатка влаги. Элигос выпорхнул из облака тьмы буквально в нескольких шагах от ворот и грациозно ступил на землю. Вокруг него продолжали виться черные нити, что говорило о неудержимой силе внутри. Красные глаза недобро прищурились, завидев около дома толпу. Демоны яростно выли, оттискивая назад нескольких человек. Те в ответ что-то кричали, размахивая орудием. На их лицах читался самый настоящий гнев, смешанный с болью. Заметив хозяина, тени тут же притихли и почтительно отступили, но выражения их некоего подобия лиц остались крайне враждебными. Элигос едва заметно приподнял одну бровь. Он окинул незнакомцев равнодушным взглядом и вопросительно наклонил голову вбок: — Что вам понадобилось в моем доме? Вопрос прозвучал крайне надменно и даже чуть насмешливо. Вперёд выступил самый высокий мужчина, облаченный в желто-зеленый доспех. От него прямо-таки несло элементальной энергией, а какой именно, Элигоса не волновало. — Ты поплатишься за то, что отнял жизни у наших семей, — прошипел он сквозь зубы, сдерживая себя из последних сил. Архонт не удержался и широко улыбнулся, будто счёл слова крайне забавными. — Если бы ты знал, сколько подобных тебе я похоронил в этом пепле, ты бы так не сказал. Разговаривать дальше не имело смысла. Элигос давно понял, что это очередные люди с глазами бога, которые либо пришли с соседних земель, либо когда-то сбежали из Пепельного моря, а потом вернулись ради мести. Их глаза были налиты кровью, вены пульсировали на шее. Они желали сразиться насмерть. Когда-то архонта это крайне забавляло, а теперь окончательно наскучило. Мужчина издал яростный рёв и полетел на Элигоса с мечом, зарядив его искрами электро магии. Но тот стоял неподвижно, только продолжал улыбаться, а демоны за его спиной тоже скалились, высовывая обескровленные языки. Маленький комок, возникший совсем незаметно, шустро метнулся между двумя противниками. Владелец глаза бога заметил это в самый последний момент. Было уже поздно. Меч ярко сверкнул, подобно вспышке молнии, и рассыпал фиолетовые брызги в воздух. Темное облако, непонятно когда сгустившееся вокруг, резко обрело форму и оттолкнуло мужчину, будто ничего не значащую песчинку. Он перекатился по пепельной земле, оставляя за собой след. — Какого черта?! Удар был несильный, но довольно болезненный. Остальные из его команды удивлённо вгляделись в медленно рассеивающееся облако. Демоны притихли, Элигос опустил взгляд. Юноша с растрепанными волосами стоял прямо перед ним, закрывая своей спиной, что выглядело совершенно комично, учитывая соотношение по росту. Ледяной золотой взгляд угрожающе смотрел в сторону обладателей глаза бога, а стойка с мечом была точно такой, какую показывал ему архонт некоторое время назад. — Ты… — процедил сквозь плотно сжатые зубы мужчина, сдерживая стон от неприятной боли. Он встал и бесцеремонно наставил на Элигоса палец. — Решил прикрываться ребенком? Что за низость! Никому было и невдомёк, что сам архонт оказался удивлен произошедшим. Но на белоснежном лице не отразилось ни капли эмоции. Он смотрел на макушку юноши, который трясся от холода и не сдвигался ни на миллиметр. Демоны едва слышно зашептались между собой, но их быстро прервал щелчок пальца. Тени послушно окружили мальчика и оттащили в сторону к каменной стене забора, не обращая никакого внимания на сопротивление. Они отобрали у него меч и принялись рассматривать орудие, чему-то удивляясь. Особо смелые даже начали тыкать в юношу пальцем или легонько тянуть одежду, пока тот тщетно пытался отмахиваться. Элигос наблюдал за этим всего секунду, после чего его зрачки сузились. Команда противников долго себя ждать не заставила, и они схлестнулись в смертельной схватке. Архонт с неповторимым изяществом ускользнул от серии атак, летящих прямо в лоб. Электро искры посыпались прямо на его кожу и должны были обжечь, но вместо этого не оставили и следа. Взгляд заалел и наполнился ужасающей пустотой, от которой мороз возник в жилах. Он совершил всего пару движений, а вокруг уже извивались черные нити, острее любого лезвия. Мальчик притих и, не мигая, следил за битвой, позволяя демонам трепать его, как вздумается. Хотя, полноправным сражением это было назвать нельзя. Убийство — вот подходящее слово. Нескончаемые потоки энергии заполонили все пространство, не оставляя ни частички воздуха. Стало в разы темнее. Элигос практически сливался со своей стихией, выделялись только волосы и рубиновые глаза. Он неторопливо вытащил из ножен инкрустированный драгоценными камнями меч и метнулся стрелой вперёд. Послышались душераздирающие крики боли, утихающие так же быстро, как звук рассекающего плоть лезвия. Элигос слился воедино с воздухом, наполненным темным облаком пепла, и движения его были ужасающе прекрасны. Кровь пропитала всю выжженную землю. Люди были напуганы, но не отступили, и пытались дать отпор, однако потерпели поражение. Ведь если с теми, кто пытался поквитаться с архонтом до них, случилось подобное, как они бы рассказали о том, что его не одолеть? Битва оказалась короткой, и совсем скоро вновь воцарилась тишина. Элигос величественно вышел из густого облака темноты, которая сползла с его плеч, будто плащ. Он чувствовал на себе пристальный взгляд и поднял глаза в ответ. Золото пересеклось с алым маревом. Архонта никогда не интересовали дети. Более того, он их стремился избегать при первой же возможности. Но этот ребенок отчего-то вызвал иные чувства. Возможно из-за нетипичного поведения, ибо он не боялся и не плакал. К тому же, весьма быстро научился правильной стойке с мечом. Элигос сделал шаг вперёд, и демоны шустро метнулись в сторону единым клубком. Мальчик спокойно посмотрел на мертвые окровавленные тела, крепче сжал орудие в руках и вздернул подбородок. Архонт, Владыка Тьмы, последний выживший из столицы Пепельного моря и обычный юноша. Какая-то мысль мелькнула в голове у Элигоса, столь коварная, что даже глаза заблестели иначе. Он подошёл вплотную, взял мальчика за плечо и знаком приказал открыть ворота. Демоны послушно исполнили приказ, открывая путь Владыке и маленькому Сяо. Их первая встреча была именно такой. Возможно, если бы юноша не столкнулся с Элигосом, он бы погиб от голода или раны в выжженном городе. Однако тяжело сказать, хуже ли это, чем будущая судьба. Мальчик не знал, за кем он пошел. Будучи подростком, который так рано остался один, он зацепился за того, кто с первого взгляда показался властным и сильным. За этим обычно следует богатство, а значит будет и еда. Такие нехитрые выводы оказались правдой. Едва они вошли в дом, Элигос без лишних слов приказал накормить, вымыть и переодеть мальчишку. Тот продолжал молчать и покорно сдался в руки мелким демонам, которые то и норовили поозорничать. Сначала они окатили его холодной водой, потом неприятно подергали волосы, в довесок начали перебрасывать друг дружке стопку с чистой одеждой, не желая отдавать сразу. Но Сяо никак не реагировал на эти игры, что быстро заставило души потерять интерес к подобным шалостям. После архонт вызвал его к себе. Мальчик старался держаться уверенно, и все же страх оставлял липкий холод на пальцах. Угрозы как таковой не было, но что-то зудело в нутре, будто