Так должно быть (?)

Этот вечер складывается неплохо. Арсений проверяет сочинения шестиклассников на тему «Школа прошлого», которое они писали с помощью своих родителей или бабушек с дедушками. Пусть сочинения и довольно маленькие по объёму, проверять их ни насколько не легче, чем письмена старшеклассников. Младшие классы не всегда могут излагать свои мысли четко и понятно, грамотно, поэтому зачастую приходится перечитывать какие-то абзацы несколько раз, чтобы понять суть написанного. Поэтому, если быть честным, Попов устал. А Антон лежит на любезно предложенном ему диване, на котором он, по идее, должен спать ближайшие… А неизвестно! Кто знает, сколько продлится командировка? Даже сама Майя не знает… Несколько минут назад он общался, как ни странно, с Позовым, который, как и гарантировала Оксана, сам же ему перезвонил. Поначалу разговор не особо складывался. Всё, что мог сказать Дима - это: — Ну как так, братан?… — в его голосе было слышно какое-то разочарование, негодование. Он ни за что бы не стал думать хуже о Шасте или относиться к нему как-то по-другому. В первую очередь, Антон - его друг, один из лучших, а даже самый. Позов никогда бы его не предал, не отказался от дружбы с ним просто из-за его какой-то другой предрасположенности. — Блять, Поз, — он словил недовольный взгляд учителя, а свой перевёл на сидящую рядом, играющую в куклы сестру, и быстро осекся. — То есть, блин, Поз… Не знаю! — он, недоумевая, всплеснул руками, чего Дима, конечно же, не мог видеть, но Шастун уверен, что тот это движение себе вообразил. Антон, незамедлительно встав с дивана, даже не одевая тапочки, уверенно прошагал в сторону кухни, чтобы дальнейший разговор не услышал никто. — Что ты хочешь от меня услышать? — уже за пределами комнаты спросил он. — Какие тебе нужны объяснения? — слегка раздраженно говорил Антон. — Да никакие, Шаст… — сухо проговорил Позов. — Никакие… — повторил на тяжелом выдохе. — Просто знай, что я… не специально… — намекал на то самое, как его называет Шаст, «кидалово», Дима. — На эмоциях… — Да ладно, Дим, проехали… — перебил попытки Поза оправдаться Шастун. — Я знаю, что ты… не назло это сделал, правда… — признаться честно, пока Фролова не заставила его думать о хорошем — о том, что ребята не хотели, они сами позвонят и бла-бла, — он думал, что теперь эти самые друзья от него отвернутся, перестанут его воспринимать. Ну что ж, звонка от Позова он дождался, а вот Серёжа… — Спасибо, бро… — облегчено выдохнул Димка. — У тебя как самочувствие? В школу придёшь завтра? — на лице Шастуна появилась легкая улыбка, потому что он понимает, что друг за него волнуется. — Слушай, по самочувствию нормально, ничего не болит… — пожал плечами он. — Про школу… скорее да, чем нет. — Ура-а-а! — искренне протянул Поз. — А Серёжа звонил тебе? — поинтересовался он. — Нет… — на самом деле, Антону, пусть он это и старался не показывать, было не то что неприятно, а слегка грустно из-за того, что Матвиенко до сих пор не звонил ему. А с того самого момента прошла уже пара-тройка часов. И судя по всему, не позвонит и до завтра. Но уже завтра у друзей будет разговор, так как Антон придёт в школу, куда, по идее, придёт и Серёжа, но кто его знает? Матвиенко — тот человек, от которого можно ожидать вообще всего. Однажды, классе в седьмом, он обещал друзьям, буквально уверял их в том, что он никогда не променяет этих самых друзей на девушку, да и «девушка ему не нужна». Но какая-то Ира из параллели постоянно к нему клеилась, за что его нередко подстебывали Антон и Дима. Через некоторое время они начали встречаться. Встречаться! В седьмом классе, блять! На этой почве ребята — Шаст и Поз — познакомились с Оксаной — одноклассницей Иры и её лучшей подругой, которую также удивили и порядком заебали эти недоотношения, в которых она, как и её новые знакомые, не видела абсолютно никакого здравого смысла. Потому что его, блять, попросту не было. Камон, седьмой класс, им по четырнадцать. Какие. Нахуй. Отношения? Слава Богу, до половой близости не дошло. В четырнадцать лет-то. Все время, пока Серёжа с Ирой встречались, Мавтиеныч почти не общался с друзьями, поэтому даже не знал о появлении Окси в их компании. Каждый день Косичка провожал свою девушку до дома, и если тогда там не было родителей, она