Manly and the Beast

Заброшенный особняк был высоким и устрашающим, но его каменные стены выглядели неровными и изношенными. Окна были запятнаны пылью и грязью. Казалось, не было никакой мыслимой причины, по которой кто-то мог бы жить здесь. За исключением монстра… Рыжеволосый путешественник Киришима Эйджиро почесал затылок и вздохнул. Его пальцы крутили цепочку золотого медальона, висевшего на шее. Когда он вошел в город неподалеку, он никак не ожидал, что жители попросят его о помощи. Все, чего он хотел, это место, где можно было бы переночевать перед тем, как отправиться неизвестно куда. Однако он никогда не отступал, когда другие нуждались в нем, выслушивал их мольбы и предлагал свою помощь. Он понятия не имел, как выглядит этот монстр, поэтому короткого меча на рукоятке могло быть недостаточно. Несмотря на это, он был готов попробовать. Киришима подошел к большим деревянным двустворчатым дверям парадного крыльца. Дерево в основном сгнило, а петли заржавели. Когда он толкнул их, по зданию разнесся громкий скрип, и когда они закрылись за его спиной, он двинулся вперёд с осторожностью. Каждый шаг, который он делал, отражался зловещим эхом от стен. Он бродил по дому, проверяя каждую комнату. «Может быть, монстра на самом деле нет, и все это очередная мистификация», — подумал он про себя, пока не услышал шорох позади себя. Он обернулся и увидел темную фигуру, быстро мелькнувшую за колонной. — П-почему ты здесь? — раздался голос оттуда. Киришима был ошеломлен. До этого он сражался с несколькими монстрами, и ни один из них не мог говорить. — Меня прислали сюда решить проблему с монстром. Существо высунуло голову из-за колонны, и щели ярких янтарных змеиных глаз оказались направлены прямо на Киришиму. Но фигура нырнула за колонну прежде, чем ответила дрожащим голосом: — И что ты собираешься делать? Киришима мог сказать, что существо было определенно напугано. — Ты монстр? — Киришима услышал тихий и жалобный скулёж, который наверняка означал да. — Что ты здесь делаешь? Он подкрался к колонне, стараясь не шуметь. — Я-я живу здесь. — Почему? — Почему тебя это волнует? — Потому что горожане… — начал было Киришима, но когда он обогнул колонну, то успел только мельком увидеть неясный силуэт. В следующий миг услышал чужой крик и получил неожиданный удар в лицо. — Вау! — Киришима едва увернулся от следующего, отступив на несколько шагов назад. Фигура быстро метнулась прочь и побежала куда-то вглубь особняка. Киришима встал на ноги и, недолго думая, погнался за ней. — Подожди! — закричал он. — Уходи! — Зверь был быстр на поворотах и едва не ​​сгибался на четвереньках, когда поднимался по лестнице. — Ты хочешь меня убить! — Я не собираюсь этого делать, — Киришима на мгновение потерял его из виду, когда свернул за угол, но одна из дверей очередного коридора была приоткрыта, словно давая подсказку. Он осторожно подошел к ней и толкнул ее. Заглянув внутрь, он увидел довольно большую комнату. Почти ничего, кроме разбитой глиняной посуды и груды старых пыльных подушек и одеял в углу, на которых лежала дрожащая фигура, не было. Киришима увидел у двери незажженную лампу и достал спички. Как только он зажег ее, то, наконец, впервые смог рассмотреть зверя. Он сидел в позе эмбриона и был почти голым, если бы не рваные коричневые шорты и капюшон на голове. Зверь был удивительно похож на человека. Его грудь была обнаженной и ничем не защищённой. Однако его руки и ноги были покрыты тонким слоем черного меха, из пальцев торчали черные заостренные когти. Его хвост был пушистым и обвивал ноги, как будто зверь обнимал себя. Белые крылья на его спине были плотно прижаты к ней. В капюшоне, который зверь натягивал на лицо, были две большие дыры, сквозь которые торчали два маленьких и черных как смоль рожка. Когда Киришима сделал шаг вперед, зверь вздрогнул. Он на мгновение остановился, а затем снял меч с пояса и оставил его за пределами комнаты. Он подошел мягко и осторожно, стараясь больше не спугнуть зверя. — Я не собираюсь причинять тебе боль, — попытался он успокоить его. Зверь только вздрогнул и заскулил, а мех на нем стал топорщиться в защиту. Киришима