После падения

      Я, Гокудера и Реборн уже находились в школе. Стояли на балкончике и караулили, когда же Тсуна явится в школу. Зашёл он на её территорию вместе с Ямамото и Гокудеру всего перекосило. Они весело смеялись и наш спортсмен хлопнул Тсуну по плечу. — Он ударил его?! — воскликнул Гокудера. — Всего лишь дружеский шлепок, — пожала я плечами.       Гокудера раздавил рукой пачку от сигарет и сказал нам с Реборном, что против Ямамото в нашей семье. — Извини, но я здесь ничего не решаю, — улыбнулась я как самый счастливый человек. — Великолепная Я возле Тсуны только в качестве наблюдателя, а за всё остальное отвечает Реборн.       Гокудера пристал к Реборну и тот канонно решил устроить «испытание на право вступления в семью». Спустя несколько уроков лучший в мире киллер пошёл изрыгать свою идею ученику, а мы с Гокудерой отправились искать Ямамото. — А я тоже проходила своего рода тестирование, когда меня приняли в Вонголу, — вспомнила я по дороге в класс. — Ничего себе! — удивился Гокудера. — Что это были за тесты? — Ничего особенного для меня — Девятый решал, какой работой я буду заниматься, — тут я хитро просмотрела на Гокудеру. — А вот тебя приняли без каких-либо тестов.       Гокудера весь как-то покраснел и сбивчиво ответил: — П-просто Реборн-сан сказал, что меня примут, если я не одержу победу! — Хм-м… Ну, можно сказать, что это и был твой тест.       Гокудера весь как-то выдохнул от облегчения. Ямамото он позвал на свободное школьное поле. Без задней мысли бейсболист пошёл за нами, бросая взгляды то на Гокудеру, то на меня. На поле пришлось ждать Тсуну и Реборна и Гокудера скрасил ожидание тем, что пялился на Ямамото со всех ракурсов. Ах, это прекрасное зарождения любви!       Да я шучу, на расстраивайтесь. Думаю, Гокудере нужна веселушка женского пола. Кто-то типа Хару. — Эй, эй, Гокудера, — сказал Ямамото спустя пару минут. — Не вижу смысла в том, чтобы позвать меня и молча таращиться…       Гокудера всё смотрел и смотрел на бейсболиста и начала дёргаться у него бровь от раздражения. — Хэй-хэй, — решительно сказала я, положив руку Гокудере на плечо, — Ямамото не изменится от того, что ты будешь на него так пристально смотреть. Иди сюда.       Гокудера послушно отошёл от Ямамото на три шага, затем наклонился к моему уху и прошептал: — Мива, я не думаю, что этот хлюпик защитит Джудайме.       Шёпот Гокудеры заставил моё сердце забиться чуть сильнее, а от запаха какого-то геля для душа с нотками табака кожа на моих руках покрылась мурашками. Постояв мгновение в шоке, я списала это на фанатский восторг, натянуто улыбнулась и тихо сказала: — Смотря от кого и когда, Гокудера.       Будущая правая рука Тсуны недоверчиво просмотрела на меня и опять уставилась на Ямамото. Я попыталась успокоить своё разыгравшееся сердце. — Тебе надо попить молока. Раздражительность обычно следствие недостатка кальция, — сказал Ямамото Гокудере. — Ковата, будешь молоко? — Джа, мэрси, — ответила я.       Ямамото с улыбкой достал из рюкзака пакетик молока. Гокудере не понравилось, что я его приняла, но я лишь улыбнулась ему и он вздохнул. Решил подорвать Ямамото, но тут подоспел Тсуна. — Это кто? Твой младший брат? — спросил Ямамото, после приветствия. — Где? — не понял Тсуна.       И наконец понял, почему так тяжело было бежать — Реборн привязал к его ноге свою тележку и ехал в ней как царь. А я бы тоже хотела так покататься, знаете ли. У кого-то есть знакомый гигант и санки? — Чаосс. Я не его младший брат. Я Реборн, наёмник семьи Вонгола.       Я бы словила испанский стыд и поперхнулась молоком, да Тсуна опередил. Ямамото же отреагировал как адекватный человек: — Ха-ха-ха-ха! Понятно! Ну, извиняй. — Чего?! — удивился Тсуна. — Наверное, тяжело быть наёмником в твоём возрасте, — сказал Ямамото, присев на корточки перед Реборном. — Не особо, — просто ответил аркобалено и заявил: — Ты тоже скоро будешь в семье Вонгола.       Тсуне последняя новость вообще не понравилась. — Эй… Реборн!       Ямамото посмотрел на Саваду и сказал: — Да ладно тебе, он же всего лишь малыш. Помнишь, вы с Мивой хотели стать роботами, когда были маленькими?       