А в полнолунье, в старом доме на холме…

Кто бы мог подумать, что Салим настолько буквально воспримет совет найти себе кого-то среди «своих». Напротив Ника сидел недавно восставший из мертвых Джейсон Колчек, составляя ему компанию в уничтожении пива. Кей сам до конца так и не понял, как он оказался за одним столом с последним на пару — удивление от представления нового знакомого Салимом, совершенно верно произнесшим «мой Джейсон», указывая на весело скалящегося парня, заглушило последующие события и начало разговора. Очнулся Ник только тогда, когда в руку ему всунули легкий алкоголь и предложили выпить «за знакомство». Он просто отказывался верить в то, что Осман так запросто пошел и откопал себе парня на кладбище. Нет, конечно, заморочки были у каждого в их кругах, но Салим до последнего казался упырю самым обычным мужчиной средних лет, самым нормальным среди его знакомых. Способным повелевать Смертью, да, — но кто обращал внимание на подобные мелочи? — Как вообще так вышло, что вы теперь вместе? — непонимающе обратил свой взгляд к Колчеку Ник, когда они уже успели переброситься парой фраз. — Да просто… просто Салим такой… — Джейсон шумно выдохнул, качая головой и рукой проходясь по затылку, пряча глаза за козырьком поношенной кепки, которая, впрочем, не была в состоянии скрыть его несмелую мягкую улыбку. Он постучал пальцами по столу, прежде чем подобрать слова и резко вскинуть голову, чтобы решительно продолжить: — Просто моя жизнь катилась под откос. Детство — полная срань, как только смог, укатил на другой конец штата. Но я даже не знал, что мне делать и зачем. Одиночка, никому не нужный и сам не стремящийся ни к чему — меня не ждало ничего лучше тесной комнаты и сплошного серого марева на все ближайшие оставшиеся годы. И подох я как бездомная шавка, от передоза, — Колчек выпустил последний воздух из легких, не торопясь вдохнуть по-новой, только горько кривя губы в кривой усмешке и тупой озлобленности на самого себя. Ник не спешил прерывать историю жалостью или сочувствием, вовсе неуместными сейчас. Лишь продолжил наблюдать за также быстро, как вспыхнувшим, так и угасшим Колчеком. Тот, откинувшись на спинку стула, после недолгого молчания качнул головой. — Когда я увидел Салима, назвал его «чертом», — хмыкнул Джейсон, — а оказался ангел. Он подарил мне жизнь. Ник, видя чужой теплеющий взгляд и вновь проступающую на лице улыбку, мог только удивляться: Колчек выпил не так много, а его через раз едва-едва сокращающееся сердце уже успело донести алкоголь до головы. Иначе он сильно сомневался, что парень бы начал высказываться подобным образом почти незнакомому человеку. — Я тебя понимаю, Салим и меня вытащил из той еще ямы в свое время. Но я же в него не влюблялся, — пожал плечами Ник, отпивая из своей банки. — Та еще причина, как по-мне. Джейсон уставился на него, поджимая губы, совершенно не понимая, как вообще в Салима можно не влюбиться. — Ты не видел того, что видел я, — недовольно отозвался Колчек, после открывая и тут же закрывая рот, не в силах или в нежелании расписывать все милые вновь запущенному сердцу мелочи. А потом вдруг встрепенулся и фыркнул. — Да и что я тут перед тобой распинаюсь. Просто иди нахуй, — беззлобно махнул он с беспечностью выпившего человека рукой с зажатым в ней пивом, бросая попытки донести свою мысль. Кей молча принял «тост», синхронно с не-мертвецом поднимая свою банку. Очевидно, понять ему, как и по какой конкретной причине так быстро кто-то смог проникнуться настолько сильными чувствами к другому человеку, было не суждено. Возможно, сам он, в своей прошлой жизни, мог бы ответить на этот вопрос и даже вспомнить свою первую любовь. Проблема была в том, что вспомнить он мог только размытые образы и ощущения, начисто заглушенные годами одного-единственного чувства: грязно-красного вкуса в своем рту, перебивающего все остальное. Это, тем не менее, не мешало ему честно радоваться за Салима. Джейсон подселился к некроманту, и ни его самого, ни хозяина дома такое соседство нисколько не смущало. Похоже, все было серьезно. Не то чтобы новоявленная пара сильно афишировала личную жизнь и смерть, Ник так вообще узнал об их сожительстве, только уткнувшись в этот факт своим лицом. Заглянул на неделе к Салиму, по привычке игнорируя необходимость приглашения, — Осман уже давно выдал своему другу «безлимит», не оговаривая никаких сроков, так что вампир мог беспрепятственно переступать порог. Так вот, заглянул, не помня уже точно по какой причине, а наткнулся на Колчека. Тот застыл в коридоре на полпути в одну из комнат, одетый в домашние штаны и футболку с плеча Салима, задранную, чтобы почесать живот. В факте того, что футболка принадлежала именно Салиму, Ник был уверен, потому что забыть этот дурацкий принт, изображающий человека с лопатой, кричащим: «SHHOOOVEL!!!!!!» (именно с удвоенной «H»,тремя «O» и шестью знаками восклицания — это было важно) как какой-то должный вдохновить лозунг, не смог бы и в следующей жизни. Ее Осману в свое время вручила довольная собой Кларисса (Ник потом подговорил не совсем трезвого Салима подарить Стоукс точно такую же, стоило ей в первый раз появиться на его глазах с лопатой заместо той поломанной метлы. Выдвинутое после вампиром название для их двойки «братья-лопатья», к сожалению, так и не прижилось). Колчек в свою очередь стоял, зажав в руке кружку, и глядел на незваного гостя, воспользовавшегося экзотическим способом, чтобы войти, а именно — открытым на проветривание окном. Ветром занесло. — Так… ты к Салиму? — переварив немного увиденные чудеса акробатики в исполнении далеко не миниатюрного Кея, залетевшего