Вой леса.

      Прошло уже несколько месяцев. После случая в Университете Портленде с мумией аннубиса. Гарри лежал в особой палате ожидая рождения ребенка.       А вот сама история с мумии было такой когда Карл Херман и Боб Тейлор вламились в лабораторию университета Портленда с целью похитить найденную накануне мумию, в тот день один из них, а именно Боб погибает в перестрелке с охраной. Тогда детективы сразу после посишение Ву в больнице направились в университет и обнаруживают в саркофаге Анубиса мумифицированное схлынувшее существо.       В участке они исследуют информацию о преступниках и узнают, что Карл Херман выступает яростным противником надругательств над мертвыми и находится в розыске. Они предполагают, что он может быть тем же существом, что и мумия.       В лавке пряностей детективы узнают об организации Беати Паоли, после чего отправляются в трейлер.       Конечно во время этого Ник узнал и об беременности Гарри.       Когда они отправились в трейлер там они находят записи об анубисах, а затем смотрят фильм, в котором один из Гриммов пытает анубиса. Тем временем Монро и Розали в качестве гостя принимают Александра, а Ник и Хэнк направляются в лабораторию, чтобы предупредить профессора Гейтс, занимающуюся мумией, о возможном повторном нападении Карла Хермана, но она не желает слушать, ссылаясь на работу охраны.       Ник узнает, что Совет существ не одобряет деятельность Беати Паоли, и Александр просит Гримма убить Хермана, но тот отказывается. Агент сообщает о звонке Карла в Совет с сообщением о том, что он продолжит действовать, и уходит. Тем временем анубис нападает на профессора Гейтс и с её помощью пробирается в лабораторию.       В Европе Себастьян сдаётся Феррат и сообщает о месте, где высадил Мейснера и Адалинду, в то время как они покидают хижину.       В университете Карл нападает на профессора, но появляются детективы, и он направляет свой гнев на них, однако после короткой схватки Беркхард все таки арестовывает анубиса. Мумия тем временем пропадает из саркофага, а за университетом Гримм обнаруживает Александра, который и не думал уезжать сразу же после разговора с Ником. Однако ему удается убедить детектива в том, что сохранение тайны существ важнее дела о похищении реликвии, и существа торжественно кремируют мумифицированн ого анубиса.

***

Девять месяцев спустя       Укутавшись в плед Гарри сидел на диване, укутавшись в плед попивая теплый напиток парень что-то смотрел включив ноутбук.       Был спокойное вечер, за окном падал хлопья снега, а в зале слышно как горят бревно в камине передовая уютную атмосферу. – Никогда не думала, что кто отправит Ника, бегать в час ночи дабы найти жареные ножки гусей.– улыбаясь ответила Джульетта подойдя и присев рядом, протягивая кружку с чаем. – Ну, это так получилось.– смутился Гарри.– Ну, а что Просто захотелось жареные гусиные ножки.       На что Джульетта рассмеялась, а Поттер хихикнул от чего появились ушки. – Ну, так. Рассказывай что говорит доктор?– спросила Джульетта. – Три недели.– произнес Гарри, шевеля ушками.– Док, сказал что ребенок может появиться через три недели, минимум две. Ещё, он сказал что малыш крепкий и полностью здоров. – Это хорошо Гарри я очень счастлива за вас двоих.– улыбнулась она.       Гарри сидел, нежно поглаживая живот с младенцем. Скоро, скоро они станут родителями. От таких как мыслях омега улыбнулся. – Джульетта, как ты думаешь. Мы будем хорошими родителями?– спросил неожиданно Гарри. – С чего такое вопрос, Гарри?– удивилась Джульетта.– Конечно вы будете замечательными родителями. – Я... Не знаю. Просто, мне немного страшно. А вдруг...– ушки Гарри повисли. – Не бойся Гарри, я уверена. Всё будет хорошо.       Так они и сидели, пока не послышался открывания двери это пришёл Ник, зайдя внутрь они прошел в зал. Где его встретила Джульетта, поговорил немного и папрашавшись она покинула их. Ник подошёл к Гарри и присев, при обнял одной рукой, а другой положил её на живот. – Я вернулся домой милый. – С возвращением.– смущёно ответил Гарри.       После чего их губы прикоснулись, нежный поцелуй поглотил их вместе. И затем, они отстранились друг от друга. – Что сказал врач? – Завтра, он положил меня в отдельную палату и сам будет принимать роды. – Вот как,– кивнул Гримм, после чего выключив телевизор.– Ну что пойдем на верх?       На что Поттер кивнул и Ник с лёгкостью и нежно взял Гарри и поднял на руки. Понёс в их комнату на вверх. По пути несколько раз целую нежно и играясь с шеей, оставляя засосы.