предупреждая об опасности. Сяо медленно прошел в небольшую комнату. Тут же случайно на что-то наступил и опустил взгляд. Под ботинком оказался изорванный клочок бумаги для письма. Золотые глаза, окинув пол вокруг, заметили кучу таких же, ставших бесполезными, обрывков. Они будто нарочно создавали беспорядок, напоминая о чем-то. Элигос сидел за большим и крепким столом из темного дерева. Мутный свет из единственного маленького окна повторял контур его фигуры. Спина прямая, руки сложены перед собой в задумчивом жесте. Прошло, наверное, несколько минут, прежде чем мужчина слегка повернулся и обратил взор на юношу. Глаза, вновь ставшие карими, пытливо и внимательно осмотрели его с ног до головы. В них таились неясные мысли, целый рой. Сяо неведомым образом ощущал, что в нем желают что-то заметить, и неосознанно крепче сжал меч. Архонт будто только и ждал подобного действия. Как по сигналу фигура величественно поднялась и подошла ближе. Он кивнул подбородком на орудие в хрупких пальцах. — Ты подобрал его на поле битвы? Голос звучал спокойно, гипнотизирующе. Казалось, в нем не было ни капли эмоций. Тщательно выверенная интонация, звучащая как поток лавы. Именно это сравнение отчего-то бросилось в детскую голову. Поток, что движется медленно, но способен растворить в себе все живое за несколько секунд. — Нет, — тихо ответил мальчик и прокашлялся. Слово вышло хриплым после долгого молчания. Он ведь скитался один, минуя горы трупов, с которыми нельзя поговорить. — Это меч моего отца. Крошечная усмешка проявилась в уголке тонких сухих губ. Элигос неспешно протянул ладонь. Он не сказал ни слова. Сяо несколько раз моргнул, сомневаясь, но затем все же бережно передал меч. Во взрослых руках архонта орудие перестало выглядеть нелепо, и юноша воодушевленно вздохнул. Элигос провел большим пальцем по лезвию, повертел меч в разные стороны, сделал замах и… Тот вдруг рассыпался в крошку черной пыли, стремительно тающей в воздухе. Зрачки в глазах цвета потали превратились в две маленькие точки. Крик сожаления застрял в горле, не смея вырваться наружу. Сяо почувствовал, как все его мышцы напряглись и собрались в один плотный дрожащий клубок. Последнее, что осталось от его родных… Оказалось равнодушно уничтожено. — Плохой меч, — пустым тоном прокомментировал Элигос, даже ни разу не взглянув на лицо мальчика. Он взял со стола свой, лежащий в драгоценных ножнах. Камни переливчато сверкнули, играясь с бликами света. Сокровище оказалось протянуто под нос Сяо. — Этот подойдет больше. Он твой. Худые пальцы дрожали в сжатых кулаках. Новый меч ничего не значил, он был пустым и не представлял для мальчика никакой ценности, несмотря на инкрустацию рубинами и нефритом. В нем нет теплых воспоминаний. Тем не менее, подарок требовалось принять. Юноша опустил голову, поспешив спрятать набухшие слезы в глазах, и взял орудие. Оно было в несколько раз тяжелее родного меча, и небольшие мышцы напряглись. Мысли об утрате неустанно прокручивались в голове, потянув за собой и другие. О сгоревшем доме, о родителях, которых он видел в последний раз в пламени, о демоне, что напал на него и ранил. Всё это стискивало сердце в маленький судорожно бьющийся комок. Воспоминания превращались в одно большое пятно, которое вызывало адскую боль в грудине. Но юноша так и не заплакал. Что-то внутри не позволяло это сделать, особенно сейчас перед тем, кто пригрел его. Элигос сложил два пальца у подбородка, сверля взглядом изумрудные волосы на макушке мальчика. — Ты очень быстро обучаешься. Я хочу, чтобы ты защищал меня, — неторопливо проговорил архонт. Жёлтые глаза удивленно взметнулись на него. Разве ему требуется защита? — Взамен я научу тебя всему, что знаю и умею сам. Ты станешь лучшим мечником из всех существующих. — Даже лучше вас? — неуверенно вырвалось у юноши. Он тут же переступил с ноги на ногу, опасаясь, что получилось слишком своевольно, но Элигос вдруг искренне рассмеялся. — Конечно, — с широкой улыбкой подтвердил он. Руки были сложены за спиной, демонстрируя открытую позу. Элигос развернулся в пол-оборота, не сводя пристального взгляда с юноши. — Если не хочешь, можешь идти. За пепельным морем наверняка остались люди. Сяо был удивлен. Когда он впервые встретил этого человека (?), то испугался, но затем ощутил могущество, буквально льющееся наружу. А после автоматически бросился на защиту, увидев, что кто-то хочет его убить. Действия оказались быстрее мысли. Теперь ему давали выбор. Но куда пойдет подросток, не умеющий сражаться? Каким бы прекрасным ни был меч, в неумелых руках он бесполезен. Решение далось совершенно легко. — Я согласен, — вытянувшись по струнке, отчеканил маленький Сяо. Элигос тут же прищелкнул пальцами, заставив прямо в воздухе появиться лист. Бумага красиво переливалась, будто была сделана из тончайшего серебра. Рядом возникло перо с черным узким хвостом и заточенным до остроты ножа кончиком. Юноша завороженно вздохнул. Он не был знаком с контрактами, но знал, что это огромная честь служить по договору архонту. Худые пальцы потянулись к манящему пергаменту и оставили на нем неумелый росчерк. Стоило перу оторваться от листа, как он тут же испарился, оставив после себя крохотные серебряные частички. Элигос чему-то улыбнулся вновь. Все складывалось лучше, чем предполагалось. Он давно придумал, что сотворит из этого ребенка. Больше разговоров не было. Мужчина отправил мальчика спать. Наверное, это была последняя спокойная ночь в его жизни.

***

Когда они покинули дом, Сяо заметно изменился. Один из тех, кто желал отомстить Элигосу, шпионил неподалеку. Парень увидел, как во двор выходили только архонт и юноша. Мужчина был облачён во всё чёрное, сверху накинут плащ, пепельные волосы заметно отросли и теперь перестали торчать в разные стороны. Сяо же немного подрос и носил узкие штаны цвета вороньего крыла, немного свободную рубашку, а в довершение тоже плащ, только покороче. На поясе был прикреплен драгоценный меч, руки облегали плотные перчатки. Золотые глаза будто застекленели и стали прозрачными. Когда они вскользь мазнули по месту, где укрывался жаждущий мести, тот ощутил жуткий мороз по коже. Он слышал рассказы об этом мальчике. Сейчас его будто подменили. — Почему мы уходим? — вполголоса спросил Сяо за ночь до этого. Он сидел на полу, положив руки перед собой на колени. Над ним возвышалась фигура Элигоса, отбрасывающая длинную тень, которая, будто живая, скользила пятном по полу. Мальчик смотрел именно туда, в одну точку. Поднимать глаза или встать не дозволили. Сяо обратился в слух, улавливая тихий вздох. Он пытался считать настроение, заранее угадать эмоцию. Ребра болезненно ныли, отчего все тяжелее было сохранять нужное положение. Там уже темнели синяки. — Ты уже готов. Пора отправляться дальше. Пока идёт война, я смогу осуществить задуманное. — Что вы хотите? — Ты не поймёшь. Лучше выполняй свою задачу. В пути я научу тебя новому. — Хорошо. Сяо слишком поздно начал осознавать, что что-то не так. Детскому разуму пришлось быстро повзрослеть. Едва контракт был подписан, случились колоссальные изменения. В глазах Элигоса отчётливо возникла искринка безумства, жестокости. Он сам учил юношу