Крылья для змеи

гонимый прохладным летним ветерком велосипед цвета морской волны мчал по тротуарам, рассекая серые массы подобно каплям дождя на запыленном лобовом стекле заброшенного авто. – Ну и куда ты меня тащишь, – раздался голос пассажирки "спорткара" – владелицы сапфирового цвета каре, которое в данный момент скрывалось под желтым шлемом. – Ты ведь знаешь, что сюрпризы теряют всякий смысл, если их раскрывать заранее, – подал голос парень с точно таким же шлемом на голове, – но этот тебе точно понравится. девушка что-то пробубнила себе под нос, на что юноша лишь умилительно ухмыльнулся, надавив на педали с новой силой. тёплый ветер овевал рельефы лица и выбивающиеся из-под шлема пасмы тёмно-синих волос. солнце большую часть времени скрывалось за тучами, тем не менее воздух был насыщен нежным солнечным теплом, которое разносил стремительный ветер. не настолько прохладно, чтобы надевать кофту либо же куртку, и не настолько жарко, чтобы во рту ощущалась сухость. некая золотая середина, видимо именно такое состояние погоды попадает под определение "погожая". шпильки колёс плавно замедляют свой круговорот, после чего велосипед клонится набок, норовясь упасть, но удерживается на весу заранее выставленной ногой в чёрно-бежевом кеде. – Приехали. расцепив самодельный замок из рук на животе парня, Кагами нерешительно открывает глаза. предвкушение на лице девушки в считанные секунды сменяется горьким разочарованием: звуки маленьких колёсиков, подростковый смех и вскрики, современная постпанкхайперпопандерграунд музыка из колонок. в одно резкое механическое движение замок защелкивается обратно и в этот раз, по всей видимости, намертво… на что парень вопросительно поворачивает голову за спину. привычным холодным тоном Цуруги изложила своё требование: – Верни туда, где подобрал. если она что и поняла за эти несколько недель, проведенных в компании Луки: он искусный пиздабол. на порядок искуснее тех, что пытались наладить сотрудничество с компанией матери, и их сыновей, с коими приходилось общаться Кагами. экипированная защитными наколенниками и налокотниками она стояла перед проклятым скейтом, предвкушая предстоящие мучения сполна. хоть и была здесь всего-то в начале месяца, последний визит оставил своеобразную травму, сбросив весь счётчик прогресса до нуля. – Учти, Куффен, если я снова упаду, то затаскаю тебя по судам до конца жизни. – Снова? Не поделишься, когда был первый раз? – с неприкрытой самодовольной улыбкой произнёс тот. – Придурок… – констатировала она, с осторожностью ставя ногу на доску. через какое-то время подростки сели отдохнуть на одной из лавок. хотя корректней будет сказать: Лука сел, а Кагами улеглась к нему на колени. – Десяток уроков мсье д'Аржакура выглядят ерундой в сравнении с этим, – несколько капель поблёскивали на измученном бледном лице. – Но ведь и учитель здесь куда лучше, не находишь? – Не то-о-о слово. Может, сводить тебя на урок фехтование в качестве благодарности? Как раз хотела отработать пару выпадов, – на лице выгравировалась садистская улыбка – она явно смаковала это. почувствовав холодок, прошедший по спине, Куффен живо сообразил – нужно отступить, лучше сменить тему. – Никогда бы не подумал, что тебе могут быть интересны скейты. Если б не Адриан, подумал бы, что у пай-девочки фетиш на плохих парней. Хотя, если учитывать его вторую личность… – Когда проживаешь жизнь в клетке, пускай позолоченной, интересным выглядит даже совместный приём пищи, – полностью проигнорировав подкол, спокойно ответила Кагами своим самым обыденным тоном. иногда ему казалось, что каждая фраза этой девушки наполнена безграничной тоской. она определённо являлась полной противоположностью Дюпен-Чэн, чьи проблемы ограничивались рассеянностью и неуверенностью в себе. да, у неё было гораздо больше схожего с Агрестом, вот только Лука считал её на порядок сильнее. пользоваться ситуацией, обманывать и даже сбегать под дурацкими предлогами, не имея при этом перманентной тайны личности, несмотря на авторитет, внушаемый ей на протяжении многих лет. Цуруги однозначно не та, кого можно сломить так просто. она может сделать вид, притвориться, подыграть, в это самое время готовя план для болезненной контратаки. именно такой, в представлении синеволосого, и была юная студентка колледжа Франсуа Дюпон. «Уверен, с её то нравом, проблем было предостаточно». лакированные пальцы коснулись макушки японки, слегка потрепав волосы. – Ты чего? – шикнула девушка, словно кот, принесённый в ванную. – Ты всё делаешь правильно. – И без тебя знаю... – буркнула та, отчего парень в который раз не сдержал улыбки.

