Сколько в тебе любви?

      Такеяма не считала себя какой-то особенной. Свои волосы из тёмного оттенка она выводила всеми средствами, лишь бы сильнее выделиться на фоне таких же обычных выпускниц ЮЭЙ. Чтобы сразу поднимать свою фанбазу, чтобы не быть серой мышкой, чтобы забыть свои неудачные отношения. Отстригать волосы после расставания она не хотела. Хер тебе, придурок, девушка не просто так отращивала их. Всё, что угодно, но только не это. Юу не желала показывать слабину тем, кто смеялся с брошенки, и теперь могла довольствоваться прекрасным результатом, доведя волосы до плюс-минус нужного результата. И первый рабочий день она ждала сильнее всего. Показать себя как героиню, как нового про. «Смотрите, на меня можно положиться. Я чертовски хороша!» Только даже с лицензией, в геройском костюме и в рабочее время никто не обращал на неё внимания. Пара школьников подошли и спросили: «Мисс, тут недалеко проходит ивент?». Юу незаметно краснела, пока объясняла им, что она новичок и собирается останавливать любое зло, какое бы она ни встретила. Они посмеялись и пошли по своим «важным» делам, а блондинка только сильнее загналась.       Злодеями не пахло даже близко, Горная Леди обходила выбранную ею территорию и просто скучала. По новостям прокрутили несколько сводок, что вот её одноклассник, её чёртов бывший, уже начал строить карьеру — словил одного преступника в громкой стычке соседнего города. Такое пересилить труднее, вот так заявить о себе может не каждый и, видимо, свой шанс она проебала. Где-то с неделю назад, когда выбирала себе в каких районах собирается работать. И если бы не грёбанное расставание, то сейчас она бы также чествовала своё великолепное начало. Хотели же вместе идти, быть дуэтом, но это в прошлом. В ПРОШЛОМ! Юу хлопает себя по щекам и пытается сдержать слёзы, заглядываясь на высотки. Неплохое место для геройствования, правда тут всё тихо-мирно.       Фиолетовые глаза цепляются за человека на крыше многоэтажки. Она бы его и не заметила, если бы не идеально белые волосы. Сама хотела добиться такого, но мастер-парикмахер сказал, что ещё одно осветление за короткое время и можно искать новые волосы. «Не-е-е-е-ет, он не прыгнет…» — Юу так не думает, слишком часто оглядывается он по сторонам и от чего-то Такеяма замирает. Шаг… два… и прыжок… Спиной вниз. Нервный комок развязывается внизу живота. Загляделась, блядь, на самоубийцу, потому что красиво летит… Синие всполохи выглядят совсем как крылья и девушка подмечает множество странных мелочей. На улице немноголюдно, никто не видит этого замедленного полёта. Только Такеяма беспокоится о нём и ловит своими огромными руками, когда вспышки в очередной раз исчезают и падение ускоряется.       Сердце колотится как бешеное, она успела и теперь, попав под взор голубых глаз, краснела. Сильнее, чем в первый раз с бывшим, и это было странно. Он не мигает, сжигает взглядом и удобнее устраивается в её руках. Рубашка на его спине, в том самом месте, откуда шли всполохи, прожжена, а на коже алеют свежие ожоги. Свежие, потому что глазами цепляется за другие участки кожи и там ситуация не лучше, может даже и не в первый раз такое вытворяет этот парень. Он смотрит сквозь её пальцы вниз и только убедившись, что ему не мерещится это, поворачивается обратно к ней. — Не думай, что тебе зачтётся это за доброе дело, героиня, — ветер сильнее взлохмачивает белые волосы и Юу приходится смириться с тем, что внешность бывает обманчива. Голос у него грубоватый, тихий и хриплый, похож на больного ангиной заядлого курильщика. — Ладно, — Такеяма и не знает, что ей нужно от него ещё. Мол, он в действительности не собирался умирать вот так, а она его ещё и держит на раскрытых ладонях как крохотного котёнка. — Будь осторожнее в следующий раз…       Слова