в форточку параллельно земле, почти солдатиком, совершенно непринужденно поинтересовался Джейсон, также непринужденно, хотя немного замедленно почесывая кожу и убирая затем руку от своего живота. Ник весьма односложно выдавил из себя что-то утвердительное. — Ну, его нет, — пожал плечами уже не так скованно Колчек, отхлебывая из кружки. — У него внеурочная смена в аптеке, а заодно — вызов по профилю. Линда со второй смены попросила подменить. Ты знал, кстати, что Линда из тех девушек, у которых под юбкой — сюрприз? Ну, в виде щупалец? Ник почувствовал себя на секунду выпавшим не только из окна, но и из темы. — Каких щупалец? Джейсон пожал плечами. — Фиолетовых, кажется. С присосками. Отвалились сразу два. Жесть — проснешься так однажды, встаешь, а у тебя конечности потерялись, оборачиваешься, смотришь на кровать — а они там валяются, — задумчиво отвел он взгляд на стену, видно, представляя себе эту картину. Ник ненадолго тоже представил себя с отвалившимися щупальцами в кровати. Если учитывать, что у него самого щупалец не было — действительно жесть. — Слушай, раз зашел, не составишь компанию? У Зейна неплохая коллекция дисков, но по сюжету гонять в «мортал» уже надоело, — предложил отмерший парень. — Давай, — легко согласился Ник. — Только чур я за Скорпиона. — Не-а, — нахмурился, даже возмутившись, Джейсон. — Чей джойстик, того и правила. Возьмешь «Морозилу». — Сам сказал! — быстро бросил оскалившийся Ник, тыча в Колчека пальцем, и в следующую секунду, использую свою вампирскую скорость, размытой тенью метнулся в гостиную, чтобы первым захватить контроллер. — Эй! — кинулся вслед Джейсон, с критичным для себя запозданием поняв коварный и наглый замысел упыря. В общем, дом Османа перестал быть целиком и полностью домом Османа. Джейсон на стопке дисков Зейна, перетащив те в гостиную, поближе к экрану, не остановился. Вещей у недотрупа было немного, но они планомерно рассредоточились по всем комнатам, будто получили задачу захватить и взять под контроль заданные им квадраты, чтобы даже у случайных гостей не возникало сомнений в причастности Колчека к созданию общего домашнего уюта в этой необычной, но определенно всем довольной семейной ячейке. Теперь здесь было в два раза более оживленно, несмотря на очевидную связь с кладбищем обоих жильцов. Ника, в принципе, это устраивало. Иногда он заглядывал не к Салиму, а к Джейсону, чтобы снова повоевать за джойстики, выиграв право на тот, у которого не залипали кнопки, если Колчек не пропадал на подработке в соседнем городке несколько раз в неделю (слишком нагло показываться на глаза местным, восстав из мертвых, он не рисковал). Но в один прекрасный день эта окраина, заканчивающаяся домом Салима, стала еще более оживленной. Нет, с кладбища не сбежали по новой зомби, просто дом через дорогу напротив оказался продан. И не просто продан, а куплен, осмотрен и даже признан вполне пригодным для жизни. До этого времени он довольно долго стоял без жильцов. Салиму, может, и было все равно на открывающийся из окон с одной из сторон света вид на ровные ряды могил в отдалении, но у большинства людей это почему-то отбивало желание приобретать участок. У большинства, не считая тех, что все же решились каждый день своей жизни краем глаза натыкаться на напоминание неизбежности такой всеобъемлющей и умиротворяющей вещи, как смерть. Сам Ник узнал о факте продажи дома, когда наткнулся взглядом на свеженькую табличку с ярко выведенным красной краской «ПРОДАНО», вколоченной в землю у дороги. Джейсон с готовностью просветил, что дом приезжала смотреть женщина-блондинка, но не такая, которая предпочитала обычно кудри, юбки или шорты с каблуками, а из тех, кто волосы скручивал в пучок, свои ножки доверял исключительно старым добрым джинсам, а глаза по какой-то загадочной причине скрывал за авиаторами с темными стеклами, словно агент ФБР под прикрытием или в небольшом отпуске. Сама она была не из местных, иначе бы Джейсон и носа на улицу не показал, а так пересекся с той и даже перебросился по-соседски парой слов, узнав у той имя — Рейчел Кинг. Кладбище ее мало волновало, а вот тихое, но близкое к центру городка место привлекало. Через несколько недель и самому Нику довелось познакомиться с только въехавшим на то время, новоявленным соседом друзей. Ну как познакомиться. Решив прогуляться от «дома собраний» до магазина в сторону города, а заодно по пути заглянуть к Османам-Колчекам, уже на обратной дороге он наткнулся на этого самого соседа. Если честно, то человека на соседнем участке, занимающимся перетаскиванием из кучи, выгруженной на улице, отдельных коробок в дом, он принял за небольшой глюк. Тот, то ли почувствовав продолжительный взгляд, то ли просто вернувшись за очередной коробкой и заметив неподвижно стоящего Кея, слегка неуверенно улыбнулся и махнул рукой. И это определенно точно был мужчина. Блондин с уложенными волосами, в очках-авиаторах, несмотря на далеко не солнечную погоду, — иначе бы Ник из дома не выполз, — правда, поднятых на голову, а не закрывающих глаза, подошел ближе к дороге и самому Кею, наверное, собираясь поинтересоваться, чем так привлек пристальное внимание. Ник, очнувшись, тоже двинулся навстречу, иначе, продолжи он стоять истуканом или сбеги от неловкости, ситуация бы точно вышла из-под какого-то, но контроля. — Привет, — прочистив горло, первым начал Ник, не давая блондину времени, чтобы тот смог перехватить инициативу и озвучить наверняка уже родившиеся теории о сталкерстве или еще чем, связанным непосредственно с незнакомым темнокожим парнем, пялящимся на тебя через дорогу. — Я слышал от приятеля, что в дом