По ту сторону тьмы

      — Ба-абушка-а, — протяжно позвала Эмми через весь сад, подбегая и указывая Нарциссе на волшебную палочку. — Вызови папу, а то мама мне запретила.       Та, сидя в беседке, склонилась к внучке и притворно нахмурилась:       — Не думаю, что это хорошая идея. А почему мама тебе запретила? — Нарцисса наколдовала цаплю, готовая сдаться под просьбами Эмми. — Она опять потащила его к этим своим маглам? — чета Грейнджеров никогда не будила в ней тёплых чувств.       Одно хорошо — её туда ожидаемо не звали. А Эмми безопаснее среди магов, ведь особые чары лучше лишний раз не светить.       Только девочка будто не желала ничего объяснять. Даром:       — Я не знаю, — мелкой разбойницей схитрила она и вытянула свою ладошку: — Они поручили мне тут за тобой присматривать. И что бы вы без меня делали, не представляю...       — Действительно, — Нарцисса еле сдержала улыбку.       — Опять будут, наверно, в пиратов играть. Прямо дел других нет!.. — копируя вздорную мадам, Эмми вскинула ручки. — Обнимаются, думают, я не вижу... И запираются! — ткнув пальцем в Мэнор, пожаловалась она.       — И зачем тебе папа? — смущённо поинтересовалась Нарцисса, вручая Эмми пару конфет. — Разве тебе скучно со мной?       Девчушка замотала своими кудряшками, выхватила из рук сладкое и, зашелестев обёрткой, как ни в чём не бывало выдала:       — А он обещал купить мне братика. Всё обещают и обещают, обещают и обещают... — по-детски ворчала она. — Взрослые, называются...       Нарцисса поперхнулась и погладила внучку по голове:       — Тебе точно пять? — с усмешкой спросила она, даже не зная, как реагировать на такую непосредственность.       Цапля-Патронус вытянула длинную шею и повела острым клювом.  Сделала величавый шаг, вжала хохлатую голову и, подогнув под себя когтистую лапу, замерла.       — Я уже большая, ба. Потом мне будет шесть, потом восемь, потом двенадцать, так и вся жизнь пройдёт... — открывая вторую конфету, сокрушалась Эмми. — Так ты вызовешь папу или нет?!       — Наверное, нет, — ответила Нарцисса. — Твой папа никогда меня не слушал.       — Когда женился на маме? — беспечной девчонкой пригвоздила она, засовывая в рот новую порцию шоколада. — Ты не любишь мою маму?       — Не дитё — сущее наказание, — пробурчала под нос Нарцисса. — Зато её любит папа. За нас двоих.       — Я знаю, — жуя с неприкрытым удовольствием, вновь огорошила Эмми. — Вот только братика мне никак не купит... Бабушка, скажи ты ему! — сощурив глаза, предложила она. — Маму ведь надо слушаться.       Нарцисса усадила Эмми себе на колени и, обняв, прижалась к несносной болтушке:       — Тогда хорошо, что твой папа наполовину Блэк. Вечно у них всё не по правилам, — она впервые ощутила больше, чем благодарность. — Вернётся, велю ему расширить наш гобелен.       Всё-таки Гермиона Джин Малфой звучит лучше, чем Гермиона Джин Грейнджер...       И по-другому уже не быть.