вырываются сами и до пиздеца неправильные. Какой к чёрту следующий раз? Идиотка, что ли? Типа, прямым текстом — пойди и убейся? Он сползает с её руки, перебирается на девичье плечо. Странное ощущение, по ней люди ещё не ходили, а тут вот босой подбирается совсем близко к лицу и легко целует в щеку. Холодный, несколькими мгновениями раньше от него исходило тепло, даже жар. Сейчас прохладное прикосновение к коже отзывалось чем-то приятным. «Ангелочек» — как прозвала его девушка мысленно до раскрытия его рта, возвращается к её рукам, садится между средним и безымянным пальцами ужасно довольным. — Спасибо, — он почти ложится, намекая, что слезать с неё не собирается. — Если хочешь по-настоящему хорошее дело сделать, то отнеси меня в Огненное Агентство, у меня энергии не хватит доползти туда на своих двоих.       Такеяма долго рассматривает пассажира и с ужасом замечает на чужой руке больничный браслет. Красный. В голове крутятся уроки из академии, что значат цвета на запястьях больных, если студентов занесёт в клинику на практику, и это не лучшее замечание. Лучше бы она этого не видела, теперь стало даже жалко его. — Я не знаю, где оно находится, зато я могу вернуть тебя обратно… — В этом нет необходимости, меня выписали и я не смог дождаться вечера, — он не пугается её предложения, разглядывает сверху улицы и указывает направление. Держится хорошо, не подкопаешься, что где-то врёт. — Отец сказал, что не может забрать меня раньше окончания рабочего дня. А я до жути ненавижу больницы, ему похуй, вот я и решил сам добраться. Правда, меня заворожил вид с крыши, может даже глупо вышло, но это было классно. Лететь вниз, я имею в виду.       Юу слушает его недолго, спускает вниз на лавочку и просит его подождать её. Со временем становится труднее поддерживать свою гигантскую форму — людей на улицах всё больше и они мешают. К нему девушка возвращается с тележкой из гипермаркета, на его удивлённый взгляд довольно выдаёт: — Так быстрее. — Так заметнее и глупо, — но останавливать её не может. Сил совсем не остаётся. Такеяма ещё раз принимает иную форму, чтобы посадить парня в «повозку», заодно рассматривает браслет получше. Придумавшие их просто лучшие, всё что её заинтересовало было написано на нём. «Тодороки» было чем-то знакомым, но девушка решила, что это не особо важно. Миссия заключалась в доставке груза. — В твоих руках было теплее и удобнее…       Он возмущается для вида, но сидит ровно, и девушка везёт его по указываемому направлению. Вот такого внимания Такеяма не хотела, но иного выбора не было. Вызывать такси, не имея при себе денег, такое себе удовольствие, а у парня так вообще шаром покати. Кроме мобильника и выписки — длинного больничного листа, совсем ничего. Он одно и дело залипает на неё, пока блондинка с серьёзным видом везёт его по тротуару. Странный такой дуэт — девушка в геройском костюме с тележкой, в которой сидит парень с босыми ногами, будто она украла его и теперь пыталась увезти подальше от центра города. — Я вот только одного не пойму, — Такеяма забирает всё его внимание, они останавливаются на пешеходном переходе и девушка смотрит только на него. Влюблённый взгляд её смущает, это заставляет её трепетать, сердце подобно танцу пчелы готово прыгать из своего положения вниз и обратно, с приятной болью слева. — У тебя были силы взобраться на высотку, но не дойти до нужного места, так получается? — Просто… то здание было ближайшим. Свой побег я начал с крыши больницы и почти сразу попал к тебе в руки. Я хотел по крышам самых высоких зданий добраться, но мне вскружило голову и я прыгнул… как прыгнул, — люди обходят их стороной, сигнал в очередной раз сменился на красный, Юу треплет белые волосы, хочет хотя бы узнать насколько они мягкие или вдруг крашенные, но приятно удивляется. Зависть, такая лёгкая, кусает за душу и потому Такеяма слегка щёлкает его по носу. — Так, героиня, я узнаю свою спасительницу?       