Ветроводы. Том 1.

— Брат... — больше со страхом и волнением, а не с беспокойством, произносит Юань, становясь так, чтобы стать живым щитом между ним и Лю Цингэ, — Успокойся, пожалуйста, давайте сядем просто и поговорим, ладно? — Отойди, — ледяным тоном, сквозящим холодом, отвечает Шэнь Цинцю, — отойди. От. Него. Сейчас же!!! — рыкнул он на брата так, словно готов порвать на куски прямо сейчас, вместе с тем вызывая ещё один порыв ураганного ветра. Такого не было никогда. — Н-нет... Юань тянется, чтобы схватить Лю Цингэ за руки, плотнее укрепляясь на своем месте перед ним. Зная брата, он может его просто сдуть с пути ветром, чтобы не мешался под ногами. Так и произошло. Сильный поток ветра окутал Юаня и отнял от Лю Цингэ, относя в сторону. Так, что у того не было никакого шанса ухватиться за Бога Войны. И тот не успел бы схватить Юаня. — Проваливай из нашего дворца, — холодно сказал Шэнь Цинцю, глядя на того, кого сейчас ненавидел больше всех на свете. — Только с Юанем, — угрожающе шипит ему в ответ Лю Цингэ, вновь доставая Чэнлуань из ножен и готовясь к атаке. Потоки ветра вмиг обернулись словно лезвиями, атакуя по Богу Войны. — МОЙ брат никуда не уйдёт! — Да черта с два я тебя спрашивать буду, псом вылюбленный Цинцю! — Псо- Шэнь Цинцю аж поперхнулся от возмущения, покраснел от гнева. Настолько вульгарно его не оскорбляли уже столько лет, что теперь он чуть не задохнулся в раз. Воспользовавшись заминкой, Лю Цингэ, запустив в него Чэнлуань, уворачивается от атаки и, подбегая к потерявшему сознание от удара о пол Юаню, собирается схватить его на руки, выбегая с ним из дворца. Но до того, как Лю Цингэ успел добежать, Юань был поднят вверх ветром, а Шэнь Цинцю увернулся от меча. — Как ты меня назвал, прогнившая бесполезная дрянь?! Ещё и просто по имени! И Лю Цингэ повторил. И ещё с десяток около собачьих оскорблений тоже. И вновь ринулся в бой. Шэнь Цинцю просто не сможет долго устоять против Бога Войны. Выслушивая оскорбления, Повелитель Ветров гневался и сыпал язвами в ответ. Теперь взбешены были оба. Шэнь Цинцю не давал приблизиться к себе, атакуя с расстояния. Но чувствовал, как его постепенно загоняют в угол. — Убирайся! Я всё сказал! Ты его не получишь. От омерзения к услышанным оскорблениям Повелителя Ветров уже начинало потряхивать, злость переполняла чашу. Шэнь Цинцю был по настоящему взбешён. И взволнован. Волосы и одежды у обоих давно растрепались из-за ветра и драки. — Я скорее убью тебя, чем отступлюсь! — кричит Лю Цингэ. Он был бесконечно зол на Шэнь Цинцю за то, что тот украл у них эти мгновения у озера, их первый поцелуй и признание Лю Цингэ, на которое он решался долгие месяцы! — Ну попробуй, грязное ты вшивое животное! Как такого как ты вообще пустили на Небеса!? Бесполезная дрянь! И Шэнь Цинцю вдруг крупно вздрагивает, понимая, что, отходя, столкнулся спиной со стеной. Лю Цингэ, наконец добравшись до своего врага сквозь потоки ветра, пусть и весь изрезанный ими, хватает Шэнь Цинцю за горло, сдавливая так сильно, что выбивая из него тихий, но болезненный хрип. Второй рукой Бог Войны выдирает из рук Повелителя ветров его веер и, сжав со всей силы пальцами, ломает его в труху. Просто в щепки. В крошку. — Что, уже не такой уверенный, песье отродье? Шэнь Цинцю застыл, с тихим ужасом наблюдая, как был уничтожен его магический артефакт, его оружие, что верой и правдой служило долгие десятки, сотни лет - Веер Повелителя Ветров. Ветер в доме стих. — Ты... — прохрипел Шэнь Цинцю, хватаясь двумя тонкими руками за одну массивную руку Бога Войны, — грязное