***

– MIRACULOUS LADYBUG! первое, что предстало её взору — неразборчивый силуэт в красно-чёрных тонах. Леди Баг. – С-сколько… сколько я так пролежала? – прохрипел голос, совсем не напоминающий ей собственный. – Минут пятнадцать, не более. все предшествующие события, подобно плёнке кинопроектора, стали медленно прокручиваться в голове: составление плана в отеле, битва со злодеем, успешная деакуматизицая и... порванное худи. – Лука, – беспокойство в одночасье с именем слетело с уст девушки. – Нуар отнёс его в больницу, – поспешила успокоить её героиня, хоть и волновалась не меньше. то, каким она его застала: израненным, с порванной одеждой, в луже крови... она всё пыталась отогнать от себя эти картины и мрачные мысли, сопровождающие их. – Мне нужно идти, – Цуруги, словно заведённая, уже выпрямилась в сидячее положение. – Подожди, – ладонь героини легла на плечо напарницы, в надежде осадить её пыл, – тебе стоит немного отдохнуть прежде… – но в ответ получила лишь строгий непреклонный взгляд, на что Маринетт оставалось лишь понимающе кивнуть. встав на ноги, японка окинула взглядом недавнее поле битвы, однако от чудовищных разрушений не осталось и следа, оставив случившееся лишь в памяти уцелевших. эта сила и вправду могла свести с ума: ужасные катастрофы, в мгновение ока унесённые роем божьих коровок, заставляют верить, что тебе всего-навсего причудился ночной кошмар. и лишь блеклое, совсем небольших размеров алое пятно, старательно стираемое дождём, и запах гари, повисший в воздухе, напоминали о реальности всего произошедшего. рука тянется в карман и выуживает оттуда заколку. она была почти уверена, что сломала её, услышав тихий хруст во время драки со злодеем, но, видимо, Miraculous Ladybug позаботилась и об этом. «Какое облегчение». – Лонгг, обрушь бурю, – разносятся уверенно слова трансформации, за которой незамедлительно следует прыжок на крышу. следом за ней ввысь взлетает и второй силуэт, и они вместе направляются к пункту назначения. тело изнывало от крепатуры, а в груди всё еще полыхал странный наэлектризованный жар. отдыхать было некогда, сначала нужно узнать что с ним. пара кварталов, и белоснежное здание предстаёт во всей красе. она даже успевает заметить Нуара, свисевшего ноги с края. всего несколько прыжков и героиня уже перед входом. распахивая тяжёлые двери, японка вламывается в зал, направляясь прямиком к стойке. Леди Баг же в свою очередь осталась с Котом. один вопрос – один ответ: – Операционная на 3-м этаже. не дожидаясь лифта, Цуруги взлетает вверх по ступеням. этаж, этаж, очередная дверь, коридор, поворот за угол, ещё один и вот… стандартный хорошо освещённый больничный коридор с парой огромных железных хромированных дверей в конце. недалеко от них расположены лавки, где в данный момент была собрана вся семья Куффенов: Джулека, Анарка и даже Джаггед со своей ассистенткой. естественно никого из супергеройской команды она здесь не увидит: уж больно сложно было бы объяснить появление половины класса за столь короткое время, так ещё и ночью. помедлив минуту, она всё же не решилась подойти, не чувствуя, что имеет право. поэтому усевшись под окном, прямо напротив операционной, с тяжестью прислоняет голову к стене. взгляд устало опускается на правую кисть, расцепив которую отчётливо виднеется заколка с чёрно-белой пандой. *flashback* – Что-то приглянулось, юная леди? Не стесняйтесь, подходите, испытайте удачу! – обратился худощавый рыжеволосый мужчина с усами и прищуренными глазами – владелец палатки с призами. девушка, до этого пристально рассмаривающая что-то в призовой зоне, повернулась на звук и слегка неуверенно спросила: – Простите… а как получить эту заколку с пандой? – О-о, а я вижу глаз у вас намётан, это – один из главных призов, сделанный из качественнейшего пластика, в придачу светится в темноте! Нужно сбить всех чёрных панд за отведенное время или пока не кончатся шары, в общей сумме 10 штук. для понимания, пожалуй, стоить объяснить устройство данной заманиловки. все фигурки являлись деревянными в 2д формате. чёрные, голубые и красные панды стояли на неизменных позициях, в отличие от других "фантастических тварей", которые были прикреплены к механизму и при запуске начинали двигаться в хаотичной последовательности, прикрывая собой желаемые мишени. также, панды различались размерами: красные - самые большие, чёрные – самые мелкие. возле стойки, откуда посетители кидали снаряды, стоял