Ветроводы. Том 1.

Но Богу Войны было плевать на то, в каком состоянии Повелитель Ветров, потому он вновь скидывает его с себя и пинком отправляет подальше от дворца. Шэнь Цинцю с болезненным вскриком отлетает и, ударяясь о стену соседнего дворца, безвольно прикрывает глаза, избитый до потери сознания.   Ну вот. С помехой, наконец-то, разобрались, теперь можно забрать А-Юаня и выяснить что с ним. И как у этой гадюки только рука поднялась его ударить? Отрубить бы её по самый локоть, чтобы неповадно было. Лю Цингэ влетает в разгромленный дворец, подбегая к Юаню. Юань все так же без сознания лежал в воде, в дальнем углу разрушенного дворца, словно всеми позабытый речной гуль. И такой же мокрый. Удостоверившись, что Юань в порядке, Лю Цингэ прижимает того к груди. — Всё хорошо... Он больше не обидит тебя. Я не позволю... Повалить статуи и разбить таблички было не пустой угрозой. Бог Войны Лю Цингэ не бросает «слов на ветер».    Но, внезапно, гул Небожителей за пределами дворца смолк. Такое случалось только когда...   Порог переступил Цзюнь У. Коротко окинув взглядом полуразрушенный дворец, избитого Цинцю и бессознательного Юаня на руках Лю Цингэ, он приказал Богу Войны сдать своё оружие и отпустить Повелителя Вод. Шэнь Цинцю медленно поднял голову. Без сознания он был совсем недолго, потому хрипло отозвался: — Владыка... И попытался медленно приподняться на локтях. Его выдержка достойна похвалы, учитывая, что он только что был забит одним из сильнейших Богов Войны. Лю Цингэ же медленно поднял голову. Очень не вовремя эта дрянь пришла в себя... — Владыка! Вы всё не так поняли..! — попытался оправдаться Лю Цингэ.   Он ведь невиновен. Это всё гад Шэнь Цинцю!   — Мы разберемся в этом деле и если ты невиновен, то будешь освобождён. Передай Повелителя Вод нам. Сейчас же. Помощники Цзюнь У уже отправились к Повелителю Ветров, чтобы помочь ему подняться на ноги и аккуратно отвести его обратно во дворец, регенерировать раны. Повелитель Ветров, морщась от боли, надевает маску скорби, не выказывая и тени злорадства, как было раньше, обычно. Всё ради того, чтобы теперь подставить Лю Цингэ. Лю Цингэ же кивает и осторожно опускает Юаня на пол, поднимаясь. — Шэнь Цинцю не в себе. Держите его подальше от Юаня! — уверенно попросил Бог Войны, обращаясь к Владыке. Сам Лю Цингэ всегда относился к Владыке с должным почтением и уважением. А Шэнь Цинцю был тем самым индивидом, отличающимся от коллектива тем, что, казалось, в принципе не способен выказать уважения кому-либо. Даже Цзюнь У. Да даже не так. Тем более Цзюнь У. Шэнь Цинцю и Лю Цингэ вечно устраивали смуту на Небесах, втягивая иногда в это и других Небожителей. В общем, превзошли все стычки Фэн Синя и Му Цина своими, что добавляло Цзюнь У головной боли. Но сегодня терпение Владыки лопнуло. Он легко мог бы убить их обоих, но не мог пока что позволить себе раскрыть истинное лицо перед Небожителями и только поэтому он проведёт суд. И тот, кто проиграет, будет изгнан с Небес. Впрочем, никто не будет мешать возвращению Небожителей, если те вновь пройдут кару. Цзюнь У же пребывал в раздумьях, кто же будет полезнее на Небесах: склочный Повелитель Ветров или же вспыльчивый Бог Войны? Один питает нездоровую любовь к своему младшему брату, что уже даже чиновники средних Небес судачат об этом. А второй желает и вовсе забрать Повелителя Вод в свой дворец и разделить с ним власть на своей стороне света. Без ветра начнется засуха, а на море штиль и торговля захиреет. Но и последователи Бога Войны способны разрушить храмы братьев, уничтожив не только Цинцю, но и Юаня, что станет настоящей катастрофой, пока не найдется им замена.    Что же делать? Какой тяжелый выбор...   В тот день Шэнь Цинцю таки потерял сознание от боли и истощения магических сил. Придя в себя лишь на утро, даже на треть не восстановившись, он садится и оглядывается. Всё ещё весь в синяках, но заботливо отмытый кем-то от крови. — Юань..? — в тихой панике зовёт Повелитель Ветров.   