Он не утверждает, что если не её руки, то всё кончилось бы печально. Просто это не то, что необходимо рассказывать кому попало. Даже если это твоя спасительница. Пламя успело сорваться и исчезнуть, тогда уже поздно было думать о последствиях. Вот синие вспышки и украсили спину вновь, третий раз за месяц. Похуй, что он только начался. — Горная Леди, — к агентству они подбираются слегка замученными, рядом дорога забита пробками и перейти на нужную сторону просто невозможно. Тележка остаётся в стороне, парень пробует стоять на разогретом асфальте босыми ногами и морщится, большой минус того, что он не дождался отца или кого бы он ни послал за ним, отсутствие обуви. Внутри здания внимания намного меньше, никто не отрывается от своих дел, только Кидо мельком бросает тихое: «Он в кабинете, сильно рассержен. Ещё не ясно из-за тебя или нет.» — Я довела тебя, мне нужно на патруль обратно возвращаться.       Тодороки от неё не отцепляется, только сильнее хватается за её руку, а взглядом умоляет остаться на чуть подольше. — Он будет негодовать, когда увидит меня вот таким. Но если ты скажешь, что забрала меня и доставила… — Так всё и было, — Юу недопонимает его. Да, беглец из больницы не лучшее звание, но с выпиской на руках она не видела ничего криминального. Ну кроме его спины с ожогами. — Почти так…       С маленькой оговоркой, забрала она парня после того, как словила в свободном полёте. И тут нужно задаться вопросом — «Виноват ли сам отец в его выходках?». — Он тебе точно что-нибудь в награду даст, — уверенность в его голосе только сильнее убеждает Такеяму, что это не первый полёт. — Пожалуйста, на девушку орать он не станет.       Тихие шлепки по полу отдавались по всему коридору, Тодороки вёл девушку всё дальше, это был чуть ли не последний этаж и в окнах виднелись пролетающие птицы, да так близко, что можно их рассмотреть. Их встречает зелёноволосая девушка и пытается отговорить его от вторжения в кабинет к отцу, парень слышать ничего не хочет и едва слышно стучит в дверь. Лучше он будет мозолить глаза отцу прям в кабинете, чем где-нибудь в совершенно другом месте. Жжение кидает уничижительные взгляды на них, Такеяма плотнее прижимается к своей «находке», апельсиновые глаза смеряют её недружелюбным взглядом. Перед тем, как захлопывается за их спинами дверь, Горная Леди слышит довольно громкое «сучка» в свою сторону. А, похоже, у кого-то неразделённые чувства к одной нетипичной белоснежке.       Мужчина за столом почти мгновенно загорается от вида старшего сына. Фамилия Тодороки с трудом ассоциировалась со Старателем, мало того они даже не похожи друг на друга. Кроме цвета глаз, наверное. За не больше ни меньше почти два часа общения с парнем, в них, в глаза конечно же, она заглядывалась часто, трудно оторваться от созерцания чистого неба. Он ещё и эти самые глаза не отводил, старался почти не моргать, будто в гляделки играл. — Я же говорил, что заберу тебя после работы, — Старатель говорит уставше-заебавшимся голосом, даже не повышает его на тон выше обычного. Тойя неловко перебирает пальцами ног, смотря в пол. Может быть он и подождал бы его на месте, но запах больницы настолько приелся ему, что сил находиться там не оставалось. Он еле слышно просит девушку заговорить отца, как и договаривались. Такеяма считает до пяти, чтобы успокоиться, не каждый день выпадает шанс что-то просить у номера два в Японии. — Э-эм, Старатель… -сан, он попросил меня довести его к вам… — Косплеершу? Ты продолжаешь доводить меня своими выходками, Тойя? — Тодороки-старший подходит ближе и ему всё больше не нравится его вид. Потрёпанный и взъерошенный, будто из