должны въехать, — кивнул он на дом позади, имея в виду Джейсона. — Да, как видишь, буквально на днях заселился, — довольно дружелюбно откликнулся мужчина, а затем с небольшой задержкой протянул вперед руку. — Кинг. Эрик. — Ник Кей, — на автомате отозвался Ник, пожимая предложенную ладонь, про себя пытаясь понять, каким образом женщина-блондинка с авиаторами, носящая фамилию Кинг, превратилась в мужчину-блондина, и не замешаны ли в этом сверхъестественно паранормальные и экстремально оккультные силы их городка. И если так, должен ли он это расследовать. В конце концов, это касается и его самого, как причастного к этим «силам». — Помочь с коробками? — решив все же задержаться, чтобы узнать о соседе побольше, кивнул Ник на картонный холм. Мужчина вскинул в удивлении брови, не ожидая немного неуместного при первой встрече энтузиазма. Ник видел, что он было собрался отказаться, но замер на секунду, неуверенно оглядываясь на фронт работы и быстро затем кося взглядом почему-то на свои ноги. — Если не трудно, — все же кивнул в конце концов Кинг. Что бы не заставило того принять помощь, считай, незнакомца, Ник решительно направился к коробкам, не собираясь давать ему передумать. — Бери те, что с маркировкой «ОВ», — указал на одну из коробок подоспевший Эрик, на которой были маркером выведены соответствующие буквы. — Что в них? — поинтересовался Ник. Это могли быть как «опасные вещдоки» (все же теория с агентом ФБР в отпуске еще была в силе) так и «оккультные…» да хоть что-нибудь, что начиналось бы на «в». — «Обычные вещи», — пожал плечами Эрик. — Оставь их, пожалуйста, в гостиной, она первая направо. Ник (совсем немного разве что разочарованный) подхватил две «ОВ»-коробки, тогда как Кинг поднял одну, обозначенную «Х». Ник бы мог погадать на счет и ее содержимого, но наверняка в той, за слоем картона и скотча, находилось что-нибудь банальное и очевидно хрупкое. Едва подойдя к небольшой открытой веранде на входе в дом, он притормозил, останавливаясь на месте. Черт и битые копыта, он почти забыл! Пока у дома не было хозяина, он мог бы свободно туда пройти, — не то чтобы его интересовал в недалеком прошлом один из десятка заброшенных домов, — но теперь ему нужно было четко оговоренное приглашение. Эрик прошел вперед и уже в дверях обернулся на замершего позади Кея. — Что-то не так? Пройти он не мог, только уткнуться лбом в пустоту. Напрашиваться на приглашение так напрямую было бы попросту нелепо, когда получил уже «подразумеваемое», а значит, оставался один вариант. — Да я тут… вспомнил, — не слишком воодушевленно буркнул Ник. — Я вообще-то спешу. Под взглядом Кинга он сделал пару шагов назад. — Прости, — быстро и уже вполне искренне прибавил он, опустив коробки на землю. — Я правда не подумал. Мне действительно нужно идти. — Да ничего, — немного рассеянно отозвался Эрик. Наверняка в глазах обычного человека, то есть как раз таки Кинга, все это выглядело сплошным театром абсурда. Ник, не желая развивать эту мысль и оставаться в поле зрения мужчины дольше необходимого, отвернулся и зашагал ровно к дому напротив. Не в сторону же кладбища под взглядом блондина ему было спешить. По какой-то причине он чувствовал себя неловким подростком, исполнившим перед другими людьми какую-то дурость, а теперь сбегающего с места смерти своей гордости под аккомпанемент собственного голоса в голове, твердящего: «блять-блять-блять-блять-блять» бесконечным потоком. Почти тут же открывший ему Джейсон, едва давящий неуместную улыбку, — словно ждал, — встретил его крайне емким: — Я видел этот пиздец. — Блять, — рефлекторно подытожил Ник. Джейсон откровенно понимал всю степень затруднения Кея, успев просветиться в области познания ближних своих сверхъестественных братьев и сестер, но это не мешало ему, развалившись в кресле рядом с сидящим на диване вампиром, колоть его ироничным взглядом. — Хуево быть тобой, — без малейшего сочувствия выдал он, едва не фыркая. — Завали, — устало откликнулся Ник, склонившись и зажав опущенную голову в руках. — Как ты вообще с этим живешь… Кей наградил зомби своим мрачным взглядом, оторванным наконец от пола. — Да забудь ты, сдался тебе этот мужик, — закатил глаза Колчек, бросая свой шутливый тон. — Было бы о чем переживать. Он через пару дней уже все забудет или спишет на какую-нибудь ерунду. Да и если не забудет — тебе-то что за дело? Будто ты здесь живешь с ним напротив. Ник ненадолго задумался — и правда, почему он парится о мнении какого-то парня? Максимум, где они могут пересечься — это здесь же, мимоходом, как сосед и друг соседа. Но по факту это почему-то его волновало. Разбираться в собственных же смутных ощущениях не было никакого желания, а потому оставался один вариант. Забить и пустить все на самотек. Как оказалось позже, вариант не то чтобы рабочий и жизнеспособный в принципе, потому что ситуация, «пущенная на самотек», привела его к новому столкновению, а затем — к еще одному. И еще. Как так выходило — тот еще вопрос, если учитывать то, что Ник обычно не слишком часто ходил в этом направлении. Раньше Салима он навещал от силы раз в неделю, на выходных, с появлением Джейсона, и буднями оказывающегося дома, немного изменился график, но не настолько, чтобы сталкиваться с Кингом чуть ли не каждый день, обмениваясь неловкими короткими приветствиями, чтобы поспешно отступить. Как так выходило, что его волновал сам факт этих встреч и Эрик стал одной из отдельных не то что тем, а категорий в мыслях Кея — еще один тот-еще-вопрос. — Может, ты просто, ну, это… хочешь его сожрать? — Джейсон, устроившись со скрещенными ногами в кресле, поняв, что разговор в очередной