контейнер для мячей с подведённой туда трубкой, которая заполняла его новыми "патронами". в общей сложности кол-вом около пятидесяти. палатка была тематической, поэтому все призы были в чёрно-белых тонах. с вас 12€. каким образом обычная заколка смогла привлечь юную леди подойти к подобного рода разводиловке? всё до банального просто. панды навеяли воспоминания давно минувших дней. о счастливом беззаботном детстве, проведённом в Японии. о походах с бабушкой в местный зоопарк и, конечно же, о бамбуковых медведях живущих там. Сян Сян и Тан Тан – кажется, так их звали. но главной достопримечательностью зоопарка являлся их малыш – 4-х месячный пандёнок, который часто строил выражение подобно панде с заколки. 😐 – чистой воды недоумение, которое всякий раз вызывало искренний смех у маленькой Цуруги. когда он ел, просто лежал на камне, играл с мамой, да даже когда засыпал – всякий раз корчил эту непривычную для детёныша взрослую мордашку. фантомы прошлого приятно обволакивали душу девушки, и она поддалась чувству ностальгии. – Попробуй, Кагами, если у кого и получится, так это у тебя! – воодушевляюще подбордрила подругу Мари, на что та с лёгкой улыбкой кивнула. – Хорошо, давайте попробуем, – парочка зелёных на пару с ладонью девушки коснулась лакированной поверхности стойки. в глазах оператора тут же блеснул огонёк и он, одобрительно улыбнувшись, дёрнул за рычаг. 3 попытки и максимальный счёт – 6/10. при том, что она тогда попала(!!!) ещё минимум дважды, но фигурки просто отказались падать, на что рыжеволосый лишь наигранно разводил руками. утешительным призом послужил чёрно-белый чупа-чупс, который она сунула в рот, бурча что-то про лохотрон. – Ещё раз, пожалуйста, – стукнула о стол рука блондина. – Вот это настрой, реванш определённо будет за вами, молодой человек, – протараторил тот, с удовольствием загребая купюры. 3 попытки – 4/10. чего ещё следовало ожидать от всемирно известной модели, выращенной в четырёх стенах подобно домашнему растению. даже регулярные прогулки в спандексе парижскими улицами не смогли компенсировать отсутствие мальчишеских активностей и свободы. – Прости, – неловко потирая шею, произнёс Агрест, когда они уже отходили от палатки, – не думал, что окажусь настолько плох. девушка лишь отрицательно покачала головой: – Ничего, пойдём лучше… предложение перебил звук глухого удара о что-то. развернувшись, она еле успела запечатлеть глазами летящий на высокой скорости шар, прямиком в панду... затем ещё одного… и ещё… на лице парня, метавшего их чуть ли не со скоростью звука, не дрожал и мускул, словно это своего рода утренняя разминка. в отличии от владельца палатки, чья физиономия карикатурилась всё больше и больше с каждой уроненной на пол фигуркой. не понадобилось и второго десятка мячей, как все мишени лежали вниз мордашками, признавая поражение. какое-то время мужчина смотрел на него с немым неверием, словно только что у него выросли шесть крыльев за спиной или что-то в этом духе, пока не вспомнил о призовом фонде. еле расцепляя челюсти, он процедил: – Выбирайте ваш приз... тот молча ткнул пальцем в стекло, явно подразумевая её. владелец с недовольством достал приз и вручил его юноше. – Спасибо, – поблагодарил Куффен, наградив того напоследок одной из своих самых лучезарных улыбок, и забрал заслуженную награду, про себя отметив, что с таким взглядом обычно замышляют расправу. затем, распаковывая подарок на ходу, размеренным шагом приблизился к Кагами. когда дистанция сократилась до двадцати сантиметров, он, бережно отодвигая пучок пасм, вложил заколку в аккуратное каре. ТУДУМ. – Цуруги-сама, примите этот скромный подарок от вашего верного слуги, – учтиво поклонившись, произнёс тот, – не сочтите за дерзость, но позвольте отметить – вам крайне идёт. очередной абсурдный перфоманс гитариста, от чего Маринетт с Адрианом не сдержали смешки. и лишь одной Кагами было совсем не до смеха. отчего-то она замерла на месте, неприлично долго разглядывая привычного Луку: стройное худое тело, выразительные выпирающие сквозь ткань футболки ключицы, чересчур высокий рост, приходилось задирать подбородок дабы рассмотреть его лицо… лицо… бледная кожа, схожая с её собственной, на которой красовался слишком идеальный римский нос, огромные невинные глаза и слегка обветренные бледно-розовые уста. всё это подавалось под прикрытием тёмных волос с выкрашенными в бирюзовый кончиками, намекающими на неземное