Но Юань не отвечает ему. Не обнаружив брата рядом, он медленно поднялся. Сквозь боль Шэнь Цинцю пошёл вперёд всё тем же уверенным шагом, пусть и давалось это с трудом. — Юань? Юань! Где ты? Он испугался, что навредил брату. И, как назло, обхромав весь дворец, Небожитель так и не нашёл своего Повелителя Вод, который устраивает из раза в раз целый водоворот в душе. На выходе из дворца его встречает помощник Цзюнь У и сообщает, что его брат находится в безопасности, в другом дворце. И он будет там до конца расследования, погружённый в сон. Но и так же передаёт Шэнь Цинцю, что Юаню пока ещё сильно нездоровится и его никак нельзя сейчас посещать. Но, если есть что-то, что он хочет передать ему из вещей или на словах, то Повелитель Ветров может сделать это через него.   Но Шэнь Цинцю, конечно, не собирается с этим мириться. Что за дурость? Где его брату отдыхать ещё, кроме их дворца и с каких это пор, он не может увидеть своего близнеца!? Цзюнь У в очередной раз всколыхнул в Небожителе раздражение. Как так можно? Пусть тот и появился вчера, «спасая», но что-то в этой ситуации было не так. Не нравился этот Владыка Повелителю Ветров. Да что уж там, Повелителю Ветров в целом никто не нравился кроме Юаня и одного особенного младшего служащего, который был тому почти как сын. Особенно Лю Цингэ и Цзюнь У. — Мне нужно его увидеть. Я не сделаю абсолютно ничего. Просто увидеть, что он в порядке. Но при том тон его не терпел возражений. Если Повелитель Ветров сказал, что ему надо, значит надо. Особенно учитывая его одержимость братом.   — Никак не могу. Ваше Превосходительство Повелитель Ветров, не совершайте глупых действий. Приказ Владыки был предельно ясен. Не забывайте, что сейчас уже началось расследование того случая и Вы тоже можете быть изгнаны с небес. Помощник категорически отказывается даже сообщать в каком конкретно дворце сейчас находится Юань. И прямо заявляет, что сопроводит старшего Шэня к младшему только в случае, если получит личный приказ Цзюнь У.   Не удержавшись, Шэнь Цинцю таки тихо рыкнул на служащего, хлопнув массивными дверями дворца. Ещё долго от туда чуть ли не вылетали порывы ветра, пока он бесновался в разгромленном после побоев дворце. Это всё было большим ударом для него. Выругавшись, накричавшись, Повелитель Ветров медленно оседает на пол, подбирая остатки веера и осыпая Лю Цингэ всеми возможными изощрёнными проклятиями. И даже Цзюнь У немного попал под раздачу.   К закату третьего дня было оглашено решение Небесного Владыки: дворец Лю Цингэ возместит весь причиненный ущерб дворцу Шэнь Цинцю и Шэнь Юаня, а сам Бог Войны будет заперт в собственном дворце на срок равный пятидесяти годам. Шэнь Цинцю всерьёз боялся, что в итоге низвергнут именно его. Но всё обошлось. И даже никого не изгнали с Небес. Однако, очень жаль, что Лю Цингэ в итоге не погнали прочь. Пинками.   И уже на следующее утро бледного и ослабленного Юаня вернули в его дворец, передавая из рук в руки его старшему брату. — О Небеса! Повелитель Ветров тут же прижимает к себе родного брата, осторожно обнимая. — Ты как..? Он чуть не извёлся, толком не зная, что с его драгоценным Юанем. Сам же Цинцю всё ещё был в синяках и ожидал новый Веер Повелителя Ветров на заказ.   — Что произошло между вами с Цингэ, что его заперли на такой срок..? Цзюнь У не разрешил с ним даже видеться. Юань едва не плачет, схватив брата за плечи. Он знает, что тот ему, скорее всего, не поможет, но все равно он его единственная надежда на то, чтобы узнать, что произошло.   — Брат, брат, я н-не могу с ним связаться по духовной сети... Я не могу передать ему письмо... Пожалуйста, х-хотя бы скажи, что произошло...   Цинцю поджимает губы, прижимая к себе Юаня и морщится от боли незаживших ран. И от боли за Юаня. Но ещё больше боли приносило то, что его брат даже не спросил о синяках, о всех этих увечьях. Сразу стал расспрашивать об этом треклятом Боге Войны, что б ему пусто было, этому Лю Цингэ. Он просто не может на это смотреть. На то, как Юань хнычет из-за недостойного.    Осторожно обхватив его лицо ладонями, Цинцю внимательно смотрит тому в глаза. — Юань... А теперь сделай вдох и успокойся. И я всё тебе объясню. Только не плачь...   Юань судорожно несколько раз мелко кивает и, прикрыв глаза, делает несколько глубоких вздохов, чтобы успокоиться. Достав платок, Цинцю начинает осторожно, со всей заботой вытирать лицо Юаня. Теперь младший, к сожалению, мог разглядеть, как лицо Цинцю всё ещё покрыто страшными синяками посте того, что произошло три дня назад. Он все равно не покидал дворец, потому и не использовал слишком сильные снадобья. — Вот... Хорошо? Не плачешь?   — Л-лучше... Юань пристыженно опускает глаза, только сейчас разглядев состояние старшего брата после драки с Лю Цингэ.   — Произошла серьёзная драка, — вздыхает Цинцю, морща нос, — и Лю Цингэ перешёл границы, в последствии чего был разгромлен дворец. Веер Повелителя Ветров был расколот в крошку, а сам я... Он с презрением цыкнул. — Ты видишь. В тот момент он забил меня до потери сознания. Я успел услышать, как он угрожал повалить мои статуи и сломать таблички. Хмуро прикрыв глаза, Цинцю потёр точку меж бровей. — Если бы Владыка не пришёл вовремя… Тц.   — Чем ты его так разозлил..? Я не верю, что он бы стал так просто нападать... Вместо того, чтобы хоть немного поволноваться о всех этих ранах Цинцю, Юань просто спрашивает это..? Для чего он тут вообще распинался всё это время...   — Ты знаешь. Я подменил тебя, чтобы выяснить, чем ты там занимаешься. Цинцю нахмурился сильнее и, ухватив Юаня за щёку, сжал на ней пальцы. Больно, но не сильно. — Я жду объяснений, молодой человек.   — Ай-ай-ай! Брат, прекрати! — пытается вырвать щёку из пальцев Юань, — не съезжай с темы! Рассказывай давай!   — Я и не съезжаю, — не отпуская щеки, буркнул Цинцю, — он сделал глупость и я себя раскрыл. После завязалась ссора и драка. И в итоге вот. Тц. С этими словами он осторожно потёр висок, по которому его хорошенько приложили ещё внизу.   — Что он сделал..? Юань в волнении закусил губу. Он давно уже подкупил деньгами младших служащих дворца Лю Цингэ и от тех узнал, что тот уже несколько месяцев напряженно готовится к чему-то, связанному с Юанем.   Цинцю сложил руки на груди и очень хмуро посмотрел на Юаня. — И как долго вы в... отношениях? Он поцеловал меня в щёку, как ни в чём не бывало. Подхватывал на руки... Цинцю лишь больше морщиться от неприязни, убеждённый, что они были в отношениях, но всеми силами старался переубедить самого себя. — А после и вовсе сделал предложение. Тебе. Я... Он прикрыл глаза, делая ооочень глубокий вздох. «Я хочу напиться до беспамятства...»   — Предложение..? — тихонько переспрашивает Юань. ...которое он не услышал. Которое предназначалось ему, а получил его брат. И Лю Цингэ впервые решился на то, чтобы поцеловать его, пусть даже просто в щеку но... По щекам вновь потекли слезы. — Мы не были в отношениях. Мы просто вместе пили и дурачились. Я... Я догадывался, что он чувствует и... Он мне нравится... Брат, зачем ты пошел вместо меня...   Цинцю, видя это всё и слыша, застывает на месте. Изнутри поднимается волна отвратительной горечи, которая всё нарастает, будто разъедая изнутри.   Повелитель Ветров медленно поворачивает голову в бок, отводя взгляд. — Иди в свою комнату. Там уже убрано. Поговорим, когда ты успокоишься. Спрятанные в рукава кулаки начали дрожать. Нужно держать себя в руках... Нужно. Нужно дождаться, пока Юань уйдёт в комнату. Но, развернувшись, Юань, вместо того, чтобы послушаться брата, стремительно пошел на выход, чтобы пойти к Владыке и попросить его о встрече с Цингэ, хотя бы короткой. Дать ему свой ответ и поклясться, что дождется его возвращения.   Цинцю тут же схватил Юаня за руку и отдёрнул. — И куда ты собрался? Я сказал. В свою комнату. Цинцю опять начинал злиться. А Юань, распаляя ветер, вырывает руку.   — Не пойду. Пойду просить Владыку о встречи с Цингэ. Я... Я хочу дать ему свой положительный ответ.   И сердце Цинцю пропускает удар. А после словно совсем замирает. Лицо его становится бледным, словно он в миг посмертно обернулся демоном. Глаза в тихой панике неотрывно смотрели на брата, что был дороже всех на свете. На брата, к которому он питал совсем не братские чувства. — Ты... — запинается Цинцю, а после сипло переспрашивает, — что ты сказал..?   — Я хочу ответить на его предложение согласием. Сменю окончательно, может быть, облик на женский и перееду в его дворец, — спокойным голосом отвечает Юань. И, на всякий случай, убирает руки с веером за спину, чтобы брат не схватил его.   Цинцю окончательно замирает, чувствуя, как его внутренний мир вмиг треснул на тысячи осколков. И осколки эти начали медленно падать, разбиваясь о пол, стираясь в крошку. То же в миг произошло и с окнами во всём зале. С лица Цинцю окончательно схлынули последние краски, а глаза, кажется, потускнели. Худое, избитое тело медленно покачнулось на сильном порыве ветра и стало заваливаться вперёд.