раз скатился к обсуждению Кинга, не попытался столкнуть друга на другую тему, а наоборот, с самым серьезным видом стал изображать из себя самопального психолога. Развлекался, в общем, как мог. — Не хочу я его сожрать! Это совершенно другое, — поморщился Кей. Вот и как объяснять зомби различие между кровавым голодом и… этим? Такое только такой же вампир поймет. — А что ты хочешь с ним сделать? — с «профессиональным» интересом в голосе подался вперед Колчек. — Не знаю. — Знаешь, как говорит Кларисса? — С ней-то ты когда успел… Не обращая внимания на Ника, Джейсон продолжил: — Голод к людям похож на обычный голод. Вот почему неудачники, путая эти состояния, заедают свое горе, а потом ловят третью степень ожирения, — наставительно поднял он палец. Ник, мало впечатленный, подозрительно сощурился. — Ты что, стащил у нее «Вестник Водолея»? Это же журнал для одиноких ведьм за тридцать. Ты, конечно, за тридцать, но до понятия ведьмы тебе еще далеко. — Вот не надо мне! Они освещают очень важные проблемы вроде заговора тибетских монахов и сокрытия Атлантиды. И не уходи от темы. Я говорю, что сожрать ты его хочешь… бля, как это… — он потер переносицу, нахмурившись, а затем щелкнул пальцами, тыча в приятеля указательным, — метафорически. — Ты о чем вообще? — страдальчески свел брови Ник. — Ну, черт, — тяжело выдохнул Джейсон, пытаясь объяснить. — Только не говори мне, что ты никогда не хотел жениться на пицце, — развел он руками. — Ну или на пончике. — Джейсон, я в продуктовый, — в самый подходящий момент заглянул в дверной проем Салим, до этого пропадавший на кухне. Почти сразу он прошел дальше по коридору. — У нас закончилась мука. Кастрюля стоит на плите — выключишь минут через десять, — договаривал он уже приглушенно, из прихожей. Джейсон по мере возможности проводил его взглядом и послушно засек время на своих наручных часах, едва хлопнула входная дверь. — Вот и женись на своем «пончике», флаг тебе в руки, — глядя на эту идиллическую картину, проворчал Ник. Джейсон поднял брови и взглянул на вампира снизу вверх из-за все еще склоненной над циферблатом головы. Затем неспеша выпрямился, но только чтобы опереться локтями на скрещенные ноги и подпереть ими подбородок, задумчиво сощурившись. Ник, наблюдая за этим, недолго просидел в молчании, а потом наклонился вперед, чтобы щелкнуть пальцами перед лицом залипшего Колчека. — Джейсон, прием, — обеспокоенно позвал его Ник. Тот, отвлекшись на внешний раздражитель, поймал направленный на него взгляд. — Осман. — Че? — «Салим Колчек» — хуйня. «Джейсон Осман» звучит лучше, — совершенно серьезно выдал он. Ник счел за лучшее промолчать. Если Салим в скором будущем будет допытываться, с чего вдруг Джейсон начал с энтузиазмом и свойственной тому упертостью доставать его на эту тему (а он будет, потому что вдолбившему определенную идею себе в голову Колчеку трудно хоть что-то противопоставить и сбить со взятого направления), Ник тоже будет молчать. Для своего же посмертного блага. Одно хорошо — за этим внезапным озарением Джейсон забыл о первоначальной теме обсуждения, а значит, оставил Ника в относительном покое. Что, в прочем, не гарантировало покоя вампиру от самого себя.

Интересно, соберись он откусить кусок плоти Кинга, какова она бы была на вкус?..

***

Эрик Кинг переехал сюда не по собственной воле. Ну, то есть, по собственной, насильно его не тащили, но идея была далеко не его. Являясь инженером-конструктором спутниковых систем навигации, он мог работать хоть в своем кабинете, хоть на удалении, чем сполна воспользовался после злополучной автоаварии, на время своего восстановления погрузившись в работу с головой и всем, что осталось к ней прикреплено. Это помогало, пока Рейчел не было рядом, но из-за этого же их отношения после дали серьезную трещину, а время, проведенное вдали друг от друга, превратило ее в самый настоящий разрыв. Эрик опомнился уже слишком поздно, когда между ним и Рейчел стало больше неловкого молчания, чем разговоров о совместном будущем. Рейчел уже не смотрела на него как на кого-то, кто умудрился похитить ее сердце, подхватив его на курсах по скалолазанию, да и сам он не был уже тем веселым молодым парнем, способным на высоте в несколько сот футов заниматься не только вбиванием креплений для страховки, но и экстремальным флиртом. Как минимум потому, что с одной ногой такой фокус теперь повторить бы было весьма затруднительно. Но не только Рейчел. Эрик понимал, что былые чувства стали угасать и с его стороны, что удручало и немного… пугало, заставляя с какой-то паникой пытаться удержать в руках этот выскальзывающий «канат». Единственное, что никуда не делось — это поддержка, но поддержка запоздалая, которой оба пытались покрыть и как-то компенсировать, словно извиняясь, свое отстранение после аварии. Что Эрик, помогая жене со связями, что Рейчел, найдя для него тихое, спокойное место для навалившейся работы, стоило только командованию оценить перспективность его системы, его «Целуса». Наличие этой поддержки давало небольшие надежды. Кинг все еще надеялся вернуть то, что между ними когда-то было. Дом был неплохим, хоть стоял на самой окраине. Окраиной, что странно, здесь называлась территория, находящаяся всего в нескольких жилых кварталах от главной улицы, что было мало даже для небольшого городка. Но причина нашлась быстро — люди не хотели застраивать оставшееся до кладбища пространство, подходя откровенно впритык. Из окон последних на улице домов его и так было хорошо видно. Большинство людей это и останавливало от покупки дома, но Эрик не был ни верующим, ни суеверным человеком. Этот факт не изменила даже