передряги выполз. Такеяма обиженно закусывает губу, но решает прояснить всё. Всё-таки она согласилась на это только из-за обещанной любой «награды». Не будет она соглашаться с тем, что трудно отказать кому-то, кто смотрит с такой надеждой и слабо держится за её руку. — Я — начинающая героиня, Горная Леди, мой первый рабочий день сегодня, — Энджи оглядывает её и вновь возвращается к сыну взглядом. Тойя, по сравнению с Пламенным героем, совсем тощий. Девушке ничего не стоило поддерживать его, чтобы парень стоял ровно. Про-герой возвращает свой пламенный, испепеляющий взор на блондинку. Ей с трудом удаётся не выдать пугливого вскрика. — Как ты объяснишь это? — Вопрос адресован то ли девушке, то ли парню, слишком неоднозначно звучит, что оба подростка в ступоре. Разворот на сто восемьдесят на месте выводит беловолосого из равновесия, но мужчина крепко держит его за плечи. Руки слегка проходятся по алым, только полученным ожогам на лопатках, это уже традиция у них. С каждым разом Энджи всё больше затрагивает чужие раны, надеется, что это остановит сына от самоповреждений. Потому что это неправильно. Потому что уже невозможно постоянно слышать от медперсонала, что мальчик вырос совсем несносным и оттого настолько часто возвращается в палату. Врач даже шутил несколько раз: «Убирать табличку с фамилией не будем, всё равно вернётся на этой неделе.» Того докторишку потом уводили в шоковом состоянии, потому что шутить на эту тему явно не стоит. Они снова устанавливают зрительный контакт и Юу не может просто кинуть его. Даже злость пробирает за такое образцово дерьмовое отношение. — Я вынудила его показать свою причуду, — Тойя мотает головой, потому что это вторая больная тема и касаться её также не стоит. — Ты… что сделала? — Злость героя можно увидеть, если приглядеться. В кабинете температура повышается и воздух чуть плавится, играет в глазах воздушным морем. — Пап, нет, я сам, ничего не изменилось. Огонь снова не получилось контролировать, — его он не замечает, девушка стала отправной точкой поднявшегося гнева. Мужчина громко взывает к подручной и, когда она заходит вся перепуганная резким ухудшением настроения босса, отдаёт приказ: — Уведи его, Жжение, — хитрая еле заметная ухмылка озаряет её лицо. Жжение тащит его из кабинета за руку, вцепившись выше локтя. Вот уж точно доставило удовольствие, что какая-то тёлка сейчас отхватит. Пламенный герой выдыхает пар, пламя поддерживать не хочет, сейчас это неуместно. — Правду, говори мне правду.       Он чуть смягчается и приглашает её сесть за стол, куда и сам вернулся, положив очередной больничный лист в немаленькую стопку на офисной тумбе. Такеяма теряется, какая у него реакция будет на правду, она не знает. Из-за этого и страшно. — Я случайно на него наткнулась и он попросил привести его, — Тодороки закрывает глаза и требовательнее повторяет просьбу. — Правду, ничего от тебя больше не требуется, кроме правды, — Юу ковыряет точку на руке, между средним и безымянным пальцами, там где удобно устраивался парень. Она обиженно надувает губки, может если сойдёт за дурочку, то и буря пройдёт мимо? Мало того, укороченную версию правды Старатель не воспринимал. — Я благодарю тебя, что доставила его сюда, но мне нужно знать, что произошло. Он не в первой приходит с кем-то под руку, но в этом и проблема — все лгут, пытаясь прикрыть его поведение.       