происхождение. даже традиционное ругательство предательски отказывалось срываться с губ маленькой леди. заметив на себе изучающий взгляд, парень вопросительно наклонил голову набок, заглянув прямиком в глаза. «О боже…» радужки его глаз цвета морской волны, которые в свете вечерних огней взблеснули подобно двум неогранённым апатитам, пронзая насквозь нежное девичье сердце. девушка поспешно отвела взгляд, благодаря всех богов, что те самые огни светят достаточно ярко, дабы скрыть собой густую румяну залившую лицо. треск. всё шло как ни сказать гладко. постепенно, днем за днём, она сближалась с Адрианом, в то время как Лука помогал ей отдалять Маринетт от него. на супергеройском фронте и никаких особых усилий прикладывать не пришлось: Леди Баг безжалостно и непреклонно динамила Кота, от чего даже становилось его жаль. на войне нет места пощаде! и вот, наконец, финальный этап. она отвела Луку в сторону, чтобы сообщить о колесе и своих планах, на что получила абсолютно спокойную реакцию… «– Подожди. А ты ожидала чего-то другого? Сейчас ты сидишь в только что тронувшейся с места кабинке напротив своей долгожданной цели – всё идеально, даже слишком. – Но почему... почему же он был так спокоен? – А каким блять он должен быть. Что тебе от него нужно в конце то концов?? – Чтобы он... – Что?» Цуруги замотала головой, отгоняя от себя дурные мысли. не предстоит приличной девушке рассуждать о других парнях, когда твой возлюбленный прямо пред глазами. – Спасибо, что позвала, Кагами. В последнее время редко выпадало так повеселиться. тяжёлая супергеройская, модельная и конечно же сыновская роль, в придачу к постоянным проблемам на любовном фронте. короче говоря – идеальное состояние. она аккуратно вложила свою кисть в ладонь блондина. не так, как делала это весь сегодняшний день, таща за собой на аттракционы, а по-другому – нежно и как-то интимно. после чего сократила расстояние разделяющие их тела. от таких внезапных мувов удивление высеклось на доселе расслабленном лице. затем вторая рука плавно, но уверенно ложится на плечо, а лицо девушки медленно идёт на сближение. и тут даже тугодумный Адриан смекает, что к чему. он было хотел что-то сказать, может, даже возразить, но ни одна нотка голоса так и не решается нарушить атмосферу. маленькая пустота, образовавшаяся внутри крохотной кабинки, что никакой шумоизоляцией там и не пахнет. их личная пустота, лишь два дыхания: напуганное и слегка растерянное, и второе – отчаянное, но уверенное. сантиметр. всего один сантиметр… а может даже одна целая три десятых? да кому какая разница. что важно, так это насколько же долгим он может иногда ощущаться. достаточно долгим, для того, чтоб услышав: «– Открой глаза» ты успела их открыть. достаточно, чтобы первым твой взгляд заострился на заколке, отразившейся в стекле вашей кабинки. достаточно, дабы в последний момент вырулить вправо и наградить заждавшегося юношу простым поцелуем в щёку, после чего стыдливо уткнуться носом в его плечо. что вызвало у Адриана эмоцию "вахуе" уже во второй раз за столь короткий промежуток. – И тебе спасибо, – не найдя, что ответить, он просто приобнимает подругу в ответ. ему остаётся лишь отвести смущённый взгляд, коря себя, что в очередной раз неправильно всё истрактовал. *flashback* эти полчаса, пожалуй, были самыми мучительно долгими в её жизни, на порядок длиннее тех бесчисленных часов в заточении, называемом домом. – Кагами Цуруги, и как это понимать, – этот строгий, вечно недовольный тон не спутать ни с чем, – ты должна была прибыть домой уже как полтора часа назад. Ещё и на звонки не отвечаешь, и что прикажешь мне думать? – Мам, как ты... – Неважно, – отрезала Томоэ, – поднимайся, мы едем домой. однако девушка и не думала отступать, не в этот раз. поэтому лишь отрицательно закачала головой. – Новости тебе сообщат в любом случае, нет смысла просиживать здесь до утра: у молодого человека есть близкие, и они обо всём позаботятся. "близкие…" – почему-то именно это слово отозвалось болезненным уколом в груди. – Я должна быть здесь. откровенно говоря, этот подростковый бунт уже порядком ей надоел. с каких пор её дочь стала столь дерзкой? ничего подобного не наблюдалось во время общение с Агрестом младшим. да и Томоэ не была против их отношений – выгодный союз как-никак, но, видимо, Адриана это не особо привлекало. ну да ладно, будут ещё возможности, уж об этом она позаботится. раскрыв рот, женщина уже было хотела