ОтМетки, сборник

Тэхён проснулся рано, раньше, чем обычно. Это было светлое понедельничное утро, светило ласковое солнышко, ветер шевелил верхушки пожелтевших деревьев, а птицы звонко щебетади за окном. В имении семейства Ким стояла тишина. Тэхён долго ворочался в мягкой постели с подушками, не подзывая никого из слуг. Ему очень не хотелось этого дня. Каждый понедельник родители приглашали для него очередного доктора, лекаря, знахаря или кого-то ещё, чтобы получить его меланхолию. Она началась прошлой осенью и не покидала юного графа в течение всего долгого года. Родители не знали, как и быть с такой бедой, а Тэхён считал, что им стоило бы просто оставить его в покое и дать немного передохнуть, чтобы самому найти себе хорошее настроение. Вот только родители Ким были очень заботливыми, хотели для сыночка всего самого лучшего. А потому готовы были круглые сутки над ним стоять, пылинки сдувать и старательно развлекать. Вот и получалось, что два совершенно разных взгляда и два разных желания не сходились, не давали побороть беду. Тэхён был уверен, прислушайся родители к его просьбам и дай немного отдыхая он бы уже давно нашел для себя и силы вставать по утрам, и смысл жить, и множество поводов улыбаться каждый день. Разве не у каждого в пятнадцать лет бывает такой период, когда ничего не хочется, и тем более опеки дотошных родителей? Это нужно просто переждать. Так говорила нянька, которая теперь служила у них горничной. Ворчала время от времени, наводя порядок в комнате юного графа. Она хорошо понимала, чего хочется Тэхёну, но разве же графиня и граф станут слушать простую служанку, пусть она и была их сыну ближе всех в имении, потому что вырастила его на собственных руках? Нет, аристократы к простым людям так не прислушиваются. Единственным исключением были те самые лекари и бабки с заговорами. Супруги Ким находили для своего сына умельцев со всех уголков страны, привозили их в имение. Но каждый раз происходило одно и то же. Все сдавались, говоря, что не могут помочь. Не помогли горькие настойки, сладкие пилюли, странные массажи, контрастные ванны, горячие камни, пиявки, оборачивание листьями капусты и женьшеня. Толку от них не было никакого для настроение. Зато, как горько смеялся Тэхён, кожа его становилась всё лучше и лучше. В последний раз попался мозгоправ, который долго рассказывал Тэхёну, почему он не прав, в чем дурак и как нужно жить. Все эти речи, может, и имели бы хоть какой-то эффект, если бы умник не ошибался в своих выводах почти что полностью. Он совсем не понял, кто перед ним, что за горе у юноши, так как он мог говорить, чем справляться с такой бедой? Тэхён честно обдумал его слова перед сном. Но ещё больше убедился, что это полная чушь. И вот сегодня наступил очередной понедельник, когда должен прийти очередной лекарь. Родители почти ничего не говорили о нем заранее, так что представили лекаря, когда он уже прибыл в имение. Это был молодой совсем парень, наверное, не старше самого Тэхёна. Симпатичный, обаятельный и одетый в причудливый расшитый плащ. Он был поход на колдуна из книги сказок, которую няня читала ему в детстве. Такой же загадочный и интересный. — Что вы знаете о гипнозе? — спросил Чимин, тот самый лекарь, когда они остались в спальне Тэхёна вдвоем. Родители ушли, чтобы не мешать процессу. — Я слышал, что люди теряют контроль над разумом. И мне такое не нравится. — Попадая под гипноз, человек не контролирует себя, — покивал Чимин, усаживаясь в кресло. Тэхён сел на кровать напротив. — Это не страшно, если вы доверяете человеку, который вводит вас в состояние гипноза. И я, господин Ким, прекрасно понимаю, что ты заслужил ещё вашего доверия… поэтому, как бы ни просили ваши родители, не стану заставлять вас соглашаться на процедуру. Только по вашему желанию. Тэхён удивлённо вскинул брови. Это был первый приглашенный