А может быть это просто бунт продолжается, потому что Тодороки выглядит совсем измученно, хотя мужчина всегда пытался выглядеть на высоте — сильным и неподступным. Решение сложное, но с парнем она договаривалась только о доставке, это он потом добавил, что отец отблагодарит её. Про молчание слова не было… — Я поймала его, когда он свалился с крыши, — говорить, что он прыгнул, наверное, не стоит. Тут итак реакция весьма неоднозначная. — Он пообещал награду за то, что я привезу его…       Старатель несколько минут молчит, успевает проверить почту, куда пришло несколько писем с извинениями, что не уследили, сбежал, пытались найти, нашли, но он спрыгнул, ещё несколько извиняющихся писем, что тело не нашли. Одно, идиотское сообщение, с глубочайшими соболезнованиями о том, что этот неугомонный парень наверняка умер. Глаз дёргается от вида этих конченных писем, что люди даже не убедились в чьей-то смерти, уже хоронят. Эта больница доигралась, больше йены он в неё не вложит за такое. — Спасибо, — он благодарит её ещё раз за относительно правдивую историю. — Что ты хочешь за это? — Его… — Юу отвечает спонтанно и тут же краснеет, не зная, почему она брякнула, не подумав. «Дура, блять, и конченная идиотка!» — Такеяма костерит саму себя за это. — В смысле, можно я с ним поговорю сначала?       Она почти подрывается на месте, но Старатель останавливает её от побега, быстро обдумывая появившийся настолько спонтанно план о том, как прекратить вечные походы сына в больницу. Рядом с этой начинающей героиней он не был той язвой, каким обычно доводил окружающих до белого каления, и на это было приятно смотреть. — Назови своё агентство для начала… — Я? Я одиночка, пока что… — Юу не понимает, к чему клонит мужчина, и с сомнением во взгляде смотрит на него. — Предлагаю тебе вступить в моё агентство, мне нужна твоя помощь, — Тодороки давит подобие улыбки, мурашки хладным строем пробегают по спине девушки, она смотрит на него как птичка, повернув голову на бок. — Сможешь постоянно видеться с ним, я не против.       Такеяма удерживает силой мысли готовую оторваться и упасть вниз челюсть. То есть его отец прямо соглашается с её присутствием? То есть она сможет быть рядом с этим глупым парнем? В голове не укладывается, но она согласно кивает, предвкушая, как будет заглядываться на него и изредка болтать с ним о разном, как например сегодняшнем полёте, хотя это было не лучшим разговором за всю её короткую жизнь. Она с нескрываемой радостью вслушивается в то, что предлагает ей Тодороки, и в конце сильно удивляется, поняв, что геройствовать она не будет. Сиделка, нянька для старшего ребёнка, называйте как хотите, а работа заключается в том, чтобы избежать очередных инцидентов. Энджи посвящает её в небольшие детали, подмечая, чем можно угодить сыну, чтобы возмущения не следовало и девушка была в безопасности. Старатель вызывает водителя, чтобы он увёз их в поместье, в довесок передав кучу бумаг. Маленькая стопка для заполнения всех необходимых форм, чтобы начать работать, а вторая — выписки с… другими выписками. На третье его «спасибо» девушке приходится сдерживать слёзы. Энджи Тодороки неожиданно для неё, с первого взгляда заклеймившей его злобным и чёрствым человеком, оказался хорошим человеком и на работу устроил, и почти добро дал на то, чтобы попробовать с ним, с сыном его, повстречаться. По крайней мере, это так звучало. Тойя встречает её на выходе из агентства, зелени рядом с ним не было, но Юу замечает её неприятный взгляд, а также большую алеющую отметину на лбу, и улыбается. — Он не запугал тебя до этого состояния хоть? — Тодороки оборачивается в сторону взгляда девушки и гневно показывает средние пальцы Жжению, чтоб она скрылась подальше. Девушка взбесила его быстро, сказав, что очередную лгунью босс так просто не послушает, поэтому заслужила затрещину на лбу. Такеяма на своей волне продолжает улыбаться. — Твой отец устроил меня на работу, — он моргает часто. Отец. Устроил. Первую. Встречную. На. Работу. К. Себе. В. Агентство. Прямо достижение века. — А сейчас мы отправляемся к тебе домой.       Она игнорирует его ошарашенный взгляд и уводит его в сторону машины. Водитель приветливо махал в их сторону.