повысить голос на свой властный тон, как планы перебил скрип распахивающихся дверей. Кагами тут же подорвалась с места, делая пару шагов навстречу неизвестности. – Остановка сердца вследствие обильной кровопотери. Мы сделали всё, что было в наших силах. Мне жаль, – сдержанно, словно зачитывая приговор, продекламировал главный врач. в каком-то роде это и правда был приговор, вынеся который, врач поспешно прошёл коридором, оставляя за собой выжженную дотла землю. первым тишину разрезал крик Джулеки: она прикрыла рот обеими ладонями, в то время как на щеках обильным потоком хлынули слёзы. следом Анарка, чьё растерянное лицо в панике металось то к доктору, то к Джаггеду, то к дверям операционной, стала бормотать что-то про "дайте мне его увидеть". обоих поспешила заключить в объятия известная рок звезда, которая несмотря на всю крутость образа являлась самым обыкновенным человеком и лила такие же человеческие слёзы. ну а Кагами... пыталась понять, что она сейчас услышала. нет, серьёзно, ей точно не послышалось? она никак не могла понять, ведь после той фразы доктора ничего не последовало. совсем ничего. никаких звуков, криков и плача. даже собственные мысли куда-то улетучились. <b>почему так тихо. внезапно горло удушающе сдавило металлическими клещами. оперевшись на стену, Кагами свободной рукой схватилась за неё. она посмотрела на мать и пыталась ей что-то сказать, Томоэ что-то говорила в ответ. по крайней мере, так казалось: девушка не знала точно. глаза хаотично забегали по больничному коридору в поисках спасения и, повернувшись назад, остановились на единственном выходе. сквозь боль и размытый фокус она выхватила катану из-за пояса, швырнув прямо в окно. десятки мелких кристаллов посыпались наружу, следом за ними вылетел и силуэт, приземляясь на всё ещё мокрое дорожное покрытие. первой данную картину заметила Маринетт, которая как раз смотрела на город с той же стороны крыши. спрыгнув рядом, она пыталась привести в чувство подругу. – Ышишь… гами… Кагами, ты меня слышишь?! – уже в панике пыталась докричаться до неё девушка. завидев поворот головы, обозначающий положительную реакцию, она сразу же задала вопрос: – Кагами, что случилось. С тобой всё в порядке? – Лонгг, открой небеса, – раздался шёпот, инициирующий детрансформацию. Цуруги упиралась коленями и руками в прохладный асфальт, громко откашливаясь. она слышала собственный кашель. а, значит, окружающий мир постепенно начал возвращаться обратно. – Сасс, кхх-кхх, мне нужен Сасс. словно по взмаху волшебной палочки из воздуха возникла маленькая бирюзовая фигура. – Ты ведь можешь исправить всё, кХх-Кхх, можешь повернуть время вспять. по выражению лица стало понятно – он уже предвидел подобный вопрос. – Всё не так просто юная леди. Позволь объяснить. Чем чаще я возвращаюсь в околостоящие промежутки времени, тем выше вероятность образования временного разлома. За все мои предыдущие попытки, лишь единожды этого удалось избежать. Одни лишь галлюцинации способны спровоцировать панику и хаос в городе, в то время как разлом может привести к десяткам или даже сотням тысяч жертв. Я не имею права принимать подобное решение, без одобрения хранителя. Маринетт тут же вздёрнулась, сообразив, что на неё только что самым наглым способом была перевалена вся тяжесть ответственности. – Не думаю, что у нас есть право подвергать опасности тысячи людей. Кагами… он знал, на что шёл. ещё никогда она не ненавидела свою супергеройскую должность как сейчас. Цуруги не верила собственным ушам. именно в эту бесчувственную дрянь он был влюблён всё это время? но вместо проклятий она вновь обратилась к квами: – Будь на его месте они, – указательный палец ткнул воздух в направлении божьей коровки, подразумевая и её напарника, который в данный момент находился на 3-м этаже, посвящаясь в произошедшее, – ты бы также остался бездействовать? – Они были избраны самим мастером Фу, и у нас нет времени на поиск и обучение новых. Ни сейчас, ни тогда, когда любая ошибка может стоить нам камней созидания и разрушения. – Он был твоим владельцем, чёртов ты кусок камня, – цедила она сквозь зубы каждое слово. – Каждый из нас сменил больше сотни владельцев, – с толикой досады промолвил змей, – со временем, к такому привыкаешь. – Остановись, Кагами, Лука явно не желал э... – ЗАКРОЙ ПАСТЬ ДЮПЕН-ЧЭН. НЕ ГОВОРИ ТАК, СЛОВНО ЗНАЛА ЕГО ХОТЬ НА ЙОТУ, – Маринетт так и замерла с полуоткрытым ртом, пытаясь понять, от