Выходной

      Гайка была очаровательна, она обладала теми знаниями, которых не хватало другим членам команды, но, казалось, в обыкновенных вещах, например, чужих чувствах, совсем не разбиралась. Спасатели очень часто наблюдали изобретательное состояние девушки, в которое она входила, когда ребятам угрожала опасность, вот тогда-то Гаечка по-настоящему сияла. Ей удавалось создавать механизмы из предметов, наскреблянных по сусекам, что не раз спасало их жизни. Это и притягивало Чипа и Дейла к ней. Однако Гайка не уделяла парням практически никакого романтического внимания, лишь иногда подкармливая их интерес для успешного завершения заданий, что срабатывало на ура. И Чип не мог этого не заметить.       Парень много думал над тем, поняла ли Гаечка, что с любовными отношениями в команде спасателей творилось что-то неладное. Прошла неделя с тех пор, как Дейл предложил своему другу возобновить отношения, а тот так и не дал ответа. Ему требовалось время, чтобы взвесить все за и против, но вечно тянуть резину было бы бессовестно.       Все мысли, всплывающие в голове, были резко прерваны каким-то приятным запахом.       На кухне, где сейчас находился Рокфор, витал аромат грибного супа, являющегося одним из любимых блюд мужчины. Плавленый сыр, содержащийся в нём, при правильном приготовлении раскрывал вкус остальных продуктов, придавая второму особую изюменку. В то время как все спали, сам спасатель и их единственная в команде девушка усердно работали каждый над своим делом.       – Гаечка, тебе не кажется, что Дейл как-то отстранился от нас?       – Думаешь? Что-то я не замечала, – в этот момент она чертила схему нового прибора.       – Раньше он был менее задумчивым и лёгким на подъём, а сейчас стал каким-то покладистым, – Рокфор упёрся спиной о комод. – Я думаю, что он влюбился.       Мужчина плавным движением руки выключил комфорку плиты, чуть-чуть приоткрывая крышку, отчего ушёл лишний пар. Собравшиеся на верху горячие капли начали стекать, соединяться друг с другом и падать в содержимое супа, которому не доставало лишь одной детали. Он набросал сверху немного мелконарезанной зелени, завершая гастрономическую композицую.       – Быть не может, и кто же это? – Гайка оторволась от проекта и развернулась лицом к нему.       – Мне кажется, эта та бывшая злодейка со светлыми волосами, как её... О, точно – Фоксглав!       Рокки пытался вспомнить характер вышеупомянутой девушки, на ум приходила пока только настойчивость, которая вероятно смогла покорить сердце юного спасателя. Нельзя ведь отрицать тот факт, что она в итоге помогла им выполнить миссию.       – Доброе утро, – в комнату вошёл Чип, ещё не переодевшийся из пижамы в обычную одежду. – Чем это так вкусно пахнет?       Ребята обернулись на голос, донёсшийся из дверного проёма, парень решил не будить соседа по комнате в выходной, тем более никаких заданий на сегодняшний день не планировалось.       – Ты как раз вовремя! – Рокфор схватил за плечи подошедшего к столу Чипа, резво усадил его на стул и начал свой допрос. – Дейл случаем не влюблён?       – Чт-что, – он немного растерялся, – а преценденты были?       А они были. Парень и сам заметил изменение в поведении своего друга: то как он радуется, если на делах, где нужно разбиться по парам, остаётся с Чипом, то как подстраивается под чужое настроение, если тот зол, обижен или расстроен, то как ждёт похвалы именно от него за проделанную работу, то как интересуется только им, сосредатачивая всё своё внимание и то, как он смотрит алкающе влюблённо, да так что по телу пробегает табун мурашек. Но при этом ничего не говорит.       – Лично я не заметила, но Рокки в этом уверен, – ответила Гайка.       – Что ж, он мне ничего такого не рассказывал, – хоть это и не было заметно, однако его щёки и уши словно загорелись, а спину стало покалывать. – Можно поподробнее?       – Ну вот, например, вчера, когда мы ехали в машине и разговаривали, я ему специально подкидывал почву для шуток, а он не воспользовался ни одной, хотя раньше не упускал случая, и не сказать, что был чем-то расстроен, наоборот очень даже весел, но мыслями находился как будто не с нами. Вот ещё, мне кажется, он где-то с месяц назад был более прытким что ли, а сейчас совсем замедлился.       – Если это так, то нам нужно помочь Дейлу в отношениях, верно Чип? – воодушевлённо произнесла девушка.       Парень подумал, они и не догадываются, что корень проблемы сидит прямо перед ними. Можно было бы ответить на её вопрос чётким «да», однако пришлось бы устроить целую операцию по обману всех и вся.       – Извини, Гаечка, но я считаю, в команде не должно быть отношений. Пока такие преступники как Нимнул и Толстопуз не схвачены, нам не следует отвлекаться на что-то другое.       – Да брось, ну, в самом деле, не сидеть же вечно в барышнях. Пускай развлекается, пока может, да и тебе мы обязательно кого-нибудь найдём. Ты только не дрейфь, дружище.       – Хах, спасибо, наверное.       Рокфор был воодушевлён идеей стать самой что ни на есть свахой. Он пошёл в комнаты Вжика и Дейла, чтобы разбудить их и позвать на обед. Чип стал доставать посуду и столовые приборы, а Гайка сворачивать свои чертежи и убирать инструменты. Парень надеялся, что когда все будут в сборе, они не продолжат обсуждать дела любовные, но его ожиданиям не суждено сбыться.       Вжик, пройдя через порог, быстренько метнулся к горячей тарелке сырного супа и съел всё за несколько секунд, а затем куда-то убежал. К этому моменту подошёл Дейл и, сев напротив Чипа, устало зевнул.       – Что ж, давайте есть, – сказала Гайка.       Дейл некоторое время молча смотрел на тарелку с супом, переодически заставляя макорошек бегать по кругу. Он медленно совал себе в рот ложку за ложкой, зачастую отлекаясь на то, чтобы посмотреть, чем занимается человек напротив.       – Видишь, – мужчина наклонился к уху девушки, – будь он в обычном состоянии съел бы уже всё и пошёл смотреть телевизор.       – Да брось, Рокки, наверняка он опять допоздна читал комиксы и сейчас еле соображает.       – О чём это вы там шепчетесь? У меня паста на лице? – Дейл расправил плечи, устало потянулся, а после взял тарелку в руки и запракинул её так, чтобы съесть содержимое разом, но не получилось.       Рокфор посмотрел в глаза Гайки, желая увидеть в них одобрение для вопроса личного характера и, на его удивление, она утвердительно кивнула.       – Парень, ты часом ничего нам не хочешь рассказать? – Чип сильно напрягся из-за начинающегося диалога, шея прямо-таки полыхала от неловкости и от мысли, что Дейл может запросто всё выпалить.       Как поступить в такой ситуации? Рассказывать всё как есть уж точно нельзя! Он не переживёт этого градуса неловкости, который будет преследовать их всю оставшуюся жизнь. Нужно прервать разговор, пока тот не зашёл слишком далеко.       – А-а, вспомнил! – Чип резко вскочил со стула, – Дейл ты мне срочно нужен, иди за мной.       Парень взял друга за руку и под чужое недоумение пошёл с ним в их общую комнату. Надо как-то ввести его в курс дела, избежав темы с ответом на признание. Он и сам не рад томить Дейла ожиданием, но принять решение для него очень сложно.       Ребята зашли внутрь, Чип усадил парня на свою кровать, а сам встал напротив. В спальне было тихо, он вдохнул воздух, чтобы начать говорить из далека, но резко остановился, потому что собеседник успел задать вопрос первым.       – Ты уже готов дать ответ? – этого парень не ожидал. – Хотя нет, забудь... прости, если тороплю, я просто так обрадовался, когда подумал, зачем я мог тебе понадобится.       Дейл виновато опустил голову, будто расстроившись. Он выглядел, как провинившийся щеночек, которому искренне жаль за свой поступок. Чип почувствовал себя очень глупо, в груди всё защекотало, как он мог заставлять ждать и его, и себя так долго.       Дейл ощутил, как его мягко взяли за подбородок, чтобы обратить на себя внимание. Он поднял взгляд и увидел, как Чип смотрит на него полными любви глазами.       – Я согласен, – рука непроизвольно потянулась погладить его по голове, словно извиняясь и благодаря за терпение. Парень прикрыл веки, он наслаждался тёплым прикосновением ладони, отдаваясь нежным воспоминаниям. – Я так тебя люблю.       Проступили слёзы, Дейл был напуган, что разонравился Чипу, что за время, проведённое порознь перестал быть любимым; старался не смотреть в чужие глаза, боялся увидеть в них холод, не хотел лишний раз надоедать, чтобы его не ненавидили. Но страх не оправдался. От спавшего напрежения он почувствовал слабость в теле, а затем поцелуй на губах, неумелый, но такой родной.