авария. Так что соседство с одним из местных объектов городского значения его не волновало от слова совсем. Кстати говоря, он оказался не единственным таким человеком. Буквально в самый первый день заселения он познакомился со своим новым соседом, живущим напротив и имеющим не менее прекрасный вид из своих окон. Молодой парень, выглядящий еще моложе из-за кепки и свободной куртки, будто позаимствованной с чужого плеча, оказался всего лет на пять младше самого Эрика и не сильно меньше его по комплекции — если не крепче — при ближайшем знакомстве. — Джейсон, — ненадолго задумавшись, представился он тогда, опустив по какой-то причине свою фамилию, забыв или просто не придав значения, но крепко сжимая чужую руку в прохладной и бледной ладони. — Давно здесь живете? — решая завести разговор, поинтересовался Кинг. — Да не то чтобы… — пожал плечами Джейсон. — Вообще, это не мой дом, а Салима. Мы живем вместе. Вы еще познакомитесь, он сейчас на работе. — Ясно, — кивнул Кинг. — Разделение платы — это весьма практично. И весьма логично для двух молодых парней, может, не имеющих достаточно оплачиваемой работы, чтобы в одиночку жить в частном доме. — Ну и это тоже, да, — спрятал глаза за козырьком, чуть наклонив голову и почесав нос, Джейсон. Затем после секундной буквально паузы взглянул на него из тени, отбрасываемой кепкой на лицо, утратив и намек на недавнюю неловкость, заговорив жестко и четко. — Но вообще мы вроде как вместе. Так что если у тебя какие-то проблемы с этим, то сразу говорю — можешь… — Все в порядке, — мотнул головой Кинг, перебивая, лишь слегка удивленный неожиданными подробностями из личной жизни соседей. Хотя все равно бы рано или поздно узнал, если Джейсон и его сожитель ничего не скрывают. — Вот и хорошо, — кивнул Джейсон, переключаясь обратно, на более доброжелательный тон. — Салим, как узнал о твоем заселении, вознамерился приготовить баклаву на новоселье. Так что подходи к семи вечера, — довольно дружелюбно закончил он. Загадочная баклава, которую Эрик никогда раньше не пробовал и о которой не стал переспрашивать Джейсона, оказалась довольно вкусным слоеным пирогом; Салим оказался не ровесником Джейсона, как представлялось Эрику, а мужчиной сорока лет, до этого женатым и имевшим взрослого уже сына, а вечер в гостях — хоть и слегка неловким в малознакомой компании, но оставившим приятные воспоминания. Может, когда-нибудь в будущем он мог бы назвать этих людей друзьями, по крайней мере — Османа, в отличие от своего сожителя ведущего себя предельно вежливо и дружелюбно. Вещи привезли с небольшим опозданием через два дня, — хорошо, что он изначально взял рабочий ноутбук и самое необходимое с собой. Разбирать коробки ему предстояло самому, на что ушел бы целый день, принимая во внимание его ногу. В этот момент и появился тот парень, Ник. Сказать, что Эрик остался в непонимании после его ухода — это не сказать почти ничего. Для первого знакомства Кей вел себя максимально странно. В прочем, Эрик мог легко это пережить, разве что ему все же было немного обидно, что его оставили наедине с коробками после того, как он согласился на помощь. А он очень редко принимал помощь физическую, если то терпели обстоятельства. После аварии это вообще была болезненная тема. Так что да, ему было обидно. Появления в зоне видимости Кея не ограничились одним-единственным разом. Стабильно раз в несколько дней он мелькал на их улице, возле соседнего дома, и каждый раз Кинг почему-то оказывался то снаружи, то у окна, чтобы это увидеть и каждый раз это подмечал. Может потому, что каждый раз ловил направленный к себе взгляд. Эрик хмурился, но не мог понять причины чужого внимания. Раз уж на то пошло, это он должен был коситься в сторону Кея. Но эти переглядывания так ни к чему и не приводили, так что постепенно Эрик решил принять это как данность. Обыденность, в которой он жил в частном доме в маленьком городе, занимался «Целусом», звонил Рейчел по вечерам, спрашивая, как прошел день, и иногда приходил на ужин к соседям, когда одиночество давало уговорить его на это. Чужая почти семейная идиллия вызывала мысли, окрашенные сожалениями о своем прошлом и нынешнем, в котором присутствовал только голос любимой еще женщины, обещавшей навестить его только через долгие недели. Вот только до исхода этих недель произошло еще кое-что. Очевидно, рано или поздно они с Ником должны были пересечься. Лицом к лицу, а не так, мельком. Произошло это на условно нейтральной территории — в доме Османа (и Колчека, конечно). Просто в один из вечеров кроме Эрика на правах гостей оказались еще двое приятелей своеобразной семьи — девушка, о которой он до этого только слышал, — Кларисса Стоукс, и, собственно, Ник Кей. Кинг и не заметил, как получил право на членство в — очевидно с первого взгляда — уже сбитой компании. Но факт оставался фактом. К некоторому удивлению Эрика, с Клариссой они быстро нашли общий язык, заговорив о том, что до этого мужчина старался держать при себе, ведь на то, чтобы завязать долгий и осмысленный разговор о подобном, требовались специфические познания, — о своей работе. Звучащие фоном с включенного телевизора комментарии о ходе четвертьфинала чемпионата национальной футбольной лиги, за которым наблюдали Джейсон, Ник и — немного неожиданно — подключившийся к ним на особо напряженном моменте Салим, не мешали активному разговору с Клариссой. Наоборот, все это — отрубленный свет, чтобы лучше было видно игру, низкоградусное пиво, по банке которого досталось каждому; эмоциональные препирания со стороны диванных «фанатов» и тихо посмеивающийся их энтузиазму, но следящий за игрой