…

      Такеяма и не знала, что могла наткнуться на настолько придирчивого парня, что она будет присматривать за ним так тем более. Вот уже почти месяц, без одного дня, как она сменила область работы и вечно останавливала молодого Тодороки от неправильных действий. Под её неусыпным надзором сократилось почти до нуля использование синего пламени. Старатель настолько этому обрадовался, что устроил ей переезд в их поместье. Рей некоторое время возмущалась, думая, что Энджи завёл любовницу настолько внаглую и так открыто, но позже успокоилась, отношения с мужем стали налаживаться. Он меньше уставал и дарил ей внимание. Тойя шипел и кусался, вот тебе новое открытие, девочка, когда Такеяма слишком сильно обнимала его. Ею провозглашённый ангелочек не любил настолько тесный телесный контакт, на слова о каких-то нежных чувствах максимально сильно затыкался и ворчал, что не понимает её.       Юу его раскусила.       В первые рабочие дни ей пришлось перелопатить море информации, с чем могло быть связано его отбитое желание «попрыгать», Старатель ей почти все случаи привёл ради того, чтоб она лучше понимала, с чем имеет дело. И нашла, а после наткнулась на несколько интересных статей, где описывались фаза состояния адреналиновой зависимости и эксперимента с влюблённостью. Так сложилось просто и Тойя отрицал все мучающие его ощущения на протяжении месяца. Зато девушка с радостью позволяла себе многое, особенно затискать его до состояния, когда он почти на всё соглашается, потому что, во-первых, становилось больно. Во-вторых, он очень не хотел, чтобы мама застукала их в эти мгновения, и быстрее соглашался с её идеями. Господи, будто это не она работает на него, а Такеяма завела себе большого такого кота. Ну а там правду говорят, что хозяин всегда любит своего питомца, каким бы засранцем он ни был. — Юу, я тебе в последний раз говорю, ни в какой парк я не пойду, — Тойя держится за младшего брата, Шото смеётся и оглядывает хлипкую конструкцию. Нацу стоически терпит очередные выходки брата, без каких-либо травм в кои-то веки. Такое и потерпеть можно чего уж там. — Да что ты заладил «не пойду, да не пойду»? Развлекаться тоже надо уметь, ты же всё равно нихера не делаешь, — Рей дома не было и благодаря этому Юу могла немного посквернословить с чистейшего обещания самого младшего, дома повторять эти слова он не будет. Она уже поставила себе задачу, раз он так доверился ей после первой встречи с выплеском адреналина, то после второй он осознает всё. Не может же он быть таким тугодумом?! Все в семействе Тодороки уже ставки делали, начнут они встречаться или нет. А это сильнее смущает, чем прямо сказать о своих чувствах, а после услышать «я тебя не расслышал, повтори, пожалуйста». Смешно видеть как Фую вовсю флиртует с парнем на кухне, чмокает его в щеку, весело смеётся, намекая несчастной девушке открыто действовать. Так она уже! Неделю спит в его кровати, обнимает и целует, действительно возится с ним как с питомцем. — Я хочу просто тишины и свободного пространства, — Нацу на последнее заявление поворачивается к нему лицом, вскидывая вверх брови. Старший отрывается от брата и в надежде на понимание отступает в сторону своей комнаты. — Фуюми, повеселитесь там без нас, — Юу сдаётся, раз вытащить его никуда не удаётся, она достанет его дома. Шото желает ей удачи и просит на будущее научить новым интересным словам. Тойя ещё не понимает, что в поместье остались они вдвоём. Блондинка аккуратно стучит в комнату и просовывает в небольшую щель голову. — Мы можем глянуть ужастики, поесть попкорна и отдохнуть, не выходя из дома. Что скажешь на это предложение?       Когда он соглашается, у Такеямы загораются глаза. Плотно закрытые занавески, приглушённый свет и «Синистер» делают своё дело прекрасно. Юу хватается за парня в особо страшные моменты, водит руками по его телу и жарко дышит на ухо, прекрасно давая понять, сдаваться она не собирается. Он же целиком и полностью в её руках, как в день их встречи. Постель скрипит от сбивчивого ритма, пламенные поцелуи сыплются на лицо девушки. В комнате слишком душно, окна и дверь закрыты, но на это похуй. Главное, соблазнительное тело, что лежит и отвечает на ласку. Горячие ладони обжигают кожу, Такеяма сильнее приникает к нему. Так боль заглушается от особо жарких прикосновений и становится приятнее. Тойя не задерживается руками на одном месте, скользит по бёдрам, слегка сжимает тяжело вздымающуюся грудь. Комната озаряется синим свечением от переизбытка всего и это не к добру, постель прожжена во многих местах, да легче сказать, где она целой осталась. Кровать с грохотом оказывается на полу под дикий хохот девушки. Синистер почти заканчивается, когда парень с красной рожей почти пулей вылетает из комнаты. Юу плачет и смеётся, она победила его невозмутимость. Чуть позже возвращаются старшие Тодороки и в разных комнатах обмазывают пострадавших, потому что Тойя боится взглянуть на девушку и насколько сильно он её ранил. Энджи качает головой, эти ожоги были не настолько серьёзны, но спор он проиграл. А Рей поздравляла юную героиню с выполненной любовной целью.