приглашала парня к себе. Как и предполагалось, эти «отношения» продлились не долго. Месяц (!) На самом деле, в наше время это не так мало. Некоторые отношения длятся меньше недели. Конечно, ничего серьёзного из этих отношений развиться не могло. Они не дали абсолютно никаких последствий, кроме осознания собственной тупости у Серёжи через некоторое время. Ну, а у Ирки нехило попортились дружеские отношения с Оксаной, поэтому на следующий учебный год она перевелась в другой, параллельный класс, к своим уже не новым друзьям. Но зато на этой почве ребята сдружились с единственной девочкой в их компании. Матвиенко очень хорошо принял решение парней сдружиться с Фроловой, даже поддержал, ведь эта девушка, как ни странно, прекрасно вливалась в их небольшой коллектив. Оксаны реально не хватало до этого. Но ребята любую девушку бы не приняли. Окси - не такая, как все. Она особенная. И это можно понять даже по тому, что она дружит с мальчиками лучше, чем с девочками, смотрится с ними органичнее, правильнее. Она - как мама, которая постоянно подсказывает правильные решения, даёт направления на верный путь, прекрасные советы, которые за все время их дружбы ни разу не делали хуже, только лучше. Ребята всегда были и будут благодарны Оксане за все, что она для них делала. Ну а Окси - благодарна им, даже просто за дружбу с ними. — Ну ничего, не расстраивайся, — подбадривал того Позов. —Завтра увидишь все равно. — Да я не расстраиваюсь… — он сделал небольшую паузу, шумно выдыхая прямо в трубку. — Ну если только чуть-чуть… — Ладно, бро. Мама пришла, сказала помочь ей с продуктами… Прости ещё раз, — напоследок сказал Дима. — Не парься, — махнул рукой он. — Давай, до завтра, — после этой фразы в трубке раздалось несколько коротких гудков. — Антош? — на пороге кухни появился Арсений. Он выглядел невероятно измученным, потому что этот день был очень сложным, как физически, так и морально. Сначала больница, потом слёзы, поцелуй, признание… Это все сильно выматывает. Ну и не маловажный факт — только что он проверял тетради с сочинениями шестиклашек, а это — задача не из лёгких. — Спать не пора? — улыбнулся тот. — Или ты не идёшь завтра в школу? — Да пойду, наверно… — пожал плечами Шастун. — Тогда пошли, — мужчина резко развернулся на пятках и пошёл в сторону гостиной, где будет спать Антон и его сестра, но на разных кроватях. Старший — на диване, младшая — на раскладушке, причём достаточно широкой. Откуда у Арсения раскладушка — хер знает. Шастун прошёл за мужчиной и обнаружил на своём ещё не разложенном диване спящую девочку, которой, видимо, наскучило создавать невероятно грустную и остросюжетную кукольную мелодраму, и она решила просто заснуть. Кристина заснула не в горизонтальном положении, а сидя, с куклами в руках, поэтому Антону пришлось взять сестру на руки, уложить уже на её кровать и взять кукол из рук. — Господи, какое она солнышко… — улыбаясь, прошептал Попов, смотря на девочку самым милым и добрым взглядом. — Всегда хотел себе младшую сестрёнку… — грустно добавил он. Антон, уложив Кристи на кровать, подошёл к мужчине и крепко, но нежно и чувственно, дабы передать всё своё сочувствие за неосуществимое желание, обнял его. Это было неожиданно, но очень приятно и необходимо. Обоим нужны эти прикосновения, эти облегчённые выдохи и кислород, дополнительный запас которого они получают в такие моменты. — Но ты же все равно счастлив?… — с какой-то надеждой и верой в лучшее спросил Шастун. — Даже несмотря на неосуществившуюся мечту?… — Я… — Попов глубоко вдохнул через рот и медленно выдохнул. — Не уверен, но… — Почему? — недоумевал Антон, пока не вспомнил сегодняшний разговор Арсения по телефону, определённо связный с больницей по ключевым словам, которые он услышал. — Все потому же? — смотрит в собственные океаны мужчины, которые еле сдерживают воду, так и норовящую выйти за берега. Учитель коротко кивает, смотря в пол. Там поддержку он, к сожалению, не найдёт, но она ведь совсем близко! Просто подними голову и посмотри прямо. Там твоя поддержка! Расскажи, и будет легче, разве нет?… Это буквально мысли Антона, который, несмотря на то, что услышал об этом только сегодня, ну очень хочет помочь, всеми силами. Что бы от него не потребовалось. Потому что он действительно любит.