драться. И видимо совершенно не боялся ранить или убить. При первом уроке Сяо едва не лишился пальцев. Его спасло то, что рукоять была слишком велика для детской руки. Архонт был безжалостен. Он не давал передышки, а за каждое неверное движение наказывал. Причем наказания были разными и изощрёнными. В один день мальчик остался полностью без еды. С непривычки голод казался равносилен смерти. Сяо искусал губы до крови, пытаясь бороться с резью в животе, рискнул прокрасться на кухню в надежде найти хотя бы крошки. Демоны тут же сдали его, подняли шумиху. Элигос усадил его за стол, полный еды и приставил к юношеской шее клинок, сотканный из тьмы. Пытка длилась ещё два дня. Однажды мальчик взял, казалось, никому не нужный лист бумаги и уголь из камина. Написал несколько стихотворных строк, посвященных умершим родителям. После этого на боку появился шрам от прижатой архонтом раскаленной головешки. А стихи были безжалостно сожжены. Элигос наносил подобные удары внезапно, отчего к ним нельзя было привыкнуть. Его безумство пряталось внутри и никогда не выходило наружу в виде бури. Он всегда был холоден, сдержан, отстранён. Лишь улыбка на бледных губах и та самая искра в красных глазах служили сигналом. Сяо пришлось научиться схватывать на лету. Он осознал, что нельзя болтать попусту, нельзя делать то, чего не разрешали, нельзя проявлять слабость. Ребенок, потерявший родных и дом, добровольно подписался на это. Да, архонт его не обманул. Он действительно учил мальчика и взращивал в нем огромную силу воли. А вместе с тем убивал невинную добрую душу. Сяо не помнил, сколько слез он выплакал в своей комнате. Сколько криков оставил в постели. Его взгляд все больше тускнел, из него что-то безвозвратно утекало. Нежная кожа на пальцах давно загрубела. Раны на теле превращались в шрамы, но те продолжали болеть. Что-то отдаленно похожее на радость затеплилось в грудине, когда Сяо последний раз переступал порог дома архонта. Он больше никогда не вернётся сюда, в отведённую ему каморку. Мальчик надеялся, что в путешествии у него будет возможность познать хоть что-то хорошее. Но с каждым новым днём детство испарялось, так и не оставив должные приятные воспоминания. Юноша рос дальше уже в странствиях. Элигос вознамерился дойти до Драконьего Хребта. Всех, кто мог помешать, Сяо убивал. Иногда архонт отдавал приказы отправиться в конкретное место, если они останавливались во временном жилье, и убить кого-то. Мальчика никогда не посвящали в подробности. Отдан приказ — действуй. Когда он осознал, во что ввязался, то попытался сбежать. Тогда начиналась осень, и они только покинули владения Элигоса в Пепельном море. Сяо очень долго и тщательно продумывал план своего спасения. Вот только… Спасения не существовало. Он чудом отбился от демонов, что бросились за ним вслед, и успел отдалиться на приличное расстояние. Мысли взрывались в голове яркими вспышками, в груди болело от прерывистого дыхания. Смущало одно — Элигос даже не попытался его задержать. Может быть, не стал морочиться из-за такого пустяка? Привкус свободы разжёг в груди пламя счастья. Оно вспыхнуло так внезапно, что даже стало больно. Сяо бежал, сжимая в руке ненавистный меч, а на его губах впервые за столь долгое время рождалась улыбка. Слезы блестели в глазах, превращая их в текучее золото. Неважно, что было впереди, ведь это «впереди» теперь для него существовало. Взрыв, удар, боль. Красные круги заплясали перед зрачками. Сяо захрипел, упав на колени. Орудие вывалилось из немеющих пальцев, которые тут же вжались в грудь. Больно. Адская боль принялась рвать на части всё тело, невидимо и беспощадно. Это можно было сравнить с погружением в кипящую воду. Сяо лег на мокрую землю, корчась в муках. Воздуха не хватало, уши заложило от грохота собственного пульса. Он кричал так, что сорвал голос. А потом, кажется, отключился. Очнувшись уже у себя в комнате, Сяо резко сел и огляделся. Должно быть, ему просто приснился кошмар… — Разве можно сбежать от судьбы, которую ты создал сам? Знакомый голос ударил по ушам. Горло сдавило от подступившей тошноты. Сяо отполз назад, уперевшись спиной в холодную стену. Внутри всё сбилось в плотный комок. Элигос медленно появился из темноты, стоя в двух шагах. Алый взгляд был все таким же отвратно спокойным. Это взаправду… Мне никогда не сбежать. Он не отпустит… Плечи начали рвано подрагивать. Тело выходило из-под контроля. Страх и отчаяние пульсировали под кожей, вынуждая кровь вскипать. Сяо хотел спастись. Он был готов на что угодно, лишь бы больше никогда не быть слугой архонта тьмы. Боль в сознании достигла предела. Она вытеснила все остальное — и страх отступил. Ледяная пустота сковала едва трепещущую душу. Сяо вскочил, до треска стиснул меч и бросился на Элигоса. Как в замедленной съёмке, он смотрел ему прямо в лицо и наблюдал, как оно остаётся неизменной бесчувственной маской. Тогда мальчик издал нечеловеческий крик, способный разорвать любую сострадающую душу. Меч блеснул краткой вспышкой. Архонт едва изогнул бровь, поднял ладонь и наотмашь ударил. Сяо отлетел обратно, приложившись затылком об ту самую стену. Кровь тонкой струйкой потекла по лбу. — Ты не ответил на мой вопрос, — бесстрастно напомнил Элигос, оставаясь на месте. Юноша сжал челюсти до хруста и заскрипел зубами. Удар был невероятно болезненным, но агония в душе заглушала все физические ощущения. Невидимое пламя сжирало его изнутри, полностью, без остатка. Надежда стала пустым словом. Ещё один удар, вызвавший хриплый крик. Сяо почувствовал, как каменная крошка сыпется на разбитую голову. Грудь часто вздымалась от тяжёлого дыхания. Потемневшие золотые глаза едва приоткрылись, фокусируясь на темной высокой фигуре. Мальчик медленно облизнул верхнюю губу, пробуя на вкус собственную кровь. Теплая, соленая. Причина, по которой он живёт. И он вдруг издал безумный приглушённый смех. — Нет. Элигос чуть наклонил голову вбок. Он напоминал искусно сделанную куклу. Ни одного лишнего движения, ни одной эмоции. Только искра в рубиновых зрачках выдавала. — Я приказываю тебе никогда не пытаться бежать. Сяо уронил голову вниз. Слова многократно повторялись в сознании. Он не видел, когда архонт ушел. Возможно, снова отключился. Но когда золотые глаза открылись, в комнатке было пусто, а свеча в лампе почти погасла. Кровь остыла и начала засыхать, неприятно стягивая кожу. Мальчик не двигался. Что-то мучительно медленно разрывалось внутри, обламывалось по кусочкам. Он ничего не может сделать. Жизнь больше никогда не будет принадлежать ему. Ужасно ныло в груди. Хотелось плакать, но в глазах не осталось слез. Сяо больше не желал существовать. С трудом он запомнил, как все же поднялся и сходил помыться, да подлечить рану. Когда юноша вернулся в комнату, лампа окончательно угасла. Руки автоматически потянулись зажечь ее, но вдруг застыли в воздухе от удивления. На старой потертой простыне тускло поблескивал анемо глаз бога, размером едва ли больше монеты. Сяо задрал голову, невзирая на острую боль, смотря куда-то вверх, сквозь крышу. Кто-то в него верит. Кто-то считает, что ему не стоит сдаваться. На тот момент Селестия подарила юноше новый смысл слова «надежда».