животное. Зовёшь меня псом, а сам не лучше беспризорной дворовой шавки, что целыми днями кусают блохи, от того и рычишь. Говорить было сложно и даже больно. Он попытался вывернуться, при том начав пинаться. Пытался сделать хоть что-то. «Юань без сознания, он не должен сейчас помешать» — вертелось в голове Лю Цингэ. Никто его сейчас не остановит от убийства Повелителя Ветров. Под конец своей тирады Шэнь Цинцю получил кулаком по лицу. И ещё раз. И ещё. Много раз. Шэнь Цинцю вскрикивает от боли, стонет, больше не имея возможности увернуться, как бы не пытался. Прекрасное и изящное лицо было избито. А следом и тело пинками, ибо, отпустив его, Бог Войны пинками вышвыривает Повелителя Ветров за пределы его дворца, на улицу. Вышвырнутый из собственного дворца, избитый Повелитель Ветров от последнего пинка отлетает на несколько метров и валится на землю, приложившись головой. Болезненный вскрик. И тишина. Он замирает, понимая, что за его спиной прямо сейчас целая толпа Небожителей. Они смотрят. Они видели. Они всё видели... До этого у Шэнь Цинцю уже катились мелкие капельки слёз от боли. Теперь же всё лицо его было перепачкано кровью и слезами. Благо, он хотя бы спиной ко всем. Горделивый Шэнь Цинцю не мог пережить такого позора. Его охватили страх и паника, пока он съёжился на земле, лёжа совсем неподвижно. — Я тебя собственноручно убью! И не успокоюсь на этом. Даже статуи и таблички в твою честь порушу! — орёт Лю Цингэ. Подлетев к поверженному противнику, Бог Войны хватает за волосы Повелителя Ветров и с размаху впечатывает лицом в каменную кладку, ни мало не смущаясь того, что это все видят и слышат другие небесные чиновники. Шэнь Цинцю вновь кричит от боли, хватаясь тонкими руками за руку Бога Войны и всё ещё пытается сопротивляться, пиная его и в итоге делая плевок слюны, перемешанной с кровью, который попадает тому в лицо. К сожалению, ни одного из Богов Войны не было на месте по тем или иным причинам. А Лю Цингэ был слишком сильный, чтобы его остановить. Потому никто не рисковал, лишь наблюдая. — Только посмей тронуть меня ещё раз или мои храмы! — хрипло кричит в ответ Цинцю, — я сам тебя на куски порву, бесполезная дрянь! И с этими словами он делает очередную попытку ударить Лю Цингэ. Но слёзы продолжали позорно капать по щекам вместе с кровью. Это так чертовки унизительно... Лю Цингэ, наконец, возвращает Шэнь Цинцю полученную от него пощечину. Только вот как Бог Войны, силы у него гораздо больше в руках, чем у изнеженного Шэнь Цинцю, который только рабочие свитки и может перекладывать с места на место. Раздаётся бессильный болезненный стон и всхлип. Голова отворачивается в сторону, а на залитом кровью лице остаётся очередной след. Было ощущение, что будь пощёчина ещё немного сильнее, она выбила бы зубы. В руках остаётся всё меньше сил на сопротивлением, пока Небожитель жмуриться, чтобы хоть что-то предпринять. Он не может встать. Он не может дать отпор... Он чувствует безысходность. Его избивают, словно беспомощного ребёнка. Словно много-много лет назад... Воспылав яростью, Шэнь Цинцю таки делает резкий рывок, переворачивая Лю Цингэ на спину и наваливаясь следом, морщась от боли того, как сильно сжимают его волосы. Всё лицо было избито. Ужасно болело. Но даже так всё равно хранило остатки изящества. Он был полон рвения и решимости. Вот только... Сил больше не осталось. Совсем. Его тонкие руки больше ничего не могли. Десятки взглядов были прикованы к ним. Раздался тихий, рваный всхлип. И несколько капель слёз Повелителя Ветров попало на лицо Бога Войны.