лекарь, который говорил, что не станет лечить. Что-то новенькое. — А что же вы тогда будете делать? — Есть много других способов побороть меланхолию, — сказал Чимин и пожал плечами. — Я бы предпочел помочь вам найти путь, который подойдёт именно вам. — Для начала скажите, господин Ким, вы слышали когда-нибудь такое выражение, меланхолия — болезнь аристократии? — Да, ещё как слышал, — заговорил Тэхён, вздохнув. — Один из лекарей, приходивший ко мне, рассказывал. Говорил, что простые и «нормальные» люди подобной ерундой не страдают, им некогда, слишком они заняты. Говорил, что, чтобы не болеть ею, мне следовало родиться в семье крестьянина, тогда пахал бы в поле с рассвета до заката и не думал даже грустить о чём-то неясном. — Ну, это он, конечно, загнул, — Чимин рассмеялся обаятельно и мелодично. Сверкающие глаза прищурились, парень откинул назад челку. — Но зерно правды есть в этих словах. Я много спрашивал о вас у служанки, которая меня встретила в имени. И пришел к выводу, что знаю метод, который вам подойдёт. — Что это за метод?.. — Я хочу предложить вам небольшой уговор, — блондин улыбнулся немного хитро, но мило. — Курс лечения. Тэхён напрягся и стиснул пальцами покрывало на кровати, на котором сидел. Он не любил лечение. Это всегда было ужасно. Ужасно скучно, ужасно глупо, ужасно больно и ужасно бесполезно. — Я буду приходить к вам каждый день, и мы будем тайком сбегать через окошко… Тэхён дёрнулся от удивления и уставился на блондина, не веря своим ушам. Показалось ему что ли? Не мог же лекарь такое сказать . — Мы будем … сбегать? — Сбегать. Вот через это самое окошко, — подтвердил Чимин, показав пальцем на окно у Тэ юного графа спиной. — Я приметил его ещё с улицы, там легко спуститься по выступам и водостоку. — Да… когда-то я так сбегал из своей комнаты. — Мы будем сбегать и заниматься чем-нибудь интересным и необычным для вас. — Чем?! — Искать лечебные травы в лесу, запускать камушки на озере, ловить рыбу в реке, строить домики для птиц, помогать крестьянам из деревни на их огородах и скотных дворах, лепить горшки в гончарной, мастерить вам новые домашние тапочки у кожевника, печь булочки к празднику осени. Будем заниматься всем, чем вы раньше не занимались, и чего вам захочется. Тэхён улыбнулся. Он почувствовал, как щеки начинают гореть от азарта и смущения. Этот безумный и восхитительный план привел его в восторг. Такого юному графу никто и никогда не предлагал. И у него даже голова кружилась от осознания, сколько всего нового он узнает, увидит и попробует с этим Чимином. Глаза разбегались, Тэ не мог даже примерно решить, с чего хочет начать. — Я согласен! — закивал он, сжимая покрывало ещё сильнее. — Согласен. Это лечение мне по душе! Пожалуйста, давайте начнем сегодня же! — Рад слышать в вашем голосе такой энтузиазм. Значит, я угадал с методом. Но перед началом мне нужно будет предупредить ваших родителей и сказать, чтобы они не заглядывали в комнату, пока мы проводим лечение. Мы ведь не хотим, чтобы о наших вылазках прознали? — Родители не одобрят, — согласился Тэ, — прошу, убедите их, что ни в коем случае нельзя мешать процессу лечения. — Не волнуйтесь на этот счёт. — Но с чего же мы тогда начнем? Чем мы займёмся сегодня, не выход из комнаты? Чимин улыбнулся, прикусил губу и глядя из-под светлой челки. Тэхён немного поджал плечи, смутившись от такого взгляда и подумав о чём-то совсем не том. О кое чем, чего он тоже никогда не пробовал, но что не вписывалось в лечение. — Скажите, господин Ким, у вас когда-нибудь была сердечная подруга… или друг? В голосе блондина было столько неприкрытого намека, что и прямо говорить ничего не требовалось. Тэхён окончательно вспыхнул от такого вопроса. Кажется, он уже чувствовал изменения где-то в груди, от которых дрожали руки и колотилось сердце. Такое лечение ему точно нравилось.