чего её оцепенело больше: от крика вечно сдержанной Цуруги или от произнесенной собственной фамилии. – Дааа, я прекрасно знаю кто ты, более того, как думаешь, кто мне любезно поведал об этом? – Нет.... нетнетнет ты просто не в себе, он никак не мог зна... как по щелчку переключателя в голове всплыла нужная картина: «– И даже ты, верно? – И даже я.» она посмотрела на Сасса, однако тот продолжал сохранять невозмутимость. от столь идиотской картины Кагами пробило на истерический смех: – ХАХАХАХАХАХАХА, ты поняла да? ХАХАХА она наконец поняла. Как видишь, он был тем ещё лжецом. Самым умелым из всех, что я повидала. – Хватит, – отчаянно отмахнулась от неё Маринетт. но девушку уже было не остановить: – Безрассудным, нерешительным, слабовольным, жалким, ранимым, бесполезным, СОВЕРШЕННО НЕ УМЕЮЩИМ ДУМАТЬ О СЕБЕ ИДИОТОМ, – последнюю часть она прокричала что было сил, после чего упала обратно на колени. – И всё же... и всё же... вскинув голову вверх, девушка издала истошный вопль, обращая своё душераздирающее эхо к ночному небосводу, а, может, и к самим богам. – Довольно, заберите у неё браслет и усадите в машину, – кинула она двум телохранителям за спиной, которые тут же подчинились приказу. под истошные крики и попытки вырваться, Томоэ спокойно обратилась к героине. – Прошу прощения за увиденное, Леди Баг, и, надеюсь, больше не увидеть свою дочь скачущей по крышам в спандексе, – промолвила женщина своим самым серьёзным тоном, вручая героине только что полученный браслет. – Сегодняшний день дал ясно понять, какова цена за втягивание детей во взрослые разборки. стук всё ещё доносился сквозь тонированные окна, когда авто тронулось с места, плавно исчезая из виду.

***

всё стало как обычно, вернулось на круги своя, жизнь текла своим чередом и ещё куча бессмысленных фраз для описания состояния окружающих по истечению определённого времени после трагических событий. в данном случае трёх дней. японка была под очередным домашним арестом который на сей раз кажется окончится лишь с её смертью. директ был забит кучей непрочитанных сообщений. девушка и так знала их составляющую, какой ей толк с этих: "как ты?", "держись, нам всем нелегко", "помни, ты можешь всегда со мной поговорить"? ей не нужно всего этого. единственной пустой строчкой выделялась Дюпен Чен. хах, неудивительно, после столь увлекательных дебатов. в последний раз они пересеклись вчера на похоронах. Кагами с матерью стояли поодаль остальных, на чём, естественно, настояла Томоэ. хотя, пожалуй, так было даже лучше. она не хотела лишний раз пересекаться ни с Маринетт, ни с родственниками погибшего. ей достаточно просто провести его безучастным взглядом, так и не решившись подойти к гробу для прощания. ведь достаточно увидеть его безжизненное лицо хоть одним глазом – и всё притворное мужество рухнет в ту же секунду. плевать, что о ней подумают другие, плевать, что сочтут бесчувственной. она знала – он бы никогда так не посчитал. ей не нужно было всё это показное горе, у неё есть свой собственный ритуал – принимая душ, либо же, зарывшись в одеяло по ночам, душить в себе нескончаемый поток горя. но самым большим наказанием для юной леди стала эта чёртова заколка. уже который вечер она сидит перед проклятым зеркалом около получаса, пытаясь закрепить украшение, точь-в-точь как тогда. конечно же, ничего у нее не получалось. и не получится. не у той, кого огородили от самостоятельности кучей прислуги, из-за чего она, сыпля всеми известными и неизвестными проклятиями, выдёргивает украшение, иногда с пучком собственных волос, и начинает заново. и она вольна делать с виртуальным телом что угодно, ведь не ощущает ничего, кроме пустоты. урок фехтования. обычно бодрые и расчетливые движения сегодня были в край вялыми и унылыми, на что не мог не обратить внимание её партнёр. – Может, тебе отдохнуть, Кагами. Не стоит ходить на тренировки, если нет желания. – Всё нормально, – раздаётся сухой голос сквозь сетку маски. – Все разговоры после тренировки, мсье Адриан, – произнёс Филипп – тренер на замену. мсье д'Аржакур отсутствовал уже который день, объяснив это проблемами со здоровьем. – Да, сэр… – неохотно согласился парень, вынужденный продолжать этот морально тяжёлый бой. беспокоясь о самочувствие подруги, блондин сбавляет темп и делает всё в разы медленнее: серия ударов, парирование, выпад, уклонение, снова выпад, защита, контратака и… укол в плечо, улетучевший сознание девушки.

