Так должно быть (?)

По пути в дом Арсения Сергеевича, он не раз спрашивал своего ученика о самочувствии, что не могло не радовать Антона, но начинало подбешивать, честно говоря… Когда они наконец приехали, мужчина аккуратно захлопнул дверь машины, предварительно выйдя из неё, и открыл со стороны мальчика, протягивая ему руку, как девочке. — Арсений, я не принцесса… — недовольно фыркнул он, игнорируя вежливый жест. — А выглядишь как самая настоящая принцесска, — улыбнулся учитель. — Вставай давай, принцесса… — кивнул он в сторону от парня. Они вошли сначала в подъезд, затем поднялись на 13 этаж на лифте и вошли в квартиру под номером 214. Зайдя внутрь, Антон буквально замер, не пройдя и метра. — Это… твоя квартира?… - парень поднял удивленный взгляд на учителя и пару раз моргнул, не веря. Апартаменты просто шикарны! Просторный холл, из которого видно все комнаты, за исключением уборной ну и, соотвественно, ванной. Видны 4 современно сделаные комнаты в пастельных тонах: гостиная, две спальни и кухня. Учитель — это явно какое-то прикрытие… Они столько не зарабатывают… Сука, Эдвард из Сумерек, самый настоящий… — Ну да… А ты думал, я тебя приведу в чужую квартиру? — усмехнулся Попов. — Ой, не разглагольствуй… — недовольно пробубнил зеленоглазый, на что получил лёгкий подзатыльник. — Ай! — тихо протянул он. — За что?! — Антон, не забывайся, — он одним движением руки повернул к себе ученика и заставил посмотреть в глаза, слегка приподнимая за подбородок. Парень, почувствовав чужие пальцы, нежно держащие его за подбородок, чуть вздрогнул, после чего расслабился. Учитель, заметив, какую реакцию на него оказывают прикосновения, ещё раз мягко провёл пальцами по шее и вернул их обратно на подбородок, но Шастун, уже ощутивший это чувство, никак не отреагировал на это движение. — Я пусть и сказал тебе, что можешь не обращаться ко мне официально, но я все ещё твой учитель. И я, в конце концов, старше тебя, хоть разница в нашем возрасте и не замечается особо… — Ладно-ладно, прости… — нехотя промямлил он, понимая, что немного перешёл грань. — Не обижайся, ладно? Мы можем считаться друзьями, таковыми и являемся, но… — эти слова так приятны слуху, что Антон даже непроизвольно улыбается, от чего усмехается и Арсений. — Но ты можешь забыться, когда мы будем в школе, что не приведёт ни к чему хорошему, и тебя только отчитает Добровольский или кто-либо другой из учителей… — Да понял я, понял, не объясняйся, Арс… Арсений, в смысле… — он быстро взглянул на реакцию учителя на свою якобы оговорку. На самом деле, Шастун сделал так специально, чтоб узнать, можно ли так называть Попова, или все-таки не стоит. — Первый вариант тоже приветствуется, Антош, — мило улыбнулся учитель. — Как хочешь, так и называй. Но опять-таки, вне школы. — А если я назову тебя папочкой? — парень словил на себе удивлённый взгляд учителя, и его уши и щеки загорелись от стыда. Он уверен, что сейчас красный, как помидор. — Ойпростипростисамовырвалосьянехотелпростиумоляю, — тараторил Шастун. — Антон! Не тараторь! — вскрикнул Арсений. — Нупростипожалуйстаяправданехотел… — Да Антон! — вновь выкрикнул он. — Ну вырвалось, ничего страшного… — Забудем? — кривясь, спросил юноша. — И поскорее…