Гокудера удивлённо просмотрел на меня и я словила тряпку стыда. Тсуна тоже. — Да… Было время… — тихо сказала я, увидев как улыбнулся Реборн, и спряталась за спину Гокудеры от этой улыбки.       Ямамото посадил Реборна себе на плечо и Тсуна пожаловался мне шёпотом: — Чёрт бы этого Реборна побрал! Он всегда начинает драться, когда я касаюсь его, но с Ямамото строит из себя белого и пушистого! — Крепись, Тсуна, Реборн ещё не одного человека так обманет, — прошептала я в ответ. — С тобой он хотя бы честен. — Это не утешение!       Реборн представил Тсуну нашим боссом и Ямамото захотел присоединиться к нашей «игре». Тсуна был в шоке. — Чёрт, — помрачнел Гокудера.       Мы с ним наблюдали как Ямамото уворачивается от ножей, как они вместе с Тсуной бегают по полю. — У него хорошие рефлексы благодаря игре в бейсбол, — отметил Реборн, швыряя нож в Ямамото. — Ага, как же… — фыркнул Гокудера. — У Тсуны техника бега явно лучше, — тоном ценителя исскуства сказала я. — Да, именно так! Джудайме неподражаем! — согласился со мной Гокудера.       Он обернулся ко мне и наши лица оказались близко к друг другу. Я заметила то, чего не замечала раньше — Гокудера загорался, когда говорил о Тсуне. Каждая чёрточка его лица и глаза наполнялись жизнерадостностью и восторгом. — Ага, — кивнула я, пялясь на Гокудеру.       Он поспешно отвернулся назад и я отошла в сторону. Будьте прокляты мои глаза, в которые мафиозники боятся смотреть. Реборн вытащил из своей маленькой сумки немаленький арбалет и рванул навстречу Тсуне и Ямамото. — Круто! — послышалось от Ямамото. — Буга-га-га-га!!! Я нашёл тебя, Реборн! — заорал возникший в окне второго этажа Ламбо. — Что ещё? — удивился Ямамото. — Только не это! — воскликнул Тсуна.       Ламбо произнёс своё приветствие, однако Реборн предпочёл не обращать внимания. — Бовино? Никогда не слышал о такой семье, — сказал Гокудера, смотря на Ламбо. — Слишком маленькая семья учёных, — ответила я, допивая молоко.       Реборн не обращал на Ламбо никакого внимания, поэтому телёнок достал какую-то пугающую волыну и начал целиться туда же, куда и он — в Тсуну и Ямамото. — Ракетная пусковая установка!!! Умри, Реборн!       Десять метров не хватило, что Ямамото и Тсуна полегли от рук Ламбо. Савада пытался уломать Реборна прекратить тест из-за вмешательства Ламбо, но репетитор только сменил арбалет на винтовку. Нет, не только — ещё он предложил мне и Гокудере помочь ему. — Ни за что, — отмахнулась я. — Хочешь, чтобы у них мозги через уши вытекли? — И правда, — согласился Реборн. — Гокудера, подумай о перспективе убить Ямамото.       Сомнения Гокудеры как рукой сняло, он зажёг динамит. Что за цирк из психушки тут начался… Вы должны помнить. Я стояла в сторонке и смотрела на финальный мощный взрыв, который должен был прикончить Ямамото и Тсуну. — Ох уж эти развлечения современных детей… Если ваша тусовка не похожа на эту — не зовите меня.       Ямамото спас Тсуну от взрыва и оказался принят в семью. — … Но правая рука Джудайме я, а ты лопатка, — донёсся до моих ушей обрывок фразы Гокудеры. — Л-лопатка?! — офигел Ямамото.       Он закинул руку Гокудере на плечи и рассмеялся: — Какой ты смешной на самом деле, оказывается!       Теперь офигел Гокудера. Я рассмеялась. Ямамото уверенно заявил ему: — Но я не собираюсь так просто отказываться от возможности стать правой рукой Тсуны. Так что ты — ушная раковина. — Что?! — в шоке воскликнул Савада. — А ты волосы из носа! — не остался в долгу Гокудера. — Что? А ты тогда сопля!       Тсуна подошёл ко мне и спросил: — Они нашли общий язык? — Нет, ещё нет. Пока что они просто вошли в роль твоих последователей, — ответила я. — Пожалуйста, пусть прекратят, — в отчаянии прошептал Тсуна. — Не расстраивайся, Ямамото пока что думает, что это игра. — По-моему так ещё хуже!       Ямамото ушёл на тренировку, к Тсуне пристал Ламбо. Пытаясь отцепить его от своей ноги, тунец вдруг спросил у меня: — Мива, а что ты там говорила про мозги через уши?       Я замялась, Гокудера поспешил ответить вместо меня: — Глаза Фемиды способны принести адскую боль, если она только взглянет на вас, Джудайме! Вся мафия знает, что нельзя смотреть Фемиде в глаза!       