Не так все было...

Последней была Розамунда. Она не рыдала, как ее дальний кузен. Должно быть, она и сама не верила, что все это происходит наяву… Бриенна задумалась о том, найдется ли хоть кто-нибудь, кто попросит пощады для этой девочки? Нет, никто не сказал ни слова. Заговорила сама приговоренная. - Поздравляю, светлейший государь. Раньше по всему королевству из уст в уста ходила молва о том, как вы сразили на Трезубце принца Рейгара Таргариена. Но, несомненно, казнить девятилетнюю девочку больший подвиг. И он вас по-настоящему прославит. - Заткнись! – гневно рявкнул Роберт. - Только после того, как сир Илин опустит свой меч на мою шею, - гордо вздернула носик бывшая фрейлина. – Впрочем, светлейший государь может взять пример со своего предшественника и приказать перед казнью вырвать мне язык, как это сделали с Сералой Дарклин. Это ведь так просто, светлейший государь, достаточно только приказать. - Ты смеешь сравнивать меня с Эйрисом, маленькая тварь? – лицо короля налилось зловещей краснотой. - С того самого момента, как меня привезли в Красный замок, светлейший государь, - дрожащим от волнения голосом, но стараясь держаться спокойной, ответила девчонка. – Все вокруг говорили, что вы подняли меч, чтобы покарать зло, которое расцвело при Безумном короле, и восстановить справедливость, которую он попрал. - Вот я ее и восстанавливаю, - хмыкнул Роберт. – Ты Ланнистер, и ты умрешь за преступления своего дома. - Воистину мне остается только сказать перед смертью, что вы превзошли Струпного короля, - поникшим голосом произнесла Розамунда. – Он уничтожил дом Дарклинов, но не тронул Даргудов и Дарвудов, хоть они и были их родней. Вы же убиваете не только Ланнистеров с Утеса Кастерли, но и Ланнистеров из Ланниспорта. - Что?!! – вздернулся Роберт. – Она из Ланниспорта? Почему мне этого не сказали? Бриенна не знала, удивляться ли лживости короля, который желает спихнуть ответственность на других, или же его безразличию, если он и вправду не знает, кем была ближайшее подруга девочки, которую он девять лет считал своей дочерью. - Она принадлежит к дому Ланнистеров из Ланниспорта, светлейший государь, - произнес сир Барристан. Серсея расхохоталась зловещим смехом, на который способны только демоны или безумцы. Роберт посмотрел на распростертую на камнях двора свою бывшую супругу. На золотоволосую девочку в цепях. Снова на супругу. - Хорошо, - завил он неожиданно. – Я дам этой мерзавке возможность остаться живой. Ты сейчас должна приклонить передо мной колено, дать клятву верности и отречься от своего дома. Тогда тебя не казнят. Бриенна почувствовала себя так, словно с ее плеч свалилась огромная тяжесть. Девочка будет жить! Но Розамунда не поспешила исполнить приказ короля. - Светлейший государь, леди не преклоняют колен и не дают клятв верности. Это привилегия лордов, - ответила она. - Так заведено. Но я король, и я хочу, чтобы ты сейчас сделала это! – мужчина бросил на девчонку яростный взгляд, но она его выдержала. - Если государю угодно, я дам клятву верности. Но от своего дома не отрекусь, - твердо произнесла она. У Бриенны внутри все похолодело. - Тогда тебе отрубят голову! – безжалостно заявил Роберт. – Ты виновна в укрывательстве дочери это шлюхи! Он мотнул головой и бородой в сторону стоящей на коленях Серсеи. - И ты Ланнистер. С Утеса или из Ланниспорта один член. Ланнистеры всегда остаются Ланнистерами. - Я спасала свою самую близкую подругу и не жалю об этом. Если из-за этого я должна умереть, значит, я умру. Но умру как Ланнистер из Ланниспорта! – снова вздернула носик Розамунда. - Что смотрите?! На колоду ее! – рявкнул Роберт на тюремщиков. Те грубо схватили Розамунду за плечи и поволокли к колоде. Бриенна почувствовала, что больше не может молчать. Она всегда хотела быть рыцарем и сражаться за справедливость и добро. Если сейчас она не вмешается, то всем ее мечтам и надеждам конец, как не сильна бы была она во владении мечом. Тартская Дева шагнула вперед. - Светлейший государь, эта девочка потеряла голову от страха и не понимает, что говорит. Позвольте мне образумить ее. Завтра она принесет вам все должны клятвы. - Никаких завтра! Здесь и сейчас! – произнес Роберт с выражением капризного мальчишки. На мгновение у Бриенны даже возникло подозрение, что Джоффри был все-таки его сыном. - Светлейший государь, леди Бриенна права, - с видимым трудом произнес сир Барристан. - Позвольте ей исполнить ее замысел. - В самом деле, брат, - в отличие от старого рыцаря из уст лорда Ренли слова влетали с легкостью, словно летние бабочки. – Казнить эту девчонку ты всегда успеешь. Пусть доблестная леди Бриенна попытается сделать эту маленькую преступницу достойной твоего милосердия. - Седьмое пекло, провалитесь вы все туда со моим милосердием! Эта тварь отобрала у меня все и потеряет все! - заорал Роберт. – И я хочу этим наслаждаться! Его взгляд упал на искаженное мукой лицо Серсеи. Проследив ее взгляд, он понял, что она неотрывно смотрит на отрубленную голову сына. - А впрочем… Так даже интереснее… Леди Бриенна, можете забрать эту… бунтарку. Но завтра на этом же месте в этот час. Клятва или колода. Все! Ступайте прочь!.. Сир Мендон, сир Барристан поднимите эту шлюху, для нее еще ничего не закончилось.