Салим, облокотившийся на Джейсона, который в свою очередь, несмотря на вовлеченность в происходящее на экране, дергал только одной рукой, той, что была подальше от Салима; расплывчатый желтый свет, доносящийся из дверного проема со стороны кухни — все это создавало дружелюбно оживленную атмосферу. С Ником он столкнулся в стороне от гостиной, уже выходя из кухни, куда заглянул по просьбе Клариссы, опустошившей свою банку с пивом. Эрик даже вздрогнул от неожиданности, когда обернулся и обнаружил Кея, стоящего в проходе, облокотившись на косяк двери, — потому что не услышал его приближения. — Извини. Я привык ходить бесшумно, — заметив и правильно поняв заминку Кинга, прокомментировал Ник. Затем прибавил, разводя руками: — Меня тоже сослали за выпивкой. Эрик на это кивнул. Повисло неловкое молчание — дамоклов меч любого разговора. Ник хотел было заговорить, может, затронуть первую их встречу, но все его красноречие стащили черти, не иначе. Тишина длилась, пока из-за угла коридора не появилась женская фигура. — Где вы тут пропали? Оставили меня наедине с этой сладкой парочкой, а у них там уже начинает формироваться та самая атмосфера, — Стоукс смешливо поморщилась. — Зато у вас тут, я посмотрю, немногим лучше. Давай сюда мое, — протиснувшись мимо Ника, потянулась девушка к Кингу, — пока не прогоркло. Стоя прямо между двумя мужчинами, Кларисса щелкнула открывашкой и тут же пригубила пиво. — М-м, — довольно протянула она. Эрик мягко улыбнулся, сравнивая невольно ее с Рейчел, отдающей должное выпивке. — Так что, организуем здесь небольшой лагерь? — прислонилась к ближайшей стене Стоукс. — А то хорошо стоим. Возвращаться как-то не особо хочется в эту романтично-могильную обстановку. Ник, сильнее привалившийся к косяку, молчаливо поддерживая подругу в желании устроиться прямо тут, кратко хмыкнул на последнюю реплику Клариссы, а Эрик непонятливо нахмурился. С чего вдруг могильную?.. — Слушай, Эрик, — оборвала его мысли девушка, — а у тебя кто-то есть? Кинг на этот неожиданный сейчас для себя вопрос недоуменно приподнял сразу обе брови. — Да, — все еще удивленно откликнулся он. Прочистил горло. — Я вообще-то женат. Краем глаза он заметил направленный на себя плохо скрытый любопытный взгляд Кея, — с чего бы вдруг? неужели так удивительно? — а вот Кларисса цыкнула. — Блин. Похоже, наша с Ником тусовка обделенных одиночек так и остается в составе двух… человек, — дернула она уголками губ. — Обидно. После этого они простояли в коридоре не так долго, решив, что, раз хозяева не уделяют гостям должного внимания, не дело им задерживаться в чужом доме. Эрик только запомнил напоследок этот немного странный взгляд Ника, то и дело возвращающейся к его фигуре, на что сам он старался не отвечать со своей стороны, но постоянно на секунду нет-нет, да косился в сторону другого мужчины глазами, чтобы подтвердить подозрения.

***

— Ты уверен, что не хочешь его сожрать? — Джейсон, в наших кругах считается немного нетактично спрашивать о подобном тех, кто… придерживается особой диеты, — укорил Колчека ошивающийся рядом Салим. — Да ладно тебе, я что, коп или детектив какой, чтобы от меня шхериться? — задирая в сторону мужчины голову, фыркнул Джейсон. Ник с молчаливой иронией перевел взгляд на шею и надплечья Османа, где за не имеющей горла футболкой отчетливо розовели полукружья чьих-то наглых зубов. — Так что? — обернулся обратно не менее оживленный Колчек. — Хочешь пригласить его выпить? — вклинился Салим, проницательно щуря свои глаза. Джейсон чуть удивленно глянул на того, а затем снова вернул внимание их общему другу. — Он женат, — буркнул глухо Ник, подперев голову рукой. Наверняка это та самая Кинг, о которой изначально заговаривал Джейсон, только упоминая о проданном доме по соседству. Та блондинка в очках-авиаторах. Только после того, как получил ответ на незаданный самолично вопрос, Ник поймал себя на мысли, что какой-то частью себя надеялся, что Кинг-женщина окажется плодом чего-то привычно паранормального, ну или, — что более невероятно, — сестрой Эрика… Чем его вообще зацепил этот Кинг, что его подобное волновало? Салим в это время с Джейсоном переглянулись, ничего не говоря, но, по всей видимости, и так прекрасно понимая друг друга. Салим был серьезно настроен, поняв, что Ник, намного дольше него самого оставаясь одиноким… разумным существом, не считая коротких связей, действительно заинтересовался кем-то, похоже, в этом смысле. Да, Кинг был женат, но… как показывал собственный опыт, брак, зачастую вопреки собственному желанию, не был нерушимой постоянной, так что можно было попробовать подтолкнуть этих двоих друг к другу, а там — чем шайтан не шутит — может, что и выйдет. Нет — так нет, а на да и суда не будет. Джейсон же был готов поддержать Салима обеими своими руками практически в любом начинании. Ну, и Никки помочь, что уж. Ник внутренне подобрался, почувствовав вдруг сразу два сошедшихся на себе взгляда. Инстинкт ночного охотника, точно знающего, когда появляется малейшая угроза или жертва замечает твое внимание, встревоженно заворочался. — Ребят?.. — не шибко уверенно позвал их Кей. Однажды наступает момент в твоей длинной упырской жизни, когда ты понимаешь, что иногда помощь друзей может быть опаснее «помощи» охотника за нечистью, вдолбившего себе в голову, что темных тварей надобно очистить посредством освященной пули или приложив крепко битой с примотанным к той скотчем увесистым томиком Библии. Проснувшиеся как по тревоге инстинкты Ника подсказывали, что это — именно тот самый случай. А потом к операции привлекли воодушевленную делом Клариссу. Инстинкты Кея забились в припадке.