***

– Спроси у Кагами, присоединится ли она к нам за ужином! – донёсся с верхней палубы крик матери. девушка азиатской внешности, активно замахала головой, давая ясно понять, что у неё нет времени. к сожалению, Луку это не особо волновало: – Она с радостью! – сфальсифицировал он результаты опроса, за что получил локтём в живот. – Я бы с удовольствием поужинала с вами, мисс Анарка, но, боюсь, моя мама этого не одобрит. – Пустяки, солнце, скажи её номер, и уверена, мы с ней договоримся. неужели каждый из этого семейства собирается спросить у неё контакты матери? Кагами продиктовала номер, после чего Анарка махнула рукой, явно подразумевая "присаживайтесь", пока сама отошла в сторону. Лука потащил девушку к месту трапезы, мол, "она разберётся, поверь", по прибытию в которое, уселся по правую от входа сторону. посреди комнаты красовался раскладной деревянный стол на котором уже дожидались приготовленные блюда: гратен дофинуа, ризотто, капуста провансаль, запечённая говядина под соусом с виду похожим на ягодный, тарелка с фруктами и зеленью, багеты, упаковка гранатового сока и бутылка минералки. отодвинув соседний стул, парень любезно приглашал сесть. в это же время к столу уже подошла Джулека, усевшись прямо напротив брата и кинув, как показалось, какой-то хищный взгляд в её сторону. японка же продолжала в который раз пялиться на дерево перед входом. «Дерево, посреди корабля…» ветки которого проростали сквозь стеклянное накрытие потолка. вообще весь интерьер корабля полностью оправдывал его название –"Liberty'. доложив о результатах переговоров: – Всё хорошо, твоя мама дала добро. Попросила лишь не задерживать тебя после трапезы и незамедлительно отправить домой. «Семейство дипломатов…» – Уже практически все в сборе, осталось лишь дождаться… – Меня? – басистый голос привлекает внимание всех собравшихся, а его владелец тем временем ставит на стол главный атрибут большинства французских застолий – бутылку сухого красного какого-то явно завышено-дорогого бренда. – Надеюсь, я не сильно опоздал, – начинает он с извинений. – Нет, главное, что пришёл, – колко подметил гитарист. – Хех, разве я мог иначе. «Ооо, ещё как мог» подумалось гостье сего торжества, которая кинула украдкой беспокойный взгляд на юношу, но тот не повёл и бровью, переключившись на диалог с сестрой. тем временем рокер налил полстакана себе и Анарке, попутно поведывая историю об очередном инциденте, связанным с Клыком. потихоньку все рассаживались по местам и стали накладывать себе еды, попутно перекидываясь фразами и новостями о недавних событиях. Лука подал девушке миску с капустой, посоветовав обязательно попробовать, аргументируя тем, что такую даже в ресторанах не найти. всё шло крайне приятно и уютно, что было для Цуруги чем-то крайне новым и особенным, поэтому она тихо наслаждалась отменными блюдами, слушала россказни членов семьи и изредка поглядывала на парня рядом. до тех пор пока, как бы невзначай, словно нечто совсем обыденное, мужчина не спросил: – Иии, как давно вы встречаетесь? – Совсем недавно, – спокойно ответил темноволосый. всё произошло так быстро, что Кагами забыла на мгновение как есть, за что и поплатилась. закашлявшись, она склонилась над тарелкой и пыталась нащупать рукой свой бокал. «Пустой, твою мать». – Держи, принцесс, – заботливо обратился парень, протягивая ей собственный. как он только что её назвал? решив прокомментировать это попозже, она взяла спасительный грааль из рук юноши. – Как это мило… если не секрет, кто первый признался? – Естественно она, – Цуруги чуть не выплюнула всё обратно в бокал, благо сумела вовремя удержаться. парень в это время беззаботно продолжил – без памяти влюбилась и не смогла долго сдерживать свои чувства. Такая уж она – прямолинейная, никогда не… – Подождите, – наконец подала охрипший голос жертва, – боюсь вы всё неправильно поняли, у нас с Лукой… – Как нам ещё прикажешь понимать ваши с братом зажимания наедине, – подала голос младшая из семейства, – даже меня стыдиться перестали. японка так и замерла на полуслове, не имея чем парировать. «Зажимания…» сиюминутно на неё нахлынуло невообразимое чувство стыда, спящее глубоким сном всё это время. «Чёрт, она всё-таки взъелась на меня» – Зажимания… Нынешняя молодежь вовсе не теряет времени... – встревоженно и с даже с какой-то толикой печали в голосе произнесла Анарка. – Лука, – серьёзным тоном обратился Джаггед, когда нужно сообщить сыну важную мудрость, которую ты познал за все прожитые годы… – Ты ведь держишь их при себе. – Всегда, – ответ последовал незамедлительно. «ЧТО ЕЩЁ ЗА ВСЕГДА», кричал голос в её голове, в то время как снаружи, залитая целиком красным, девушка сверлила взглядом подол юбки. даже обычное дыхание начало даваться с