***

После того случая Элигос какое-то время к нему вообще не притрагивался, но продолжал отдавать приказы. В память Сяо врезался один из дней. Тогда они снова двинулись в путь, минуя пустынные пески. Демоны кучками вились вокруг двух фигур, о чем-то рассуждая и смеясь. Архонт неторопливо шел, смотря куда-то в пустоту. Мальчик послушно следовал за ним и слушал монотонный звон меча, прикрепленного к поясу. Казалось, здесь полностью отсутствовала жизнь. Хищные птицы, кричащие над головой, пытались доказать, что это не так. Солнце нещадно палило кожу, хотелось пить. Но Сяо научился глушить это в себе. Любое неугодное физическое ощущение заталкивалось за возведенную внутри стену. Впереди что-то замаячило. Взгляд фокусировался тяжело. Поначалу думалось, что это мираж, но когда они приблизились, то увидели небольшую группу. Возможно, разбойники, или просто скитающиеся путники. Двое мужчин, женщина и ребенок. Девочка. Они сидели прямо посреди дороги, измученные жарой. Сяо ощутил в груди дурное предчувствие и украдкой взглянул на Элигоса. Тот мимолетно мазнул по людям взглядом и собрался проследовать мимо. Облегченный выдох зародился в груди. — Простите… У вас не найдется немного воды? Песок вился мелкой пылью в воздухе, колол щеки. Архонт тьмы все-таки остановился. Сяо отвернулся, не желая смотреть на путников, не желая запомнить их лица. Тонкие губы сжались в тонкую ниточку. Элигос взглянул на них через плечо. Похоже, те давно ничего не ели и не пили, остатки припасов берегли для ребенка. Сбежали с поля боя, которое было впереди. Война продолжалась во всем Тейвате. Девочка прижалась к маме, с долей любопытства рассматривая демонов, которые держались в стороне. Похоже, их настигло крайнее отчаяние, раз они решились просить помощи у владыки тьмы. Выбора не оставалось. Элигос поочередно окинул каждого холодным взглядом, затем фальшиво улыбнулся и подал знак рукой. Мелкий демон послушно выудил из дымки бутылку с водой и бросил на песок перед путниками. Самый старший мужчина сложил морщинистые руки в благодарственном жесте, не имея сил на слова. Он бережно подобрал бутылку и протянул ее маленькой девочке. Сяо била мелкая дрожь. Он все же обернулся и посмотрел на них. Добрые, уставшие лица. В уголках сухих глаз виднелось желание выжить, победить в этой борьбе. Юноша молился в душе, чтобы Элигос просто пошел дальше. Он убивал тех, кто не имел к нему никакого отношения, но это были единичные случаи. В основном смерть его врагов еще можно было как-то оправдать. Архонт смотрел, как ребенок жадно пьет воду, постоянно проверяя, сколько осталось, чтобы потом дать другим. Рубиновые глаза что-то искали в этой картине. Сердце Сяо пропустило удар, когда Элигос незаметным жестом подозвал его к себе. — Мне проверить, что впереди? — с плохо скрываемой надеждой в шепоте произнес юноша. Застывшее золото смотрело вниз, на поблескивающий песок под ногами. Каждой клеточкой тела он ощутил, что мужчина улыбнулся. — Я здесь еще не закончил. Удар, удар, удар. Пульс долбил по венам, ускоряясь с каждой секундой. Липкая паника пробежалась по коже сотней мелких иголок. Сяо застыл, чувствуя, как каленая красная нить прошивает сердце. Что он хочет сделать? Этого никогда не предугадать. Казалось, с каждой такой ситуацией в голове Элигоса рождаются все более изощренные идеи. Пальцы занемели и сжались в кулаки. — Спасибо вам, — как в тумане раздалось со стороны. Архонт будто только этого и ждал. Он тут же повернулся, не убирая с губ застывшую улыбку. — Я давно хотел тебя научить… — с пугающим равнодушием заговорил Элигос и повел раскрытой ладонью. Тьма послушно сгустилась на бледной коже и превратилась в острые клинки, которые со скоростью света оказались пущены в тела путников. Те даже крикнуть ничего не успели, падая в песок без сознания. Сяо дернулся, будто мог как-то помешать. Нет, он их не убил. Но… Архонт довольно шевельнул пальцами и склонился над мужчиной, из рук которого выпала бутылка воды. Один из демонов метнулся и шустро подобрал ее с ехидной ухмылкой. Сяо с трудом протолкнул слюну в пересохшее горло, борясь с нервной дрожью в плечах. На ладонях владыки тьмы затанцевала темная магия. Она, будто живая, пошевелилась и змеей влилась в висок человека. Должно быть, это ужасно больно. Несколько секунд — и обратно тянется тонкая серебристая нить. Странный запах коснулся ноздрей. Сяо в непонимании повел подбородком, чувствуя, как желудок урчит. Что это? Почему пахнет сьедобно? Элигос грациозно выпрямился, уместив в ладони добытое. Юноша неуверенно приблизился и вопросительно взглянул на своего хозяина. Алые глаза смотрели с предвкушением и удовольствием. — Это его сны. Ими можно питаться. Сновидения дают энергию. Каждое слово было произнесено с особой вкрадчивой интонацией. Сяо недоуменно сузил веки и бросил взгляд на бессознательных людей. — Им больно? Вопрос вырвался сам по себе, и юноша тут же пожалел об этом. Архонт тьмы будто предугадал его фразу, глухо рассмеявшись. — Это всегда больно. Сны хранят в себе желания, мечты, стремления живой души. Часть их жизни. Весьма интересный способ убийства. Сяо отшатнулся. Очередная порция страха плеснулась в нутро, парализуя. Элигос нахмурился, и пока юноша не успел ничего сообразить, рывком подтащил его свободной рукой обратно. Попытки освободиться ни к чему не привели. Архонт вжал пальцы в подбородок, вынуждая открыть рот, и вдавил в губы ладонь. Странный вкус обжег горло. Сяо закашлялся. Удовлетворившись результатом, владыка тьмы отпустил его. Сон оказался проглочен. Можно было ощутить, как он ползет вниз, к желудку и обволакивает внутренности. Сознание окутал туман. Чужие эмоции бросились в кровь. Паника, боль, сновидения о возможной смерти близких оставили до помутнения горький привкус. Сяо инстинктивно сплюнул пустую слюну. Но эмоции не пропадали. Они стремительно расползались по сознанию, наполняя чем-то доныне незнакомым. В этом вкусе было что-то еще. Теплая любовь и объятия. Сон намертво вьелся в мозг, как наркотик. И когда юноша распробовал эффект, он осознал, что хочет еще. В заледеневших желтых глазах это тут же отразилось. Нечеловеческий голод проснулся и обьял тело. Элигос приглашающе протянул ладонь в направлении путников. Дальше Сяо плохо помнил, что происходило. Только отрывки мелькали в воспаленном сознании. Кажется, он едва ли не вскрывал черепушки, доставая оттуда сны, все без остатка. Маленькую девочку ему не дали тронуть. Элигос сам съел ее сновидения, блаженно жмурясь. Должно быть, очень сладкие… Спустя какое-то время они двинулись дальше, оставив позади себя трупы, которые впоследствии без следа засыпало песком. Как и планировалось, они ворвались в очаг войны. Здесь побеждал молодой юноша, желающий стать архонтом. Владыка тьмы приказал убить всех, а сам сразился с ним лично. Сяо хотел воткнуть копье себе в голову, чтобы навсегда забыть ужасы тех событий. На поле битвы все полыхало, сновали демоны, огромное облако мрака накрыло территорию. Он равнодушно уничтожал всех без разбору. Меч покрылся свежей густой кровью, за которой не было видно даже проблеска стали. Юноша удивлялся, почему его никто не может убить. По какой-то причине он всегда был быстрее, сильнее и умнее. Будто высшие силы направляли его. Сяо пытался запретить себе поглощать сны, но Элигос совсем перестал давать ему обычную еду. Голод брал свое. И мальчик разрушал человеческие души, съедая все, что только мог. Каждый вечер в этом странствии он отмывался от сворачивающейся крови и засыпал без свечи. В лампе больше не было необходимости. Свет стал раздражать. Он был бесполезен. — Мне… Нужно ещё… Голос походил на рычание измученного зверя. Жёлтые зрачки горели неестественным блеском, неутолимой жаждой. Сяо шумно дышал и часто облизывал потрескавшиеся губы. Его лихорадило. — Так найди себе их сам. Юноша медленно моргнул, поднял взгляд на невозмутимого Элигоса, и скрылся за дверью. Долго искать не пришлось. Они как раз перешли опасный участок, где бушевала