вздохнул и остановился посреди комнаты. Он поставил лампу и сел рядом с ней, скрестив ноги. — Хорошо, я подожду, пока ты не будешь готов. Он закрыл глаза и успокоил дыхание. Зверь не нападал, да и Киришима не видел смысла с ним сражаться. Он внимательно прислушался к звукам вокруг. Хныканье наконец прекратилось, и какое-то время ничего не происходило. Затем он услышал шорох существа, которое заерзало на подушках и встало. Легкое царапанье когтей зверя по земле, — и Киришима почувствовал, как тот подошел ближе и склонился над ним, будто осматривая и принюхиваясь к окружающему его воздуху. — Э-хм, — Киришима прочистил горло. — Ничего, если я сейчас открою глаза? Зверь отполз подальше, прежде чем сказать: — Д-да. Киришима медленно открыл глаза и увидел неподалёку от себя новоявленного знакомого, склонившегося над землей, будто хищник, готовый к прыжку. Одной рукой он опирался на землю, а второй держался за капюшон, из-под которого едва заметно торчали мохнатые заострённые ушки. Прищурившись, зверь смотрел прямо на него своими янтарными глазами. — Ты... ты не собираешься меня убивать? — спросил зверь, его ушки заметно поджались. — Нет. Ты явно не планируешь причинять мне вред, так что с моей стороны это было бы бессмысленно. — Хм… ты первый, кто… — Кто — что? — спросил Киришима, расслабляясь. — Первый, кто не планирует со мной сражаться. Все остальные преследовали и нападали на меня. У меня не было другого выбора, кроме как обороняться. Жители деревни упоминали, что другие путешественники направлялись в особняк только для того, чтобы вернуться с рассказами о «великом беспощадном звере, десяти футов ростом, с шипастым хвостом, с ревом, от которого сотрясается каждая клеточка всего живого». Тем не менее, несмотря на все страшилки, очевидно, что зверь проявил милосердие, раз люди выжили и смогли рассказать о своих походах в мрачное логово чудовища. Теперь Киришима понял, что его представление о звере и описание его же жителями деревни кардинально отличались — и последнее определенно было ложным и не соответствующим действительности. — Итак, почему ты здесь? — Зверь, казалось, сжался, он только заскулил в ответ. — Все в порядке, ты можешь мне сказать. Зверь мельком взглянул на него и вздохнул. — Мне больше некуда идти… — У тебя нет семьи? Зверь кивнул и, наконец, сел рядом с ним на пол. Киришима, подняв руку, задумчиво погладил свой подбородок. Он не мог понять, почему жители деревни боятся этого существа. Оно определенно не мучает их, не причиняет боли и не делает ничего из того, что заставило бы их захотеть, чтобы он исчез. Особняк и так уже был старым и заброшенным, так что кому какое дело? — А почему ты решил остаться именно здесь? Зверь посмотрел куда-то в сторону, неожиданно засмущавшись. — Здесь недалеко есть берег… и рыба очень вкусная… ягоды в лесу тоже. Киришима в удивлении широко распахнул глаза, а потом рассмеялся. Такого ответа он точно не ожидал. — Справедливо! Зверь обернул хвост вокруг своего тела в смущенном жесте, и с нескрываемым интересом стал пялиться на Киришиму. Тот глубоко вдохнул, потянувшись, чтобы сбросить напряжение, а затем у него заурчало в животе. Киришима накрыл его рукой, слегка покраснев. — Хех, кажется, я голоден. Он выглянул в пыльное окно и увидел, что снаружи темно. — Что ж, думаю, мне пора идти. Киришима стал вставать, когда зверь вдруг сказал: — Ах! Ты можешь... ты можешь остаться... если хочешь... я могу приготовить тебе что-нибудь. — Зверь полностью натянул капюшон на лицо, спрятав испуганные глаза. — Т-ты не обязан, но… Киришима улыбнулся ему. — Звучит неплохо, я согласен! Зверь приоткрыл капюшон и посмотрел прямо на Киришиму. — Ох, тогда... Следуй за мной, — он встал и направился ко входу, чтобы покинуть комнату. — Как тебя зовут? Мне не хочется называть тебя «зверем» или «монстром», — спросил Киришима. Зверь оглянулся на Киришиму и снял капюшон, полностью открывая своё лицо. Вопреки всем представлениям, это было обычное человеческое лицо. За исключением, конечно, змеиных глаз. И, возможно, немного длинных клыков. — Амаджики… Тамаки. — Приятно познакомиться! А меня — Киришима Эйджиро.