осложнениями. – Хорошо, – тон его заметно смягчился, – отношения – это серьёзная ответственность, сынок, не повторяй моих ошибок. – Не беспокойся об этом, – уверенно произнёс юноша, накрыв своей ладонью кисть Кагами. глаз нервно задёргался и девушка уже была готова высказать пару ласковых своему "возлюбленному", повернув голову в его сторону. как вся атмосфера вмиг разрушилась приглушенным смехом. первой не выдержала Джулека, пырснув в ладонь. за ней и лицо Луки потеряло всякую серьёзность, и палубу наполнил задорный смех (практически) всех присутствующих. семейная традиция Куффенов – некая сакральная реликвия передающаяся из поколения в поколение, в этом году был также подключен отец. – С каждым разом всё лучше, – произнесла длинноволосая, которая уже просто лежала на столе, уткнувшись лицом в предплечье. – Прости, – сквозь регот еле выдавил из себя гитарист. та всё еще сидела в полном недоумении, как люди на телешоу со скрытой камерой, пока к ней не наклонился уже успокоившийся Лука и объяснил суть произошедшего. она лишь неловко улыбнулась, выдохнув с облегчением. – Сегодня был мой дебют, но я вроде неплохо справился, что скажете? – Даже перестарался: я думала бедная Кагами сейчас провалится прямо под стол, когда ты спросил "ты ведь держишь их при себе", – последняя фраза была произнесена в максимально пародирующий рокера манере, на что все отреагировали новой порцией смеха. – Знаешь, ты ещё довольно неплохо держалась. Однажды одна моя подруга просто вылетела из-за стола наружу и мне пришлось гнаться за ней полгорода, дабы объясниться. – поведал Лука, когда они уже стояли на причале, дожидаясь фирменного алого авто. девушка невольно хихикнула, представив ситуацию. но торжество длилось недолго, потому как следующим, что она визуализировала была ледяная цитадель, в которую ей предстоит вернутся. крепость, ограждающая тебя от большинства благ и радостей жизни. – Когда-нибудь ты повзрослеешь и сможешь создать собственный уют, принцесс. А пока просто играй в хорошую девочку и приходи сюда в любое время, как устанешь. Кагами подняла голову и какое-то время просто молча глядела на диванного психолога, после чего, переводя взгляд куда-то вдаль, с игривой ухмылкой на лице спросила: – Будешь теперь меня так звать? – Только если пообещаешь не сбегать, – саркастично улыбнулся парень.

***

веки с неохотой приподнялись и пред глазами возник белоснежный потолок. поворот головы влево, поворот вправо. она определённо в больнице. в той самой?... она не знала, не могла знать. обречённо выдохнув, она закрыла глаза, решив, что хоть здесь наконец отдохнёт. однако поворот дверной ручки сулил совершенно иной расклад. одного только топота подошв было достаточно, чтобы глаза встревожено открылись и направили свой взгляд в сторону дверного проёма. у порога уже дожидались Цуруги старшая на пару с охранником, который, завидев Кагами, шепнул что-то хозяйке. – Значит ты уже пришла в себя. Отлично. Мне есть что тебе сообщить, – кивком она подала знак охраннику, и тот удалился. вязкое мерзкое предчувствие заливало нутро Кагами. – Завтра утром мы переезжаем из Парижа в Марсель, поэтому отлежись хорошенько, силы тебе понадобятся. – Но я… я не хочу уезжать, мам. всё как и предполагала Томоэ: какой-то уличный музыкант, которого она знала от силы пару месяцев, превратил её в дочь в мягкотелую слабачку, а его смерть словно стала своеобразным концом света. люди уходят и приходят – и чем скорее она это поймёт, тем лучше. – Твои документы уже изъяты с этого колледжа и направлены в другой, – сделав небольшую паузу, она добавила фирменное: – Это не обсуждается, – последнее слово всегда останется за Томоэ. как и последний хлопок двери. "Ненавижу. Ненавижуненавижуненавижуненавижуненавижуненавижу. КАК ЖЕ Я ТЕБЯ НЕНАВИЖУ" звенел голос в собственной голове и две горькие прозрачные дорожки вновь рассекли бледные щёки девушки. по сравнению с Куффенами у неё язык не поворачивался назвать их двоих или кого-либо из родственников – семьёй. но в тот вечер, всего на один короткий миг Кагами почувствовала себя... среди родных. родных, чьи бесцветные и безмолвные силуэты она наблюдала на похоронах. родных, воспоминания о застолье с которыми, теперь звучали не правдоподобнее мифов. девушка обречённо откинулась на подушку, вглядываясь вверх. в голове роились десятки мыслей, чувств и эмоций, но она лишь молча изучала заплывшим от влаги взглядом микротрещины больничного потолка. попутно проклиная про себя родную мать. проклиная самопровозглашенных. героев, решивших, что они вправе вершить людские судьбы. проклиная друзей, чьё горе было скоротечней Сены. проклиная чёртову любовь, которую никак не выходит понять. проклиная себя. проклиная этот гнилой мир. и взыв к справедливости будет услышан.