война, и остановились около небольшой деревни. Сяо бесшумной тенью скользил по перелеску, приближаясь к огонькам. Сердце бешено колотилось в груди. Рассудок плавал в тумане. Ещё, ещё… Хочется снова попробовать… Мальчик приблизился к окну, осторожно заглянул внутрь. Сладкий запах бросился в нос и оглушил. Сяо окончательно терял контроль над собой. Он залез в дом, не издав ни одного лишнего звука. Взгляд упал на спящих обитателей. Молодая семья: муж, жена и маленький ребёнок, на вид семи лет отроду. Убранство было крайне скромным, ни одной лишней вещи. Одинокая свеча догорала на ветхой табуретке, освещая румяное лицо спящего. Сяо пропустил воздух через нос. Все естество подобралось, тело передёрнуло. Он в два шага приблизился, наклонился и протянул дрожащие пальцы. Ребенок наморщил лоб, но не проснулся. По тощей руке потекла серебряная нить. Она мгновенно впитывалась в тело. Сяо зажмурился и запрокинул голову, выглядя, словно безумец. Кровь отлила от лица, превращая его в белую маску. Эти сны… Без страха и боли. Совсем не те, которые учил поглощать Элигос. Здесь вкус дома, тепла, безопасности и любви… Ниточка медленно истончалась до тех пор, пока не растаяла в воздухе. Сяо некоторое время не двигался, застыв одинокой статуей, а потом открыл глаза. Странная дымка замаячила вокруг, застилая обзор. Юноша тронул собственную щеку и часто заморгал. Он плакал. Плакала его душа, желавшая такой же ласки и безмятежности. Будто хотела напомнить, что она ещё здесь. Что ее нужно спасти. — Аааааааа! Жуткий крик вызвал переполох. Сяо резко встал и обернулся. Девушка смотрела прямо на него огромными глазами, полными паники, и пыталась нащупать хоть что-то для защиты. Ее муж тоже проснулся, мгновенно вскочил, выдернув из-за изголовья лук. Сяо был абсолютно спокоен. Привкус детского сна о яблочном пироге матери и драконах катался на языке, растворяясь быстрее сахара. Мужчина ни слова не говоря натянул тетиву и выстрелил. Стрела оказалась отбита в мгновение ока мечом. Кажется, девушка продолжала кричать. Сяо сделал выпад, замах, и разрубил орудие противника. Дерево жалобно хрустнуло, тетива лопнула с коротким писком. Мужчина не отступил, он сжал кулаки. На его лице явно проступал страх, но вместе с ним и невиданная смелость. Готовность защищать свою семью до последнего. Сяо коротко хмыкнул. Их сны, ещё свежие… тоже можно съесть. Только это звенело в пустой голове и отражалось в пугающих, светящихся жадным блеском, глазах. Драке суждено было случиться. Табурет опрокинулся, свечка погасла. Девушка попыталась встать и наброситься с другой стороны, но Сяо откинул ее рукой, как пушинку. Она упала на стол, кажется, ударилась. Поднялся жуткий грохот. Мужчина попытался сбить юношу с ног, надеясь на преимущество в росте и весе, но вместо этого меч полетел ему в горло. Противник чудом успел уклониться и отпрыгнуть назад. Снова бесстрастный выпад, и он уже прижат к стенке. Глаза Сяо налились кровью. Пальцы намертво сжимали рукоять меча, нацеленного на жертву. Сейчас, ещё чуть-чуть, и он снова попробует их… — Пожалуйста, не надо! Мама! Детский плач оглушил. Мальчик проснулся, увидел погром и разрыдался от страха. От сказочного сна не осталось и следа. Его мать видимо потеряла сознание. Ребенок начал захлёбываться в слезах истерики, попытался быстро слезть с постели и добраться до мамы, оступился на сползшем одеяле, упал. Тут же поднялся и побежал к родителю. Он прижался к ней, как испуганный котенок, не переставая плакать. Лицо ребенка покраснело, слезы и сопли текли беспрестанно. Он продолжал звать маму. Что-то в тот миг оборвалось в израненном сердце Сяо. Юноша не запомнил, как ушел оттуда. В душу навсегда врезался только тот плач и вкус сна. Ведь он так же плакал много ночей, до потери дыхания. Но ему давно перестали сниться хорошие сны. Сяо тоже так хотел бы просто прижаться к своей матери…

***

Мерцание глаза бога стало абсолютно ненавистным. Сяо бессознательно смотрел пустыми глазами на голубой камень в оправе. Сначала он и вправду верил, что благословение Селестии поможет ему. Но потом другие мысли заполонили голову. Это ведь то, что сделало его сильнее, а значит превратило в ещё большего монстра. Юноша свёл брови к переносице. Гнев сверкнул в узких зрачках, и глаз бога оказался сорван с шеи. Камень с кратким свистом полетел в стену маленькой комнатушки. Тонкие пальцы обессиленно зарылись в грязные неуложенные пряди. Сяо закусил губу, с безразличием принимая боль и пробуя на вкус собственную кровь. Отвратительно. Он ненавидел сам себя больше всего на свете. Ведь это его рука когда-то поднялась и оставила росчерк на тошнотворно чистой бумаге. И если тогда мальчик ещё многого не понимал, теперь картина сложилась пугающей. Он стал ничем не лучше Элигоса. Беспощадный жестокий убийца, пожиратель снов, омывший кровью земли Тейвата. Ладонь рваными движениями нашарила меч и вытащила его из ножен. Сяо приставил острое лезвие к собственному горлу и попытался надавить. Невидимая сила сковала мышцы, не позволяя сдвинуть орудие хотя бы на миллиметр. Чертов контракт запрещал калечить себя самого. Элигос и это предусмотрел. Юноша до хруста стиснул челюсти, не оставляя жалкие попытки. Лезвие задергалось в воздухе от тряски пальцев. Сбитые костяшки побелели. Никак. Бесполезно. Отчаянный рев вырвался из горла, вынуждая скакнуть кадык вверх. Сяо сменил направление и сделал замах в собственный живот. Прохлада желанной смерти только легонько пощекотала кожу. До какого же отчаяния он дошел, что его не пугало самоубийство? «Я могу ещё немного тебе помочь…» Голос раздался в голове столь внезапно, что ударил дробью в виски. Сяо в страхе зажмурился, выронил меч и автоматически вдавил ладони в уши. Почему они снова заговорили? Убитые души постоянно несли бред в сознании, но как правило затихали периодически, особенно после проглоченных снов. Неужели их стало больше? Под веками заплясали разноцветные вспышки. Сяо буквально ощутил, как они стоят за его спиной и протягивают окровавленные руки. Их лица будто подсвечены чем-то, выделяя каждую чёрточку так, чтобы навечно врезаться в память. Забыть хоть кого-то одного — непозволительная роскошь. Хвала архонтам, это оказались фантазии воспалённого мозга. Сяо осознал это спустя несколько секунд, когда вновь услышал спокойный ласковый голос. «У тебя всегда будут силы, чтобы справиться. Но позволь подарить немного больше.» Глаза неверяще приоткрылись. Юноша в сомнениях оглядел свою комнатку, полагая, что тут кто-то есть и прячется. Может, демоны решили снова подшутить над ним? Старые раны тут же заныли, напоминая, чем это закончилось в прошлый раз. Потрескавшиеся губы приоткрылись, чтобы задать вопрос, но вместо этого выпустили вскрик от внезапного жжения в районе лопаток. Кожу в том месте будто бы аккуратно вскрывали ножом. Сяо прикусил собственные пальцы, силясь подавить стон. Ему не дозволялось шуметь. За нарушение мальчика мгновенно отправляли в камеру под стражу, где настигали самые разнообразные пытки. Юноша скрючился пополам, встретившись лбом с грязным полом. Попытка вздохнуть оказалась неудачной — стало ещё больнее. Что-то появлялось там, на спине, вырастая из его собственных костей. Странная трансформация подарила ужасные ощущения. Сяо скрутило желудок от хруста и звука собственной лопающейся плоти. Голос в голове замолчал. Агония длилась недолго, но успела знатно потрепать и без того расшатанную психику. Сяо съежился на полу подобно эмбриону, подтянув к подбородку колени. Его снова трясло. Сознание как назло не отключалось, будто специально хотело впечатать в себя этот момент, сохранить его среди других таких же отвратных. Но у боли был один жирный минус. Она напоминала о том, что Сяо был ещё жив. Счёт времени снова потерялся. Юноша долго не двигался, а когда решился подняться, тут же пожалел. Спина заныла, словно в нее всадили два длинных ножа, и почему-то странно потяжелела. Руки упёрлись в пол, принимая на себя вес ослабленного