***

— Антош, пойдём чай пить, — позвал того Арсений. — Там вкусняшки, — улыбнулся. — Уже бегу! — по-детски восторженно и с блестящими глазками произнёс Антон. Тёплая улыбка расплылась на лице мужчины от того, насколько тот радуется таким, казалось бы, мелочам… Когда парень доходит до кухни, на столе его встречает зелёный чай, заваренный только что, ведь он ещё не насытился цветом, и печенья с крошками шоколада, которые являются его любимыми. Парень буквально пищит от восторга и предвкушения так горячо любимых печенек. — О-о-ой, это мои любимые! — он почти прыгает на месте от радости, на что мужчина лишь мило хмыкает и говорит: — И мои тоже. Собственно, поэтому они у меня дома и присутствуют, — пожал плечами тот. — Правда? — глаза парня восторженно горят, так и хочется подойти и обнять этот комочек радости, обнимать до конца времён. Но учитель не может позволить себе просто взять и обнять своего ученика. Ну с другой стороны парню-то ничего не помешало называть его папочкой… Но нет! Нельзя обнимать! Это не педагогично! Сука… Две эти точки зрения борются в голове Попова, и он потихоньку начинает сходить с ума от этого… Эти мысли как Ангелы и Демоны, у них бесконечная война. Совесть говорит одно, а сердце — совсем иное… — Правда, Антош, правда… — он погрузился в свои мысли настолько, что пока любовался Антоном, даже не вслушивался в то, что он говорит, поэтому ответил только спустя некоторое время. — Ты чего такой задумчивый? — осторожно поинтересовался парень. — Да… ничего… — ух, как будто не Антон — влюблённый подросток, а Арсений, ей Богу… — Напряжённый какой-то… Не видел тебя таким ни разу… — медленно говорил Шастун. — Я… — мужчина небыстро выдохнул через рот и продолжил слегка дрожащим голосом. — Можно тебя… обнять? — Арсений немного покраснел, а Антон улыбнулся и, будто ожидая это всю жизнь, бросился в объятия Попова. Он вдохнул в себя приятный запах одеколона и прижался к груди мужчины, слегка всхлипывая. Учитель бережно обхватил шею ученика обеими руками и уткнулся носом в русую макушку, вдыхая сладкий аромат шампуня. Он замер, не ожидая такого бурного ответа от парня, и они ещё простояли в таком положении, отстраняясь спустя приблизительно пятнадцать секунд. Кажется — нечтожные цифры, пятнадцать секунд… Но просто посчитайте, сколько это, и представьте: они стоят в полной тишине, обнимаются, прижимаются друг к другу все это время. — Извини… — отлипая от брюнета, прошептал парень. — Слишком резко, я не хотел… — Антош, так это ж я хотел, ожидал всего, честно говоря… — э-эх, Арсений Сергеевич, Вы ещё и врунишка… Ничего ты не ожидал, признайся… — Так… — повисла неловкая тишина, которая очень нагнетала, несмотря на достаточно милую атмосферу до этого. — Чай щас остынет, Арс, садись… — наконец нашлись слова, чтобы перебить царящую тишину. Антон, садясь, налил немного чая в чашку, заранее предложенную ему, и окунул в горячую жидкость печеньку, которая тут же начала разваливаться прямо в чашке, и быстро отправил сладость в рот. — Ты так делаешь? — Как? Печеньку в чай? — уточнил Попов. Шастун коротко угукнул. — Ну… редко. — Так это же самый кайф! — воскликнул парень. — Попробуй, — он взял ещё одно печенье, промокнул его в своей кружке и немного привстал, направляя вкусняшку в сторону Арсения. Он подставил её ближе к лицу мужчины, ожидая, пока тот откусит хотя бы кусочек. И брюнет кусает печенье прямо в руках юноши, чуть прихватывая губами его пальцы, как бы невзначай. Антон ухмыляется и кладёт остаток сладости с руки учителя. — Вкусно… — признался мужчина. — Теперь буду делать так чаще, — он снова улыбнулся, и приятное чувство разлилось теплом по всему телу, особенно задерживаясь где-то в области сердца. Так уютно… Так мило и по-домашнему… Не хочется расставаться с этой атмосферой. За такое короткое время, всего за месяц, они так привыкли друг к другу, что теперь даже не представляют, что бы сейчас делали и как жили, не зная об их существовании. И я сейчас не про то, что они не могли бы жить друг без друга. Просто они — родственные души, которые сошлись и теперь живут и существуют намного счастливее, чем могли бы. За что спасибо судьбе, что свела их. Такую умиротворенную тишину, приятно отдающую внутри, в душе, нарушил звонок, поступивший на телефон Арсения. Это была мама Антона. — Арсений Сергеевич, здравствуйте! Как Антон, Вы сами как? — поинтересовалась женщина. — Майя Олеговна, давайте перейдём на «ты», а то мне как-то неудобно… — Без проблем, Арсений, — исправилась Майя. — Антон уже хорошо, даже отлично. Ни на что не жаловался, ничего не болит. Да ведь? — уточнил он у сидящего рядом парня, на что получил положительный кивок. — Ой как хорошо! Спасибо тебе ещё раз, Арсений. — Не за что, Майя. — Слушай, Арсений, у меня есть одна новость… — она сделала небольшую паузу, за которую мужчина успел поднапрячься. — Мне нужно будет уехать на пару недель в командировку. Антон знал, что я уеду, но не знал, когда именно, поэтому, пожалуйста, сообщи ему об этом. — Хорошо, конечно. — Это ещё не всё… У меня есть просьба: ты можешь приютить Антона на время?