***

Эрик, не подозревающий ничего о заговоре против его персоны, принял приглашение Клариссы, с которой они стали неплохо общаться. Стоукс предложила ему не сидеть все время дома, где он и правда проводил бо́льшую часть времени, и выбраться в город, в единственную существующую в этих краях кофейню, на деле являющуюся больше кафе, нежели кофейней. Но Кларисса жила буквально в десятке шагов от этого места, и кофе по ее словам там был лучшим городе (учитывая, что это все еще было единственное место, где кофе это подавали). — Я понимаю, что твоя работа важна, но тебе нужно и отвлекаться, — девушка, сидя напротив Кинга за небольшим столиком, размешивала ложкой напиток, варварски губя густую пену с вкраплениями шоколадной, кажется, посыпки. Эрик следил за этим действием, сам держа в руках небольшую чашку. — Знаю, но у меня с этим… некоторые проблемы, — не сильно охотно признался он. — Найди тогда кого-нибудь, кто будет тебя вытаскивать, — легкомысленно пожала плечами Кларисса. Эрик сжал плотнее губы, мысленно возвращаясь к тому, что было после злополучной аварии. Как он нырнул в работу с головой, как Рейчел не оказалось рядом. — Сразу говорю — у меня полно своих забот, так что тебе придется найти еще кого-то кроме меня, — продолжила между тем Кларисса. — Подружку, которая сможет тебя выслушать и поддержать. Не надо такого взгляда — я же вижу, что выговориться тебе нужно. Я бы предложила Салима, но на нем уже висят сын и Джейсон. И если один — уже взрослый человек, за вторым нужен присмотр. Я о Джейсоне, конечно. — Она отпила немного кофе и задумалась над чем-то, переводя взгляд за окно, на дорогу. — М, кстати, — вдруг встрепенулась она, натыкаясь на какую-то мысль, — как тебе Ник? Эрик о неожиданности кашлянул и сразу же вздернул брови. — Нет, ты послушай. Он же достаточно свободен, да и сам по себе максимально добродушный парень, — «насколько только пацифистичным может быть по своей природе вампир», — не выговорила Кларисса вслух. Она никогда не интересовалась, скольких на своем веку или веках успел умертвить Кей — это было бы невежливо. — Мне кажется, он бы не был против. — Ну… не знаю, — сумел выдавить из себя Эрик, так и выплескивающий из себя неуверенность во все стороны. — Ему тоже не помешала бы компания, — подалась вперед Стоукс, доверительно заглядывая Кингу в глаза. — Он довольно ранимый, неуверенный, да и со своими странностями — мне, например, чтобы заставить переступить его порог своей квартиры, пришлось отдельно проговорить ему, что он может зайти. Я особо не вдавалась в подробности, — это больше привилегия Салима, как его лучшего друга, — но в прошлом у него было порядочно откровенного дерьма. Ему сложно сблизиться с новыми… людьми, так что новый контакт и ваше общение, думаю, пошло бы на пользу. Могу я попросить тебя?.. Эрик, невольно при словах Стоукс вспоминая первую встречу с Ником, в конечном итоге кивнул. — Спасибо, — улыбнулась Кларисса, как-то лукаво поблескивая глазами, но это наваждение быстро прошло, стоило ей чуть отстраниться. — Мне так будет спокойнее за вас обоих. А вы сможете присмотреть друг за другом, — он весело хмыкнула, окончательно откидываясь на спинку стула и довольно пригубила свой кофе. Если в начале эта идея Эрику, несмотря на его же согласие, все еще казалась спорной, как и чуть позже, когда их общение с Кеем действительно началось, можно сказать, с нового, запланированного и более осознанного знакомства, то через пару прошедших недель, за которые они с ним успели начать узнавать друг друга и достаточно разговорились, это перестало быть чем-то, заслуживающим недоверия. Ник, которого, как по словам Клариссы, и правда пришлось приглашать в дом, чтобы тот наконец решился перешагнуть порог, оказался самым, наверное, внимательным к проблемам других людей человеком, которого встречал в своей жизни Кинг. Это удивляло и… подкупало. Как и присутствие другого человека в своей жизни, которому ты мог рассказать что-то личное и рассчитывать на ответную поддержку. Во всем этом ему пришлось убедиться довольно скоро. Ему приснился кошмар. Наверное потому, что он уже привык к новому месту жительства, — до этого подобные сны с самого дня переезда его не беспокоили. Но, стоило немного прижиться и успокоиться, знакомый уже кошмар вернулся. Редкий, но, наверное, единственный, который заставлял просыпаться, не понимая, где находишься; который оставлял после себя тяжелое опустошение, смешенное с липким страхом, и судорогу, нещадно сводящую правую ногу, — тогда казалось, будто вся она на месте. Ниже колена застывало фантомное ощущение сумасшедшего давления, не проходящее даже тогда, когда Эрик начинал растирать свой обрубок. Приходилось ждать и терпеть. Заснуть он, проснувшись таким образом, очевидно, больше не мог. В этом кошмаре ему виделось то, что оставалось в его памяти, несмотря ни на что. Проглядывающие сквозь боль и темноту образы. Перевернутая машина, лежащая на крыше. Ремень, сдавливающий тело. Битое стекло, крошевом засыпавшее практически все свободное пространство и заляпанный кровью серый пластик. Безвольно свисающие руки еще бессознательной Рейчел и боль, боль, боль, боль, медленно пробирающаяся как сквозь плотный оборот ваты, прошивающая колотым стеклом от лодыжки к колену. Эрик уверен, что тогда он не провел в сознании и нескольких секунд, почти сразу отключаясь, но этого хватило, чтобы с кристальной ясностью отпечатать образы в голове уже навсегда. Он не знал, нужно ли ему с этим справляться. Он устало принял это как данность, которой суждено остаться с ним до конца жизни, как шраму над бровью, куда впился один из тех осколков стекла, как протезу, заменяющему ему собственную плоть. Нику хватило наблюдательности, чтобы заметить уставший вид невыспавшегося Эрика, хватило обеспокоенности, чтобы придать этому значение и вызнать причину бессонницы, хватило, в конце концов, упрямства, чтобы выяснить детали кошмара. И наглости, чтобы предложить в качестве помощи остаться на ночь, быть рядом и сторожить сон. Может, это была и не наглость. Может, о Эрике впервые за долгое время кто-то действительно беспокоился, не отдалялся за собственными проблемами и не требовал держать определенную планку. А у Ника хватало собственных проблем, Кинг был уверен, и не только из-за оговорки Кея о том, что «он понимает, как это может быть тяжело», — и Эрик пообещал себе самому отплатить ему тем же. Но пока он просто видел обеспокоенность в чужих глазах и готовность помочь. И главное — полное отсутствие напряжения, выражающего желание и готовность куда-то сорваться и сбежать по первому сигналу откуда-то со стороны. Именно этого ему, наверное, так и не хватало. Как прикосновения чужой руки поверх своей, тепла горячего тела совсем рядом. Касания губ и проходящих по коже ладоней. Все это прошло как-то размыто для восприятия. Не было ничего больше двух поцелуев и нескольких даже не вполне откровенных прикосновений. Ник не хотел настаивать и лишать времени на раздумье. А Эрику нужно было это обдумать. Потому что внутри у него воцарилась маленькая анархия от столкновения сразу множества до крайности противоречивых мыслей, желаний и убеждений. Он так долго жил Рейчел, думал о той и ждал ее, что уже откровенно не мог вспомнить, с кем был до нее. Все казалось недостаточно важным в сравнении с ней. Но не Ник — теперь. Да и чего он ждал от Рейчел, если между ними остались лишь очертания былого, чего-то большего и настоящего. Ник же был здесь, рядом, а не в сотнях километров, на телефонном проводе. И Эрик ощущал его ближе, нежели собственную все еще жену. Решение пришло через несколько дней, когда Эрик принимал душ. Отложив полотенце, он потянулся привычно… и застыл над отложенной на белый край раковины цепочкой, на которую было надето простое золотое кольцо. Когда-то именно Рейчел надела его на его палец, повторяя зеркально его собственное движение. Теперь же, он знал, Рейчел свое не носила. И он, видя это, снял свое, но только чтобы носить то под рубашкой. Казалось, оставь он его ближе к сердцу, и Рейч однажды вернет золотой ободок на руку. Но сейчас, сейчас Эрик зажал текучую цепочку в ладони, но не для того, чтобы надеть, а чтобы убрать в ящик комода. Эта цепочка с тяжелым грузом самонадеянных надежд была последней нитью, отгораживающей его от свободы. Решение было принято. На удивление легко… и верно.