корпуса. Сзади что-то потянулось с едва слышным шелестом. Сяо испуганно пощупал пальцами шею, спускаясь ниже, пока не наткнулся на нечто мягкое и теплое. У него никогда не было зеркала, чтобы прямо сейчас взглянуть через него на то, что появилось. Пришлось снова покрепче сомкнуть челюсти и пошевелить лопатками. В этот раз боль оказалась вполне себе терпима. Сяо встал, расправил плечи и неверяще замер. Оборачиваться совсем не хотелось, но любопытство всё же взяло верх. Потускневшие глаза цвета потали метнулись вбок. За его спиной раскинулись самые настоящие крылья, ужасающе прекрасные. Перья отливали мягким золотистым оттенком, устилая всю поверхность новой кости пушистым ковром. Сяо часто заморгал и даже потёр веки кулаками, подумав, что провалился в забытье и сейчас ему чудится. Однако тактильные ощущения опровергли данное предположение. Красота крыльев захватывала дух. Оттого тут же засаднило в душе. Разве может Сяо ассоциироваться с этим? И кто преподнес ему этот дар? Боги Селестии? Или же некто иной? Полупрозрачная пыль создавала вокруг волшебное облако. Юноша согнул руку и осторожно погладил сам себя по крылу. И правда, настоящие… Паническая мысль прострелила голову столь резко, что стало тошно. Нет… Нельзя, чтобы это хоть кто-то увидел. Если Элигос узнает… Он непременно воспользуется ими. А как, Сяо даже предположить страшился. Хоть бы они могли исчезать… Пожалуйста! На миг жар пробежался по напряжённому телу. Крылья сомкнулись и действительно испарились, оставив после себя медленно оседающую золотую пыль. Сяо издал выдох облегчения и упал на изодранную старую простыню. На молочной коже спины остались два тонких рубца. Он почти беспрестанно размышлял, зачем кто-то даровал крылья. День за днём эта мысль крутилась в голове, как волчок, и истязала сознание. Неужели Сяо должен пройти все эти испытания? Юноша давно рассчитывал лишь на то, что его кто-нибудь наконец убьет. Когда-то это и вправду почти случилось — мальчик намеренно позволил противнику проткнуть себя копьём. Сяо лежал, вдавленный в землю, и спокойно смотрел в глаза противника, который нависал над ним. Кажется, он даже удивился, не услышав в ответ ни звука и не увидев ни одной попытки сопротивления. Боль вгрызалась в желудок, шла горячими волнами по телу, кровь лилась бурной рекой, а юноша просто лежал и ждал. Но души тех, кого он до этого убил, решили иначе. Рёв голосов прорвался в мутнеющее сознание, принялся колотить по черепной коробке. Они не желали, чтобы их хозяин умер. Они существовали только благодаря ему, их осколки душ паразитами сидели в худощавом теле. «Не вздумай умирать, как слабак!» «Покажи этому ничтожеству, какой ты жестокий…» «Вскрой ему горло. Дай нам посмотреть на кровь!» «Сражайся! Убей! Дай посмотреть на это!» Они стенали, будто безумцы, и рука сама по себе схватилась за древко копья, с мерзким хрустом вытаскивая из тела. Дыра зияла в распоротом животе, но боль внезапно исчезла, у мозга не было возможности получить эти сигналы. Тени дышали Сяо в спину, опутывали его черными пальцами. Горячий шепот жёг уши и туманил сознание. Сяо убивал противника долго и мучительно, неосознанно упиваясь криками из охрипшего горла. После того случая юноша понял — не существует способа ему помочь. Какую бы лазейку он не пробовал — она схлопывалась безрезультатно, оставляя горький привкус на языке. Казалось, все чувства исчезли, сил не осталось даже на ненависть и злобу. Пугающее равнодушие росло в груди и топило в себе без возможности всплыть. Но от этих крыльев что-то засвербило там, под ребрами, пустив слабую теплую волну. Спустя несколько недель Элигос почти дошел до Драконьего Хребта, как и планировалось, оставляя за собой реки крови. Война продолжалась, и он такой был не один. Вскоре к удивлению Сяо их команда стала больше. Архонт нашел себе союзников. Возможно, ему просто наскучило общение с собственными подчинёнными. Элигос был невероятно силен, и вряд ли ему требовалась подмога. Вывод напрашивался один — это просто спутники. Сяо даже представить себе не мог, насколько неприятными станут эти знакомства. И какие последствия они принесут. Вечером, после знатной бойни, Элигос пригласил новоиспечённых союзников на ужин. Они как раз отвоевали огромный дом, в котором жили если не архонты, то какие-нибудь богачи. Здание пылало роскошью, внутри убранство напоминало королевский замок. Украшенная зала идеально подходила для того, чтобы там отдохнуть. Для Сяо, естественно, никакого праздника и быть не могло. Даже если бы ему предложили остаться, он наотрез отказался бы. Юноша хотел лишь одного — быстрее смыть с себя кровь и уснуть, провалившись в забытье. Ледяная вода лилась тонкой струёй на грязную голову. Сяо с пустым лицом тер собственную кожу, покрытую рубцами от ран. Жаль, что утекала только кровь. Мысли из головы заставить вытечь было никак нельзя. Едва юноша вымылся и упал в постель, из тени, танцующей на стене, выскочила душа, прислуживающая хозяину, и нагло замаячила перед носом. Юноша устало потёр веки и приподнялся на локтях. — Иди в зал. Тебя ждут, — равнодушно оповестил призрак и тут же растаял. Сердце с тревогой стукнуло по рёбрам. Ничего хорошего не случается, если его зовёт Элигос. Никогда. Сяо стоял в поклоне перед архонтом и его новыми друзьями, расположившихся на нефритовой кушетке. Золотые глаза смотрели строго в пол, считая секунды. Наконец послышался взмах пальцев. Юноша покорно выпрямился и посмотрел на Элигоса. Чей-то чужой взгляд сбоку внимательно скользил по мальчику и ощущался всей кожей. Сяо не смел туда взглянуть даже на секунду. Он ждал приказа. — Ты уверен? — раздался тихий полушепот. Элигос таинственно прищурился и знаком приказал подойти ближе. Тело задеревенело от невесть откуда взявшейся паники. Сяо гулко сглотнул. Шестое чувство стискивало глотку, предупреждая о чем-то. Тем не менее, он беспрекословно приблизился. Владыка тьмы откинулся назад и испытующе медленно облизнул Сяо красными глазами. Остальные гости притихли, предвкушая увлекательное зрелище. Они смотрели на мальчика, как на диковинное существо, их взгляды пронзали насквозь, оставляя ледяные мурашки. — Покажи-ка нам, что ты так старательно всё время прятал от меня? — прогремело из уст Элигоса. Мир словно остановился на секунду. Сяо забыл о дыхании, пока осознание неслось по онемевшему телу. Нет. Этого не может быть. Он не должен был узнать. Сердце исступлённо лупило по рёбрам. Ладони в перчатках вспотели. Юноша мотнул подбородком, надеясь, что на лице не мелькнуло ни единой эмоции и выдохнул: — У меня ничего нет, господин. По зале побежали шепотки недовольства. Элигос едва заметно приподнял одну бровь. Сяо стало невыносимо тяжело стоять. Жуткая трясучка жаждала скрутить в конвульсиях тело, но он держался до последнего. Нельзя показывать свою слабость. Нельзя. — Ты смеешь мне врать? Фраза прозвучала прямо около уха — Элигос в одно мгновение преодолел расстояние и вылетел из облака тьмы совсем рядом. Сяо даже не успел ничего понять. Зрачки в ужасе расширились, тело инстинктивно сжалось. Широкая ладонь вдавилась в его плечо, развернула и швырнула на пол. Это было совсем не больно. Боль возникла от страха, который принялся трепать душу. Юноша опёрся дрожащими руками об пол, намереваясь встать, но его пригвоздил обратно ботинок, опустившийся на спину. Точнехонько на лопатки. Место после появления крыльев стало очень чувствительным, и Сяо вскрикнул, тут же испуганно сомкнув губы. Глаза смотрели в одну точку. За что? Почему именно он? Мысли бились в голове, превращаясь в огромный пульсирующий шар. Гостям явно нравилось это представление, ибо они прямо-таки начали источать воодушевление. Дьявольские отродья во плоти. — Ну так что? Сам покажешь, или мне разрезать кожу? Напоследок посильнее надавив, сапог исчез и оставил неприятное покалывание. Сяо от бессилия скреб ногтями прекрасную мраморную плитку, продолжая лежать. Ведь подняться ему не приказывали. Пришлось подчиниться. Вдох — и крылья позади