***

      На следующей день, Ник в сопровождении доктора, которого посоветовал Монро и как он сам был потрашиеляем. Гарри положили в отдельную особую палату.       Проходила неделя, омега лежал в больнице ожидая роды, Ник со время и часто заходил к своему любимому парню принося вкусняшки.       И вот в один из последних дней недели Ник как обычно зашёл к Гарри, была снежная погода, снег большими хлопьями падал на земле. Была очень красивая погода и смотря на неё, омега улыбнулся, как и сам Ник который прибыл. Они нежно разговаривали и ото дойдя на минуту дабы помыть яблоки и порезать его для любимого, как тут Ник услышал слабые крик. Резко развернувшись, он увидел как Гарри схватился за живот, а нижняя часть промокла, начались роды.       Тут на крик прибежал медсестра и увидев, что у пациента начали схватки, она тут же крикнула. – Воды отошли, зовите врача. Быстро надо уложить пациента на каталку и быстро приготовите родильную!– медсестра тут же подошла к Гарри, а затем вошли ещё.       Они быстро уложи Гарри на каталку, пока отправились в родильную.       Сам Бёркхардт всё это время был рядом не отходя от Гарри и прибыв на место, врач произнёс что ему нельзя находится в родильное отделение, и готов был не пустить.       Но Гарри не хотел чтобы его альфа находился далеко. И тяжёлым решением он позволил Гримму войти, но только в спец одежде.       Роды были тяжелые, ведь малыш был чуть крупный. Гримм слышал как его омега срывается на крик, когда очередная схватка пронзает его, и Ник морщится волнения каждый раз, когда его омега сходит с ума от боли, и с его губ срывается очередной крик. Доктор улыбаясь с добрыми глазами. — Малыш почти здесь, осталось совсем чуть-чуть.       Мёртвая хватка Гарри на руке Бёркхардта ещё сильнее сжимается, и Ник скрывает содрогание. Конечно Гримм знал, что его омега силён, но чтобы настолько?       Гарри снова кричит сквозь стиснутые зубы, его лоб блестит от пота, а лицо раскраснелось. Он тяжело дышит       Гримм как мог успокаивал омегу и был так занят вытиранием пота со лба мужа, так занят тем, что изо всех сил пытается успокоить Гарри, что не замечает, как тело Поттера расслабляется, и повисла тишина.       А затем крик ребёнка не нарушает резкую тишину в палате.       Ник Бёркхардт поворачивается к доктору, которая держит на руках окровавленный и плачущий маленький свёрток, и он чувствует, как на глаза наворачиваются слёзы.       И вот доктор перерезает пуповину и очищает ребёнка, затем их ребёнка передают омеге, который улыбается, устало глядя на малыша. — Это мальчик, мистер Гримм, — говорит медсестра, и лицо Ника загорается, он смотрит на Гарри слезящимися глазами. — Гарри, — бормочет он, нежно прижимаясь носом к одеялу их сыну. — Гарри, посмотри, наш маленький сын… он такой маленький, такой драгоценный… — Мгм, — соглашается омега нежно, и в его горле встаёт ком, который он изо всех сил пытается проглотить, он был слаб. — Он прекрасен, Гарри. Прямо как его мама.       Слабый смешок нарушает тишину, и Ник протягивает руку, и ему не стыдно сказать, что его руки почти дрожат, когда он осторожно проводит пальцем по ещё влажным темнинткими волосам на его макушке, и слегка видневшиеся маленькие ушки.       Он внезапно вспоминает, что это действительно первый раз, когда он видит новорожденного, держит его на руках, и в его сердце возникает боль, но эта боль уменьшается, когда его сын извивается, совсем немного, и моргает изумрудным глазами. Сердце Бёркхардта в миг замирло. — Гарри… милый, смотри, у него твои глаза… — Так и есть, — нежно улыбается он. — Маленький, мой маленький Лео, мама так тебя любит, да?       Них улыбается и когда Гарри и протягивает альфе свой драгоценный свёрток. Гримм берёт их сына на руки, которые едва скрывают дрожь, и прижимает его к своей груди. — Лео Джеймс Бёркхардт, — урчит его омега, полу прикрыв глаза. — Это действительно красивое имя. Правда, любимый!