У Тсуны холодок по спине пробежал — я видела. — Эти глаза?.. — недоверчиво спросил он, уставившись на меня. — Эти глаза, — подтвердила я, хлопая глазками. — Та ну, шутки, — с недоверчивой моськой потянул меня за щёку Савада. — От одного до десяти? — спросила я, ткнув ему пальцем в ребро.       Тсуна ойкнул и отскочил от меня. — Три! — О чём вы говорите? — не понимающе спросил Гокудера. — Тсуна оценил шутку про мои глаза на троечку, — объяснила я. — Но это же не… — начал было Гокудера, но я легко подхватила его под локоток и он замолк.       Я встала на носочки, чтобы прошептать ему: — Будет лучше, если мы пока не будем слишком много говорить о Фемиде. — Но почему? — спросил Гокудера, с удивлением смотря на меня. — Тсуна пока что не хочет говорить на эту тему, — пожав плечами, отмазалась я. — Что у вас там за секреты?! — возмутился Тсуна. — Никаких секретов, Джудайме! — поспешно заверил Гокудера.       Тут гадёныш Реборн молвил своими детскими устами: — Вы хорошо сблизились, ребята.       Мы с Гокудерой одновременно опустили головы, чтобы увидеть, с какой широкой и довольной лыбой аркобалено солнца смотрит на нас. — Э?! — уставился Тсуна на своего репетитора. — О-о чём вы, Реборн-сан?! — воскликнул Гокудера.       Он хотел отскочить от меня, но я покрепче сжала его предплечье и улыбнулась. Гокудера посмотрел на меня. — А то! Мне нравятся новые друзья Тсуны! — самым радостным тоном на свете сказала я. — Кто больше: Гокудера или Ямамото? — спросил Реборн. — Друзей нельзя сравнивать, — категорично сказала я и наконец отпустила руку Гокудеры.       Попрощавшись, я потопала к кабинету Хибари, однако дверь была заперта и никто из его подчинённых не знал, куда он делся.                         ****       Хибари Кёя смотрел на меня холодно, как на мошку. — На какой срок ты покидаешь Намимори? — Не знаю, — покачала я головой.       Сегодня у меня не было настроения паясничать. Сегодня я была грустной тюленихой. Девятый вызвал меня в Италию. У семей из альянса было несколько проблем и они просили меня помочь им.       «О Тсунаёши-куне позаботится Реборн. Ты же нужна здесь» — гласил обрывок письма. — Почему ты не откажешься ехать? — спросил Хибари. — Я не могу, — грустно ответила я. — Чем именно ты будешь заниматься в Италии? — Работать. Мне хорошо платят. — Будешь убивать отребье?       Прямолинейность Хибари в который раз заставила меня экать и акать. — Эм… Ну я так-то… Не так-то… Вот так-то. — Ты что, тормозной жидкости попила? — осведомился Хибари.       Я рассмеялась, схватившись за живот. По ту сторону экрана Хибари Кёя часто казался мне холодным и неприступным подростком, даже капризным, однако здесь я могу наблюдать другие его стороны и язвительная сторона одна из моих любимых. — Да, прости, Кё-сан, ты говорил не мешать солярку с моющим для посуды, но я не удержалась! — выдавила я сквозь смех.       Хибари испустил раздраженный вздох умирающего и решил дать мне люлей на дорожку. За ужином ока-сан косилась на моё запястье и пыталась угадать, когда именно я набила себе гематому — когда в ванной утром подскользнулась или же в школе, когда меня случайно толкнул один из учеников. После ужина я мыла посуду и ока-сан спросила: — Ми-чан, может быть, ты хочешь поговорить со мной? — О чём? — оглянулась я, споласкивая чашки. — В последнее время ты задумчивая и даже подавленная, — сказала моя дорогая ока-сан.       Я прикусила губу. У меня хватало переживаний и при мысли о том, что нужно лететь в Италию что-то внутри тревожно сжималось как дрожащий кролик. Однако ни одно из моих переживаний не должно было аки вирус сочится в сердце мамочки. — Всё в порядке, ока-сан! Я всего лишь думаю о том как бы мне стать главой дисциплинарного комитета! — радостно выпалила я, намыливая тарелки. — Что? — удивилась ока-сан. — Я думаю, что Хибари Кёя будет против. Максимум ты сможешь занять его место, когда он выпустится. — Ока-сан, не дави на больное! Может, я сумею как-нибудь подвинуть Кё-сана в сторонку! — Скорее уж он тебя куда-нибудь подвинет, Ми-чан.       Ага, скорее он мне куда-нибудь двинет.                         ****       Мой вылет в Италию приходился на учебные часы, поэтому никто, кроме дяди Вино меня не провожал. В этот раз он со мной не летел. В самолёте мне было скучно и одиноко — даже читального знакомого не было в этот раз в салоне. Я бы обязательно нашла, с кем бы познакомиться, да только мой мозг занимался тем, что давал червям сомнения пищу. Столько мыслей и теорий тревожило каждую частичку меня, что я начинала чувствовать усталость и опустошение. Мафия, мафия и ещё раз мафия. Кровь и трупы, что являются рутиной этого ёмкого крепкого слова — это плата за то, что я есть возле Тсуны. За то, что могу узнать получше Хибари, за то, что могу увидеть блеск глаз Гокудеры и уловить запах его геля для душа, за то, что могу посмеяться с Тсуной и улыбнуться Реборну. Закрывая руками лицо я весь полёт старалась убедить себя, что цена стоит товара. Раньше меня устраивало, если не всё, то многое, но с годами я начинаю понимать, что это многое должно было быть другим.       В Вонголе я много улыбалась, веселилась со своей Палатой и делала работу. По прошествии четырёх дней я встретилась на тренировке в подвале с Деймоном Спейдом и к несчастью все мои опасаясь подтвердились. — Знала ли ты, что Савада Тсунаёши потомок самого основателя Вонголы? — после приветствия, спросил у меня Деймон. — Ха-а? — недоуменно выдавила я, пока сердце замирало как мышь перед удавом. Пытаясь быстро сориентироваться в ответе я почесала затылок и беспечно сказала: — Я не очень-то вникала во все те исторические истории о Вонголе, которые мне рассказывали. — Савада Тсунаёши потомок Вонголы Примо — самого никчёмного босса, — с лёгким призрением сказал Деймон.       Ох, кому помолиться, чтобы мы просто приступили к тренировкам без перемывания косточек Джотто? У него итак их уже не осталось, всё жители земли съели. — Почему ты так говоришь, сэнсэй? Разве вы не были друзьями? — включила я дурочку. — Были. До тех пор, пока Примо не уничтожил своими решениями всё, что мне было дорого, — отстранённым тоном ответил Деймон.       Я отвела вдгляд, раздумывая как поступить. Деймон Спейд, мой учитель, хотел, чтобы я принадлежала ему: шпионила за Тсуной и всё такое. При мысли о том, что он может приказать мне убить тунца кишки скрутились в узел. Посмотрев Деймону в глаза я твёрдо сказала: — Сэнсэй, я догадываюсь, к чему ты клонишь. Мой ответ — нет. Я не могу разделить с тобой твои чувства по отношению к почившему другу и твои потери. Я бы хотела, правда хотела, но Тсуна мой лучший друг. Прости меня.       Деймон уставился на меня не моргая и чёрт возьми — я почувствовала вину. Он вложил в меня много знаний и времени, а я в итоге отказалась помогать в том, что вскоре станет его навязчивой идеей. — Мива, ты же знаешь, что я могу просто взять твой разум под контроль? — до ужаса спокойным голосом осведомился первый хранитель тумана.       С похожим спокойствием я ответила: — Знаю. Ты даже можешь занять моё тело, однако… Разве ты не можешь принять мои слова? Я уверена, что даже без меня у тебя получится всё, что ты захочешь сделать.       Мы играли с великим Деймоном в гляделки. Я молилась всему Олимпу, чтобы он сжалился надо мной. Прошло много времени и Деймон прикрыл глаза. Когда он открыл их его лицо исказилось в гримасе фальшивой радости: — Хорошо, я поступлю великодушно. Однако тебе придётся заплатить, Мива. — Одного моего молчания будет мало, да? — Очень мало, глупышка.       Наши с ним уроки прекратились — это естественно, когда кого-то разочаровываешь, однако на этом Деймон не остановился. Благодаря его стараниям Девятый временно сместил меня с моей роли в Вонголе. Я всё ещё была главой Платы Фемиды, однако мои обязанности выполнял Нерайо. Италия и моё место были закрыты для меня до тех пор, пока Тсуна учится в школе. Формально до таких пор, а на самом деле я не знала, когда я смогу вернуться к своей Палете и смогу ли. Девятый под влиянием Деймона решил, что мне лучше находиться с Тсуной, чтобы быть ему дополнительной опорой. Посыл Деймона был мне ясен — веселились со своим другом как можно дольше, пока я его не убил, потом будешь до конца жизни приносить величие Вонголе. Он думал, что сделал мне хуже, однако возвращалась я в Японию со счастливой улыбкой. Сам того не понимая Деймон оказал мне щедрую услугу. Некоторое время я не смогу видеться со своей дорогой Палатой, однако у меня будет время перевести дух. Отдохнуть от мафии настолько, насколько это возможно в моей ситуации.