вытягиваются с тихим шелестом. Они на несколько секунд застывают в воздухе, сложенные вместе, а затем обессиленно раскрываются и падают. Будто Сяо только что упал с самого высокого облака, да так и умер здесь. Жаль это неправда. Довольная ухмылка чувствуется кожей. Холодные пальцы хозяина берутся за край правого крыла, щупают до самой кости и тянут. Сяо жмурится, силясь нормализовать собственное дыхание. Он боялся представить, что будет дальше. — Встань. Краткий приказ ударяет дробью в голову. Элигос возвращается на свое место, а юноша поднимается и дёргает крыльями, складывая их за спиной, чтобы никто не смотрел. Но какой смысл, если сейчас его буквально поедали глазами? Владыка тьмы тоже глядел. Там, в алом мареве блестела та самая искорка. Сейчас его накажут за ложь, при всех. Прямо здесь заставят претерпевать пытки. Архонт повернулся и что-то шепнул. Только сейчас Сяо обратил внимание на того, кто сидел подле хозяина. Мужчина был высок и довольно крепко сложен. Пухлые губы довольно улыбались. Он легонько кивнул и встал. — Делай все, что он скажет, — спокойно приказал владыка тьмы. Дрожь охватила всё тело. Сяо в оцепенении наблюдал, как незнакомый мужчина подходит ближе, так, что можно рассмотреть в деталях длинное белое кимоно с золотыми нитями, эльфийские уши, волосы с голубым отливом, обманчиво миловидное лицо. И яркие синие глаза, отражающие безумство. Бежать! Паника стиснула горло сухими пальцами. Крылья резко раскрылись, сделав мощный взмах. Золотые перья посыпались вниз. Сяо впервые попытался взлететь, оттолкнулся от тошнотворно чистого пола… Тени были быстрее. Черные ленты, возникшие из пустого пространства, жестоко схватили за лодыжки и дёрнули обратно. Сяо чудом устоял, нелепо взмахнув руками. В следующий миг мужчина оказался рядом и вцепился в горло, толкая на невесть откуда взявшееся позади ложе из нефрита. Удар об него вышиб воздух из лёгких. Сяо принялся сопротивляться, вцепившись в широкую ладонь пальцами и с ужасом осознавая, сколько в ней силы. Враг навис над ним, одаривая мерзкой ухмылкой, которую хотелось стереть навсегда. Крылья в панике задергались, неистово ударяясь о жёсткую поверхность и рассыпая перья. Его не пытались убить, но необходимый воздух еле протискивался в лёгкие. Остальные спутники Элигоса затаили дыхание, не забывая пить из хрустальных бокалов. Разве кто-то из них откажется от такого зрелища? Сяо даже не подозревал, что с крыльями он стал куда интереснее. Это было редкостью. Никто, кроме архонтов, драконов и некоторых долгоживущих существ не обладал ими. Повезло… Ещё пара секунд, и желанная порция кислорода проникает в онемевшую глотку. Сяо резво дёргается, но ему снова препятствуют. Мужчине, похоже, нравится наблюдать, как жертва пытается сопротивляться. Он держал все под контролем, и когда юноша полагал, что сможет ударить, то опередил и призвал элементальную энергию. Невидимая сила сковала руки, растянув их в стороны. Сяо испуганно захлебнулся воздухом. Страх превратился в огромное цунами, бушующее внутри. Хотелось сбежать, потерять сознание, умереть прямо здесь. Но ему не доступна такая роскошь. Крылья все ещё были свободны, и Сяо рьяно затрепыхал ими, силясь задеть мужчину. Тот был пугающе спокоен. Мягкие перья несколько раз хлестнули по нежному лицу, и он обернулся к Элигосу с довольной улыбкой: — Какой непослушный. Юноша тоже туда посмотрел, столкнувшись с рубиновыми глазами, которые пылали невидимым огнем. Он ничего не сделает. Ему тоже нравится. Он хочет увидеть все его страдания, до последней капли. Послышался тихий хлопок, а затем крыло пронзила волна боли. Сяо не выдержал и закричал. Это в разы нестерпимее, чем обычные раны. Нежная плоть неприятно хрустнула. Затравленный золотой взгляд метнулся в ту сторону. Левое крыло было безжалостно проткнуто роскошным клинком. Капли крови бусинками застыли на светящемся оперении. Мужчина удовлетворённо осмотрел результат своей работы и склонился ужасающе близко, так, что стали видны черные прожилки в сапфировых зрачках: — Не сопротивляйся так сильно. У меня второй такой клинок есть. Каждое слово произносилось с особой интонацией, от которой сдавливало нутро. Сяо стал отличным представлением для заскучавших демонов. Для тех, кому до тошноты надоело смотреть только на убийства. Такого они ещё не видели, а потому подначивали мужчину не останавливаться. Тот и не собирался. Юноша инстинктивно не оставлял попытки высвободиться, искал хоть малейшую лазейку, чем лишь раззадоривал мучителя. Второе крыло пускать в ход было страшно, оттого оно беспомощно стекало золотом по ледяному нефриту. Демон в нетерпении дёрнул длинными ушами и огладил двумя пальцами маленький подбородок Сяо. Тот мгновенно выпустил зубы, заранее зная, что это бесполезная затея. Острые клыки мелькнули из-под тонких губ. «Он ещё и кусается» — прозвучало сквозь туман в голове. Чужие ладони по-хозяйски легли на рубашку и рванули за края. Застёжки жалобно треснули. Ледяной воздух обдал покрытую от паники потом кожу. Сяо снова неистово дернулся, задыхаясь от боли в крыле, но только лишь попусту потратил силы. По сравнению с мужчиной он был слишком маленьким, слишком слабым и уязвимым. В расширившихся зрачках искрились эмоции, впервые за долгое время, и это подначивало мучителя. Исчезнувшая ткань открыла израненное, но крепкое тело. Юноша постоянно двигался, убивал, что привело к неплохой физической форме. Он никогда на это не обращал внимания, а мужчина крайне заинтересовался, опустив пальцы на ребра. Спазм подкатил под корень языка. Сяо уже не осознавал, что продолжал сопротивляться. Догадки о дальнейшем развитии событий, одна хуже другой, прошивали воспалённый мозг. Отвратительно холеные руки огладили его живот, поднялись выше и сжали сосок. Крылья мелко задрожали под мокрой спиной. Тело принялось реагировать на подобные касания и покорно обмякать. Юноша стиснул зубы до хруста. Нет, только не это… К нему никто и никогда не прикасался вот так. Никто не видел его в подобном положении. Уязвимым и слабым. Мужчина впивался взглядом в его лицо, отслеживая малейшие изменения. Он ничего не говорил и наслаждался каждым выдохом, каждым шевелением тела под ним. Похоть явственно прочлась в потемневших синих глазах, и Сяо отвернулся в сторону, чувствуя, как дымка слез образует пелену. Рот плотно сомкнулся, дабы не выпустить ни звука. Юноша попытался впасть в забытье. Представить, что его тут нет, что это не он распластанный лежит под демоном. Но это не понравилось последнему, и ладонь грубо сжала челюсти, поворачивая обратно. — Смотри сюда. Приказ вынудил повиноваться. Юноша сморгнул набухшую влагу в глазах. Мужчина довольно хмыкнул и переместил руки на ноги. Сяо всхлипнул, теряя всякий контроль над собой. Он превратился в самую уязвимую версию себя. То, что было спрятано глубоко в душе, вырвалось наружу. Слезы тихо потекли по раскрасневшемуся лицу. Сильные руки с лёгкостью развели колени в стороны. Сяо видел все эмоции на лице мужчины. Его похотливый блуждающий взгляд и блеск предвкушения в нем. Юноша понятия не имел, что с ним хотят сделать, но знал: это худшее из того, что могло произойти. Нужно было бороться. Бороться, даже если это бесполезно. Свободное крыло в изнеможении дёргается и с невесть откуда взявшейся мощью ударяет мучителя по лицу. Тот отшатывается, его взгляд вмиг наполняется безумством. По зале бежит недовольный рокот. Сяо, пользуясь замешательством, делает глубокий вдох и дёргает пригвожденным крылом. Агония бежит от рвущейся плоти в мышцы. Перья превращаются в месиво вместе с кровью. Свобода опалила тело и подарила прилив сил. Сяо резко вскакивает и хватает клинок, выставив его перед собой. По зале бежит рокот, лицо мужчины искажается в неясной эмоции. Никто ничего не успевает сообразить, Элигос открывает рот, чтобы издать приказ, а юноша быстро заводит лезвие себе за спину и делает короткий взмах. Боль простреливает лопатки. Крылья шлепком падают позади. Все такие же прекрасные. Золото