***

— Ник Кей? Ник обернулся на голос. Это была женщина с ровным каре светлых волос, глядящая на него через затемненные стекла очков, — он прекрасно чувствовал направленный взгляд, — и выглядящая довольно молодо, хотя упырь сквозь тонкую кожу чуял уже немолодую кровь. — А вы?.. — приподнял бровь Ник, вполне уже догадываясь о личности представшей вдруг перед ним незнакомки, встреченной у самого дома Эрика, когда он уже говорил за несколько дней до этого, кто собирается приехать. — Рейчел, — подтвердила мысли мужчины та, снимая очки, чтобы показательно провести взглядом с головы до ног Кея и обратно, после чего легко улыбнулась. — Будем знакомы. Теперь понятно, кого я должна благодарить за то, что Эрик больше не звонит мне по двадцать восемь раз на неделе и не пытается повернуть все вспять. Ник нахмурился, не до конца понимая, являются ли слова все-еще-Кинг саркастической вводной для скандала или чистой правдой. Потенциальным столкновением с его женой беспокоить Эрика не хотелось, но если бы пришлось… что ж. Ник был готов, пусть даже пришлось бы соперничать за одного конкретного мужчину с женщиной. — Нет, правда, спасибо, — заметив неопределенное состояние Кея, серьезно произнесла она. — Я рада за вас. И спасибо за то, что заботишься об Эрике, — улыбнулась она краешком губ. — Хотя это, признать, немного… неожиданно. Не из-за тебя, нет. Из-за Эрика. Ник мог на это только кивнуть, немного, но успокоенный чужими словами. — Ну что, идем? Не будем заставлять его ждать, — излишне оживленно подмигнула Рейчел, первой направляясь к дому. Сегодня их ждал семейный ужин, идея которого принадлежала, как ни удивительно, Джейсону, услышавшему о скором приезде Рейчел и решившему, что это будет подходящим поводом, чтобы собраться всем вместе и отметить запоздалое новоселье Кинга (то, что то уже было отмечено им же буквально в тот же день после въезда Кинга в их же с Салимом доме, нисколько его не смущало), а организацию взял на себя привычный подобному Салим. Ужин был что ни на есть семейным: Салим с Джейсоном, Кларисса, Ник и вошедший в их компанию со всеобщего согласия Эрик, плюс появившаяся Рейчел. Этим вечером, может, Нику и казалось, но в глазах Рейчел, когда та смотрела на улыбающегося Эрика, несмотря на ее собственные слова, проскакивала какая-то грусть или тень сожаления, граничащая с ностальгией. Но он был не намерен уступать Эрика никому, тем более — должной стать в скором времени бывшей жене, считая себя в полном праве, ведь в итоге именно ему, сотлетнему вампиру, а не человеческой женщине, хватило желания и устремленности, чтобы быть рядом, когда он был нужен этому человеку. Рейчел же, видя то и дело ревностно бросающего на нее твердые взгляды Ника, не отходящего от своего Эрика, только усмехалась и внутри себя находила силы и вполне искреннее желание на то, чтобы радоваться за Эрика, который как никто заслуживал подобной преданности и поддержки, на которые не была в свое время способна она. Но все же… она не могла хоть немного не сожалеть. От чужих взглядов и собственных чувств ее отвлекла подошедшая к ней девушка, — кажется, Кларисса, с которой смог завести дружбу Эрик, — которая ходила по помещению в серой кепке на пару с одним из мужчин, будто братом, и была одета в даже против желания привлекающую внимание аляповатую темную футболку. — По пивку? — Кларисса легко улыбнулась Рейчел, дружелюбно протягивая приятно холодную банку с заманчивыми капельками конденсата на жестяном боку. — По пивку, — Рейчел благодарно улыбнулась в ответ, отводя наконец окончательно глаза от пары, за которой невольно продолжала наблюдать из своего угла, и принимая предложенную выпивку. Пиво оказалось светлым и в меру охлажденным, игристым, — в общем, таким, каким редко бывает разливаемое по банкам и раздаваемое на вечеринках пиво. Уже одно его наличие на ужине, а не какого-нибудь шампанского или вина, подходящего по случаю, было приятным для Кинг чудом. — М-м, запиши за мной должок, — довольно выдохнула она. — Я обязана как-нибудь тебя угостить в ответ. — Хм, ловлю на слове, — усмехнулась Кларисса, приподнимая банку в своеобразном тосте. — Я знаю неплохую кофейню в городе, по вечерам превращающуюся в неплохой бар… Никто еще из присутствующих не знал, но с этих слов должна была начаться новая наша история.