тонет в алой реке. Холодный безумный взгляд скользит по каждому присутствующему, останавливаясь на Элигосе. Тот день намертво отпечатался в голове, вплоть до каждой секунды. Юноша и помыслить не мог, что над ним могут надругаться. Его больше не пытались распять таким же образом, ведь крылья были срезаны, да и Сяо весь перемазался в крови. Хозяин его наказал. Пытки длились неделю. На теле не осталось живого места, на спине не заживали рубцы, потому что их каждый раз истязали. После этого Сяо, кажется, начал терять рассудок. Юноша потерял счёт дням, когда они дошли до Драконьего Хребта. Здесь было ужасно холодно. Горы и равнины устилало белое покрывало. Элигос послал своих подчинённых, куда требуется, а оставшимся приказал разбить лагерь. Сяо заставили дежурить всю ночь. На тот момент он не ел уже несколько недель, если не месяц. Все сны юноша относил владыке тьмы, ему нельзя было брать ни капли. Желудок ныл колющей болью. Снег заманчиво поблескивал в ночном свете луны. Сказочно прекрасный. Сяо отошёл чуть дальше положенного, упал коленями в сугроб. Голова была забита кровожадными голосами. Они что-то ныли, шипели, кричали. Юноша напрочь игнорировал всё. Трясущиеся пальцы, обтянутые тканью перчаток, окунулись в пуховый снег. Серебро посыпалось по ладоням. Сяо разомкнул пересохшие губы, наклонившись. Пригоршня снежинок обдала морозом рот изнутри, стремительно тая. Образовавшаяся вода показалась с голоду ужасно сладкой. Сяо хрипло сглотнул и зачерпнул ещё, жадно глотая ледяной снег. Он несметное количество раз отправлял комья в рот, силясь представить, что это еда. Тот самый яблочный пирог. Снег хрустел на занывших зубах, обжигал язык. Сяо наконец остановился, уронив заледеневшие пальцы на колени. Желудок оказался хоть чем-то забит, но резь не утихла, а только наоборот, сильнее полоснула изнутри. Пустые жёлтые глаза посмотрели на молчаливую луну. Он стал ужасно похож на демона. Хоть внешность по прежнему и была человеческой, Сяо утерял собственную душу. Он стал пустым сосудом, который Элигос наполнял, как ему вздумается. Сяо продолжал убивать, пожирать сны, и трупов за его спиной становилось все больше. Бесконечные голоса жили в голове, заставив забыть, что такое покой. Под кожей зудело одно желание. Сдохнуть. Когда они покинули Хребет, Сяо с тоской провожал взглядом снег. Элигос находился в крайне приподнятом настроении, будто наконец все происходит так, как он хочет. Неужели он удовлетворил свои потребности? Юноша не знал. И никогда не спрашивал. Ибо ответ был прост. Архонт не смог когда-то убить того, кого хотел. И теперь пытался возместить это кровавым истреблением всех неугодных. И ведь владыку тьмы даже не считали каким-то безумцем. Шла война, и на ней он такой был далеко не один. Вновь они ступили на чужие земли. Здесь простирались поля, горы и реки. Очень живописная местность. Сяо ещё тогда подумал: почему тут всё относительно спокойно? Потому что был защитник. Они столкнулись с ним, едва прошли к первому перелеску. Золотое сияние на миг ослепило. Моракс завис в воздухе, грозно смотря на чужаков. Элигос предвкушающе облизнул губы и щёлкнул пальцами. Сяо бесстрашно кинулся в бой. Он не сомневался ни секунды в том, что одолеет дракона, ведь его судьба всегда была непреклонна. Ему не суждено умереть, не суждено освободиться. Моракс решил переписать судьбу. Драгоценный меч непоколебимо полетел в горло, но неожиданно стукнулся обо что-то невидимое. Сяо тут же оттолкнулся обратно, впервые рассмотрев лицо противника повнимательнее. Красивый молодой мужчина с глазами, похожими на плавленый янтарь. Вокруг него, кажется, щит? Он недовольно покачал головой и, игнорируя мальчишку, желающего снова напасть, обернулся к Элигосу. — Дальше я вас не пущу. Можете уходить. Владыка тьмы коротко хохотнул. Он был до ужасу уверен в себе, даже соратников не позвал. Только лишь скрестил руки на груди и приподнял острый подбородок: — Я сам пройду через твой труп. — Рубиновые глаза метнулись на Сяо, отдавая краткий приказ: — Убить. Юноша тут же метнулся стрелой с очередным выпадом. Моракс успел оценить обстановку за эти пару мгновений. Дракон понял, что мальчик слуга, а значит противник — архонт. Ладонь, покрытая золотым маревом с темными полосками, легко вытянулась вперёд. Каменная стрела врезалась в несущийся на него меч и осколками сбила атаку Сяо. Он отлетел назад, едва успев сгруппироваться. Янтарные зрачки сузились, встречаясь с красными. — Так и будешь прикрываться мальчишкой? Элигос в беззвучной ярости скрипнул зубами и зачерпнул что-то обеими руками. В них покорно сгустилась концентрированная тьма, отдающая дурным запахом. Сяо отступил и с лёгким удивлением посмотрел на фигуру мужчины в небе. Разве до него не доходили слухи об этом кровожадном архонте? Иначе почему он не боится? Ответ появился быстрее, чем ожидалось. Битва выдалась на редкость устрашающей. Сама земля содрогалась от сражения двух могущественных противников. Моракс был невероятно силен, он раскидывал копья из камня, как пушинки. Элигос применял всю свою ловкость, чтобы уходить от сокрушительных атак, и выпускал обильное количество темной магии. Воздух трещал от густоты элементальных сил. Сяо внимательно следил за боем, ожидая увидеть тайный смертельный удар теневого клинка. Владыка тьмы действительно приберег его, но использовать не успел. Моракс с лёгкостью принял на себя все атаки и развел руки в стороны, а после скрестил их на груди. Гигантская гео комета полетела, казалось, прямо с небес и рухнула вниз, похоронив под собой несколько деревьев. Сяо ошарашенно расширил глаза. Он ждал, что сейчас Элигос выберется из-под завала и нанесет ответный удар. Но этого не случилось. Комета раскололась, замерцала и пропала, являя взору примятое тело. Юноша некоторое время не двигался, оцепенев, а затем бросился к архонту. Он упал рядом, быстро протягивая пальцы к шее и пытаясь нащупать пульс. Вена ответила гулкой тишиной. Сяо забыл, как дышать. Он не вставал, сидя в одном положении и уткнув взгляд в окровавленное лицо. Сзади остро ощутилось тепло чужого тела. Юноша среагировал мгновенно и отпрыгнул назад, выставив меч. Грудь рвано вздымалась от беспричинно сбитого дыхания. Моракс величественно стоял около мертвого владыки тьмы. Его белый плащ развевался на поднявшемся ветре, руки слегка светились, будто по ним и правда течет настоящее золото. Взгляд был спокоен. — Ты свободен, — тихо произнес он и улыбнулся. Сяо шокировано мотнул головой. Он не мог поверить, что это произошло. Свободная рука взметнулась сама по себе и звонко шлепнула по щеке. Не может быть. Это очередной сон. Моракс обеспокоенно наблюдал за юношей. Он очень странно выглядит. Демонический бог скал боялся даже предположить, что произошло с этим мальчиком. Сяо продолжал себя избивать, пытаясь очнуться от несуществующего сна. Мужчина сделал осторожный шаг вперёд, и меч мгновенно оказался наставлен на него: — Нет! Ты тоже заставишь меня служить! Безумный вскрик отдал звоном в ушах. Моракс покорно застыл, не понимая, как действовать. Возиться с мальчиком времени не было, но и оставлять его было нельзя — без хозяина он может себя убить. К сожалению, дракон был знаком с подобными случаями. В мире, где есть возможность заключить контракт, всегда будет тот, кто вынужден подчиниться хозяину и совершать вещи, которые иному страшно представить. Сяо крепче стиснул дрожащими пальцами меч. Щека полыхала невидимым огнем, а в голове снова заговорили голоса. Они никуда не исчезли, их стало непомерно много. «Он лишил тебя хозяина, убей его!» «Вонзи меч ему в горло. Дай крови! «Ничтожество. Без него ты ни на что не способен!» «Дерись ещё. Дерись пока мы не почувствуем боль. Нам нравится, как ты страдаешь. Давай!» Пульс долбил по вискам. Все вокруг размылось в непонятное белесое пятно. Сяо медленно покачнулся, ощутив, как рассудок темнеет, а опора под ногами исчезает. Кажется, чьи-то руки поймали его перед тем, как сознание провалилось в желанную пустоту.